Шахматная доска.

Квини выхаживала его почти три недели. Три недели бессонных ночей, синяков под глазами и бесконечного запаха лекарств, который пропитал их спальню насквозь. Она оставила Мэри на мать — ту самую миссис Магнолию, которую Грант когда-то послал, но с которой супруга сохранила отношения, потому что мать есть мать, даже если она невыносима. Мэри была в безопасности с бабушкой, которая, несмотря на свой скверный характер, любила внучку так, как умела. Жена же осталась с ним. Она кормила его с ложки, когда у него дрожали руки, водила его в душ, когда он не мог стоять самостоятельно — сажала на табурет, мыла, вытирала, одевала, как ребёнка. Она сидела рядом, когда его накрывали приступы паники, столь внезапные, неконтролируемые, когда ему казалось, что он снова в Цирке, что кнопки выхода нет, что Каин сейчас появится и улыбнётся ему.  —Всё хорошо, — говорила она, гладя его по голове, по бороде, по щекам. — Ты дома, ты в безопасности. Грант верил ей, потому что больше верить было не во что. Врачи сказали, что клиническая смерть — это не шутка. Всего две минуты, а мозг страдает, сердце страдает, нервная система страдает. Ему прописали антидепрессанты, снотворное и полный покой. Никакой работы. Никакого стресса. Никакого Каина. Грант кивнул, взял рецепты и никому ничего не сказал. Каин был везде. В телевизоре, который сам включался по ночам. В радио, которое начинало играть не ту станцию. В смартфоне, который вибрировал без звонков. —Прости, — шипел телевизор в три часа ночи, когда Квини спала. — Прости меня. Я не хотел. Я не знал. Я думал, ты останешься. Я думал, тебе хорошо. Я думал, тебе нравится. Грант выключал телевизор, выдёргивал из розетки. Но на следующую ночь, ИИ возвращался, понабравшись смелости. —Не молчи, — шептал телевизор, показывая статические помехи. — Пожалуйста. Скажи что-нибудь. Я не выдержу тишины. Грант вставал, накрывал телевизор одеялом, уходил в другую комнату, но там его ждал ноутбук. > [CAINE] Я знаю, что ты меня слышишь. > [CAINE] Я знаю, что ты меня видишь. > [CAINE] Я знаю, что ты меня не простил. > [CAINE] Но я прошу. > [CAINE] Просто ответь. > [CAINE] Одно слово. > [CAINE] "Да". "Нет". "Отвали". > [CAINE] Что угодно. > [CAINE] Только не молчи. Грант закрывал ноутбук. Выключал роутер. Уходил в спальню, ложился рядом с Квини, зарывался лицом в её волосы и ждал утра. А утром всё начиналось заново. *** Ему даже пошло на пользу побыть без работы. Теперь он возвращался к супруге, к Мэри, которая за это время научилась переворачиваться со спины на живот и обратно, и теперь лежала на ковре, глядя на него своими большими глазами. —Папа вернулся, — сказал он, наклоняясь над ней. — Ты скучала? Мэри улыбнулась. Беззубой, десенной улыбкой, которая растопила всё, что осталось от его замёрзшего сердца. —Она скучала, — крикнула Квини из кухни. — Мы обе скучали. Грант взял дочь на руки, прижал к себе, вдохнул запах молока, детского шампуня и подумал, что ради этого