Адский мур(=^･ｪ･^=)

Пока они пересчитывали свои унижения в сумке у Йоны, Чарли перешла от стадии «отчаяние» к стадии «масштабные похороны».Когда мопед Йоны въехал в Кольцо Гордыни, Люцифер и Аластор синхронно высунули головы из сумки и... застыли. Весь Пентаграмм-Сити был заклеен гигантскими розово-черными плакатами. С огромного билборда над главной площадью на них смотрели их собственные лица — суровый Аластор и величественный Люцифер, окруженные ангельскими крылышками и цветочками. Надпись гласила: «ПРОЩАЙ, ПАПА! ПРОЩАЙ, АЛ! БЕТОН ВАМ ПУХОМ! ВЫ БЫЛИ... НОРМАЛЬНЫМИ!» Рядом висел плакат поменьше, нарисованный явно от руки Нифти: на нем была изображена огромная игла, протыкающая двух тараканов с их лицами, и подпись: «ГРЯЗЬ УШЛА В ЛУЧШИЙ МИР». — МЯУ-У-У-У?! (ОНА ЧТО, НАС ПОХОРОНИЛА?!) — взвыл Люцифер, едва не вывалившись из сумки от возмущения. Его хвост распушился до размеров ершика для бутылок. — Мя-мя-мя! (Я жив! Я просто компактный! Чарли, отмени бетон!) Аластор, увидев надпись «Бетон вам пухом», на секунду перестал ехидничать. Его радио-помехи зазвучали как похоронный марш, переходящий в скрежет бензопилы. — Хр-р-р-р-мяу... (Мой имидж... Моя репутация грозного Повелителя... Бетон? Серьезно? Даже не золото или кости врагов?)Йона, притормозив у светофора, тоже уставилась на плакат. — Ой, — прошептала она, переводя взгляд с билборда на белого котенка в сумке, а потом на красного. — Снежок... Перчик... А вы, ребята, случайно не... Она присмотрелась к Люциферу. Белая шерсть? Есть. Золотые глаза? Есть. Злобное выражение лица существа, которое хочет испепелить мир, но пока может только надуться? Один в один. — О мой бог, — Йона побледнела. — Я погладила Короля Ада. Сатана почесал Короля Ада. Если это вскроется, меня не просто уволят, меня пустят на фарш для тех самых бургеров! Она резко развернула мопед, едва не отправив котят в свободный полет. — Нужно доставить вас в Отель! Срочно! Пока Чарли не залила ваши пустые комнаты настоящим бетоном для «сохранности памяти»!Йона затормозила у входа в отель так резко, что Аластор чуть не выплюнул остатки паштета Сатаны. У дверей разворачивалась настоящая драма: Чарли, с опухшими от слез глазами, сжимала в руках лопату. Рядом стоял Энджел Даст, демонстративно вытирая слезы розовым платочком, и Хаск, который выглядел так, будто готов нырнуть в бутылку и не выныривать до конца вечности. — Мы посадим это дерево здесь! — всхлипнула Чарли. — Чтобы корни папочки всегда чувствовали тепло этого отеля... и Аластор тоже, где-то рядом, в виде удобрения... Люцифер, услышав про «удобрение», совершил героический рывок и высунул голову из сумки, истошно вопя: — МЯУ! МЯ-А-А-У! (Чарли! Какое дерево?! Я здесь! Твой отец не папоротник!) Вэгги, чьи нервы были на пределе, мельком взглянула на Йону и её багаж. — Девушка, сейчас не время для доставки, — отрезала она, поправляя повязку на глазу. — И уберите своих бродяжек. Чарли, не отвлекайся на котиков, нам еще нужно дописать главу про «героическое самопожертвование в пучине магии».Йона посмотрела на Чарли. Посмотрела на Вэгги. Потом на «Снежка», который от ярости начал светиться золотистым светом, и на «Перчика», который скрежетал зубами (вернее, крошечными клыками). — Так... — прошептала Йона, медленно пятясь к мопеду. — Если я сейчас скажу, что это они, меня либо запрут в дурке, либо Чарли задушит их в объятиях до смерти. А если Вэгги узнает, что я возила Короля в сумке для бургеров... Она приняла единственно верное решение для своего выживания. Она молча застегнула сумку, игнорируя приглушенные ругательства внутри, прыгнула на мопед и дала по газам.