Кодекс Пепла

      Хайро стоял посреди огромного тронного зала.       Огненная завеса за троном колыхалась, словно живая, отбрасывая на стены багровые отблески. Каменные колонны поднимались вверх, как немые свидетели власти, а воздух был густ от жара и напряжения.       На возвышении, откуда открывался весь зал, восседал Хозяин Огня Азулон. Его глаза холодно сверкали, а лицо казалось высеченным из камня — суровым, неподвижным, властным. Хайро низко поклонился.       — Хайро из рода Увара... ты прибыл, — гулкий голос Азулон прокатился по залу, отдаваясь эхом. — Я доволен твоей службой. Айро докладывал, как твои силы сдерживают врага и утверждают наши порядки на завоёванных землях. Ты показал себя не только воином, но и организатором. Завеса пламени за его спиной взметнулась сильнее, подчёркивая каждое слово.       — Твоя храбрость и преданность заслуживают уважения. Трон доверяет тебе. Но в следующий миг голос его стал тягучим, с ехидной интонацией.       — И всё же… ты позволяешь себе оставаться в стороне от дворцовых дел. — Уголки губ тронула холодная усмешка. — Тебя можно понять: у тебя красивая жена, надёжная опора. Но дети... Он слегка наклонил голову. — Долго ли они будут прятаться за юбкой матери? Хайро поднял взгляд, в котором не дрогнуло ни раздражения, ни страха.       — Мой повелитель, — ответил он ровно, — мой сын сопровождает меня в походах с девяти лет. А дочь я намерен отдать в академию, чтобы она обучалась у лучших. Азулон прищурился. Его взгляд стал цепким, как стальной крюк.       — Айро также упоминал о талантах твоего сына, — произнёс он холоднее. — Ты ловко удерживал его в тени. Мне бы хотелось увидеть его своими глазами. Пламя за троном вновь колыхнулось.       — Он примет участие в завтрашнем мероприятии, Хайро?       — Да, хозяин Огня, — всё тем же спокойным тоном подтвердил тот. Азулон едва заметно кивнул.       — Ты можешь идти.       Его взгляд уже скользнул мимо, к огню, словно разговор утратил значение. Хайро поклонился, развернулся и вышел из зала ровным, размеренным шагом. Тяжёлые двери закрылись за ним, и только тогда, в пустынной галерее, он позволил себе расслабиться.       Огненная завеса осталась позади, но её жар всё ещё ощущался на коже. В галерее, где факелы отбрасывали длинные тени на стены, воздух был прохладнее, но пропитанный дымом.       — Ну что, старый друг... — раздался низкий, чуть хрипловатый голос.  — Вот и снова увиделись. Сколько воды утекло с нашей последней встречи.       Из тени массивной колонны вышел человек. Того же роста, коренастый, с умными пронзительными глазами, которые блестели, а на губах играла лёгкая улыбка. Чёрные волосы, стянутые в высокий узел, и золотая кайма мантии выдавали его статус. Хайро повернулся к нему, и на его суровом лице на мгновение мелькнула тёплая, едва заметная улыбка.       — Принц Озай. Я надеялся увидеть вас здесь... и узнать, не забыли ли старого приятеля. Озай рассмеялся — коротко, резко, как треск пламени — и шагнул ближе, хлопнув Хайро по плечу.       — Тебя забудешь… Да я частенько вспоминаю нашу буйную молодость. — Он окинул его оценивающим взглядом. — Вижу, ратное дело держит тебя в тонусе. Ты возмужал, Хайро.       — Да и вы, смотрю, не растеряли огня, принц. Лгут, когда поговаривают, что дворец гасит искры.       — Ха! — Озай сверкнул глазами. — Раз заговорил об этом... проверим? Устроим поединок, как в старые времена. Посмотрим, кто за это время закостенел. Хайро почуствовал, как в груди разгорается знакомый жар. Схватки с Озаем всегда были испытанием.        — Почему бы и нет. — ответил он, и его голос был твёрд, но с лёгкой насмешкой. Озай сдержано рассмеялся, не убирая руки с его плеча.        — Узнаю тебя. Все такой же... готовый броситься, лишь бы не стоять в стороне. И тут его выражение изменилось. Веселость исчезла.       — Я следил за тобой, Хайро. И за твоими успехами… и за ошибками. — Его голос стал тише. — Семейная жизнь сделала тебя осторожнее. Умнее. Это хорошо.       — Рад, что вы не равнодушны к своим друзьям, — сдержанно ответил Хайро.       — Я знаю, твои люди верны тебе. Как ты верен долгу… и чести. — Озай чуть наклонил голову. — Нам нужно будет поговорить. В более подходящем месте. Он задержал взгляд. — Тебе дадут знать. Я могу тебе доверять? Хайро лишь утвердительно кивнул головой.       — Рад был увидеть тебя, — и с этими словами Озай растворился в полумраке галереи, откуда и появился. Хайро медленно выдохнул. — Чем ближе к дворцу… тем больше возможностей. И тем больше интриг.

