Грани

      После звонка Уён быстро сгреб ручку и пустую тетрадь с рюкзак. Ему нужно было перехватить Дживона до того, как тот успеет наложить в штаны от страха и побежать в полицию строчить чистосердечное.       Джиан намеренно задержалась в классе, собирая вещи медленнее обычного, чтобы не столкнуться с Дживоном у выхода. Слова, брошенные им на никому ненужной в этой школе «лекции», и выдранные на затылке волосы, напоминали девушке об предстоящей встрече. Чирён звала её с собой, но Джиан соврала, что ей нужно зайти в учительскую. Ей хотелось просто доползти до дома в одиночестве. Желательно без угроз до этого момента.       Когда девушка наконец вышла на задний двор школы, туман уже вовсю съедал очертания спортивной площадки. Ноябрьский холод моментально забрался под пальто. Джиан ускорила шаг, направляясь к калитке, но остановилась как вкопанная, услышав глухой, тяжёлый удар из-за угла пристройки. Затем послышался характерный хрип и кашель.       Джиан сжалась, спрятавшись за бетонный выступ стены, и осторожно выглянула.       У забора стояли двое. Кан Уён и Дживон. Только в этот раз Дживон не выглядел хулиганом школы. Он сидел на коленях, распластавшись спиной по сетке рабице, и судорожно хватал ртом воздух, прижимая ладонь к рёбрам — туда, куда только что пришёлся профессиональный, короткий удар Уёна.       Кан возвышался над ним, тяжело дыша от переполняемых его эмоций. Отросшая чёлка упала на глаза, но сквозь неё Джиан видела его взгляд — холодный, пустой и абсолютно безжалостный. Уён наклонился ниже, хватая Дживона за воротник куртки и рывком подтягивая его к своему лицу. — Ты мне не доплатил, долбаёб, — тихо, почти ласково просипел Уён, и от этого шёпота у Джиан по спине побежали мурашки. — Переводи остаток. Прямо сейчас. — У-уён, ты чё, страх потерял?! — попытался огрызнуться Дживон, но голос предал его, сорвавшись на писк. — Менты дело возобновили! Если они узнают про склад... — Если они узнают про склад, ты сядешь первым, — оборвал его Уён, встряхивая так, что Дживон стукнулся затылком о железный забор. — Потому что это ты нанял меня. Это ты, сука, платил за то, чтобы парня превратили в овощ. Хватит срать в штаны. Переводи бабки, удаляй мой номер и забудь, что я существую. Если твоя пасть откроется перед следователем — я лично закопаю тебя ещё до того, как твой папаша наймет тебе адвоката. Понял меня? — он ударил ладонь рядом с головой Дживона.       Парень тут же закивал так часто, что едва не вывихнул шею. Наглый хулиган испарился — перед Уёном сидел жалкий, перепуганный мальчишка, до которого наконец дошло, во что он вляпался. Дживон дрожащими пальцами достал телефон, судорожно тыкая в экран, стараясь даже не смотреть на злого Уёна.       Кан стоял неподвижно, пока его новый телефон в кармане коротко не завибрировал, оповещая о зачислении перевода.       Только после этого парень отпустил воротник Дживона. Тот повалился на грязный асфальт, тяжело дыша и провожая сгорбленную спину Уёна. Дживон даже не вспомнил о своем обещании однокласснице. Теперь ему страшно было за собственную шкуру.       Уён брезгливо вытер ладони о штаны, утыкаясь в новенький телефон.       Джиан испуганно отшатнулась в тень, молясь, чтобы Кан её не заметил.       Теперь жизнь Уёна усложнилась в разы. Возможно, теперь ему станет плевать на Джиан. Возможно, теперь его чувства окончательно остынут. Ведь ему просто нужны были его «кровавые» деньги и гарантия безопасности. Он защищал себя с той же жестокостью, с какой избивал людей на складе.       Джиан дождалась, пока шаги Уёна стихнут, и только тогда бросилась бежать со школьного двора. Она выбрала кружной путь — через старые, извилистые переулки частного сектора, подальше от оживлённых улиц, где можно было случайно встретить кого-то из них.       Подошва осенних ботинок хлюпала по ледяным лужам, утопающим в липком ноябрьском полумраке.       Вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь глухим гулом шоссе. Джиан сильнее обхватила себя руками поверх тонкого пальто, пытаясь унять крупную дрожь, которая колотила её изнутри. Но дело было не в сыром осеннем ветре.       