Змеиный Инь — Ян

На уроке Защиты от Тёмных Искусств Римус Люпин вёл себя странно. Он медленно прохаживался между рядами, и, когда проходил мимо Гарри и Драко, его ноздри едва заметно трепетали. Он — оборотень, и для него запахи были правдивее слов. От мальчиков больше не пахло мандрагорой; от них веяло шерстью, холодом вершин и густым мускусом ночного хищника. Гарри и Драко сидели идеально ровно, но в их движениях появилась та самая «кошачья» текучесть. Люпин замер у их парты, глядя на Гарри долгим, понимающим взглядом, а потом перевёл взор на Сириуса, который стоял в дверях кабинета. Сириус так и сиял. Он подмигивал Гарри, едва сдерживая победный оскал. Римус всё понял. После урока. Коридор третьего этажа. Как только ученики разошлись, Римус буквально зажал Сириуса у окна. — Сириус, не смей мне врать, — прошептал Люпин; его голос был низким и серьёзным. — Я чувствую это. От них пахнет анимагией. Ты... ты помог им? В тринадцать лет?! Ты хоть понимаешь, как это опасно? — Рэм, расслабься! — Сириус попытался выкрутиться, но его довольная физиономия выдавала всё. — Они гении! Ты бы видел их формы! Это... В этот момент из-за поворота вышел Северус. Он шёл к Сириусу, чтобы обсудить вечернее зелье для Драко, но замер, увидев картину: Римус, прижавший Сириуса к стене, и Сириус, который выглядит так, будто он в восторге от происходящего. В глазах Снейпа за долю секунды пронеслась вся боль и ревность последних недель. Всё то, что они строили, — доверие, общие ночи, общие секреты — в его глазах рухнуло. — Прекрасная картина, — голос Северуса был тихим, как предсмертный хрип. — Сев, это не то, что ты... — начал было Сириус, отпихивая Римуса. — ДА ПОШЕЛ ТЫ, ПСИНА БЛОХАСТАЯ! — выкрикнул Снейп. Это был не его обычный холодный яд, это был крик раненого зверя. — Развлекайся со своим «старым другом», вспоминай свои «славные денёчки»! Я был идиотом, когда подумал, что ты изменился! Северус резко развернулся, и его мантия взметнулась чёрным саваном. Он почти бегом направился к лестнице в подземелья, не оборачиваясь. Сириус стоял, словно его ударили под дых. Он никогда не видел такой открытой, жгучей боли в глазах Северуса — даже в школьные годы. Он понял: сейчас он теряет самое дорогое, что у него было. — Сириус, я... — начал Римус. — Уйди, Римус! — рыкнул Сириус, с силой оттолкнув друга в сторону. — Просто уйди! Ты всё испортил своим любопытством! Бродяга бросился следом за Снейпом. Он знал: у него есть всего одна попытка. Если Северус закроется в своих подземельях и наложит на дверь свои родовые проклятия, Сириус больше никогда не вернёт своего зельевара. У дверей в личные покои Снейпа. Северус уже заносил палочку, чтобы запечатать вход навсегда, когда Сириус врезался в него на полном ходу, буквально припечатывая к двери. — СЛУШАЙ МЕНЯ, СЕВЕРУС! — Сириус дышал тяжело, его глаза горели отчаянием. — Ты — всё, что у меня есть! Люпин здесь только из-за анимагии мальчишек! Он учуял их, он начал меня пытать! Я не выбирал его, я выбрал тебя ещё десять лет назад, на этом чёртовом крыльце Гриммо! Снейп пытался вырваться, его лицо было искажено гневом и слезами, которые он отказывался проливать. — У тебя вечно тайны с ними! Ты — Мародёр! Ты — их герой! А я — просто надзиратель... — ТЫ ИХ ОТЕЦ! — прокричал Сириус прямо ему в лицо. — И ты мой мужчина! Посмотри на меня, Северус! Посмотри на этого чёртова пса, который без тебя сдохнет через два дня! Сириус вцепился в его плечи, не давая отвернуться. — Они стали анимагами. Втайне от нас обоих. Я узнал вчера ночью, когда они вылетели в окно. Я хотел сказать тебе сегодня вечером, когда мы будем одни... Клянусь, Северус. Только ты. Всегда только ты. Снейп замер. Его дыхание постепенно выравнивалось, хотя руки всё ещё дрожали. Он посмотрел на Сириуса — растрёпанного, искреннего и готового на всё ради него. — Если ты мне врёшь, Блэк... — прошептал Северус, — я сварю из твоего хвоста самый горький яд в мире. — Вари, — Сириус уткнулся лбом в его лоб. — Только не уходи. В личной гостиной Снейпа пахло грозой. Северус восседал в своём кресле, словно верховный судья. Его палочка мерно постукивала по подлокотнику. Сириус стоял у камина, стараясь сохранить серьёзное лицо, но его глаза так и искрились гордостью. — Итак, — Северус обвёл мальчиков ледяным взглядом. — Анимагия. В тринадцать лет. Без надзора, без регистрации, с использованием украденных ингредиентов. Вы хоть понимаете, что, если бы ваши каналы схлопнулись в момент трансформации, я бы сейчас препарировал ваши тушки на уроке? Гарри и Драко стояли плечом к плечу, смиренно опустив головы, но в их магическом фоне чувствовалось