Малиновая кровь

Будильник трезвонит, а открывать глаза не хочется, он вчера слишком устал. Сколько времени пришлось проторчать на катке? Часов 12? С 8 до 8? Мысли об университете у Малинина даже не возникало, он спортсмен, профессиональный, с мировым титулом, а образование, так, для галочки. Увидеть Илью на парах было сродни второму пришествию. Итак, сейчас нужно встать, умыться, позавтракать, отрыть где-то мамины запасы крови. Он до сих пор не справился с первой задачей, рука даже не потянулась выключить будильник. Малинин просто лежал, слушая режущую уши трель. Соберись и встань, дел навалом, а ты лежишь, какой из тебя спортсмен? Глаза лениво разлепились, рука выключила будильник, прекращение однотипного звука, видимо, вызвало хоть какую-то работу нейронов, и Илья наконец присел на кровати. Провел ладонью по лицу, щетина что-ли, брится он сегодня точно не будет, на катке все свои, никаких журналюг, хоть с патчами катай. Резко встать, нельзя давать себе продыху, нельзя, не встанет сейчас - не встанет сегодня впринципе. Ноги отозвались напряжением, даже здоровые 8 часов сна не помогли, голова чуть гудела, как после пары бокалов. Умыться, нужно умыться, он включает холодную воду, плескает себе в лицо. Легче. Чуть легче, с таким уже можно работать. Судя по запахам, мама готовила оладья, а ему вообще их можно? А если вывернет как в прошлый раз? Являясь смесью человека и вампира, Малинину иногда приходилось нелегко, организм требовал крови, а обычная еда следовала обратным путем через глотку. Сейчас вопрос можно или нельзя состоял в диете, нужно остаться в привычном весе, лишние оладушки однажды - и вот уже не можешь остановиться, пара килограмм приходят быстрее, чем осознаешь. Значит, оладья точно не для Ильи. Значит, каша с голубикой, или малиной, точно не с кровью, помнится, мама как то пыталась экспериментировать со смешанным питанием для своих детей, запах стоял отвратительный, не решившись попробовать варево на вкус, они просто открыли все окна дома. Пора возвращаться из воспоминаний к делам, в воспоминаниях то он чемпион, а в реальности медаль ещё нужно завоевать. Он смотрит в зеркало, оттягивая щеки вниз, всё тот же белокурый ангелочек, позволивший себе титул Бога. Приятно знать, что сейчас ты точно лучший, осталось лишь поставить парочку рекордов и закрепить этот статус за собой. Все говорили, что он может, куча фанатов, друзья, тренера, если уж они говорят, значит он может, точнее нет, он обязан. Илья еще раз умывается и спускается на кухню. Видимо не угадал, сегодня Малинин ест творог, полезный запас белка и прочая куча качеств, которые присваивают этому блюду. На кухне играет радио, как вообще родители смогли его достать в столь технологичной Америке, для детей оставалось загадкой. Раз в пару дней маме удавалось поймать российские радиостанции, она говорила, что в новостях Штатов ничего правдивого про Родину не скажут. – Доброе, Илюш, я тебе там творог поставила, захочешь сам сахара добавишь. – Татьяна была в очевидно хорошем настроении, говорила на распев, хлопатала по кухне, пританцовывала. Какой ему еще сахар? Нельзя, сейчас точно нельзя. – Да, да, доброе, сахара не хочу. – Врал, ой как врал, от привычки есть сладкое при стрессе Илья избавился давно, но сейчас хотелось по-особенному. Глюкоза же повышает настроение? Вот бы сейчас ему кто-то это настроение повысил, нет, не мама, она давно перестала быть просто любящей мамой, она и его тренер, и коуч, и диетолог. Родители даже после его совершеннолетия не перестали играть в плохого и хорошего полицейского, Малинин просëк это еще давно, мама пожалеет, прижмет к себе, а папа максимум скажет "молодец", напомнит про ошибки и попросит, нет, потребует исправить. Илья размазывал творог по тарелке, прокручивая воспоминания с детских тренеровок. В кухню наконец вбежала сестра, обняла маму за талию, выше просто не доставала, улыбнулась обнажая клычки. Дома Лиза не носила линзы, ей, в отличие от голубоглазого брата, повезло меньше, и глаза яро отливали алым. – Иииль, let's ride on bicycles today, пожалуйста. – Сестра, как и Илья, мешала языки, английский для неё родной, русский тоже, но в меньшей степени. Лиза, вот кто поднимет