Змеиный Инь — Ян

Первое учебное утро в подземельях Слизерина началось не с колокола, а с тишины, которая была слишком уютной, чтобы быть законной. Гарри, который в три часа ночи перебрался из своей кровати к Драко, потому что «от окна Чёрного озера слишком сильно тянет холодом», сейчас мирно сопел, уткнувшись носом в шею друга. Драко же, даже во сне, действовал по привычному сценарию: он собственнически притянул Гарри к себе, закинув на него ногу и используя его вместо самой удобной в мире подушки. Они представляли собой неразрывный кокон из рук, ног и изумрудного одеяла, из которого не было ни малейшего желания выбираться. Когда магический будильник на тумбочке в третий раз прокукарекал и самоликвидировался от бессилия, Гарри приоткрыл один глаз. — Драко... — прохрипел он. — Кажется, в замке слишком тихо. — Это потому, что все уже на завтраке, Поттер, — пробормотал Малфой, не разжимая объятий и ещё сильнее вжимаясь в тёплое плечо Гарри. — Спи. Люциус сказал, что Малфои сами решают, когда начинается их день. — А Северус сказал, что, если мы опоздаем на первый урок, он превратит наши мётлы в ёршики для унитазов... — Гарри замер. — У НАС ПЕРВАЯ ТРАНСФИГУРАЦИЯ! Спустя десять минут коридоры Хогвартса содрогнулись от топота. Двое первокурсников неслись по лестницам, на ходу пытаясь привести себя в порядок. У Гарри галстук был завязан узлом, который привёл бы Люциуса в предынфарктное состояние, а очки висели на одном ухе. Драко выглядел не лучше: его обычно идеальные платиновые волосы торчали во все стороны, а мантия была застёгнута через одну пуговицу. — Это всё твоё одеяло! — задыхаясь, крикнул Гарри, перепрыгивая через ступеньку. — Оно слишком тяжёлое! — Это ты слишком тёплый, Поттер! — огрызнулся Драко, хватая Гарри за руку, чтобы тот не свернул не в тот коридор. — Бегом! Если Макгонагалл снимет баллы в первую же минуту, Снейп нас живьём закопает в теплицах! Они ворвались в кабинет Трансфигурации именно в тот момент, когда профессор Макгонагалл в образе кошки спрыгнула со стола и превратилась в строгую ведьму. Весь класс — Гриффиндор и Слизерин — замер. Рон Уизли, сидевший за последней партой, едва не выронил перо, глядя на взъерошенных «змеек». — Мистер Поттер, мистер Малфой, — ледяным тоном произнесла Макгонагалл, поправляя очки. — Я полагаю, вы решили проверить, насколько быстро работают ваши новые мётлы в закрытом помещении? Или вы надеялись, что первый урок не начнётся без главных звёзд факультета Слизерин? Гарри и Драко замерли в дверях, сжимая руки друг друга. — Простите, профессор, — Драко мгновенно попытался придать лицу выражение оскорблённого достоинства, хотя его растрёпанный вид говорил об обратном. — У нас возникли... непредвиденные магические сложности с ориентированием в подземельях. — Сложности с одеялом, — честно шепнул Гарри, за что получил ощутимый тычок локтем под рёбра. — Садитесь, — Макгонагалл указала на свободную парту в самом конце, рядом с Роном. — Пять баллов со Слизерина. Каждому. Надеюсь, завтрак в постель, который вы, судя по всему, затянули, стоил этого штрафа. Когда они наконец упали на скамью, Рон обернулся к ним, округлив глаза: — Вы чего, реально проспали? На Слизерине что, не будят по утрам? — Нас разбудит только Громовещатель от Люциуса, когда он узнает об этих штрафных баллах, — проворчал Драко, доставая учебник и пытаясь пригладить волосы рукой. Гарри только хитро улыбнулся, пихая Драко ногой под столом. — Зато было тепло, Малфой. Признай, оно того стоило. Драко лишь буркнул что-то неразборчивое, но уголок его губ предательски дёрнулся вверх. Первый урок начался с позора, но для них это было лишь очередное приключение в их «двойном» мире. --- Гарри и Драко вышли из кабинета, всё ещё пытаясь на ходу привести себя в божеский вид. Драко яростно сражался с воротником мантии, а Гарри просто забил на причёску, решив, что «стиль Бродяги» — это его судьба. — Эй! Поттер! Малфой! Подождите! — Рон Уизли догнал их у подножия движущейся лестницы. Он запыхался и выглядел так, будто решался на прыжок в пасть к дракону. Драко мгновенно замер, выпрямив спину. Его лицо приняло ту самую малфоевскую маску, но в глазах всё ещё прыгали чертята после утреннего «плена пододеяльниками». — Уизли. Ты снова решил проверить, не кусаются ли слизеринцы? — протянул Драко, но в его голосе не было привычного яда, только лёгкая ирония. — Мой отец говорил... ну, он говорил, что вы, Малфои, ходите так, будто у вас под мантией железный прут вместо