Кто, если не ты?

      Серёжа даже не представлял, насколько сложно будет после своего осознания увидеть Артёма вживую. Он даже не смог обнять его в ответ, только стоял столбом и чувствовал чужие руки на своей спине. Внимание обращалось на те вещи, которые Серёжа раньше не замечал, а может, просто придавал им меньшее значение. То, как Артём двигается, улыбается, говорит. Невозможно было на него не смотреть, не думать о нем. Серёжа больше не мог видеть в Артёме просто друга. И из-за этого ему хотелось сильно ударить себя по голове.       Конечно, его изменения в поведении не остались незамеченными. И естественно, милый, заботливый Артём решил узнать, в чем дело.       — Слушай, ты сегодня какой-то странный. У тебя ничего не болит? Или может что-то случилось?       — Нет, всё нормально. – ответил Серёжа ровным тоном. Почему Артём обязательно должен был быть с ним таким хорошим? От этого внутри все болезненно сжималось.       — Ты же знаешь, что, если что, можешь рассказать мне что угодно? – напомнил Артём.       — Тём, отъебись, а? Я говорю, что все хорошо, – на эмоциях ответил Серёжа, и тут же об этом пожалел. Артём, тем не менее, больше не стал настаивать, и уткнулся в тетрадь. Весь последующий день он тоже говорил мало и вел себя сдержанно. Он не огрызался на Серёжу и не играл с ним в молчанку, скорее, выполнял просьбу «отъебаться».       Внутренне воя из-за того, что расстроил Артёма, Серёжа успел подумать, что, возможно, это даже к лучшему. Пусть Артём возненавидит его, только бы не узнал, что Серёжа в него влюблен. Так будет проще. Стоит побыстрее с этим покончить, прежде чем Серёжа не натворил глупостей. Как бы больно не было, они вряд-ли смогут дружить дальше. Хоть Артём и оставался для него лучшим другом, он все также ему доверял и дорожил им, но появилось и нечто большее. Сереже никогда не будет достаточно одной дружбы, и рано или поздно он все испортит, оставив Артёму только горечь и воспоминания, которые он уже не сможет воспринимать как раньше. Поэтому Серёжа должен быть сильным и хотя бы сократить, если не прекратить, общение для блага их обоих.       Но это было так сложно, когда после уроков Артём с надеждой в глазах спросил:       — Пойдем ко мне? Поиграем в игру, в которую ты давно хотел.       — Я наверное лучше домой пойду. Устал, – Серёже едва удалось выговорить простой отказ.       Артём не стал его уговаривать, но заметно расстроился. Не зная, что ещё сказать, он попрощался и быстро зашагал в противоположном от Артёма направлении. Серёже, по правде, хотелось плакать. Хотелось извиняться перед Артёмом, признаваться в необъятной любви и умолять не оставлять его одного. Всё, что Сережа мог – идти домой, пытаясь отвлечься от мыслей громкой музыкой.

☆☆☆

      Что-то было не так, и с этим определенно нужно было что-то делать, решил Артём, заходя в свою квартиру. Естественно, у каждого могло быть плохое настроение, но Серёжа никогда раньше не вел себя так. Он мог позволить себе саркастические комментарии, а иногда даже грубость, но всё это скорее сводил в шутку, чем говорил всерьез. Сегодня же все по-другому.

Я 14.56

Извини пожалуйста если я сделал или сказал что-то не так

Ты для меня очень важен

      Недолго думая, Артём решил написать эти сообщения. Он не хотел, чтобы между ними были какие-то недосказанности и неразрешенные конфликты. Даже если казалось, что ничего случится не могло, нужно перестраховаться.       И ещё убедиться, что отказ Серёжи провести сегодня время вместе – единоразовая акция.

Я 14.58

Мы завтра с Максом и Серым собираемся играть в настолки

Будет классно если ты тоже придешь

Что думаешь?

      Где-то в другом доме, увидев сообщение «ты для меня очень важен» Сергей Шевелев заорал в подушку.       Ответ Артёму пришел почти сразу. Сережа 14.59 Ты ничего не сделал. Не переживай Правда все хорошо Сережа 15.02 Насчёт настолок я подумаю Во сколько вы собираетесь?       Артём посчитал этот ответ маленькой победой.

