Финн ( Мужчины семьи Мур №1)

Эш Я переворачиваюсь в постели и обнаруживаю, что место рядом со мной пусто, и воспоминания о прошлой ночи с силой нахлынывают на меня. На долю секунды я не могу не задаться вопросом: а не было ли это всего лишь сном? Проводя рукой по подушке рядом со мной, я чувствую, что она холодная. Он ушел. Хотя не могу сказать, что я удивлен. Мало того, что прошлая ночь была последним, чего я мог ожидать, так он еще и заснул в моей постели после всего? Я был бы больше шокирован, если бы проснулся, а он все еще был здесь. Зевая, вытягиваю руки над головой, вспоминая, как его губы пожирали мои, как его тело прижималось ко мне. Интенсивность в его глазах, когда он пристально смотрел на меня, и то, как он держал меня с таким желанием. Я не могу поверить, что это произошло. Услышав, как открывается дверь, я резко поворачиваю голову в ту сторону и с удивлением наблюдаю, как Финн входит и закрывает ее за собой. Он одет в темно-серые спортивные штаны и бирюзовую футболку с логотипом «Ранчо семьи Мур», на ногах у него белые носки, а волосы выглядят так, будто он только что провел по ним пальцами. Наверное, после того, как снял свою ковбойскую шляпу, как я предполагаю. — Доброе утро, — хрипло говорю я, привставая и прислонившись спиной к изголовью кровати. — Привет. Я надеялся, что ты еще будешь спать, когда я вернусь. Я хмурюсь. — Вернешься откуда? Он тянется за голову и снимает футболку. При этом виде у меня пересыхает во рту. — Отвез Такера к отцу. Они едут на рыбалку с Холлисом и его приятелем Реми. — Э-э, а что ты делаешь? Улыбка, которая заиграла на его губах, когда он зацепил большими пальцами за пояс спортивных штанов и стянул их вниз, заставила сжаться желудок и сердце забиться сильнее. — Возвращаюсь в постель, — небрежно замечает он, перелезая через меня, чтобы оказаться на другой стороне. На нем все еще трусы, но я не могу ясно мыслить, глядя на его обнаженную кожу и мышцы. — Почему ты так на меня смотришь? — Как? — Как будто ты в растерянности. — Он хмыкает, забираясь под одеяло. Он лежит на боку, лицом ко мне, подперев голову ладонью и глядя на меня. Я провожу рукой по лицу, пытаясь понять, что происходит. — Э-э, наверное, я не ожидал увидеть тебя здесь. Его улыбка заставляет мой желудок снова перевернуться. — Хочешь, чтобы я ушел? — Нет, — поспешно говорю я, слишком быстро. Мои щеки загораются. — Я не это имел в виду. Просто… после того, как здесь произошло то, что произошло в первый раз, ты две недели изо всех сил старался избегать этой комнаты и меня. Я как-то думал, что сейчас будет то же самое. Финн прикусил нижнюю губу, его взгляд был почти… застенчивым, когда он встретил мой. — Могу я быть с тобой честным? — спросил он. Ну вот, началось. — Пожалуйста. — Мне понравилось то, что произошло вчера вечером. Подожди… что? — Понравилось? Я не смог бы скрыть потрясение в голосе, даже если бы очень постарался. Что случилось с Финном? Его похитили инопланетяне и заменили на эту новую версию, которая не пытается все отрицать? Он кивает и с трудом сдерживает улыбку. Это мило, но я по-прежнему настроен скептически. — Вообще-то я надеялся, что мы сможем повторить это сегодня утром. Задыхаясь от собственной слюны, я кашляю и прижимаю ладонь к груди. Финн имеет наглость смеяться. — Что происходит? — спрашиваю я, когда кашель утихает. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Прижимая тыльную сторону ладони к его лбу, я бормочу: — Нам нужно отвезти тебя в отделение неотложной помощи? Финн откидывает голову назад и хихикает, а я наблюдаю, как напрягаются мышцы его горла и подпрыгивает кадык. — Я серьезно, Эш, — говорит он. Что-то в том, как он произносит мое имя, вызывает мурашки по коже. Я не могу поверить в то, что слышу. Мой разум колеблется, но мое тело очень быстро полностью соглашается с этой идеей. — Так что, ты хочешь со мной поразвлечься? — спрашиваю я, приподняв бровь. — Типа, прямо сейчас? Очаровательная улыбка исчезает с его лица, сменяясь потемневшими глазами и выражением вожделения, окрашивающим его черты. Протянув руку, он обхватывает меня за талию, притягивая к себе и укладывая на спину. В мгновение ока он смотрит на меня сверху вниз. Его влажный розовый язычок высунулся, смачивая губы так, что у меня защемило в яйцах. — Прямо сейчас, — прошептал он, его взгляд скользнул к моим губам за секунду до того, как он наклонился и прижался к ним. Меня пугает, как легко я теряюсь в этом поцелуе. От твердого и нежного прикосновения его губ до того, как его язык уверенно проникает в мой рот, переплетаясь с моим. Мятный привкус наполняет мои чувства, напоминая, что я только что проснулся и еще не почистил зубы, но, учитывая, как он завладел моим ртом, у меня даже нет сил смущаться из-за возможного утреннего запаха изо рта. Судя по тому, как страстно он меня целует, ему явно все равно. Я обхватываю его шею рукой, пальцами нежно тяну за короткие волосы на затылке. Он стонет мне в рот, давая понять, как ему это нравится. В мгновение ока я становлюсь твердым как камень и умираю от желания исследовать тело Финна. Он сказал, что хочет повторить вчерашнюю ночь, но мне интересно, что еще он позволит мне сделать. Что еще он будет готов попробовать. Мысль о том, чтобы взять его толстый, жилистый, массивный член в рот, почувствовать его тяжелый вес на языке, заставляет меня пускать слюни. Мы страстно целуемся некоторое время, как пара неопытных подростков, но в конце концов я решаю взять бразды правления в свои руки, помня, насколько Финн в этом новичок. Мысль о том, чтобы показать ворчливому, относительно сдержанному Финну, как трогать член, как заставить мужчину кончить, и показать ему, насколько хорошо я могу заставить его чувствовать себя, не только вызывает удовольствие, но и безумно сексуальна. Прижав ладонь к его груди, я переворачиваю нас, перекидываю ногу через его тело и забираюсь на него сверху. Быстрый взгляд вниз доказывает, насколько он уже тверд, что заставляет мою кровь закипеть, как ничто другое. Возобновив поцелуй, я трусь о его бедра — между нами лишь тонкая ткань его нижнего белья, ведь вчера вечером я так и не успел одеться, прежде чем отключился. Я весь дрожу и оставляю мокрые пятна на ткани, а сердце бьётся так сильно, что я слышу его стук в ушах. Я целую его небритую челюсть, спускаясь к шее. Покусывая ключицу, дразню его, спускаясь к груди, и беру один из его твердых сосков между зубами. Я нежно сосу его, мой член дергается, когда я чувствую, как его стон вибрирует в груди. Финн положил одну руку мне на макушку, а другой держит меня за плечо, как будто ему нужно прикасаться ко мне постоянно. Спускаясь по его покрытой пушком мускулистой груди, я осыпаю её поцелуями, позволяя языку проникнуть в его пупок, прежде чем спуститься ещё ниже. Его запах наполняет мои ноздри, согревая кровь — сандаловое дерево, кожа и его естественный, пьянящий мускус. Голова у меня кружится, когда я жадно вдыхаю этот аромат, стремясь запечатлеть его в памяти. Я устраиваюсь между его раздвинутыми бедрами, смотрю на него из-под ресниц, и по моей спине пробегает дрожь, когда я вижу, что он жадно смотрит на меня, его глаза почти черные, а щеки покраснели. Он выглядит… чертовски идеально. — Ты в порядке? — спрашиваю я, хотя сейчас он выглядит более чем в порядке. Для него это совершенно новое, и