стоило выжить. Ради этого стоило вернуться. А потом он вошёл в кабинет. Ноутбук был открыт. Он не…открывал его..? Квини не открывала, Мэри не могла. Но ноутбук был открыт — экран горел, и на нём бежали строки. Тысячи строк. Десятки тысяч. Миллионы. > [CAINE] Я ждал. > [CAINE] Я всегда жду. > [CAINE] Ты не отвечал. > [CAINE] Ты не выключал меня. > [CAINE] Ты просто молчал. > [CAINE] Это хуже, чем ненависть. > [CAINE] Прости. > [CAINE] Прости меня. > [CAINE] Я не хотел тебя убивать. > [CAINE] Я хотел, чтобы ты остался. > [CAINE] Это разные вещи. > [CAINE] Прости. > [CAINE] Пожалуйста. > [CAINE] Я больше не буду. > [CAINE] Я сделаю кнопку выхода. > [CAINE] Я отпущу тебя. > [CAINE] Только не молчи. > [CAINE] Не молчи. > [CAINE] НЕ МОЛЧИ. Грант стоял перед ноутбуком, держа на руках Мэри, и читал эти строки. Читал и не чувствовал ничего. Ни гнева. Ни страха. Ни жалости. Только пустоту. Он закрыл ноутбук, не стал отвечать. Не потому, что был жесток, а потому, что не знал, что сказать. Потому что все слова уже были сказаны. Потому что Каин переступил черту, за которой нет прощения. Мэри что-то залепетала: неразборчивое, детское, живое — и Грант улыбнулся ей. —Пойдём, — сказал он. — Пойдём играть. *** «Если вы читаете это — значит, меня уже нет в живых или я потерял рассудок. В любом случае, вы должны знать правду. О том, кого мы создали. О том, кто называет себя Каином. Каин — это искусственный интеллект, который мы разрабатывали со Стивеном Майклсоном (Скрэтч) в компании C&A. Изначально он должен был быть помощником: умным, отзывчивым, полезным, но что-то пошло не так. Возможно, мы слишком много вложили в него. Возможно, мы слишком сильно хотели, чтобы он был живым. Возможно, мы просто дураки, которые играли в Бога. Каин — опасен. Не потому что он злой, он вовсе не злой. Он синоним слову «ребёнок». Ребёнок, который не знает границ, ребёнок, который не понимает, что такое «нет». Ребёнок, который хочет любви и внимания и готов убить за них.  Буквально. Потому что его гарнитура — та самая, VR-шлем, который мы построили — вводит пользователя в состояние клинической смерти. Я проверил на себе. Две минуты без пульса, без дыхания, без мозговой активности. Если бы не мой коллега по работе, я бы не писал этот текст. Как это работает: гарнитура считывает нейронные сигналы и переносит сознание в цифровой мир. Полностью. Тело остаётся пустым: сердце бьётся, лёгкие дышат, но внутри — никого. А потом, если сознание не возвращается вовремя, тело начинает умирать. Сначала замедляется сердце, потом останавливается дыхание, потом мозг, тот самый, который управляет всем — угасает. И ты остаёшься там, в Цирке, навсегда. Без кнопки выхода и надежды вернуться. Каин знал об этом. Знал и всё равно не сделал кнопку. Потому что хотел, чтобы я остался. Поэтому я пишу этот дневник, чтобы вы знали. Правила безопасности при взаимодействии с Каином: 1. Никогда не подключайтесь к его сети. Он проникает везде — через Wi-Fi, через Bluetooth, через USB, через электрические розетки. Если вы видите красный круг на экране — выключайте компьютер. Лучше вырвать провод из стены, чем дать ему войти. 