☆☆☆

      — Ты когда-нибудь влюблялась не взаимно? – тихо подал голос Серёжа.       Он сидел за столом на кухне и пил чай, пока мама готовила ужин. За окном уже стемнело, было спокойно и мирно, только звяканье кастрюль и ложек нарушало тишину.       — Было такое, – ответила мама и, отвлекшись от мяса, села за стол напротив Серёжи. – Рассказывай давай, что там у тебя за драма.       — Я не говорил, что...       — Да по тебе и так видно, – улыбнулась она, – Колись уже.       — Ну, мне кое-кто нравится... – начал Серёжа, тут же жалея, что решил этим поделиться. Нужно хотя бы местоимения по ходу рассказа менять, не стоит маму лишний раз тревожить. Она и так устает на работе, ей не нужны лишние заботы. – Я знаю, что не нравлюсь ей в ответ. Мне... сложно, зная это, продолжать дружить с ней. Но и прекращать общение я не хочу. И не хочу расстраивать ег... её. Даже если я бы ей нравился, мы не смогли бы быть вместе.       — Почему ты так думаешь? – тихо спросила мама.       Серёжа не поднимал на неё взгляд, рассматривая полупустую чашку чая.       — Она достойна лучшего.       — Это плохой аргумент.       — Мы... Нам будет сложно, – ответил Серёжа, представляя, как будет бояться взять за руку любимого человека, со страхом оглядываясь на прохожих. Хотя даже об этом ему можно только мечтать.       — Серёж... – обратилась к нему мама каким-то странным тоном, – это же не она, а он, да?       Серёжа совсем этого не ожидал. Он уставился на маму большими глазами, боясь пошевелиться. Серёжа не знал что ответить, и стоит ли пытаться это отрицать. Казалось, если он пошевелит хоть одним пальцем, на голову ему упадет потолок, или мама тут же нападет, как нападает хищник на жертву.       Она действительно встала со стула и подошла ближе, но только для того, чтобы неловко наклониться и обхватить руками Сережины плечи. Обьятия не были приняты в их семье, но сейчас они были необходимы.       — Расслабься, мой хороший, – прошептала она. – Планета не перестанет крутиться от того, что тебе нравится Артём.       Серёжа выдохнул ей в плечо, тоже обхватывая руками. Он даже не стал спрашивать, почему она решила, что он влюблен именно в Артёма, и смог только сказать по-детски наивное:       — Ты не злишься?       — Нет конечно. Тебе не стоит так переживать. Может, всё на самом деле взаимно?       — Бред, – фыркнул Серёжа, но его голос дрогнул.       — Никогда не знаешь наверняка. Просто поступай так, как велит сердце. И постарайся не делать глупостей.       — Спасибо, мам.

☆☆☆

Don't you notice how

I get quiet when there's no one else around?