Перед глазами всё ещё стояло незнакомое лично ей лицо Уёна. То, с какой пугающей лёгкостью он сломал Дживона у забора, заставило её осознать простую и жуткую вещь: парень, по которому она тайно вздыхала на задней парте, был настоящим чудовищем. Монстром, приложившим руку к смерти человека. Он был тем самым парнем в капюшоне и толстовке, который и избил ни в чем неповинного ученика на складе.       Шквал мыслей оборвался в секунду, когда за спиной раздался отчётливый звук — хруст. Будто кто-то наступил на сухую ветку и сразу же замер.       Джиан даже не остановилась, она только ускорилась. Воздух застрял в горле раскалённым комком, а сердце моментально пустилось вскачь, болезненно и тяжело ударяя в рёбра. Ей показалось, что этот стук эхом разносится по всему пустому переулку. Что человек, который устроил этот хруст, слышит насколько ей страшно. Она трясущимися пальцами, ни на секунду не останавливаясь, достала телефон из портфеля.       Джиан открыла мессенджер, находя первый попавшийся контакт, она записала «кружок», будто улыбаясь кому-то в камеру. В темноте отражения записи девушка пыталась распознать преследуемую фигуру. Но высокий силуэт сливался с темнотой позднего вечера.       Девушка сделала судорожный вдох и пошла быстрее, опуская телефон вниз. Силуэт сзади, кажется, тоже прибавил ход. Тяжёлые, размеренные шаги незнакомца зазвучали быстрее, будто он сокращал дистанцию.       Паника ледяной волной затопила сознание. Кончики её пальцев сильнее начали мандражировать, а в ушах зашумело так сильно, что собственное дыхание казалось оглушительным.       «Кто это? Дружки Дживона? Или Уён увидел, что я караулила у стены, и теперь идёт за мной?» — мысли путались, сменяясь первобытным диким страхом. Ей казалось, что переулок сужается, превращаясь в ту самую ловушку на складе.       Она сорвалась на бег. Холодный воздух обжигал лёгкие, а горло сдавило спазмом. Джиан бежала, не разбирая дороги, едва не спотыкаясь о разбитый асфальт, а шаги сзади переросли в преследующий, безжалостный топот. Ещё немного и ещё чуть-чуть она сможет дойти до освещённой улицы и неоновой вывески круглосуточного магазина.       Джиан буквально за секунды вылетела под жёлтый свет фонаря возле «продуктового» и резко развернулась, прижимаясь спиной к ледяной кирпичной стене. Руки судорожно вцепились в ткань пальто, губы побелели, а в глазах застыл животный ужас. Она была готова закричать.       Силуэт в капюшоне вышел из темноты следом, шагнув прямо под свет неона. Джиан быстро взглянула на стеклянную поверхность, за которой был продавец.       «Он точно услышит мои вопли», — подумала она.       Джиан слегка нахмурилась, внутренне подобравшись, ожидая удара, но левушка увидела совершенно незнакомого молодого парня. Из-под капюшона торчали белые проводные наушники, из которых глухо доносился какой-то бит, а в руках он держал пустой пластиковый пакет. Парень даже не посмотрел в её сторону — он лениво, уставшим шагом прошёл мимо, на ходу заталкивая руки в карманы, и скрылся за раздвижными дверями магазина, выискивая глазами полку с рамёном.       Джиан медленно сползла спиной по стене, со свистом выдыхая скопившийся в груди воздух. Ноги были абсолютно ватными, словно чужими.       — Идиотка, — прошептала она пересохшими губами, дрожащей ладонью стирая выступивший на лбу холодный пот. — Просто сумасшедшая параноичка.       Отец со своими лекциями о криминале, Уён со своими разборками — всё это окончательно доконало её психику. Джиан истерично, тихо усмехнулась. Никто за ней не шёл. Это был просто парень, который шёл за едой.       Сердце постепенно замедляло свой сумасшедший ритм, хотя колени и пальцы всё ещё подрагивали. Немного придя в себя, Джиан завернула за угол, направляясь к своему двору. Вот он — её родной подъезд, где на первом этаже в окнах уже горел мягкий свет знакомой бабушки.       Джиан быстрым шагом пересекла погружённую во мрак детскую площадку, на ходу доставая из кармана ключи. Металлическая связка приятно холодила ладонь, возвращая чувство реальности.       Девушка даже не видела, что в этот самый момент из глубокой, абсолютно чёрной тени раскидистого тополя на другой стороне двора за ней наблюдали. Глаза преследователя, скрытого ночной тьмой, неотрывно провожали её хрупкую фигуру до самой двери.       Настоящий враг, в отличие от случайного прохожего, никогда не выдавал себя шумом шагов. Он умел сливаться со стенами. Он ждал, когда жертва полностью расслабится, решив, что опасность миновала.