Спустя полчаса котята снова оказались в той самой квартире с розовыми занавесками. Йона выпустила их на ковер и устало повалилась на диван. — Так, слушайте вы, «величества», — вздохнула она, снимая шлем. — В отель вам нельзя, там у вас похороны и бетон. Сатана думает, что вы закуска. Значит, поживете пока у меня. Только условие: Снежок не гадит в углу, а Перчик не пытается съесть мой кактус. Люцифер сел на ковер, глядя на закрытую дверь. — Мяу... (Это официально самый худший день в моей жизни. Меня не узнала собственная дочь. Меня выгнали из собственного отеля...) Аластор же, быстро оправившись от шока, подошел к зеркалу. Он посмотрел на свое пушистое красное отражение, потом на Люцифера, и в его глазах загорелся недобрый огонек. — Мр-р-р... (Ну что, Ваше Величество... Раз уж мы официально мертвы, может, устроим этой квартире настоящий ад? Или вы предпочтете поплакать в свою новую розовую мисочку?)Ночь в квартире Йоны обещала быть тихой, но у природы (и у магии превращения) были свои планы. Около двух часов ночи, когда Йона мирно видела десятый сон о прибавке к зарплате, в гостиной активировались ОНИ.Первым «включился» Люцифер. Его ангельское величие внезапно трансформировалось в непреодолимое желание немедленно, вот прямо сейчас, догнать собственную тень. — МР-Р-Р-ЯУ! — взвизгнул белый комок и, пробуксовывая на паркете, набрал первую космическую скорость. Аластор, который до этого момента пытался сохранять достоинство, медитируя на лунный свет, не выдержал. В его кошачьих зрачках вспыхнули радио-помехи. Инстинкт хищника пересилил гордость Радио-демона. — ХР-Р-Р-Я! — красный чертенок сорвался с места, вздыбив шерсть.Вертикальный взлет: Люцифер, забыв, что он не птица, попытался взлететь на шкаф. Крылья-вареники не сработали, зато когти вцепились в шторы. Итог: Король Ада величественно съехал вниз вместе с гардиной, завернувшись в тюль как в наградной саван. Радио-засада: Аластор затаился за вазой. Когда «белое привидение» проносилось мимо, он выскочил с растопыренными лапами, издавая звук помех старого телевизора. Они сцепились в идеальный красно-белый шар и покатились по комнате, сбивая тапочки Йоны. Полет шмеля: В какой-то момент они оба оказались на кухонном столе. Люцифер случайно наступил на хвост Аластору, тот подпрыгнул на метр в воздух, задел хвостом тостер, и по всей квартире разнеслось победное «ДЗЫНЬ!».Йона подскочила на кровати от звука бьющейся посуды и грохота падающей мебели. Когда она влетела в гостиную, её взору предстала картина: Люцифер сидит верхом на люстре, раскачиваясь с глазами-плошками. Аластор запутался в клубке ниток и с яростным шипением пытается «казнить» розовый шерстяной помпон. На полу — живописные руины из декоративных подушек и рассыпанного наполнителя. — ТАК! — рявкнула Йона, хватая полотенце. — КТО ИЗ ВАС, ВЛАДЫК, СЕЙЧАС ПОЙДЕТ В ВАННУЮ ПОД ХОЛОДНУЮ ВОДУ?! Тишина наступила мгновенно. Люцифер на люстре замер, притворившись деталью интерьера. Аластор моментально перестал грызть помпон и сделал вид, что он просто мимо проходил и вообще это всё гравитация виновата.Утро началось не с кофе, а с появления того самого «Пончика» — парня Йоны, который зашел в квартиру с видом хозяина жизни. Аластор, который в этот момент как раз пытался сохранить остатки достоинства, инспектируя ванную комнату на предмет подозрительных пятен, затаился за корзиной с бельем.Парень зашел в туалет, прикрыл дверь и, уверенный в полном одиночестве, набрал номер. — Алло, да! — зашептал он, противно хихикая. — Слушай, спор у меня в кармане. Сегодня я окончательно выиграю это пари. Принесу фото-доказательства, что Йона — дура, и заберу куш. Она и не заметит, как я её кину... Аластор, чьи кошачьи уши теперь улавливали даже шелест крыльев мухи в соседнем квартале, замер. Его зрачки сузились до щелочек, а из горла вырвался едва слышный звук помех. Выскользнув из ванной, он подлетел к Люциферу, который лениво пытался поймать солнечного зайчика на ковре. — Мр-р-ау! Мя-мя-хр-р! (Владыка, отставить деградацию! Этот смертный червь затеял игру против нашей спасительницы. Пора преподать ему урок адского правосудия!)