позвоночника, — честно выпалил Рон, разглядывая перекошенный галстук Драко. — А ты... ты выглядишь так, будто подрался с подушкой и проиграл. Гарри звонко рассмеялся, хлопая Рона по плечу. — Он не подрался, Рон. Он просто слишком сильно в неё вцепился. Драко фыркнул, но на этот раз не стал язвить про «рыжих и бедных». Он видел, что Уизли искренне озадачен. В мире Люциуса Малфоя Уизли были врагами, но в мире Сириуса Блэка Артур Уизли был «своим парнем», который любил копаться в магловских штуках. — Слушай, Поттер... Гарри, — Рон замялся, переминаясь с ноги на ногу. — Я думал, ты будешь... ну, как в книгах. Герой в сияющих доспехах. А ты на Слизерине, дружишь с НИМ, и вы опаздываете на уроки. Мои братья Фред и Джордж сказали, что это самое крутое начало года за всю историю школы. — Твои братья знают толк в стиле, — одобрил Гарри. — Слушай, Рон, мы сейчас идём на обед, а потом — полёты с Сириусом. Ты ведь тоже любишь квиддич? — Обожаю! — глаза Рона загорелись. — Но папа сказал, что профессор Блэк — это ходячее стихийное бедствие. — Это комплимент, Уизли, — Драко наконец расслабился и даже позволил себе лёгкую ухмылку. — Если хочешь, садись с нами на поле. Только не пугайся, когда Сириус начнёт орать, что правила придумали трусы. Он так выражает любовь к спорту. Рон замер, поражённый. Малфой пригласил его? Гриффиндорца? Уизли? — Ты... ты серьёзно? — Мы — одна команда, — Гарри привычно схватил Драко за локоть и подмигнул Рону. — На Слизерине или на Гриффиндоре — какая разница? Сириус говорит, что главное — это драйв. Пошли, а то Снейп решит, что мы снова потерялись, и придёт искать нас с Зельем Памяти. Рон неуверенно улыбнулся и пошёл следом за двумя «змеями», чувствуя, что все рассказы отца о «плохих Малфоях» только что рассыпались в прах. Перед ним были просто два парня, которые дорожили друг другом больше, чем всеми правилами мира, и, кажется, они были не против принять в свой хаос ещё одного участника. --- Обед в Большом зале прошёл под знаком «зелёного шока». Гарри и Драко сидели за слизеринским столом, уплетая пирог с почками, а Рон Уизли, вопреки всем вековым традициям, примостился с самого края их стола, постоянно оглядываясь на свой Гриффиндор. — Поттер, убери локоть, ты мешаешь мне резать сосиску, — проворчал Драко, хотя сам сидел к Гарри так плотно, что между ними не пролезла бы и зубочистка. — А ты не размахивай вилкой как палочкой, Малфой, — парировал Гарри, закидывая в рот кусок пирога. — Рон, попробуй эти тарталетки, они почти такие же вкусные, как те из Министерства. За столом учителей Сириус вовсю перемигивался с ребятами, похлопывая по своему новенькому судейскому свистку. Северус же сверлил их взглядом, в котором читалось: «Если вы опоздаете ещё и на поле, я заставлю вас чистить совятню зубными щётками». Когда первокурсники высыпали на траву, их уже ждал Сириус. Он стоял посреди поля, в своей неизменной кожаной мантии, вертя в руках тяжёлую дубовую биту. На шее у него сиял золотой свисток, а вид был такой, будто он сам готов сорваться в небо и разогнать облака голыми руками. — Так, мелюзга! — гаркнул Сириус, и его голос эхом отразился от трибун. — Квиддич — это не прогулка под луной. Это война! И на войне вам нужны те, кто прикроет ваш тыл и выбьет дух из врага раньше, чем тот успеет моргнуть. Поттер, Малфой — на выход! Покажите этим теоретикам, зачем вам купили «Нимбусы-2000»! Маркус Флинт и вся сборная Слизерина лениво наблюдали с трибун, ожидая, что первокурсники начнут гоняться за мячиками, как котята. Но Сириус, хитро прищурившись, открыл тяжёлый кованый ящик и выпустил бладжеры. Тяжёлые железные мячи с бешеной скоростью рванули вверх, выискивая ближайшую цель. Гарри и Драко взлетели синхронно, взметнув облако пыли. Им не нужно было переглядываться — многолетние игры в садах Мэнора научили их чувствовать друг друга кожей. Когда первый бладжер понёсся на Драко, Гарри, заложив немыслимый вираж, оказался рядом и на лету перехватил биту, которую ему бросил Сириус. БАМ! Звон металла о металл разнёсся по всему стадиону. Гарри отбил мяч так точно, что тот улетел в сторону леса. В ту же секунду второй бладжер атаковал Гарри со спины, но Драко уже был там. Он перехватил траекторию, практически вплотную прижавшись к Гарри плечом, и мощным ударом отправил железный снаряд обратно к ящику. Они работали как единый, безупречно отлаженный механизм. Если Гарри уходил в атаку, Драко закрывал его траекторию. Если на Драко шёл мяч, Гарри выбивал