ликование. — Отработки, — припечатал Снейп. — Два месяца. Будете чистить котлы вручную, без магии. И перебирать гнилых флоббер-червей. Я не потерплю такой самодеятельности у меня под носом! Блэк, перестань скалиться, ты их поощряешь! — Сев, ну хватит ворчать, — Сириус подошёл к Гарри и Драко, заговорщицки подмигнув им. — Ты же сам в восторге, просто признать боишься. Парни, покажите ему. Покажите, на что вы способны, иначе он до утра будет бубнить, как старая бабка. Отвечаю, он сразу расслабится. Драко посмотрел на Гарри. Тот едва заметно кивнул. В одно мгновение комната наполнилась серебристым сиянием. Раздался мягкий звук, похожий на шелест шёлка, и вместо двух подростков на ковре перед Снейпом замерли двое хищников. Чёрная Пантера и Снежный Барс. Северус осёкся на полуслове. Его челюсть едва заметно дрогнула. Он смотрел на невероятную густую шерсть ирбиса и на угольно-чёрную, переливающуюся грацию пантеры. Барс-Драко подошёл первым, небрежно и властно положил голову на колени крёстного, заглядывая ему в глаза своим холодным серым взглядом. Гнев Снейпа начал таять, как лёд под солнцем. Он медленно, почти не дыша, опустил ладонь на голову ирбиса, зарываясь пальцами в невероятно мягкий, густой мех. Пантера-Гарри в это время подошёл с другой стороны, ткнувшись лбом в руку Сириуса и издавая мощное, вибрирующее мурлыканье. — Мерлин... — прошептал Северус, окончательно обмякая в кресле. — Это... это возмутительно совершенные формы. Спустя час напряжение окончательно ушло. Огонь в камине догорал, погружая комнату в мягкие тени. Северус, измотанный ревностью, криками и потрясением, сполз с кресла прямо на ковёр к своим мальчикам. Он просто не мог больше сопротивляться их теплу. Снейп уснул первым, привалившись спиной к мощному боку Барса и обнимая Пантеру за шею. Сириус, тихо хихикая, пристроился следом, протискиваясь между Снейпом и Драко. Он собственнически обнял Северуса за талию. Гарри лежал, уткнувшись носом в нос Драко. Их хвосты — чёрный и пятнистый — переплелись в центре, образуя неразрывный узел. В подземельях воцарилась тишина. Самый грозный декан, самый бесшабашный Мародёр и два самых опасных анимага Хогвартса спали в одном большом меховом комке, и в эту ночь ни одно, даже самое мощное, заклинание в мире не смогло бы пробить их общую защиту. Утро в подземельях было на редкость тихим, пока в окно не постучала величественная полярная сова Малфоев. Она выглядела крайне возмущённой тем, что ей пришлось спускаться в такую сырость, и настойчиво долбила клювом в стекло. Первым проснулся Сириус. Он попытался потянуться, но обнаружил, что придавлен сверху увесистым и очень пушистым хвостом Драко-Барса, а его рука намертво зажата между рёбрами Северуса и боком Гарри-Пантеры. — Тш-ш, — шикнул Сириус на сову, кое-как высвобождаясь из мехового плена. Он отвязал письмо, и, едва сорвав печать, как из конверта буквально пахнуло ледяным парфюмом Люциуса и ароматом роз Нарциссы. Северус открыл один глаз, почувствовав, что тёплое «одеяло» в виде Сириуса зашевелилось. Он медленно сел, стряхивая с плеча несколько белых шерстинок Барса, и вопросительно выгнул бровь. — Это из Мэнора, — Сириус помахал письмом, сияя как новенький галлеон. — Люциус и Цисси уже всё знают. Они требуют колдографии. Немедленно. В полный рост и во всех ракурсах. Нарцисса пишет, что уже заказала художнику парный портрет «Наследников в истинной форме». Северус помрачнел и бросил испепеляющий взгляд на Блэка. — Ты... — прошипел Снейп. — Когда ты успел им доложить? Мы договорились держать это в тайне, пока не проверим стабильность их каналов! — Ну, Сев! — Сириус мило улыбнулся и развёл руками. — Я не мог им не сообщить. Они же такие же родители, как и мы! Я знал, что они будут ими гордиться. Представь лицо Люциуса, когда он узнал, что его сын — снежный барс, а не какая-нибудь полевая мышь. — Я представляю, как он сейчас гордится тем, что его сын спит на ковре в обнимку с тобой, Блэк, — проворчал Снейп, но в его голосе уже не было злости. Пантера и Барс синхронно открыли глаза. Гарри сладко зевнул, демонстрируя внушительные клыки, и потёрся мордой о колено Северуса. Драко же, услышав про «коллаборацию с художником», встал, встряхнул серебристой шкурой и принял такую величественную позу, словно уже позировал для истории. — Придётся устраивать фотосессию, — вздохнул Северус, поглаживая Гарри по чёрной голове. — Иначе Нарцисса приедет сюда лично, а замок этого не переживёт. — Слышали, парни? — Сириус подмигнул кошкам. — Идите умывайтесь, и будем делать из вас звёзд «Пророка». А ты, Сев, не ворчи. Мы — лучшая семья в этом замке, и пора бы уже всем это признать.