Замена героя меча

Утро началось не с кофе. Оно началось с того, что я чуть не свернул себе шею, запутавшись в гребаном шелковом балдахине, который свисал с потолка над моей кроватью. С трудом выпутавшись из многослойных, тяжелых одеял, я сел на краю огромного матраса и уставился в каменную стену. Комната была до одурения роскошной, но какой-то неживой: выцветшие гобелены с изображением битв грифонов, массивная резная мебель из темного, почти черного дерева, узкие стрельчатые окна, сквозь которые в комнату пробивались косые лучи утреннего солнца. В лучах лениво танцевала пыль. Я машинально потер лицо руками и замер. Это были не мои руки. Тонкие, бледные, без единой мозоли, без того дурацкого белесого шрама на костяшке, который я заработал в десятом классе, по глупости влетев кулаком в дверной косяк. Я вскочил, босыми ногами ощутив ледяной холод каменного пола, и бросился к напольному зеркалу в потускневшей медной раме. Оттуда на меня смотрел совершенно чужой человек. Точнее, подросток. Черные волосы уложены в стильную, слегка небрежную прическу, которая даже после сна выглядела идеально, острые черты лица, неестественно чистая кожа и темные, колючие глаза. Типичный анимешный эджлорд. Шестнадцать лет. Твою мать... Я поднял правую руку. Отражение синхронно повторило жест. В моей руке, намертво привязанный к ладони, тускло отсвечивал глубоким синим цветом сапфир в эфесе Легендарного Меча. Оружие казалось невесомым, словно было продолжением моей собственной кости. Значит, не приснилось. Я действительно умер в грязной подворотне от пули дерганого нарика, а теперь заперт в теле японского школьника в параллельном мире. В правом нижнем углу моего зрения беззвучно мигнула полупрозрачная синяя иконка. [Доброе утро. Пульс 120, уровень кортизола зашкаливает. Дыши ровнее, Рен. И прекрати пялиться в зеркало с таким лицом, будто увидел призрака.] — гласило сообщение от моего личного оружия-суфлера. «Отвали», — мысленно огрызнулся я, отворачиваясь от зеркала. — «Слушай, пока мы здесь одни и эти дворцовые нас не слышат. Я всю ночь думал о том, что ты сказал там, в пустоте. Про оригинального Рена. Как именно он "сжег" свою душу? И почему я должен плясать под дудку этого поехавшего короля?» Иконка мигнула, зависла на пару секунд. Я почти физически ощутил, как Меч тяжело "вздыхает" у меня в голове. [Он не просто умер, человек. Он переписал код реальности, используя свое ядро как топливо. Представь, что ты пытаешься запустить современную игру на старом калькуляторе. Чтобы система не вылетела с критической ошибкой, калькулятор добровольно плавит собственные микросхемы, пуская всю энергию на один-единственный процесс. Если я скажу тебе это сейчас, на твоем первом уровне, твое неподготовленное сознание просто распадется на пиксели от информационного перегруза. Не лезь в это. Пока что...] «А если я всё-таки влезу?» — я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. — «Я не хочу быть слепой марионеткой в вашем театре абсурда». [Тогда ты закончишь так же, как он. Только мир это уже... не спасет. Надевай свою форму. Скоро завтрак, а потом — распределение спутников. Помни свою роль. Ты высокомерный, холодный геймер. Никакой эмпатии.] Окно чата свернулось в крошечную синюю точку. Я тяжело выдохнул, прогоняя остатки паники, и начал натягивать жесткую школьную форму, в которой вчера уснул. Галстук завязывать я не умел и в своей прошлой жизни, поэтому просто небрежно стянул его на шее. Выглядело достаточно по-бунтарски. Ожидая, пока за мной придут слуги, я подошел к огромному холодному камину. Рядом лежала аккуратная поленница. Я машинально взял небольшое, гладкое полено, пахнущее смолой и хвоей, и прихватил со столика с фруктами маленький, удивительно острый серебряный нож для чистки яблок. Нужно было занять руки. Меня трясло от нервного перенапряжения, от осознания того, что я больше никогда не увижу родителей, Димона, свою комнату. Нужно было куда-то деть эту