Жажда

            Утро после пресс-конференции. Монако.       Шарль проснулся от того, что его телефон вибрировал на тумбочке уже минут десять. Он не слышал — спал слишком крепко. Макс услышал, но не разбудил. Вместо этого он взял телефон и посмотрел на экран.       — Шарль, — сказал он, — твоя мама звонит. Уже в четвёртый раз.       Шарль открыл один глаз. Потом второй.       — Дай сюда.       Макс протянул телефон. Шарль принял вызов и сразу отодвинул трубку от уха, потому что оттуда донёсся звонкий голос Паскаль Леклер:       — Шарль Шарль Шарль! Что я сейчас увидела в новостях?! Ты намекнул на пресс-конференции, что проигрывать приятно, и Ландо Норрис сказал на весь мир, что вы теперь официально пара! Я ничего не поняла, но я счастлива! Объясни мне!       Шарль посмотрел на Макса. Макс смотрел на него, прикрывая рот рукой, чтобы не засмеяться.       — Мам, привет, — сказал Шарль. — Успокойся.       — Я не успокоюсь, пока ты не скажешь, что это правда!       — Это правда.       Тишина на том конце. Секунда. Другая.       — Ты встречаешься с Максом Ферстаппеном? Тем самым, который всегда выигрывает у тебя?       — Он не всегда выигрывает.       — В этом году — всегда.       — Мам.       — Я не осуждаю, я просто уточняю. Он красивый. Я смотрела его интервью. У него хорошая улыбка.       Шарль вздохнул.       — Я передам ему.       — Он сейчас рядом?       — Да.       — Дай ему трубку.       — Мам…       — Шарль Леклер, дай своему парню трубку. Я хочу с ним познакомиться.       Шарль зажмурился и протянул телефон Максу.       — Моя мама хочет с тобой поговорить.       Макс на секунду испугался. По-настоящему. Шарль видел это — как расширились его глаза, как он сглотнул. Но Макс взял трубку.       — Здравствуйте, мадам Леклер, — сказал он. Голос звучал ровно, но Шарль чувствовал — он нервничает.       Что там говорила Паскаль, Шарль не слышал. Но он видел, как менялось лицо Макса — от напряжения к удивлению, от удивления к улыбке, от улыбки к чему-то мягкому, почти детскому.       — Да, мадам. Обещаю. Конечно. На Пасху? Я спрошу у него. Передам. Спасибо, мадам. До свидания.       Макс нажал отбой и вернул телефон Шарлю.       — Что она сказала? — спросил Шарль.       — Что я красивый. Что у меня хорошая улыбка. Что она рада, что ты наконец-то перестал быть дураком и сделал первый шаг.       — Она так и сказала?       — Почти. И она хочет, чтобы мы приехали на Пасху. В Рокебрюн. К ней домой.       Шарль закрыл лицо руками.       — Мы не можем поехать на Пасху. У нас гонка в Австралии.       — Я сказал ей. Она сказала: «Тогда на следующий год».       — Ты обещал?       — Я сказал «посмотрим».       — Это значит «да».       — Я знаю.       Шарль убрал руки от лица. Посмотрел на Макса.       — Ты правда хочешь поехать к моей маме?       Макс пожал плечами.       — Она вырастила тебя. Она, наверное, хороший человек. И она сказала, что будет кормить меня своей пастой. От такого не отказываются.       Шарль рассмеялся. Потянулся и поцеловал Макса.       — Ты идиот.       — Твоя мама так не считает.       — Она ещё узнает.