его в сторону. Они кружили по полю парой, не расходясь дальше чем на пару метров: та самая «дикая связь», которая не давала им покоя, теперь превратилась в смертоносное оружие загонщиков. — Мерлин... — Маркус Флинт вскочил на ноги, вцепившись в перила трибуны. — Они же... они прирождённые загонщики. Они не просто играют, они доминируют в воздухе! — Слыхал, Флинт? — Сириус оглушительно свистнул, сияя от гордости. — Они не ищут снитч, они очищают небо для тех, кто его ищет! Это лучший дуэт, который я видел за последние двадцать лет! Драко резко затормозил прямо перед Маркусом, зависнув в воздухе. Его лицо раскраснелось, а глаза горели тем самым блэковским азартом. — Ну что, капитан? Тебе всё ещё нужны игроки, или мы можем идти досыпать? — Вы оба в команде, — хрипло произнёс Флинт, глядя на Гарри, который приземлился рядом, всё ещё сжимая биту. — Я иду к Снейпу выбивать разрешение для первого курса. Такой тандем я не отдам даже под страхом исключения. Сириус подмигнул Гарри и, убедившись, что Макгонагалл не видит, шепнул: — Люциус упадёт в обморок. Он-то думал, вы будете чинно летать за золотым шариком, а вы будете выбивать дух из соперников! Горжусь вами, парни! Настоящие загонщики! --- Вечер в гостиной Слизерина обычно проходил спокойно: шелест пергамента, тихие разговоры и мерный плеск воды Чёрного озера за окнами. Но сегодня воздух буквально искрил. В центре стояли Гарри и Драко, а перед ними, как скала, возвышался Маркус Флинт. — Я уже всё решил, — гремел Флинт, обращаясь к пришедшему на шум декану. — Снейп, вы сами видели их на поле! Или вам Сириус не доложил? Это лучшие загонщики, которые рождались за последние сто лет! С ними мы не просто выиграем кубок, мы втопчем Гриффиндор в грязь! Северус Снейп стоял, скрестив руки на груди, и его лицо казалось высеченным из холодного камня. Его взгляд, полный педагогического фатализма, медленно переместился с горящих глаз Флинта на взъерошенного Поттера. — Исключено, — голос Снейпа прозвучал тихо, но в наступившей тишине он был подобен удару хлыста. — Мистер Флинт, правила школы существуют не для того, чтобы вы их нарушали ради своих спортивных амбиций. Первокурсникам запрещено играть в сборной. Точка. — Но это же Поттер! — выкрикнул кто-то из старшекурсников. — Профессор, посмотрите на них! Они работают как один человек! — Именно поэтому, — Снейп сделал шаг вперёд, и его тень накрыла мальчиков, — я не допущу, чтобы одиннадцатилетние дети, которые утром не способны вовремя вылезти из-под одеяла, подставляли свои головы под бладжеры на глазах у всей школы. Вы, кажется, забыли, что один из них — Мальчик-Который-Выжил, а второй — единственный наследник Малфоев. Если с их голов упадёт хотя бы один волос, Люциус сотрёт этот замок с лица земли, а меня превратит в ингредиент для зелья от облысения. Гарри шагнул вперёд, не отпуская руки Драко. — Северус, мы справимся! Сириус сказал, что мы готовы! — Сириус Блэк считает, что прыжок со скалы — это отличный способ высушить волосы, — прошипел Снейп. — Его мнение в вопросах безопасности имеет вес пуха гиппогрифа. Мой ответ — нет. Вы будете заниматься теорией и чистить котлы, а не летать в команде. Гостиная загудела. Это был не просто ропот — это был бунт. Слизеринцы, всегда лояльные своему декану, сейчас смотрели на него с нескрываемым возмущением. Даже старосты недовольно переглядывались. — Это несправедливо! — подал голос Драко, и в его тоне прорезалась сталь Малфоев. — Мы показали лучший результат! Флинт прав, факультет важнее правил! — Факультет важнее, когда его студенты живы и не лежат в Больничном крыле в виде пазла, — отрезал Снейп. — Всем спать. Живо! Флинт, если я ещё раз услышу о твоих попытках затащить первокурсников в команду, я лично назначу тебе отработки до конца семестра у Аргуса Филча. Снейп развернулся, и его мантия взметнулась, как знамя окончательного приговора. Он вышел, оставив за собой гнетущую тишину. Гарри и Драко переглянулись. В глазах обоих читалось одно и то же: «Он думает, что победил». — Поттер, — прошептал Драко, сжимая его пальцы, — ты же понимаешь, что теперь мы ПРОСТО ОБЯЗАНЫ туда попасть? — Угу, — кивнул Гарри, глядя в спину уходящему декану. — Сириус нам поможет. У него есть свисток, а у нас — упрямство. Северус ещё не знает, во что он ввязался. Флинт подошёл к ним, тяжело положив руки на плечи. — Не дрейфьте, мелюзга. Снейп упрям, но я найду способ. Слизерин за вас. Мы ещё покажем этому замку, на что способны «Близнецы-Загонщики».