Когда парень Йоны вышел из ванной, его ждал «сюрприз». Сначала два пушистых снаряда — красный и белый — синхронно вцепились ему в щиколотки. — АЙ! ЧЕРТОВЫ КОТЫ! — заорал он, пытаясь стряхнуть Люцифера, который висел на его джинсах с яростью медового барсука. Пока он отбивался от «Снежка», Аластор, проявив чудеса тактики и маскировки, пробрался к его дорогим кожаным ботинкам у порога. Раздался характерный звук... и через секунду в левом ботинке образовалось небольшое, но очень пахучее «озеро Возмездия». Парень, матерясь на чем свет стоит и прихрамывая, запрыгнул в обувь, тут же почувствовал подозрительную влагу и с криками «Йона, твои звери — демоны!» выскочил за дверь.Йона влетела в комнату, размахивая полотенцем. — Вы чего натворили?! — кричала она, глядя на разгром. — Он же мой парень! Вы чего его выжили?! Люцифер и Аластор переглянулись. Чаша терпения переполнилась. Пора было выходить из подполья, даже если это звучит нелепо. — Мяу... то есть... СЛУШАЙ СЮДА, СМЕРТНАЯ! — внезапно прорезался голос Люцифера. Это всё еще звучало тонко, но слова были отчетливыми. — Этот твой «Пончик» — предатель! Он на тебя пари заключил! — Именно так, дорогуша, — добавил Аластор, чьи слова сопровождались легким статическим треском. — Фото-доказательства, спор на деньги... У него душа чернее, чем пригоревший тост, а это говорит эксперт! Йона медленно опустилась на диван, вытаращив глаза. — Вы... вы разговариваете? — прошептала она. — То есть... Снежок и Перчик — это реально Король Ада и Радио-демон? — НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК! — синхронно рявкнули котята.Ситуация накалилась до предела: Йоне прилетел заказ на доставку энергетиков в логово V-Tower. Аластор, увидев адрес, издал такой звук, будто по радио пустили помехи от работающей бензопилы. — МР-Р-Р-ЯУ! (Это башня Вокса! Я не пойду в этот храм безвкусицы и дешевых спецэффектов!) — взвизгнул он, встопорщив красную шерсть. Но Люцифер, которому уже до смерти надоело спать в корзинке с уточками, веско мяукнул: — Мяу-мя. (Это наш шанс добраться до центра города, идиот. Молчи и прикинься ветошью.)Йона, дрожащими руками упаковала энергетические напитки в сумку, посадила туда «королей» и отправилась прямиком в логово V-тройки. В офисе стоял привычный хаос. Вокс носился из стороны в сторону, его экран мерцал от ярости: — Где мои напитки?! Шоу через пять минут, а я не чувствую бодрости! — Он выхватил пакет у Йоны, даже не глянув на сумку у неё на плече. Для него курьеры были невидимыми деталями интерьера. Валентино сидел в углу, окутанный розовым дымом от своей трубки. Он был настолько занят созерцанием собственного отражения и облаков дыма, что котята для него сливались с ковром. Но вот Вельвет...— О-У-М-АЙ-ГОД! — Вельвет отбросила телефон в сторону, когда заметила две мордочки, торчащие из сумки Йоны. — Девочка, это что, новые аксессуары? Они выглядят такими злыми, это же буквально тренд сезона! «Агрессивный пух»! Прежде чем Аластор успел сообразить, что происходит, его выхватили из сумки за шкирку. — Смотри, Вокс! — Вельвет уже вовсю щелкала фронтальной камерой. — Этот красный похож на твоего оленя, только у него зубы ровнее! Аластор застыл. Он буквально чувствовал, как его величие рассыпается в прах. Вокс мельком глянул на него: — Ха, реально похож. Такой же раздражающий. Вельв, убери это, оно на меня шипит. Люцифера же Вельвет усадила себе на колено, чтобы сделать селфи с фильтром «кошачьи ушки на кошачьих ушках». — А этот белый — просто эстетика! — Вельвет вытянула губы «уточкой» и сделала серию снимков. — Подписчики просто взорвутся! #CatCore #HellBoss #VoguesCats. Люцифер в этот момент изо всех сил старался не использовать свою силу света, чтобы не ослепить её на месте. — Мр-р... (Я тебя уничтожу, девчонка... как только вырасту выше твоего кроссовка...)Пока Вельвет выбирала фильтры, Аластор успел незаметно перегрызть важный кабель от главного сервера Вокса. В башне началось мигание света и паника, под шум которой Йона схватила котов и пулей вылетела в лифт.Спустя пять минут фото «Снежка» и «Перчика» разлетелись по всему адскому интернету. Чарли увидела их в ленте и вскрикнула: «Смотрите, эти котята так похожи на папу и Ала! Это знак!».Как только Йона притормозила у Отеля, Чарли вылетела навстречу со скоростью пушечного ядра. Она не просто увидела сходство — она увидела СУДЬБУ.