ему настроение, сестру всегда хотелось затискать до смерти. Илья уже намеревался улыбнуться и согласиться, но мама влезла в разговор. – Его папа уже на катке ждет. Вот когда Илюша вернется с золотой медалью, можете хоть всю Америку обколесить. Малинин поник, видимо, ему не суждено сегодня порадоваться. – But ,мам, это unfair, he trains all the time. – Лиза продолжала борьбу за права брата, смешно, но серьёзно уперев руки в бока. – My dear, it's necessary now. He need to be there. – Тон матери при разговоре с дочерью часто смягчался, она не имела привычки мешать языки, хоть и говорила на обоих идеально. Нужно всем угодить, и чтобы сестра не обиделась, и чтобы мама одобрила. – Я обещаю тебе, we will ride all day, когда я вернусь.– Пришлось максимально жалостливо улыбнуться. Лиза с подозрением кинула взгляд, поверила. – Спасибо, я поеду. – Он отодвигает недоеденный творог, встает из-за стола, обнимает сестру, так ласково он не может обнимать никого, кроме этого чудного создания. Почистить зубы, точно, ему нужно почистить зубы. Желательно ещё клыки подпилить. У вампиров они растут постоянно,но до определенной длины, а каждый раз прорезать свои же губы, нервничая, не хочется. И вот, как в стареньком, по мнению Ильи, фильме, названия которого он не помнит, он стоит напротив зеркала с пилочкой. Он однажды видел какой-то шизоразбор о существовании вампиров, среди доказательств были и его улыбающиеся фотки, мол посмотрите, у него разной длины клыки в разное время. После этого Малинин чаще следит за их состоянием. Клыки, клыки, он должен был сделать что-то еще, откуда такая забывчивость? Илья никогда не страдал плохой памятью, свое расписание он помнил отлично, никогда не пренебрегал важной информацией, а сейчас пытается вспомнить небольшой список из повседневных дел. Кровь, точно, ему нужно выпить крови. Интересно, сколько в ней глюкозы? С другой стороны Илья никогда не видел толстых вампиров, они вообще бывают? Он спустился в кухню, пошарил рукой в морозилке, достал пакетик, как для капельниц. Семью Малининых, да и все вампирические семьи поддерживал специальный комитет, он подделывал документы для общественности, высылал пакеты донорской крови в нужном количестве. Не совсем бесплатно, конечно. Ощупал, густая, подмерзла. Илья забирает тренеровочную сумку, кидает пакет на переднее сиденье машины, подаренной родителями на совершеннолетие. Самое главное в этом деле не забрызгать всё вокруг, именно поэтому придумали крышечки, как в бутылках или на пакетах с соусом, откручиваешь и пьешь. Выкидывать их, правда, не везде можно, желательно оставить у себя и сдать на переработку пластика вместе с крышечками от обычных бутылок. На каток Малинин прибывает уже полным сил после перекуса, глюкозы в крови, видимо, не много, ведь настроение не поднялось. – Hello, father. – Он вымучивает у себя улыбку. – Доброе, опаздываешь. Разомнись в зале и на лёд. – Отец лишь поглядывает на наручные часы. Илья не прекословит, кидает взгляд на лёд, Торгашев с Изабо уже там, если судить по отдалённым фигуркам, то и Алиса с Наумовым тоже, значит только Эмбер до сих пор в зале. Гленн обожала тренировки вне льда, ей только скажи, что тренировка сегодня в тренажерном зале, она прибежит первой и уйдет последней. – Helloooo! – Эмбер решает не доделывать подход, только чтобы обнять Илью, заодно взъерошив тому волосы. – Hi.– Глухо отзывается Илья, обнимая подругу. – Something is wrong, am I right? – Она щурится, держа Малинина за плечи. – Yea, maybe, I don't know, just nervous. Фигурист пожимает плечами, пряча взгляд. – Really? Nervous? Everyone knows that you're the winner! First thing you won is me as a friend. – То ли поддержала, то ли покрасовалась собой, Малинину редко удавалось понять её двусмысленные фразы. – I know, let me do some exercises. – Илье нужно размяться, и так опоздал, а получить за еще одну задержку не хотелось. Выход на лёд. После первых соревнований волнения больше не было, но видимо сегодняшний день ну очень особенный. Аж коленки тряслись, Малинину казалось, что на его плечи положили что-то очень тяжелое, что он нести не в состоянии. Не время об этом думать, первая дорожка шагов, легкая, разминочная, всё