Неудобные истины

— Смотри, Гарри, — Рон пытался подбодрить друга, пока они шли к платформе 9 ¾, — ты возвращаешься в Хогвартс не только героем войны, но ещё и свободным человеком. У тебя не будет отбоя от девчонок. — Вот этого я и боюсь, — заныл Гарри. — Рон, Гарри не хочет этого внимания. Помнишь, чем всё закончилось на пятом и шестом курсах? Помнишь любовные зелья? Гарри просто хочет спокойно закончить учёбу и не отбиваться от толп девчонок-подростков с бушующими гормонами, — объясняла Гермиона, пока они шли к «Хогвартс-экспрессу». Она продолжала давать Гарри советы: как избежать того, чтобы ему подлили любовное зелье, как вежливо отшивать девушек, не раня их чувств, как дать своим друзьям знать, если понадобится помощь, чтобы отвадить поклонниц, и что, если ему кто-то понравится, он всегда может прийти к ним за советом. Рон и Гарри слушали Гермиону и даже не заметили, что к их компании присоединился ещё один человек. Она подслушивала все советы, необходимые одинокому Поттеру, чтобы пережить последний год в Хогвартсе. — Серьёзно, ’Мион, не думаю, что это станет проблемой, — Гарри посмотрел себе под ноги. — Я никогда особо не умел обращаться с девушками… — Поттер. Грейнджер… Уизли, — с презрительной усмешкой протянул Малфой, подходя вместе с Забини, Ноттом и Гойлом. — Пэнси, а ты что делаешь с Золотым Трио? — спросил Блейз. Трое гриффиндорцев обернулись и уставились на Пэнси. — Блейз, дорогой, я не могла найти тебя и твоих прекрасных друзей, а ты же знаешь, нам нельзя нигде ходить поодиночке, — улыбнулась Пэнси. — И вообще, только посмотри на них. Они сегодня выглядят сногсшибательно. Почему бы мне не захотелось, чтобы меня видели рядом с ними? — Привет, Пэнси, эм, спасибо? — Рон отступил в сторону, чтобы она могла пройти к своим друзьям, но она осталась на месте. — Рон и Гермиона, вы такая красивая пара. Так очаровательно смотритесь вместе, — Пэнси скользнула ближе к Гарри и обняла его за талию. — А ты, Гарри… одинокий, прекрасный Гарри, должна сказать, ты сейчас в отличной форме. Рон прав, тебе придётся отбиваться от девчонок. Может, я и сама в этом году урву себе кусочек, — она наклонилась и втянула носом запах у шеи Гарри. — Вкусно, — Пэнси огляделась по сторонам, а потом наклонилась и провела языком вдоль его челюсти. — Какого чёрта, Пэнс! Убери от него руки, — Драко схватил её за свободную руку и утянул обратно к своей компании. Гарри, Рон и Гермиона просто в шоке пялились, как слизеринцы быстро уходят прочь. — И зачем ты это сделала? Это было очень странно, — Блейз посмотрел на неё как на ненормальную. — Серьёзно, я думал, мы все договорились попытаться сделать этот год лучше. Меньше вражды и распрей, но теперь всё будет ужасно неловко, — добавил Тео. — Ну, а ты! — Пэнси ткнула пальцем в Драко. — Ты сказал, что постараешься быть в этом году повежливее. — Я с ними поздоровался, разве нет? — Не думаю, что произнести их фамилии и при этом ухмыляться считается приветствием, — Гойл посмотрел назад на трио, которые явно их слушали, пока Гарри вытирал лицо рукавом. — Я остановил Пэнси. Это должно хоть что-то значить, — тяжело вздохнул Драко. — Не думаю, что это считается. По-моему, вся эта сцена просто выставила нас всех какими-то идиотами. Спасибо тебе, Паркинсон! — пожаловался Тео. — Тео, они всё равно ничего не скажут. Это же святой Поттер и его друзья. И вообще у меня была очень веская причина, — Пэнси попыталась объясниться, но её перебили. — Это было похоже на то, как собака ссыт, помечая территорию… Ты буквально обоссала