Тайный фанат
6 апреля 2026 г., 04:57
— Ты снова смотрел его стрим прошлой ночью? — Пьер Гасли оторвал взгляд от сценария и посмотрел на Шарля с выражением «я всё знаю, ты не прячься».
Шарль не поднял головы от телефона.
— Я не знаю, о чём ты.
— Ты донатил ему 200 фунтов в три часа ночи, Шарль. Я сплю в соседней комнате, когда приезжаю в Лондон. Я слышал твой писк, когда он прочитал твой комментарий.
— Это был не писк.
— Это был писк.
Шарль наконец отложил телефон и посмотрел на друга. Пьер сидел напротив, в кресле, с чашкой кофе и выражением лица заботливой мамы-наседки.
— Ладно, — сдался Шарль. — Я смотрел. И что?
— Ты влюблён в стримера, которого никогда не видел вживую.
— Я видел его в стриме.
— Это не считается.
— Для меня считается.
Пьер вздохнул и отставил кофе.
— Шарль, ты — один из самых узнаваемых людей планеты. Твои фильмы собирают миллиарды. Твоё лицо на обложках всех глянцевых журналов. А ты по ночам сидишь и донатишь парню, который играет в видеоигры.
— Он не просто играет. Он… — Шарль запнулся, подбирая слова. — Он настоящий. Он не играет роль. Он просто… Макс. Он злится, когда проигрывает. Он смеётся, когда чат шутит. Он рассказывает истории из детства, когда проходит сложные уровни. Он…
— Он красивый, — закончил за него Пьер.
Шарль покраснел.
— Это не главное.
— Но ты это заметил.
— Все это заметили. У него полтора миллиона подписчиков.
— И один из них — ты, который донатит под фейковым ником, потому что боишься, что если Макс узнает, кто ты на самом деле, он… что? Испугается? Обрадуется? Возненавидит?
Шарль замолчал.
Попал в точку.
— Он возненавидит, — тихо сказал Шарль. — Он ненавидит, когда люди играют роли. А я… я актёр. Моя жизнь — это роли. Если он узнает, что я донатил ему полгода под фейком… он подумает, что я очередной притворщик.
— Ты не притворяешься, — мягко сказал Пьер. — Ты просто боишься.
— Одно и то же.
Они помолчали.
— Сколько ты уже задонатил? — спросил Пьер.
— Не считал.
— Шарль.
— Ладно. Около… трёх тысяч фунтов.
— ТРЁХ ТЫСЯЧ?
— За полгода! Это не так много!
— Ты мог купить себе новую игровую приставку. Или встретиться с ним лично и пригласить на ужин за эти деньги.
— Я не могу встретиться с ним лично.
— Почему?
— Потому что я… — Шарль снова замолчал. — Потому что тогда он узнает, кто я. И всё испортится.
Пьер посмотрел на него долгим взглядом.
— Ты когда-нибудь задумывался, что, может быть, ему плевать, кто ты? Может, ему просто понравится тот, кто донатил ему 50 фунтов в первый раз и написал «ты невероятный»?
Шарль ничего не ответил.
Он взял телефон.
Открыл Twitch.
Макс был в эфире.
На стриме
— Окей, ребята, сегодня играем во что-то спокойное, потому что я вчера не спал, и моя реакция сейчас — как у ленивца на валериане.
Чат засмеялся.
Макс зевнул, потянулся, поправил наушники.
— Но сначала — донаты. Потому что вы, как всегда, сумасшедшие.
Он начал читать:
— «Макс, ты бог» — спасибо, но я просто человек, который слишком много играет.
— «Женись на мне» — извини, я уже женат на своём компьютере.
— «Как тебе новый патч?» — ужасно, разработчики явно меня ненавидят.
И вдруг:
— «LeClercFan77 донатит 200 фунтов и говорит: „Ты сделал мой вечер. Спасибо, что ты есть“».
Макс улыбнулся.
Ту самую улыбку. Тёплую. Не в камеру. Настоящую.
— О, LeClercFan77. Ты снова здесь. Спасибо, друг. Ты всегда такой щедрый. Я… правда ценю это. Ты один из тех, кто поддерживает меня с самого начала, да? Я помню твой первый донат. 50 фунтов. «Ты невероятный». У меня до сих пор скриншот есть, если честно.
Шарль замер.
У него есть скриншот?
— Так что спасибо тебе. Правда. Ты не представляешь, как это помогает.
Макс откашлялся и вернулся к игре.
А Шарль сидел, сжимая телефон, и чувствовал, как глаза щиплет.
— Он меня запомнил, — прошептал он.
Пьер, который всё это время сидел рядом и делал вид, что читает сценарий, поднял голову.
— Что?
— Он сказал, что помнит мой первый донат. У него есть скриншот.
Пьер посмотрел на него. Потом на телефон. Потом снова на Шарля.
— Ты влюблён в него, — сказал Пьер не как вопрос. Как диагноз.
Шарль не стал спорить.
— Знаю.
— И что ты собираешься делать?
Шарль посмотрел на экран. Макс проходил очередной уровень, кусал губу, смеялся над чатом, называл кого-то «братан» и проклинал разработчиков на голландском.
— Ничего, — сказал Шарль. — Пока ничего.
Он не знал, что судьба уже готовила ему встречу.
Через три дня.
В Лондоне.
На тёмной улице.
Когда он засмотрится в телефон и врежется в того, кого искал полгода