хорошо, тело помнит. Почему его так колошматит? Сердце заходится в бешенои ритме, дыхание сбивается после первого прыжка. Так нельзя, это не катание, нужно отпроситься, да кто ж его отпустит? Пришел катать - катайся. Заход на триксель, прыжок, три с половиной чистых оборота, хорошее приземление, фух, отлично. Рефлексы работают, кучи тренеровок всё таки довели до автоматизма. Хоть что-то радует, а если четверной сальхов? Выходит Илья со льда выжатый как лимон, за всю тренировку ему не удалось переговорить ни с кем кроме отца, вечно записывающего что-то в планшет и лишь кивающего на хороший прыжок. За всю карьеру максимум, что слышал от него Малинин это "молодец". – Ilya, will you come with us? – К уже уходящему Илье подбегает Левито, мигая глазками, очевидно намекая завалииься к кому-нибудь из сборной и сыграть в старое доброе " Правда или действие". – I'm sorry, I'm to tired – Он же не врал, правда устал, настроение так и не появилось. – Don't be that boring, you need to relax. I will bring virgin's blood.– Вмешивается Эмбер, притащившая за собой Эндрю и Наумова. Гленн, между прочим, была полноценным родовитым вампиром, она ценила эпотажность, и вместо пакетика предпочитала выливать всё в стакан с трубочкой. – Are you from Middle Ages? And I won't let you drink blood in my flat! – Встревает Наумов, на квартиру к которому все и собирались.Илья мысленно благодарит Максима за отвлечение внимания. – Why? – Эмбер упирает руки в бока, из-за чего вся компашка останавливается прям посреди парковки. – Cause it's seems like something illegal!– Возмущённо поясняет Эндрю. Малинин решает не покидать компанию под шумок, может и впрямь поехать? Нет, не из-за крови, ради ребят, ему точно нужно расслабиться, но сначала хотелось дослушать, чем кончится перепалка. – Yea, and where did you get it? – Со спины на Эмбер прыгает запыханная Алиса. – Just remember who my father is. And okay, okay, if you all don't want, I won't bring. – Илья припоминал, что отец Гленн работает где-то в комитете защиты вампиров, директором отдела транспортировки что-ли. – But we all want Ilya be with us, right? – Она заговорщически улыбается, все согласно кивают. – Dude, you have no choice. – Торгашев хлопает Малинина по плечу. За время спора Илья даже пару раз искренне улыбнулся и больше не чувствовал себя несчастным, да и не был против отдохнуть, тем более какие перспективы ждали его дома? Поиграть с сестрой, а потом весь день пролежать в тиктоке, солнце то еще высоко. Вся сборная распределяется на две машины. Наумов в отличие от Ильи, жившего с родителями, снимал квартиру в центре города. – Make yourself at home. –Максим бросает свой рюкзак в прихожей, остальные следуют его примеру. Вечер проходит со смехом и мохито без сахара, лучшее, что придумали люди, дорого, но вкусно, и здоровью не вредит. Домой Малинин приходит только к 11 вечера, пока развез всех по домам, как почти единственный водитель с машиной в компании, пока сам настроился, чтобы зайти домой. Отец сидел над своим планшетом на кухне, переговаривался с матерью, сестра уже давно спала. Илье иногда казалось, что Роман с планшетом не расстаётся, только и делает что просчитывает прыжки, составляет тренировки. Не будь Скорняков его отцом, Малинин бы сказал, что это хорошо, человек увлечён своим делом, профессионал высокого класса. Кивнув родителям, он проскользнул в свою комнату, помылся он после тренировки, так что он поспит на 15 минут подольше, всё равно на постельное белье, Илья заваливается в уличной одежде и сходу засыпает. Он не считал дни до отлёта,просто потому что не помнил какой сегодня день, четверг? Пятница? Понедельник? Каждый день как предыдущий: пытка в виде подъема с кровать, изнурительная тренировка, тщетные попытки отказаться от прожигания времени со сборной, мохито или кола без сахара, долгие разговоры ни о чем и, наконец, сон без задних ног. Собирались в предпоследний вечер, всей семьёй, с напоминалками от мамы, с просьбами Лизы привезти ей что-то, с беганием по всему дому в поисках какой-то мелочи. Наконец долгожданный самолет, плюхнуться на сиденье рядом с папой и заснуть. Всё равно, что его там ждет, он устал, смертельно устал.