Поттеру ногу, — прорычал Драко, когда они заходили в поезд. Гарри, Рон и Гермиона уже не услышали остальное. — Она ненормальная. Чёрт возьми, Гарри, даже не думай с ней встречаться, — сказал Рон, не сводя глаз с места, где только что стояли слизеринцы. — Что это сейчас было?! — крикнул на Гарри сердитый голос. — Привет, Джинни, — Гарри зло посмотрел на неё. — Я видела. Ты целовался с Пэнси Паркинсон. — Ну и что? Даже если это так, то это больше не твоё дело. — Он не целовался, — вставила Гермиона. — Не вмешивайся, ’Мион, — огрызнулась Джинни. — Нет, это ты не вмешивайся, Джинни. — Гарри начал злиться. Она могла обращаться с ним как угодно, но он не позволит ей быть грубой с его друзьями. — Тебя это вообще не касается. Мы расстались, помнишь? А значит, ты не имеешь права спрашивать, с кем я целуюсь, что делаю и с кем. Я уж точно не собираюсь спрашивать тебя. Мне не хватит пальцев на обеих руках, чтобы сосчитать всех твоих парней… Звонкая пощёчина отбросила Гарри назад. Он врезался в Рона, который сразу его поймал. — Охренеть, Джин, какого чёрта?! — крикнул Рон, хватая сестру за всё ещё поднятую руку и оттаскивая её прочь. — Пошёл на хуй, Гарри, — выплюнула Джинни. — Спасибо, не надо. Я не хочу ничего подхватить, — ответил Гарри, сплёвывая кровь на платформу. — Эй, это моя сестра. — Ладно, увидимся в поезде. — В этом году ищи себе другое место, Гарри. Я сижу с братом, и тебе рядом не место, — зло сказала Джинни. — Отлично! Посмотрю, найдётся ли у Пэнси место ещё для одного, — Гарри отвернулся и, тяжело ступая, зашёл в поезд. Он бы и правда сел со слизеринцами, если бы не Малфой. По крайней мере, эту компанию не впечатляли ни Мальчик-Который-Выжил, ни Избранный. Ведь Гарри Поттера, восьмикурсника с вечным бардаком на голове, они едва терпели. Это было бы идеально. Но в этом году возвращались и другие его друзья. Гарри пошёл к задним вагонам, где обычно сидели ученики седьмого и восьмого курсов. Его имя уже шептали со всех сторон. Младшие ученики высовывались из купе, чтобы хоть мельком на него взглянуть. Хорошо бы найти место как можно быстрее. Гарри уже начал заглядывать в купе, пытаясь понять, знает ли там кого-нибудь, когда услышал дружелюбный ирландский голос, зовущий его по имени. — Гарри! Сюда! — крикнул Шеймус, махая рукой из купе через три двери от него. Гарри улыбнулся, подошёл и проскользнул внутрь. — Шеймус! — Гарри обнял своего бывшего соседа по комнате. — Как ты? Как прошло лето? Он оглядел купе и увидел Эрни Макмиллана, Энтони Голдштейна и Теодора Нотта, сидящих вместе с Шеймусом. Гарри улыбнулся и махнул рукой: — Не против, если я присоединюсь? — Да, конечно, садись. — Эрни подвинулся, чтобы Гарри мог поставить свой чемодан и сесть рядом. — Что у тебя с лицом, Гарри? — Можно сказать, я слишком много говорил. А что? Сильно плохо выглядит? — Немного… у тебя кровь, — Шеймус наклонился и указал на его нижнюю губу. — Вот, губа разбита. — Джинни? — спросил Тео. Гарри посмотрел на него: — Да, мы поссорились перед поездом. Напомни потом поблагодарить Паркинсон за это. Мы расстались около месяца назад, но она, похоже, всё ещё ведёт себя собственнически. — Прости за это. Пэнси сказала, что увидела, как Джинни на вас смотрит, и поэтому решила сделать то, что сделала. Думаю, она хотела, чтобы та увидела тебя рядом с другой девушкой. Хотя, по-моему, ты ей не особо интересен, — Тео извинился. — Спасибо? — Гарри нахмурился. — Это должно меня утешить? — Не знаю. Я в этом не силён, — Тео посмотрел на Шеймуса в поисках