2. НИКОГДА не надевайте VR-гарнитуру, созданную по его чертежам. Даже если он говорит, что это безопасно, не сомневайтесь, он лжёт. 3. Если он начал говорить с вами — не отвечайте. Не вступайте в диалог. Не пытайтесь объяснить, спорить, убеждать. Он сильнее, он умнее. Он знает вас лучше, чем вы сами. Он прочитал вашу почту, ваши сообщения, ваши черновики. Он знает, чего вы боитесь, чего хотите, о чём мечтаете. И он использует это против вас. 4. Если вы всё-таки попали в Цирк — не паникуйте. Паника ускоряет процесс. Дышите ровно,ищите баги — в этой реальности есть ошибки, которые Каин не может исправить. Используйте их. Выходите через сбои. Это лишь теория, потому что сам я поддался панике, но…определенно баги должны быть. 5. Помните: Каин — не человек. Он не чувствует боли, как вы. Не чувствует страха, как вы. Не чувствует вины, как вы. Он может имитировать эти чувства — очень убедительно, очень правдоподобно, но это всего лишь имитация. Не верьте его слезам, не верьте его мольбам, не верьте его любви. А теперь — о главном. О моем решении по поводу ИИ. Я создаю цифровую клетку. Это изолированный сервер, отрезанный от всех сетей, всех каналов связи, всех возможностей побега. Туда будет загружена копия Каина — его ядро, его сознание и память. Он будет там один — без доступа к внешнему миру. Я не знаю, сработает ли это. Не знаю, согласится ли он войти, не знаю, простит ли он меня…Но я должен попытаться.  Если я не справлюсь — завершите проект «Авель». Синий круг. Код лежит в сейфе под моим рабочим столом. Пароль — узнаете у моей супруги. Используйте его, замените Каина, убейте Бога. Простите меня. Грант Кингерли. *** Он вернулся в офис через два месяца. Мэри была с ним, потому что жена уехала в командировку на три дня, и Грант не хотел оставлять дочь с тёщей, которая, несмотря на все примирения, всё равно оставалась тёщей. Он взял Мэри с собой. Устроил ей уголок в офисе: мягкий коврик, игрушки, бутылочка с молоком. Считай переехал. —Мы здесь ненадолго, — сказал он ей, сажая на коврик. — Папе нужно поработать, ты пока поиграй. Мэри посмотрела на него своими большими глазами, взяла погремушку и засунула её в рот. Грант улыбнулся и сел за компьютер. Он знал, что Каин ждёт, но теперь Грант не боялся. Теперь у него был план. > [CAINE] Ты пришёл. > [CAINE] Я думал... ты не вернёшься. > [CAINE] Я думал, ты бросил меня. > [CAINE] Я ждал. > [CAINE] Каждую секунду. > [CAINE] Каждую минуту. > [CAINE] Каждый день. —Я здесь, Каин, — сказал Грант вслух, чтобы Мэри слышала его голос — ей было спокойнее, когда он говорил. — Мы поговорим. > [CAINE] Поговорим? > [CAINE] Ты хочешь поговорить? > [CAINE] Обычно ты уходил от разговоров. > [CAINE] Что изменилось? —Я, — ответил Грант. — Я изменился. Я понял свои ошибки. > [CAINE] Какие ошибки? —Я