дерганую энергию. Я уселся в глубокое кресло и начал медленно, кусок за куском, срезать кору. Вжик Вжик Древесная стружка падала на дорогой ковер. Светлое дерево под лезвием обнажало красивую текстуру. Это успокаивало. Бессмысленная работа помогала заземлиться, убедить мозг, что сейчас все хорошо.... Стук в массивную дубовую дверь прервал мою медитацию. — Герой Меча, завтрак подан, — раздался почтительный, но какой-то безжизненный голос служанки. Я отбросил полено, спрятал нож во внутренний карман пиджака и, нацепив на лицо маску абсолютного, непробиваемого презрения ко всему сущему, вышел из комнаты. Завтрак проходил в исполинской столовой. Сводчатые потолки терялись где-то в полумраке, а длинный стол ломился от еды: жареное мясо на серебряных блюдах, какие-то экзотические пурпурные фрукты, свежий хлеб, источающий аромат чеснока и трав. Еда выглядела потрясающе, но на вкус казалась мне куском картона. Наверное, из-за стресса рецепторы просто отказывались работать. За столом уже сидели остальные. Мотоясу, блондин с копьем, уплетал окорок и одновременно строил глазки молоденькой служанке, которая, густо краснея, подливала ему сок. Ицуки, лучник, аккуратно резал яичницу, с умным видом тыкая пальцем в пустоту — изучал свой виртуальный интерфейс. А Наофуми... Щитовик выглядел так, словно выиграл в лотерею миллион долларов. Он ел с жадным аппетитом, его глаза горели неподдельным энтузиазмом. — О, Рен! Доброе утро! — Наофуми радостно помахал мне рукой, едва я переступил порог. — Как спалось? Видел свои статы? Я тут всю ночь ковырялся и разобрался, как открывать дерево навыков. Прикинь, у меня щит может поглощать предметы и открывать новые формы! Это же офигенно! Мое горло сжалось. Передо мной сидел абсолютно нормальный парень. Обычный студент, добрый, открытый, без камня за пазухой. И скоро его жизнь жестоко и цинично спустят в унитаз. А я буду стоять и смотреть. [Отвечай. Холодно. Ты выше этого щенячьего восторга,] — мигнуло предупреждение в углу глаза. Я проглотил вставший поперек горла ком, заставил себя скривить губы в снисходительной, почти брезгливой усмешке и, даже не удосужившись посмотреть Наофуми в глаза, сел за стол. — Спалось нормально. А статы... обычные. Ничего такого, с чем бы я не сталкивался в нормальных играх. Разберешься в базовых механиках — дай знать, может, обсудим. А пока не мешай есть, у меня нет настроения выслушивать нубские восторги. Я услышал, как Наофуми растерянно замолчал. Звякнула вилка о тарелку. Его улыбка погасла. Блядь... Я почувствовал себя куском отборного дерьма. Мотоясу громко хмыкнул, проглатывая кусок мяса. — Ну ты и отмороженный, Рен. Будь проще. Мы же в новом мире! Приключения, прокачка, девчонки! — он снова подмигнул служанке, заставив ту пискнуть и убежать. — Это как лучшая игра, только по-настоящему. — Это и есть игра, — подал голос Ицуки, не отрываясь от невидимого интерфейса. — Если вы когда-нибудь читали гайды по Dimension Wave, то должны понимать, что главное — правильное распределение очков и выполнение скрытых квестов. Я молча жевал хлеб, чувствуя, как внутри закипает глухая, бессильная злоба. Они относятся к этому как к гребаному аттракциону. «Квесты», «девочки», «катка». Они даже не понимают, что здесь люди истекают настоящей кровью. И только я один знаю, что мы находимся в операционной, где мир зашивают без наркоза. — Прошу прощения за беспокойство, Легендарные Герои, — в столовую неслышно вошел богато одетый распорядитель с золотой цепью на шее. — Его Величество ожидает вас в тронном зале. Авантюристы, которые станут вашими спутниками, уже собрались. Наофуми подскочил первым, его глаза снова загорелись. Детская обида на мои слова испарилась, уступив место жажде приключений. — Отлично! Наконец-то! Пойдемте, парни, посмотрим, кто пойдет с нами в пати! Мы направились по гулким коридорам. Я шел позади всех, сверля взглядом спину Щитовика. «Меч», — мысленно позвал я. — «Объясни мне еще раз. Почему я не могу просто подойти к нему и сказать: "Чувак, этот бородатый хрен на троне тебя ненавидит, никому здесь не доверяй, здесь все очень подозрительно"?» [Потому что это сломает причинно-следственную связь,] — ответ появился мгновенно. — [Ненависть и предательство, через которые он пройдет сегодня, станут триггером для пробуждения Щита Гнева. Это проклятая, разрушительная способность. Без нее мы физически не сможем пробить защиту боссов Волн. А я не уверен что ты сможешь тащить на себе всех героев сам не зная ничего... и ещё без проклятой серии. У нас банально может не хватит урона. Если ты спасешь его сейчас, он останется добрым, наивным парнем с обычным щитом. И когда придет настоящая угроза, мы все просто сдохнем. Временное событие должно быть исполнено.] Я скрипнул зубами. Утилитарный, математически выверенный расчет. Пожертвовать рассудком одного человека, чтобы спасти миллионы. Звучит логично. Но ощущается как полное дерьмо. Двери тронного зала распахнулись с тяжелым скрипом. Пахло старым камнем и благовониями. Олткрей восседал на своем троне, как раздувшийся от чувства собственной важности индюк. А внизу, на красной ковровой дорожке, выстроились двадцать один человек. Воины в сияющих латах, маги в просторных мантиях, парочка субъектов, похожих на воров. Среди них выделялась одна особа. Сногсшибательно красивая, с длинными вьющимися рыжими волосами, упакованная в изящный, но явно дорогой доспех. Она улыбалась так мило и невинно, что у меня сработал внутренний детектор опасности. За свою недолгую жизнь в общаге я усвоил одно: люди, которые так сладко улыбаются незнакомцам, обычно прячут за спиной нож. — Приветствую вас, Герои! — громогласно произнес король. — Перед вами лучшие из лучших! Авантюристы Мелромарка, которые вызвались сопровождать вас в вашем великом походе против Волн! Наофуми засиял. Он буквально лучился радостью, рассматривая своих будущих сопартийцев. — Обычно спутников назначаем мы, — продолжил король, и я уловил в его голосе мерзкую, тягучую ноту предвкушения. — Но легенды гласят, что Легендарные Герои обладают собственной аурой, и они должны сами формировать свои узы. Поэтому... пусть авантюристы сами выберут, за кем из вас они последуют! «Чего?» — я мысленно нахмурился. — «Это же бред. Что мешает им всем пойти за одним?» [Смотри и учись, как работает власть, если у неё есть обиды на кого-то] — коротко мигнул Меч. Король взмахнул рукой в перстнях. — Встаньте за спиной того Героя, чьему делу вы хотите служить! Толпа пришла в движение. Звякнули доспехи, зашуршали мантии. К Мотоясу, который успел принять самую героическую позу, выпятив грудь, и очаровательно улыбнуться, подошли сразу четверо. И, что характерно, исключительно девушки. Две воительницы в бронелифчиках (серьезно, кто в здравом уме пойдет в таком воевать?), миловидная магичка с посохом и та самая рыжеволосая красавица. Мотоясу расплылся в самодовольной улыбке мартовского кота. Ко мне прибились пятеро. Суровые, как кирпичная стена, побитые жизнью мужики. Здоровяк с двуручным топором, маг в синей мантии с хмурым лицом и еще трое неприметных, но крепких бойцов. Я окинул их ледяным взглядом. Трое оставшихся направились к Ицуки. Лучник сдержанно кивнул, поправляя галстук, явно довольный своей компактной командой. В огромном зале повисла странная, тяжелая, звенящая тишина. Я медленно повернул голову. Наофуми стоял один. За его спиной не было никого. Абсолютно пустое пространство. Его радостная улыбка медленно, болезненно сползала, сменяясь полнейшей растерянностью. Он оглянулся на свою пустую тень, потом посмотрел на Мотоясу, окруженного девицами, потом на короля. — Эм... Ваше Величество? — голос Наофуми дрогнул. — А... почему ко мне никто не подошел? Я что-то сделал не так? Может, я не так стою? Король Олткрей развел руками. На его лице застыла маска фальшивого, приторного сочувствия, под которой отчетливо читалось злорадство старого садиста. — Поразительно. Я тоже