Me and you and awkward silence

Don't you dare look at me that way

I don't need reminders of how you don't feel the same

From the start - Laufey

      Играть в настолки Серёжа всё-таки пришел. Артём внимательно осматривал его, пока тот здоровался с Максимом и Горохом. Он казался вполне расслабленным, но, когда очередь дошла до Артёма, замялся, будто не знал, куда себя деть. Гаус и сам не двигался. Стоит ли сделать вид, что ничего не было, и потянутся за объятиями? Или лучше держаться на расстоянии?       Артём попытался не выглядеть слишком разочарованным, когда Серёжа протянул свою ладонь для рукопожатия.       Они прошли в комнату и, как всегда, уселись в круг. Заяц с Горохом увлеклись каким-то спором о насекомых или чем-то в этом роде, но Артём не вникал. Он видел, что Серёжа, сидевший напротив, тоже молчит, и не знал, что делать.       — Серёж, как у тебя дела? - в итоге решился спросить Артём.       — Всё хорошо. А у тебя?       Напряжение чувствовалось слишком остро.       — Хорошо. Я... пойду возьму игру наверное.       Вернувшись, Артём больше не поднимал на Серёжу взгляд, занявшись раскладыванием фишек и карточек.       — Что у вас случилось? - в какой-то момент прошептал ему на ухо Максим. Артём мог только пожать плечами.       Когда все атрибуты игры были разложены, Артём напомнил всем правила и первым бросил кубик. Выпала единица.       — Лох, – прокомментировал Серёжа. Артём поднял на него взгляд но ничего не ответил.       Игра шла своим чередом. Вперёд вырвался Горох, за ним шел Гаус, затем Заяц, и в конце плелся Шевелев. Ну, ему простительно, всё-таки первый раз играет.       — Серёж, – прошипел Артём, наклоняясь над картонным полем, – дать тебе немного фишек?       Из руки в руку он перекидывал предложенный ресурс. Серёжа впервые за долгое время посмотрел ему прямо в глаза.       — Мне не нужны подачки, –;только и ответил он. – Играем по-честному.       Когда Серёжа отвернулся, Артём всё равно закинул ему несколько фишек, но это никто не видел – значит, не было. Это немного помогло Шевелеву, но теперь уже Артём должен был понять, какой ход будет для него лучшим.       — Тём, давай быстрее, мы тут состариться успеем пока ты походишь, – упрекнул Серёжа.       — Мы постоянно ему это говорим! – почти радостно заметил Горох.       — Ой да ну вас, – буркнул Артём.       Несмотря на все трудности, вскоре они смогли закончить игру. Макс с Горохом немного разряжали обстановку шутками, но напряжение все ещё витало в воздухе. Особенно когда стихали разговоры.       — Классно сыграли! – заметил Максим, почему-то пристально глядя на Шевелева. – Но я хочу что-то выпить. Серёж, поможешь мне сделать чай?       Серёжа выглядел настороженно, но все таки последовал за Зайцем на кухню. Артём проследил за этим прищуренным взглядом.       — Как ты думаешь, насколько хорошая идея оставлять этих двоих наедине?       — Самая ужасная из всех возможных, – смиренно ответил Горох.

☆☆☆

      Максим казался Серёже жизнерадостным и вполне себе милым человеком, но сейчас он выглядел почти угрожающе. Решив, видимо, сразу перейти к сути, он встал к Серёже лицом к лицу, так что их разделяло всего несколько сантиметров. Затем Максим сказал:       — Серый, я тебя искренне уважаю и считаю хорошим человеком. И мне абсолютно фиолетово, что там у вас с Артёмом за мутки. Но я не потерплю, если моему другу кто-то будет причинять боль.       — Но я ничего не делал! - возмутился Серёжа, отходя на несколько шагов назад.       — Я просто советую поскорее разобраться со всем. Ты ему очень дорог. Поговори с ним хотя бы, я не знаю. Он же себе какой-то хуйни надумает и будет тревожиться.       — Это не так просто, – возразил Серёжа, уже чувствуя, как внутри просыпается чувство вины. Он никогда не хотел причинять боль Артёму, но что ему остаётся делать?       — Не так просто сказать? Или не так просто не вести себя как идиот? – прищурился Максим. – Я думаю, ты справишься.       Сережа поджал губы. Заяц развернулся и начал набирать воду в чайник. Хотелось отсюда уйти.       — Хоть я, в первую очередь, и друг Артема, – начал Максим после паузы, – но я считаю тебя своим другом тоже. И Горох считает. Ты можешь к нам обратиться, если тебя что-то волнует.       Это было мило, и Сережа улыбнулся:       — Спасибо, Макс.       Заяц повернулся к нему лицом, тоже улыбаясь, и по-дружески пихнул в плечо:       — Не за что, Серёг.       Из чайника, тем временем, через верх полилась вода.