***

      Улицы столичной ярмарки бурлили жизнью.  Воздух был пропитан смехом, криками зазывал, ароматами мёда, жареной рыбы, свежих яблок и пряных специй — всем тем, что присуще многолюдному порту. Тут и там сновали торговцы, как местные, так и приплывшие в порт издалека ради ярмарки. Одни тянули лотки со сладостями и амулетами, другие расстилали яркие ткани, привлекая покупателей.       А чуть дальше, ближе к центральной площади, бродячие актёры устраивали представления, пародируя знати и купцов под одобрительный хохот толпы.       Айрис оторвалась недалеко от матери и остановилась у скромного ювелирного прилавка. На деревянных подставках лежали украшения — серьги, браслеты, брошки, преимущественно из серебра. Её взгляд задержался на кулоне с синим камнем простой огранки. Он переливался всеми оттенками в ярких лучах солнца так и маня к себе. Она едва осознала, как подняла руку, чтобы коснуться кулона, когда внезапно почувствовала шлепок по пальцам. Айрис резко подняла взгляд на наглого торговца и прищурилась.       —  Куда руки суешь? Украсть решила? — взвизгнул он, не смутившись ее взглядом.       — Тебе бы и руку укоротить и язык – раздался за спиной гневный и властный голос Астории.              — А, воровку прикрываете? — вспылил торговец. — Сейчас стражу позову! Страа…       Он не успел договорить. Плавно, но стремительно Астория двинула руку, и вода из ближайшей бочки послушно взметнулась в воздух, свернувшись в прозрачный шар. Торговец ахнул и отшатнулся — но было уже поздно. Вода облепила его лицо, плотно прильнув к коже. Его крик превратился в булькание, глаза округлились от ужаса. Он забился, срывая с прилавка украшения и пытаясь сгребсти воду с лица, но та возвращалась обратно.        — Мама, хватит – взмолилась Айрис, обнимая мать.       Вокруг начали оборачиваться люди, но охрана в цветах Уваров, быстро оценив обстановку, сомкнула вокруг них живое кольцо, не подпуская зевак.       Астория смотрела, не моргая. Паника в глазах торговца быстро сменилась глухим, животным ужасом. Его движения стали рваными, бессмысленными. Она разжала пальцы, и вода с шумом хлынула на землю. Торговец повалился на бок, судорожно хватая ртом воздух и отхаркивая воду.       — Тебе повезло, — тихо произнесла Астория с шипящим оттенком в голосе. — Такое зрелище — не для глаз моей дочери.       Она обернулась и встретилась взглядом со старшим охраны, который уже что-то обсуждал с подошедшим городским стражником. Астория кивнула. Охранник достал кошель, передал его стражнику, который вежливо поклонился Астории и стал разгонять толпу.       — Это за причинённые неудобства, — громко произнесла Астория, обращаясь к стражнику, и одновременно глядя на окружающих. — В следующий раз ваши торговцы должны знать, как встречать гостей столицы. — Она взяла Айрис за руку. — Возвращаемся.       Когда их кортеж скрылся из виду, начальник городской стражи повернулся к торговцу, который всё ещё откашливаясь, сидел в луже воды среди разбросанных побрякушек.       — Ну что, доволен? — спросил он, скрестив руки на груди. — Когда ты, наконец, научишься определять людей по одежде? Ты же не вонючей рыбой торгуешь, чтобы хамить первой встречной знати.       — Да я... они... в плащах... с капюшонами... — запинаясь и выплёвывая воду, пытался оправдаться торговец. — Кто их разглядит...       — Плащи то шёлковые, дурень, — флегматично заметил стражник, поднимая с земли один из выроненных серебряных серёжек. — В следующий раз, прежде чем орать, глаза протри. И забудь о том, что только что произошло. Торговец лишь обречённо кивнул, сгорбившись и понимая, что отделался куда легче, чем мог бы. Урок был усвоен.