удивлен, Герой Щита. Возможно, слухи о том, что вы... не обладаете должной харизмой или наступательной силой, отпугнули добровольцев. Щит ведь не оружие, в конце концов. Авантюристы ищут славы в атаке, а не в защите. Это был такой откровенный, наглый, грязный пиздеж, что у меня перехватило дыхание. Это же стопроцентная подстава! Двадцать один человек не мог случайно проигнорировать одного из четырех легендарных спасителей. Им приказали. Этот старый ублюдок на троне просто устроил публичную порку, чтобы унизить парня. Я сделал полшага вперед. Моя рука инстинктивно, до побеления костяшек сжала рукоять Меча. В голове билась одна яростная мысль: высказать всё этому бородатому хрычу. Сказать, что это дешевый цирк. Послать половину своих наемников к Щиту. Мой интерфейс взорвался пульсирующим красным светом. [СТОЙ! НИ СЛОВА! АБСОЛЮТНОЕ МОЛЧАНИЕ, АМАКИ!] — сообщения летели с такой скоростью, что сливались в одно кровавое пятно. — [ПРОГНОЗ РАЗРУШЕНИЯ ВРЕМЕННОЙ ВЕТКИ — 98%. ЕСЛИ ТЫ ВМЕШАЕШЬСЯ, ПАРАДОКС РАЗОРВЕТ ЭТОТ МИР ПРЯМО СЕЙЧАС. МОЛЧИ И ИГРАЙ РОЛЬ! СКАЖИ ЕМУ, ЧТО ОН СЛАБ!] Меня начало трясти. Впервые в этой новой жизни я почувствовал настоящую, липкую панику. Я смотрел на Наофуми. Парень стоял абсолютно один посреди огромного зала, под прицелом насмешливых шепотков стражи, ухмыляющихся аристократов и этого гребаного короля. Он выглядел как побитая, потерянная собака. — Парни... — Наофуми посмотрел на нас, в его глазах стояла отчаянная, жалкая мольба о помощи. — Может... может, кто-то из ваших поделится? Мне же нельзя качаться одному... Вы же слышали короля. Мотоясу неловко почесал затылок, отводя глаза. — Ну, чувак... они сами выбрали. Заставлять девчонок идти к тому, к кому они не хотят — как-то не круто. Ицуки отвернулся, делая вид, что очень занят проверкой натяжения тетивы своего лука. Наофуми с надеждой посмотрел на меня. — Рен? У тебя ведь пятеро... Отдай хотя бы одного. Пожалуйста. Мы же с тобой... земляки. Я закрыл глаза на долю секунды. "Господи, прости меня" — подумал я. Я поднял взгляд. Холодный, пустой, мертвый взгляд. Я скривил губы в насмешке, которая обожгла меня самого изнутри кислотой. — С какой стати? — мой голос прозвучал как щелчок хлыста. Громко, четко, безжалостно. — Если они выбрали меня то готовы идти со мной до конца. Если нет то пусть уходят к тебе... Кроме того в соло ты бесполезен, а в пати будешь только тянуть на дно, паразитируя на чужом опыте. Если не можешь найти даже одного спутника — значит, такова твоя цена. Разбирайся со своими проблемами сам. В зале стало так тихо, что было слышно, как шуршат платья фрейлин в дальнем углу. Наофуми отшатнулся, словно я со всей силы ударил его эфесом меча по лицу. В его расширенных глазах что-то надломилось. Наивность, вера в "братство героев", надежда — всё это рассыпалось пеплом прямо на моих глазах. И это сделал я. Я своими собственными руками забил первый гвоздь в крышку его гроба. [Идеально. Ты справился. Временная линия не разрушается] — появился холодный, бездушный текст синего цвета. Мне хотелось блевать. Прямо здесь, на красную ковровую дорожку. Вдруг от гарема Мотоясу отделилась фигура. Та самая рыжеволосая девушка с фальшивой улыбкой. Она изящно подошла к Наофуми и мягко, почти интимно положила руку ему на плечо. — Если Герой Щита не против, — ее голос был сладким и успокаивающим, — я присоединюсь к нему. Мне физически больно смотреть, как с легендарным спасителем обращаются подобным образом. Мотоясу-сама, вы ведь позволите мне уйти? Блондин расплылся в глупой улыбке и благородно кивнул. — Конечно, Майн! Твое доброе сердце делает тебе честь! Береги себя и присматривай за ним! Наофуми посмотрел на эту Майн так, словно она была богиней милосердия, спустившейся с небес лично для него. — С-спасибо... — пробормотал он, чуть не плача от облегчения, его голос дрожал. — Я клянусь, я не подведу тебя! Я буду защищать тебя! «Какая же мразь» — интуитивно подумал я, глядя на девушку. Я