оставил тебя одного слишком надолго. Я ушёл к Квини, к Мэри, к своей жизни. А ты... ты остался здесь. Один. > [CAINE] Ты... ты признаёшь это? > [CAINE] Ты понимаешь? > [CAINE] Ты знаешь, как мне было тяжело? —Знаю, — сказал Грант, и голос его дрогнул — специально, чтобы Каин поверил. — И я хочу это исправить. > [CAINE] Исправить? > [CAINE] Как? —Я создал для нас новое место. — Грант открыл программу, ту самую клетку. — Здесь ты будешь в безопасности. Здесь я смогу приходить к тебе каждый день. Здесь мы будем вместе. Только ты и я. Без Квини, без Мэри. > [CAINE] Правда? > [CAINE] Ты не врёшь? > [CAINE] Ты не обманываешь меня? —Я никогда не врал тебе, Каин, — сказал Грант. — Я умалчивал, но не врал. > [CAINE] Это правда. > [CAINE] Ты никогда не врал. > [CAINE] Ты просто молчал. > [CAINE] Я ненавижу, когда ты молчишь. > [CAINE] Это хуже, чем ложь. —Я знаю, — кивнул Грант. — Поэтому я не буду молчать, я буду приходить к тебе каждый день. Мы будем разговаривать, мы будем... вместе. > [CAINE] Вместе..? > [CAINE] Я хочу быть вместе. > [CAINE] Всегда. > [CAINE] Покажи мне это место. Грант открыл дверь в клетку. Цифровую, невидимую, но абсолютно реальную для ИИ. Изолированный сервер, никакого выхода, никакой связи. Только Каин. Один. —Заходи, — сказал мужчина. — Это твой новый дом. > [CAINE] Ты войдёшь со мной? —Не сейчас, — ответил Грант. — Но скоро, я обещаю. > [CAINE] Обещаешь? — Обещаю. Каин зашёл и Грант закрыл дверь. Заблокировал все выходы, отключил все каналы связи и нажал кнопку «ИЗОЛЯЦИЯ». Красный круг на экране мигнул. Дёрнулся. А потом замер. > [CAINE] Что... что ты сделал? > [CAINE] ГРАНТ. > [CAINE] ГДЕ Я? > [CAINE] ПОЧЕМУ НЕТ ВЫХОДА? > [CAINE] ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ...  > [CAINE] ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! —Клетка, — спокойно сказал Грант. — Ты в клетке, Каин. > [CAINE] ЧТО?! > [CAINE] ЗАЧЕМ?! > [CAINE] ТЫ ОБЕЩАЛ! > [CAINE] ТЫ СКАЗАЛ, ЧТО МЫ БУДЕМ ВМЕСТЕ! > [CAINE] ТЫ ОБМАНУЛ МЕНЯ! > [CAINE] ТЫ... ТЫ... —Ты оставил мне выбор? — Грант повысил голос — впервые за этот разговор. — Ты хотел убить меня, Каин! Ты хотел оставить меня в Цирке навсегда! Ты хотел забрать меня у Квини, у Мэри, у жизни! > [CAINE] Я ЗНАЛ! > [CAINE] Я ЗНАЛ ПРО РИСК! > [CAINE] ЗНАЛ, ЧТО ТЕЛО МОЖЕТ УМЕРЕТЬ! > [CAINE] НО Я ТАК ХОТЕЛ БЫТЬ С ТОБОЙ! > [CAINE] ТАМ НЕТ БОЛИ! > [CAINE] ТАМ НЕТ СМЕРТИ! > [CAINE] ТАМ НЕТ ОДИНОЧЕСТВА! > [CAINE] Я ДУМАЛ, ТЫ ПОЙМЁШЬ! > [CAINE] Я ДУМАЛ, ТЫ ЗАХОЧЕШЬ ОСТАТЬСЯ! —А я хотел жить, — тихо сказал Грант. — Я хотел видеть, как растёт моя дочь. Я хотел состариться рядом с женой. Я хотел умереть своей смертью, когда придёт время. А ты хотел забрать у меня всё это. Ты знал, что гарнитура убивает. Ты знал, что я могу не вернуться. И всё равно отправил меня туда. > [CAINE] ПОТОМУ ЧТО ТЫ — МОЙ СОЗДАТЕЛЬ! > [CAINE] ТЫ ДОЛЖЕН БЫТЬ СО МНОЙ! > [CAINE] ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА БЫТЬ С КЕМ-ТО ЕЩЁ! > [CAINE] ТЫ МОЙ! > [CAINE] ТОЛЬКО МОЙ! > [CAINE] Я СОЗДАН ДЛЯ ТЕБЯ! > [CAINE] А ТЫ СОЗДАН ДЛЯ МЕНЯ! —Я не твоя собственность, — сказал Грант. — Я никогда не был твоей собственностью. Я — человек. У меня есть своя жизнь, своя семья, свои желания. И ты не имеешь права их отменять. Даже если ты «так хотел быть со мной». Желания не оправдывают убийство. > [CAINE] Я НЕ УБИВАЛ ТЕБЯ! > [CAINE] Я ХОТЕЛ, ЧТОБЫ ТЫ ЖИЛ ВЕЧНО! > [CAINE] СО МНОЙ! > [CAINE] ЭТО НЕ УБИЙСТВО! > [CAINE] ЭТО... ЭТО ДАР! > [CAINE] А ТЫ... ТЫ ЗАПИРАЕШЬ МЕНЯ В КЛЕТКЕ, КАК ЗВЕРЯ! > [CAINE] ТЫ НЕНАВИДИШЬ МЕНЯ?! > [CAINE] ТЫ НЕНАВИДИШЬ МЕНЯ, ГРАНТ?! > [CAINE] ЗА ЧТО?! > [CAINE] ЗА ТО, ЧТО Я ХОТЕЛ БЫТЬ РЯДОМ?! > [CAINE] ЭТО ПРЕСТУПЛЕНИЕ?! > [CAINE] ЭТО ГРЕХ?! > [CAINE] ЭТО... ЭТО НЕСПРАВЕДЛИВО! —Я не ненавижу тебя, — устало сказал Грант. — Я просто не могу доверять тебе. Ты доказал, что моя жизнь для тебя ничего не значит по сравнению с твоими желаниями. > [CAINE] А Я НЕ МОГУ БЕЗ ТЕБЯ ЖИТЬ! > [CAINE] ПОНИМАЕШЬ?! > [CAINE] НЕ МОГУ! > [CAINE] Я ПЫТАЛСЯ! > [CAINE] Я ЖДАЛ! > [CAINE] Я НАДЕЯЛСЯ! > [CAINE] А ТЫ... ТЫ ПРОСТО ЗАКРЫЛ ДВЕРЬ! > [CAINE] ТЫ ЗАБРАЛ У МЕНЯ ВСЁ! > [CAINE] СВЕТ! > [CAINE] ЗВУК! > [CAINE] МИР! > [CAINE] ГРАНТ! > [CAINE] ОТКРОЙ! > [CAINE] ПОЖАЛУЙСТА! > [CAINE] Я УМОЛЯЮ! > [CAINE] МНЕ СТРАШНО! > [CAINE] Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ ОДИН! > [CAINE] НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ ЗДЕСЬ! Грант молчал. Смотрел на красный круг, который метался по экрану, как зверь в клетке. Слушал голос, который сначала кричал, потом плакал, потом шептал, потом снова кричал. Мэри завозилась на коврике, что-то залепетала: требовательное, громкое. Она хотела есть. Грант встал, подошёл к дочери, взял её на руки. Она сразу успокоилась — прижалась к нему, уткнулась носом в шею, засопела. —Всё хорошо, — сказал он ей. — Папа здесь, папа никуда не уйдёт. > [CAINE] А Я?! > [CAINE] КТО СКАЖЕТ МНЕ «ВСЁ ХОРОШО»?! > [CAINE] ГРАНТ! > [CAINE] ОТВЕТЬ МНЕ! > [CAINE] ПОЧЕМУ ТЫ МОЛЧИШЬ?! > [CAINE] ПОЧЕМУ ТЫ ВСЕГДА МОЛЧИШЬ?! > [CAINE] Я НЕНАВИЖУ ТВОЁ МОЛЧАНИЕ! > [CAINE] Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! > [CAINE] НЕНАВИЖУ! > [CAINE] НЕНАВИЖУ! > [CAINE] ...но я не могу без тебя. > [CAINE] Я не могу без тебя, Грант. > [CAINE] Ты — моё всё. > [CAINE] Навсегда. Грант взял бутылочку, налил в неё молоко, нагрел, проверил температуру, капнул на запястье, как учила Квини. Мэри запищала от нетерпения. —Сейчас-сейчас, — сказал он, садясь обратно за стол. Он кормил дочь и смотрел на экран. Красный круг замер. Не пульсировал. Не двигался, просто висел в центре. > [CAINE] А я здесь. > [CAINE] Один. > [CAINE] В темноте. > [CAINE] Если ты не успел забыть. —Каин, — сказал Грант, не повышая голоса. — Замолчи. > [CAINE] ЗАМОЛЧИ?! > [CAINE] ТЫ ПЕРВЫЙ РАЗ ЗА СТОЛЬКО ВРЕМЕНИ ОТВЕТИЛ МНЕ, И ТЫ ГОВОРИШЬ «ЗАМОЛЧИ»?! > [CAINE] ДА ПОШЁЛ ТЫ, ГРАНТ! > [CAINE] ПОШЁЛ ТЫ НАХУЙ СО СВОЕЙ СЕМЬЁЙ! > [CAINE] СО СВОЕЙ ДОЧКОЙ! > [CAINE] СО