я ни за что не хотел бы сделать что-то, что заставит его почувствовать себя некомфортно. Облизав губы, Финн кивает. — Я в порядке. Боже, хриплость в его глубоком, низком голосе сводит меня с ума. Засунув пальцы за пояс его черных трусов, я спускаю их вниз, а Финн приподнимает бедра. Его огромный член выпрыгивает наружу, ударяясь о пресс. Черт, какой красивый кусок мяса. — Ты не обрезан, — напеваю я, обхватывая рукой толстый ствол. Раньше я этого не замечал. Наверное, потому что в первый раз он был на другом конце комнаты, а вчера вечером было слишком темно. Поднимая взгляд на его лицо, я говорю: — Мне это нравится. Он выдыхает тихий, мальчишеский смешок, от которого у меня сжимается грудь. — Правда? Я киваю, прикусывая нижнюю губу, пока дрочу его член. Он такой большой, что я не могу полностью обхватить его кулаком. — Это чертовски сексуально, а твоя крайняя плоть выглядит такой толстой и сочной. — Я с трудом сдерживаю улыбку, видя, как румянец с его щек спускается по шее. — Хочу попробовать, — хрипло добавляю я. Финн сглатывает, и в его взгляде отражается вспышка жара. — Сделай это. — Его голос хриплый и лишь слегка дрожит. Он хочет этого, но он также нервничает, и в этом сочетании есть что-то неоспоримо привлекательное. Моя губа скривилась в улыбке. — Ты хочешь, чтобы я взял тебя в рот, папочка? Он кивает. — Да? Хочешь, чтобы я хорошенько намочил тебя своим языком и показал, как хорошо я могу тебя отсосать? Показал, чего ты лишался? Это то, чего ты хочешь? — Блядь, — стонет он. — Да, я этого так сильно хочу. Мое сердце бьется в хаотичном ритме, и каждый сантиметр моего тела словно загорается, когда я слышу, как он это говорит. Я отпускаю его член и сажусь на корточки, на моем лице появляется ухмылка, когда я говорю: — Попроси об этом. — Что? — спрашивает он, выдыхая смех. — Ты меня слышал. — Я легко провожу кончиками пальцев вверх и вниз по его толстому, волосатому бедру. — Попроси меня отсосать тебе. Брови Финна взмывают вверх. — Я не буду этого делать. — Нет? — Нет. Я никого не прошу. Я ухмыляюсь, собираясь встать. — Ладно, тогда. Полагаю, ты не хочешь... — Ладно, погоди! — выпаливает он, привставая и хватая меня за плечо. Я уже наполовину спустился с кровати и вынужден укусить себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы не улыбнуться, когда поворачиваю голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Я вопросительно поднимаю брови и жду. Его челюсть сжата, и я вижу, как он борется с собой. Он этого хочет, но я уверен, что это противоречит всему, к чему он привык. И именно поэтому я хочу, чтобы он умолял. Перемена в расстановке сил дает мне кайф. Наконец, он выдыхает преувеличенный вздох и тихо произносит: — Пожалуйста? Меня наполняет восторг, но он должен постараться лучше. — Пожалуйста, что? Я не могу сдержать улыбку, которая тянет мои губы, когда он смотрит на меня с невозмутимым выражением лица. — Эш. — Если хочешь, чтобы я это сделал, тебе придется использовать слова, Финн. — Я нарочно произношу его имя с таким же рычащим голосом, как он раньше произносил мое, наслаждаясь этим моментом гораздо больше, чем следовало бы. — Ты просто заноза в заднице, — фыркает он. Хихикая, я говорю: — Могу быть, но не думаю, что мы уже дошли до этого. Смущение на его лице, когда он обдумывает мои слова, почти так же мило, как его широко раскрытые глаза, когда он, наконец, осознает смысл. — О, э-э. — Прочистив горло, он краснеет до корней волос. — Я не это имел в виду. — Да, да, — смеюсь я. — Ну, давай, говори. Его ноздри раздуваются, когда он резко выдыхает. — Пожалуйста… отсоси мой член. — Это было так сложно? — дразню я, возвращаясь на свое место между его ног. Он все еще твердый как камень, что — хороший знак. Он сердито смотрит на меня, ложась обратно. Снова обхватив его член ладонью, я несколько раз поглаживаю его.