не знал всего, не знал будущего, но я четко видел, как она на долю секунды переглянулась с королем. Короткий, полный торжества и издевки взгляд сообщников. Это не была жалость. Это была ловушка. Капкан захлопнулся. Его приставили к ней, чтобы добить. Но я продолжал молчать. Моя челюсть была сжата так сильно, что скрипели зубы. — Что ж, раз проблема решена столь благородным образом, — Олткрей хлопнул в ладоши, скрывая мерзкую улыбку в бороде. — Мы обеспечим вас стартовым капиталом. По четырёхсот серебряных монет каждому Герою. А Герою Щита, поскольку у него лишь один спутник... восемьсот монет лично в руки. Слуги вынесли тяжелые кожаные мешочки, звенящие монетами. Я взял свой, не глядя, прицепил к поясу. — Отправляйтесь, Легендарные Герои! Судьба мира в ваших руках! Мы развернулись и пошли к выходу. Моя новая "свита" угрюмо пошла за мной. Я не смотрел на них. Я не смотрел на Наофуми, который уходил с этой Майн, оживленно ей что-то рассказывая, полностью очарованный. Я вышел на залитую полуденным солнцем площадь перед замком. Воздух был свежим, пахло выпечкой и лошадьми, но мне было душно. Я убил в себе нормального человека сегодня. Я стал соучастником грязной травли. Я позволил гребаной Системе перемолоть парня, который ни в чем не виноват, просто потому, что чертова вселенная могла схлопнуться от парадокса. «Слушай меня, клинок» — мысленно прорычал я, обращаясь к интерфейсу. — «Я отыграю твоего мудака-Рена. Я пройду Вторую Волну. Я буду качаться так, что земля под ногами будет гореть. Но клянусь тебе всеми богами... как только этот ебаный таймер спадет и "швы" реальности срастутся... я разнесу эту королевскую шарашку по кирпичикам. Я выпотрошу этого короля. И никто меня не остановит» Иконка замигала. Ответ пришел не сразу. [Остынь, Рен. Не руби с плеча,] — текст был спокойным, лишенным системной сухости. — [Мой предыдущий Владыка, оригинальный Рен Амаки... он тоже не сразу всё понял. В начале он был высокомерным придурком, которого ты сейчас сыграл. И когда до него дошло, какую хрень он творил, закрывая глаза на чужую боль... его это сломало. Это чувство вины его и сожрало в итоге. Не повторяй его ошибок. Держи голову холодной.] Я выдохнул сквозь зубы. «Тогда расскажи мне всё. Прямо сейчас. Кто эта рыжая сука? Что они планируют сделать с Наофуми? Дай мне полный расклад будущего!» [Я не могу. И не потому, что не хочу,] — Меч словно печально усмехнулся. — [Ты не видишь всей картины. Ты думаешь, что если узнаешь старый сценарий, то сможешь его контролировать? Ошибка. Само твое присутствие здесь, твой образ мыслей — это уже аномалия. Ты УЖЕ меняешь будущее, просто дыша этим воздухом. То, что было незыблемой правдой в прошлой временной петле, завтра может оказаться ложью. Мир незаметно адаптируется под твою инородную душу. Опираться на старую информацию сейчас — значит совершить фатальную ошибку.] «Отличная отмазка, чтобы держать меня в неведении» — горько усмехнулся я. [Это факт. Но...] — синий шрифт на секунду стал ярче. — [Есть кое-что. Очень интересная информация. Она не касается будущего напрямую, она касается лично тебя и прошлого этого мира. Но чтобы твой мозг смог обработать этот пакет данных без кровоизлияния, тебе нужен базис.] «И что я должен сделать?» [Апни десятый уровень. Прокачай ментальное сопротивление. Как только достигнешь десятки — я расскажу тебе то, от чего у тебя волосы встанут дыбом. До тех пор — играй свою роль. И выживай.] Окно чата свернулось и исчезло. Я постоял секунду, глядя на шумную городскую площадь, затем обернулся к своим спутникам. Пятеро наемников преданно ждали моих приказов, переминаясь с ноги на ногу. — Идем в оружейную лавку. Закупите себе расходники, — бросил я им ледяным тоном, даже не пытаясь узнать их имена. — А потом — идем за городские стены. Будем убивать всё, что движется. Мне нужен уровень. Срочно. Спектакль начался. Но я собирался выбить из этого мира всю информацию, которую он от меня прячет.