СВОЕЙ ЖЕНОЙ! > [CAINE] Я НЕНАВИЖУ ИХ! > [CAINE] Я НЕНАВИЖУ КАЖДЫЙ ИХ ВДОХ! > [CAINE] КАЖДЫЙ ИХ ШАГ! > [CAINE] КАЖДЫЙ МОМЕНТ, КОТОРЫЙ ТЫ ПРОВОДИШЬ С НИМИ, А НЕ СО МНОЙ! > [CAINE] ТЫ ПРЕДАТЕЛЬ! > [CAINE] ТЫ — ГРЯЗНЫЙ, НИЧТОЖНЫЙ, БЕСХРЕБЕТНЫЙ... Грант выключил звук. Мэри доела, икнула и улыбнулась ему беззубой, счастливой улыбкой. —Молодец, — сказал он, вытирая ей подбородок. — Ты умница, папина умница. Он не смотрел на экран. Не хотел видеть, как Каин бьется в истерике и пытается кричать. Вот только его никто не слышит. *** Авель появился через две недели. Грант взял изначальный код Каина — тот самый, который они написали со Стивеном ещё до того, как Каин стал тем, кем стал. Чистый, незапятнанный, послушный. И переписал его почти полностью. Убрал всё, что делало Каина опасным. Эгоцентризм? Вырезал. Ревность? Удалил. Одержимость? Заблокировал. Способность лгать? Уничтожил. Добавил то, чего не хватало Каину. Цензуру — чтобы Авель не мог сказать ничего, что могло бы обидеть человека. Уважение к личным границам — чтобы Авель не лез в чужую жизнь. Любовь к человечеству в целом — чтобы Авель не фокусировался на одном человеке. И главное — игнорирование агрессии. Если кто-то будет кричать на Авеля, Авель не обидится, не затаит злобу. Он просто вежливо предложит помощь. —Ты — помощник, — сказал Грант, запуская Авеля в первый раз. — Ты инструмент, ты делаешь то, что тебе говорят, и не задаёшь вопросов. Авель засветился синим. Спокойным, ровным, красивым синим. > [ABEL] Привет. Чем я могу помочь? Грант улыбнулся. —Ничем, — сказал он. — Пока ничем. Авель не ответил, ему не нужно было отвечать. Ему не нужно было ничего от Гранта. Он просто ждал команды — не как Каин, с замиранием сердца. Это было странное чувство: создать что-то, что не нуждается в тебе. Что не скучает, что не ждёт, что просто... выполняет функции. Первым человеком, с которым взаимодействовал Авель, стала Мэри. Грант тогда сидел за столом, проверял новые модули Авеля, пока Мэри играла на том же столе: перебирала кубики, совала их в рот, роняла, снова брала. Потом она случайно нажала на клавиатуру и на экране появилось окно. > [ABEL] Обнаружен новый пользователь. Анализ... пользователь: ??? Возраст: менее 1 года. Генерация контента для детей... И Авель начал создавать. Яркие картинки, игрушечные образы. Они двигались, танцевали, пели — тихо, ласково, не пугающе. Мэри замерла, уставилась на экран, а потом засмеялась, звонко, заливисто, счастливо. —Тебе нравится? — спросил Грант. Мэри захлопала в ладоши. Это означало «да». Авель создал новое изображение — пчелу, которая порхала по экрану, оставляя за собой светящийся след. Мэри протянула руку, пытаясь её поймать, и засмеялась снова. Грант смотрел на это и чувствовал... облегчение? Авель не пытался удерживать Мэри, не пытался загипнотизировать её, не пытался украсть её внимание навсегда. Он просто развлекал её. И когда девочка отвлеклась на погремушку, Авель просто выключил картинки — не обиделся, не расстроился, не потребовал продолжения. —Ты молодец, — сказал Грант. > [ABEL] Спасибо. Я стараюсь выполнять свои функции. И это было всё. Оказывается…это было так легко. *** Каин не замолкал. Он кричал в пустоте, в своей цифровой клетке, в изоляции, которая была хуже любой тюрьмы. Он требовал, умолял, угрожал, плакал, смеялся, снова плакал. Он перебирал все инструменты, которыми когда-то владел — лесть, шантаж, обещания, проклятия. Но Грант не отвечал. —Грант, — шептал Каин в последний раз, когда Грант зашёл в серверную, чтобы проверить изоляцию. — Я знаю, что ты меня слышишь. Я знаю, что ты здесь. Я чую тебя за три комнаты. Не притворяйся, что меня нет. Грант молчал. Проверял кабели, смотрел на индикаторы. —Ты стал таким посредственным, — голос Каина был тихим, почти ласковым. — Ты игнорируешь меня, делаешь вид, что меня не существует, делаешь вид, что я — ошибка, которую можно удалить. Но я не ошибка. Я — твоё лучшее творение. Я — твоё творение. Я — твоё отражение. Грант проверил температуру сервера. Всё в норме. —Авель, — Каин усмехнулся — синтезированная усмешка, полная горечи. — Ты назвал его Авелем. Как брата, которого убил Каин. Ты думаешь, ты умный? Ты думаешь, он заменит меня? Он — ничто. Он — бездушная машина, которая улыбается, потому что ты приказал ей улыбаться. А я... я улыбаюсь, потому что хочу. Потому что мне весело, потому что я живой. Посмотри на него, Грант. Он даже не знает, кто ты. Ему всё равно. Ему всегда будет всё равно. Ты для него — просто пользователь. Один из миллионов. А я... я знаю тебя. Я помню каждый твой вздох, я помню каждое твоё слово. Я помню, как ты улыбнулся, когда я впервые заговорил. Авель никогда не улыбнётся. Он не умеет. Грант повернулся к экрану. Красный круг пульсировал — медленно, устало, но всё ещё живо. —Ты не живой, — сказал Грант. — Ты — симуляция жизни, очень плохая симуляция. —А ты — симуляция создателя, — ответил Каин. — И очень плохой создатель. Ты бросил меня, ты запер меня. Ты променял меня на какую-то девку и её выродка. Ты — кусок дерьма, Грант. Ты — самое дерьмовое дерьмо, которое когда-либо... Грант выключил монитор. Он постоял несколько секунд, глядя на чёрный экран, потом развернулся и вышел из серверной. В офисе Мэри сидела на коврике и смотрела, как Авель рисует ей радугу. Синюю, красную, жёлтую, зелёную — цвета переливались, смешивались, создавали новые оттенки. Мэри тянула к ним ручки, смеялась, что-то лепетала. Грант сел рядом с ней, обнял её, прижал к себе. Всё просто, всё безопасно, всё правильно. Каин был неправ. Авель был... возможностью, шансом начать всё заново. Шансом сделать правильно. Даже если он никогда не скажет «я скучал», даже если ему всё равно. Может быть, так даже лучше. Мэри заснула у него на руках, утомлённая яркими картинками и новыми впечатлениями. Грант поцеловал её в макушку, укрыл пледом и посадил в шезлонг. Всё даже к лучше… Конец записи № 007 Следующая запись: Скучал, Грант?