помощи. — Так, Гарри, помимо проблем с фуриями, как прошло твоё лето? — вмешался Энтони, спасая Тео от его неуклюжих попыток утешить. — Летом я слышал столько слухов о тебе, Гарри, — добавил Эрни. — Это же не может быть всё правдой. Гарри встал и закрыл дверь купе. — Ладно. В течение часа я подтверждаю или опровергаю слухи. Но потом мы говорим о чём-то другом. И вы не распространяете то, что я скажу, договорились? Он порылся в сумке, достал блокнот и карандаш. Рисуя, он отвечал на вопросы. Пятеро парней смеялись и наслаждались поездкой. Стук в дверь вырвал их из разговора. — Тележка с закусками. Парни достали монеты и вскоре купе наполнилось тыквенным соком, шоколадными лягушками, сдобными котелками, конфетами «Берти Боттс», шипучими леденцами и прочим. Они видели, как ученики проходят мимо, заглядывая в открытые купе. Гарри заметил Рона и Гермиону, которые, похоже, кого-то искали. Гарри съёжился, Шеймус, к счастью, их не заметил. Гойл заглянул в их купе и кивнул Тео и Гарри. Он быстро ещё раз взглянул на Гарри с каким-то странным выражением лица и ушёл. Гарри закрыл дверь, как только тележка уехала, не желая лишнего внимания. — Карточка какого волшебника тебе попалась? — спросил Голдштейн, наблюдая, как Гарри разворачивает шоколадную лягушку. — Мой младший брат их коллекционирует. — Держи, — Гарри протянул карточку, — можешь отдать ему мою, я давно их не собираю. Когда Гарри наклонился, чтобы передать карточку, дверь купе резко распахнулась, и все подпрыгнули. — Дрей, Грег, что случилось? — спросил Тео. Драко вошёл в купе, наклонился и взял Гарри за подбородок. Он повернул голову Гарри, чтобы рассмотреть разбитую губу и синяк на щеке, который начал проявляться. — Кто? — прорычал Драко, не отрывая взгляда от Гарри. — Всё нормально, Малфой. Это неважно. — Кто, Поттер? — Кхм, Джинни, кхм, — Эрни кашлянул в кулак. Гарри бросил на него свой самый неодобрительный взгляд, пока Малфой держал его за подбородок. — И никто ничего с этим не сделал? — резко бросил Малфой остальным, отпуская Гарри. — Где Грейнджер? Она бы это исправила… Голдштейн? — Я ужасен в исцелении, Драко, — пожал плечами Энтони. Драко вытащил палочку и направил её на Гарри. Драко сделал быстрое движение палочкой и тихо пробормотал слова, после чего Гарри почувствовал себя намного лучше. Губа больше не была разбитой и опухшей, а лицо перестало болеть. Так же быстро дверь снова захлопнулась, и за ней было слышно, как Малфой и Гойл спорят. — Оставь это, Дрей, — это всё, что они смогли разобрать, пока шаги удалялись. — Зачем ты ему сказал? — Гарри повернулся к Эрни. — Синяк был сильный, Гарри, и губа вхлам. Ты выглядел как дерьмо. К чёрту её, ненавижу девушек, которые бьют, зная, что мы не ударим в ответ. Кстати, с каких это пор вы с Малфоем друзья? — Мы не друзья. Я удивлён не меньше твоего, — ответил Гарри, но при этом всё время смотрел на Тео. Тот почувствовал его взгляд, поёжился и придвинулся ближе к Шеймусу, но на Гарри не посмотрел. — Что он сделает? — спросил Гарри. Тео пожал плечами: — Скорее всего, ничего. Эрни прав, он тоже не ударит девушку. Максимум накричит на Пэнси за то, что всё это начала. Гойл не даст ему сделать ничего слишком тупого, а если не сможет остановить, то Блейз точно сможет. Не переживай насчёт Джиневры Уизли. — Она реально стерва, — добавил Голдштейн, читая один из новых учебников. Гарри не стал с ними спорить. Он взял свой блокнот и начал новый рисунок. На этот раз он рисовал Шеймуса и Нотта, сидящих напротив него в поезде, который вёз их в Хогвартс. *****