— МОИ МАЛЫШИ! ПАПОЧКА! АЛАСТОР! Я ЗНАЛА! — закричала Чарли, выхватывая котят из рук опешившей Йоны. Люцифер и Аластор прижались друг к другу, когда их взору открылся холл Отеля. Это было жутко. Повсюду стояли венки из колючей проволоки, горели поминальные свечи, а на месте стойки регистрации теперь красовалось огромное деревянное изваяние Радио-демона, вырезанное Хаском в состоянии глубокого запоя. — Мяу?! (Это что, панихида по моему стилю?!) — взвыл Аластор, увидев, что на его мемориале висит табличка: «Он любил джамбалайю и пугать людей, но в душе был овечкой». — Мя-а-а... (Чарли, доченька, я здесь, только в другом агрегатном состоянии!) — пищал Люцифер, пока Чарли тискала его так сильно, что его глаза-пуговицы едва не выскочили из орбит.Чарли, свято веря в то, что в котят «вселились души», окружила их таким сервисом, от которого даже в Раю бы стошнило: Священные миски: Им поставили еду прямо у подножия их мемориалов. Люциферу пришлось есть из миски с надписью «Самый лучший папа в мире (посмертно)», а Аластору — из тарелки в форме старого радиоприемника. Попытки экзорцизма от Вэгги: Вэгги скептически смотрела на «Перчика», который пытался перегрызть струны на арфе в мемориальном уголке. — Чарли, это просто агрессивный кот. Он только что нагадил в тапок Хаска, Аластор бы так не... — Она замолчала, увидев, как красный котенок зловеще улыбнулся и издал звук радио-помех. — Окей, беру слова назад. Это точно он. Бетонная угроза: На заднем дворе уже вовсю работала бетономешалка. Чарли планировала залить «Вечный фундамент памяти». Котята понимали: если они не станут собой до вечера, их лапки будут навеки запечатлены в бетоне перед входом.Пока Чарли рыдала над фотографией Люцифера, Снежок и Перчик обменялись взглядами. — Мяу-мяу-хр-р. (Нам нужно пробраться в подвал через вентиляцию. Там, под котлом, всё еще фонит той магией. Если мы вдвоем прыгнем в эпицентр, нас должно «раздуть» обратно.) Проблема: Нифти. Она теперь считает котят «живыми памятниками грязи» и преследует их с огромным бантом, чтобы сделать их «презентабельными для траура».Это был момент величайшего разочарования в истории Ада. Два пушистых комочка, преодолев полосу препятствий из траурных лент и увернувшись от объятий Чарли, стояли перед заветной каплей магии на холодном полу подвала. Капля переливалась зловещим фиолетовым светом, обещая возвращение власти, роста и нормальных пальцев вместо мягких лапок. Аластор и Люцифер переглянулись. — Мяу? (На счет три?) — пискнул Люцифер. — Мр-р. (Погнали.) Они синхронно высунули розовые язычки и лизнули магическую субстанцию. Тишина. Ни вспышки света, ни пафосного смеха, ни даже легкого покалывания в районе хвоста. Единственное, что произошло — у Аластора на языке остался неприятный привкус жженой резины, а Люцифер просто смешно сморщил нос. — МЯУ-У-У?! (И ЭТО ВСЁ?! Где мои шесть крыльев? Где мой рост? Где мой статус самого опасного существа?!) — Владыка Ада в ярости начал прыгать на месте, напоминая разъяренный зефир. Аластор замер, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Его радио-помехи выдали звук «белого шума», который обычно означает критическую ошибку системы. — Хр-р-мя... (Кажется, капля «выдохлась». Или... о нет...) — Аластор посмотрел на Люцифера. — Мя-мя-р-р! (Для активации нужно было не просто лизнуть, а чтобы нас кто-то ИСПУГАЛСЯ в этот момент! Магия демонов работает на эмоциях, а кто, черт возьми, испугается двух котят, которые лижут пол в подвале?!) В этот момент дверь в подвал со скрипом отворилась. На пороге показалась Нифти. В одной руке она держала огромный розовый бант, а в другой — флакон с шампунем «Для самых пушистых ангелочков». Её единственный глаз горел фанатичным огнем. — Ой, грязнули-памятники! — пропела она, зловеще щелкая ножницами для груминга. — Пора сделать вас красивыми для церемонии заливки бетона! Идите к мамочке Нифти... Котята замерли. Они поняли: если сейчас Нифти их поймает и нарядит в бантики, они останутся котами навсегда просто от позора.