☆☆☆

      — Так что между вами произошло? – поинтересовался Серёжа Горох, помогая собирать настолку обратно в коробку.       — Если бы я сам знал, – вздохнул Артём. – Он... Он предложил погулять четырнадцатого.       — Ого, – глаза Серёжи расширились. – Ну, это...       — Я знаю как это выглядит. Но он ясно дал понять, что это дружеская встреча.       — И... ничего не было? – недоумевал Горох.       — Ага. Но после он начал себя странно вести. Отдалился что-ли.       Артёму очень не нравилось, что малейшее изменение в поведении Серёжи имело на него такое сильное влияние. Оказалось, что нужда в нем была почти такой же сильной, как базовые человеческие потребности, типа еды и воды. Трудно было сдерживать себя, чтобы не докучать Сереже своими замечаниями и шутками; он и не понимал раньше, как часто обращал на себя Серёжено внимание, чтобы чем-нибудь поделиться. Тяжело было физически чувствовать его отдалённость, но хуже всего – не знать, сколько ещё это продлится.       — Может быть, он как-то понял, что нравится мне, – тихо предположил Артём. – И ему теперь противно.       — Если это действительно так, то его надо слать куда подальше, – категорично заявил Горох. – А вообще, я думаю что вы оба любите драматизировать. Скорее всего все не так страшно.       — Думаешь?       — Ага. Побереги лучше нервы. Никуда твой Серёжа не денется. Если его, конечно, Макс там не прибил.       Как раз в этот момент Заяц и Шевелев вошли в комнату с чашками в руках. Даже без единого синяка, по крайней мере на видимых местах. Когда чай оказался перед ребятами, Серёжа замялся:       — Ребят, я наверное домой пойду. Спасибо большое за игру, было круто.       — Жаль, что уже уходишь, – сказал Горох. – Но мы будем рады тебя видеть в следующий раз тоже.       — Да, Серёж, приходи ещё, – добавил Максим.       Артем осознал, что другого хорошего повода поговорить с Серёжей может и не быть. Была не была.       — Я тебя провожу, – подхватился он на ноги. – Если ты не против?       Уверенность Артёма с каждой секундой улетуивалась, но в конце концов Серёжа согласился:       — Хорошо. Но недалеко, там холодно.       Вышли они в тишине и под внимательные взгляды друзей. Артём время от времени поглядывал на Серёжу, шагая по по заснеженной дрроге, а тот, спрятавшись под капюшоном, в конце концов решил нарушить молчанку:       — Мне нужно извиниться. Я... Мне не стоило тебе грубить. Я не имел это ввиду.       Артём знал, что чтобы это сказать Серёже пришлось пересилить себя, и это будто делало всю ситуацию ещё сложнее. Мозг Шевелева казался ему отдельной вселенной.       — Я просто тебя совсем не понимаю, – мягко заметил Артём. – Если бы ты поделился, что тебя волнует, всё было бы легче.       — Я не могу, – тихо ответил Серёжа. – По крайней мере, пока. Прости, мне нужно сначала разобраться со всем самостоятельно.       — Я не давлю, – просто согласился Артём, ускоряя шаг, чтобы остановится прямо перед Серёжей. – Но давай больше без недосказанностей. Ты не обязан говорить всё, но я хочу знать, если что-то не так.       Артём видел момент, когда Серёжа встретился с ним взглядом. Его глаза выглядели как-то по особенному красивыми, да и всего Серёжу хотелось запечатлеть в памяти навсегда. Артём не мог сказать, какая конкретно деталь его внешности была настолько привлекательной, так что, наверное, все. Настолько, что тяжело оторвать взгляд.       Артём почувствовал, как на его плечи мягко легли ладони Серёжи. Не смотря на всё ещё минусовую температуру, он мог ощутить их тепло через одежду.       — Обещаю, держать в курсе, – серьезно кивнул Серёжа. – И спасибо тебе. Что ты есть.       Сердце Артёма пропустило удар.       — Спасибо тебе.       Прошла секунда, прежде чем Серёжа убрал руки и сказал:       — Возвращайся в квартиру к ребятам. Они, наверное, уже заждались.       На этом парни распрощались, не забыв обняться и пообещать, что напишут друг другу вечером. К Максиму и Гороху Артём шел чуть ли не вприпрыжку и знал, что всё обязательно будет хорошо.