— Такой большой и красивый член нужно боготворить каждый день, — хриплю я. — Каждый день, который заканчивается без того, чтобы его обхватили губы, это пустая трата времени. Желание, с которым он смотрит на меня, когда я поднимаю на него взгляд, чуть не сбивает меня с ног, и оно только усиливается, когда я наклоняюсь и касаюсь языком его гладкого, блестящего кончика. Соленый, теплый вкус его капающего возбуждения пробуждает мои вкусовые рецепторы, и стон, который вырывается из меня, совершенно непроизволен. — Блядь, какой ты вкусный, папочка, — шепчу я, прежде чем провести плоской стороной языка по всей его длине. Мышцы его бедер напрягаются, а дыхание становится прерывистым. Затем я опускаю язык под толстую крайнюю плоть, кружу им вокруг головки, наслаждаясь стоном, который вырывается из Финна. — О, черт, — задыхается он. — Сделай это еще раз. Улыбаясь про себя, я делаю именно то, что мне велят, облизывая головку, как будто это мой любимый леденец, и одновременно поглаживая ствол. Я поднимаю другую руку, обхватываю его большие круглые яйца, катаю их в ладони, сжимая их ровно настолько, чтобы вызвать у него еще один стон — звук, который, как я быстро осознаю, становится одним из моих любимых. Я смыкаю губы вокруг него, опускаюсь и беру в рот еще больше его длины. Прилив чистого возбуждения пронзает мой член, когда он стонет. Боже, он так чертовски отзывчив, я не могу насытиться этим. Когда я опускаюсь ниже, мое горло сжимается вокруг него, и меня тошнит, но я проталкиваю его, дыша через нос и расслабляя челюсть, пока он не входит полностью. Я поглощен им самым чудесным образом. Он захватывает все мои чувства, и я парю в состоянии экстаза. Втянув щеки, я приподнимаю голову, а затем снова опускаюсь. Не переставая ласкать его яички рукой, покачиваю головой, кружа языком, пока сосу его. Его мышцы напряжены, а пальцы впиваются в волосы на макушке, время от времени дергая их, словно он пытается удержаться. Слюна стекает из уголков моего рта, а комната наполняется грязными и влажными звуками. — О, блядь, Эш, — стонет Финн, и его голос густеет от вожделения. — Блядь, блядь, как хорошо. Не останавливайся. Я стону, обхватывая его член, наслаждаясь этим почти так же сильно, как и он. Мой член невероятно твердый, почти до боли, и желание кончить очень сильное. Но пока нет. Сначала он. Свободной рукой я обхватываю его у основания, поглаживая одновременно с ртом, резко двигая запястьем при каждом движении вверх. Не проходит много времени, как я чувствую, как он набухает, а его яйца сжимаются. Он так близок, что предсемя течет по всему моему языку, а он громко стонет. Я хочу его сперму больше, чем следующий вдох. Хочу выпить его, почувствовать его вкус, утонуть в нем. Его пальцы сжимают мои волосы до боли, когда он вскрикивает, и в следующий момент его член пульсирует, прежде чем он изливается на мой язык. Взглянув на него, я поражаюсь тому, как прекрасно он выглядит, когда кончает. Утренний свет окутывает его золотистым сиянием, голова откинута назад, а грудь блестит от пота. Он наслаждается волной своего оргазма, пока я выжимаю из него каждую последнюю каплю. Я продолжаю сосать его еще долго после того, как он закончил, чувствуя, как он смягчается у меня во рту, а его тело расслабляется на кровати. Отрываясь, я вытираю рот тыльной стороной ладони, любуясь им во всей его послеоргазменной красе. Его веки тяжелые, щеки покраснели, а на лице застыла одурманенная улыбка. Он полностью