ЛИНИЯ РАСКОЛА

Метеостанция горы Шаста. Ноябрь 2018 года. Утро просочилось сквозь щели в заколоченных окнах серым, мутным киселем. Но это было первое утро за долгое время, которое не пахло смертью. В холле стоял густой, одуряющий аромат горячего варева: Аксель, сияя как начищенный пятак, колдовал над плиткой, смешивая дробленую мормонскую пшеницу с остатками меда. Демон сидел, привалившись спиной к бетонной опоре. Его лицо всё еще напоминало посмертную маску, обтянутую пергаментом, но в глазах появилось то самое тяжелое, осмысленное мерцание. Он медленно, с трудом сглатывал теплую кашу, которую Дороти подносила ему на ложке, словно капризному ребенку. — Сама ешь... — прохрипел он, пытаясь перехватить ложку, но пальцы всё еще дрожали, как у паралитика. — Заткнись и открывай рот, — Дороти коротко усмехнулась, и эта улыбка была самой живой вещью во всем этом бетонном склепе. Она выглядела жутко: впавшие глаза, лопнувшая губа, волосы, слипшиеся от пота и меда, — но она светилась. — Ты вчера дважды сдох, так что сегодня у тебя нет права голоса. Ешь. Дейн сидел на перевернутом ящике неподалеку, блаженно щурясь на пар, исходящий из своей кружки. Его халат был окончательно испорчен — в пятнах, дырах и кошачьей шерсти, — но медик выглядел так, будто только что выиграл джекпот в казино «Вегас». — Ты, Демон, феноменальное животное, — пробормотал Дейн, отхлебывая варево. — Я уже присматривал тебе место в подсобке, где похолоднее. А ты вон, кашу трескаешь. Пиздец какой-то. — Капля помогла, — Демон скосил глаза на кошку, которая преспокойно спала у него на коленях, игнорируя Кайзера, расхаживающего кругами в поисках упавших зерен. — Шершавый язык... лучше любого нашатыря. — Ага, кошачья магия, — хмыкнул Данте, проходя мимо с тяжелой монтировкой на плече. Он выглядел бодрее остальных — видимо, осознание того, что командир не подох, вернуло ему желание что-то ломать или строить. — Радости полные штаны, конечно. Но у нас проблема, народ. Он обвел рукой зал. Радость радостью, но при свете дня метеостанция выглядела еще плачевнее. Это была пустая бетонная скорлупа. Ни отопления, ни освещения, кроме аварийного, ни связи. Стены «плакали» конденсатом, который тут же замерзал грязными потеками. — Мы богаты едой на пару недель, это факт, — Данте сплюнул. — Но мы сидим в холодильнике. Вальтер обшарил все щитки — меди нет. Кто-то выдрал кабели с мясом еще до нашего прихода. Чтобы запустить вентиляцию или хотя бы одну нормальную печку, нам нужны провода. Километры проводов. И запчасти для генератора, потому что тот, что внизу, скоро срыгнет поршни от такой солярки. Олаф подошел к ним, разворачивая на колене помятый лист бумаги с новыми чертежами. — Я прикинул схему укреплений, — негромко произнес архитектор. — Могу перекрыть тепловой контур в этом зале брезентом и старыми панелями. Будет теснее, но теплее. Но мне нужны анкеры. Шурупы. Сварка. У нас из инструментов — одна монтировка Данте и кухонный нож Акселя. Мы не базу строим, а шалаш из мусора. — Нужно железо, — Демон прервал его, и его голос, хоть и слабый, заставил всех замолчать. — Инструменты. Аккумуляторы. Всё, что можно выдрать из техники. — И где мы это возьмем? — Ник высунулся из коридора. — Пойдем грабить Анклав? У них-то всего навалом, только они за каждый гвоздь в голову стреляют. — Есть старый карьер в пяти милях к востоку, — Вальтер подал голос, не отрываясь от разбора какого-то ржавого прибора. — Там стояла техника. Бульдозеры, бытовки рабочих. Если «мусорщики» или другие мелкие банды туда еще не добрались... там можно поживиться кабелем и инструментом. Дороти посмотрела на Демона. Тот едва заметно кивнул. — Нам не нужно воевать со всеми сразу, — выдохнул он. — Нам нужно обрасти жиром. Дора, когда я смогу твердо стоять на ногах... — Через пару дней, не раньше, — отрезал Дейн. — И не спорь. — Через пару дней, — согласился Демон. — Сходим на карьер. А пока... Олаф, делай что можешь из говна и палок. Аксель — корми всех до отвала. Нам нужны силы. База оставалась мертвой и холодной, но в ней впервые зазвучали планы, а не молитвы. Они сидели на кучах битого бетона, ели сладкую кашу и понимали: кризис никуда не делся, ресурсов нет, а в лесу полно врагов. Но Демон был жив, мёд был сладким, а Кайзер только что нашел в углу старую сушку и победно забил её клювом. Это была жизнь. Грязная, голодная, но их собственная.