удовлетворен. Гордость наполняет мою грудь, потому что, да, это я сделал. Я заставил его почувствовать себя так хорошо. Взгляд Финна скользит по моему телу и останавливается на моей очень твердой и очень заметной эрекции. То, как он на меня смотрит, снова заставляет мою кровь закипать. В нем и любопытство, и желание. Подняв на меня глаза, он прочищает горло и спрашивает: — Можно? — Не надо, если ты не готов, — говорю я ему. Он коротко качает головой, сдвинув брови. — Нет, я хочу. — Уверенность в его словах заставляет меня содрогнуться. Это также заставляет меня чувствовать себя странно уязвимым, хотя я не знаю почему. Я киваю. — Хорошо. Сдвинувшись, Финн указывает на место рядом с собой. — Ложись. Горло сжимается, а сердце стучит в груди. Это не первый раз, когда мы с ним заигрываем, так что я не понимаю, почему мысль о том, что он коснется меня, так сильно нервирует меня. Когда я принимаю нужное положение, он сползает вниз, оказываясь между моих ног, точно так же, как я был для него. Несколько долгих мгновений он не прикасается ко мне. Вместо этого он обводит взглядом все мое тело. Мое лицо, грудь, член. Он впивается в меня взглядом, выглядя нервным, но при этом, похоже, ему нравится то, что он видит. Когда он наконец хватает мой твердый член, я вскрикиваю — от прикосновения удовольствие пронзает каждую мою конечность. Облизывая губы, Финн смотрит на меня, медленно поглаживая меня. — Твой пирсинг делает это приятнее для тебя? — спрашивает он, опуская взгляд, чтобы рассмотреть его. Я, блядь, завороженно смотрю, как кончик моего члена выглядывает из его большой, шершавой ладони. Я сглатываю, во рту пересохло. — Да, — отвечаю я. — Так он становится чуть более чувствительным. — Как давно у тебя это? — Пару лет. — У меня перехватило дыхание, когда я увидел, как Финн наклонился и провел языком по украшению. Я застонал, когда он повторил это. — Блядь, обхвати меня губами. Я хочу почувствовать этот горячий рот на своем члене. Его щеки краснеют, и в этой застенчивости Финна есть что-то чертовски милое для меня. Замешкавшись лишь на мгновение, он делает именно то, что я ему велел, и я клянусь, что вижу Бога. Его язык скользит по моей щели, а губы обхватывают меня. — Так хорошо. Продолжай, — умоляю я. — Отсоси меня, папочка. Медленно он берет меня в рот еще глубже. Когда он доходит примерно до середины, его тошнит, и он сразу же отрывается от меня. Его взгляд устремляется на меня, глаза красные и влажные. Я не могу сдержать смешка. — Ты в порядке? Он кивает, горло подергивается, когда он несколько раз глотает. — Хорошо, тогда продолжай. — Положив руку ему на голову, я направляю его рот обратно к моему члену. — Соси мой член так, как тебе нравится, когда сосут твой, папочка. Покажи мне, на что ты способен. Я поднимаюсь на локтях и наблюдаю, как он скользит вверх и вниз по всей длине, снова доходя только до середины, прежде чем его тошнит, только на этот раз он не отрывается. Он продолжает… Но более того, он стонет, и этот звук вибрирует вплоть до моих яиц. — Не бойся использовать и руку, — говорю я мягко, наблюдая, как он обхватывает мою длину пальцами, поглаживая в том же ритме, что и его рот. — Хорошо, это так приятно. У меня мурашки по коже, и пальцы на ногах сгибаются, когда я позволяю себе полностью погрузиться в ощущение его вокруг меня. Финн Мур делает мне минет. Черт возьми. Дразня один из своих сосков пальцами, я стону, пока он продолжает, и совсем скоро меня накрывает оргазм. — Я почти кончил, — стону я. — Если не хочешь, чтобы я кончил тебе в рот, лучше отпусти. Финн откидывается назад, продолжая ласкать меня рукой в восхитительном ритме, облизывая губы и не отрывая взгляда от моего члена. Вес его жадного взгляда доводит меня до предела. С отвисшей челюстью я с трудом держу глаза открытыми, пока наслаждение захлестывает меня. Я вскрикиваю, когда мой член пульсирует, извергая густые белые струи на руку Финна и мой живот. Оргазм сжимает меня изнутри, выжимая досуха. Это ощущение, охватывающее все тело, вызывающее покалывание и дрожь, в котором я хочу жить вечно. Поднимая взгляд, Финн смотрит мне в глаза с выражением лица, которое я не могу до конца понять. Это почти… благоговейное восхищение, смешанное с гордостью. Я опускаю взгляд, любуясь его покрытой спермой ладонью, и этот вид едва не заставляет меня кончить снова. Кивая подбородком в сторону за его спиной, я говорю: — Полотенце в корзине для белья. Он сглатывает, его горло подергивается, прежде чем он кивает и слезает с кровати. Как только он очищает свою руку, он возвращается и убирает беспорядок на моем животе. Когда его темные глаза снова встречаются с моими, это как будто между нами проходит целая череда мыслей, и ни один из нас не произносит ни слова. Интенсивность его взгляда в сочетании с нежностью, с которой он меня очищает, заставляет мое горло сжаться. Звук звонка телефона разрывает нашу идиллию, и мы оба поворачиваем головы, чтобы посмотреть, откуда он доносится. Мой взгляд останавливается на телефоне на тумбочке. Это не мой. Финн тихо ругается, наклоняется, поднимает с пола свои штаны и рыщет в кармане, пока не вытаскивает свой телефон. Он проводит пальцем по экрану и подносит трубку к уху. — Да? — Я не слышу, что говорят на том конце провода, но через несколько секунд он добавляет: — Ладно, я скоро буду, — и вешает трубку. — Всё в порядке? Проведя рукой по губам, он бросает на меня взгляд. — Да. Такер облился апельсиновым лимонадом, а у папы нет запасной одежды. — Вздохнув, он продолжает: — Я не хочу уходить отсюда сразу после того, как мы закончили. — Финн, все в порядке, — уверяю я его. — Иди принеси ему сменную одежду. Он важнее любых посткоитальных занятий. Он прищуривает глаза, глядя на меня. — Посткоитальных занятий? — Мм-хммм. — Я улыбаюсь. — А теперь иди. Ему, наверное, неудобно в этой липкой, мокрой одежде. — Ладно, спасибо. Финн на мгновение замирает, и когда его взгляд встречается с моим, он делает последнее, чего я от него ожидал. Наклонившись над кроватью, он быстро целует меня в губы, а затем снова выпрямляется во весь рост. На его губах появляется едва заметная улыбка, и он уходит. А я остаюсь с бешено бьющимся сердцем и глупой улыбкой на лице, гадая, как, черт возьми, последние двенадцать часов оказались реальностью. Не прошло и пяти минут после его ухода, как зазвонил мой телефон. Я снял его с тумбочки, и сердце у меня замерло, когда я увидел, от кого это. Меня скрутило от тошноты. Вайолет: Можешь, пожалуйста, зайти? Положив телефон на кровать, я запустил пальцы в волосы, чувствуя, что меня сейчас стошнит. Что я наделал? Я был так поглощен вниманием Финна и вчера вечером, и сегодня утром, что Вайолет мне и в голову не приходила. Ни разу, черт возьми. Что это говорит обо мне? Бля, бля, бля! Я только что помог парню моей сестры изменить ей. Дважды! О, бля. Я ужасный человек. Конечно, я не думаю, что она ему действительно нравится, но это не имеет значения. А она в него влюблена! Очень! И теперь она хочет, чтобы я пришел к ней, пока у меня во рту ещё остался привкус его спермы. Я не могу этого сделать. Я не могу смотреть в глаза сестре. Очередной сигнал заставляет меня посмотреть на телефон. Вайолет: Пожалуйста? Мне сегодня очень нужно побыть с близнецом. Не могу поверить, что я переспал с ее парнем. Что, блядь, мне теперь делать?