Чертовка поневоле

Голова у меня от всего этого, гудела изрядно, поэтому, когда машина остановилась и передо мной открыли дверь, вежливо предложив выйти наружу – я сперва даже не поняла, где мы находимся. Место оказалось незнакомое, хотя это, определенно, была очередная тихая зеленая улица в центре Ильняу. Сперва я подумала, что тут могут жить родственники Тади, но тут же решила, что везти к ним меня совершенно незачем и, по всей видимости, тут располагается здание этой их Тайной службы. Ну или приемная, или что там еще у них есть. Но тут я наконец разглядела за деревьями очень даже знакомый купол и не менее узнаваемые верхушки башен. – Зачем меня привезли в княжеский дворец?! – тут же возмущенно удивилась я, вытаращившись на обоих агентов. Еще и «с черного хода», и впрямь какое-то кино шпионское. – Тут, между прочим, еще и похититель мой шастать может, про которого я вам только что рассказывала. И надеялась на понимание. А вы меня во дворец привезли! – Юная пани может не волноваться, мы обеспечим ей полную безопасность, – заверил меня один из них. – Вас ожидает аудиенция у правящей четы, – хмуро добавил второй. – У родителей княжича?! – опешила я. – Они что, тоже считают, что я за него прям завтра выходить собралась?.. Поветрие у всех какое-то! Когда я ни за какого княжича замуж вовсе не собираюсь! Службисты уставились на меня с таким изумлением, что его не удалось полностью скрыть даже за их профессионально-безразличным выражением лиц. Воцарилась неловкая пауза, но потом первый наконец осторожно и предельно вежливо сообщил: – Сейчас вас проводят в охраняемое помещение, где вы сможете дожидаться аудиенции в полной безопасности и с комфортом. Переоденетесь, приведете себя в порядок, поедите. – Успокоитесь, – вставил второй, за что получил от меня возмущенный испепеляющий взгляд, но решил его проигнорировать. – Идемте, калитка здесь. Его последнее замечание оказалось очень даже кстати, потому что сама бы я вход человека с два нашла: дверца оказалась тайной, и даже когда ее открывали, так и норовила пропасть с глаз: внимание на ней никак не хотело сосредотачиваться. И когда мы, войдя внутрь, отошли от нее шагов на десять, я подумала, что вряд ли смогла бы отыскать ее снова, вернувшись назад. Княжеский дворец, конечно же, был очень красивым зданием – я много раз любовалась им и на фотографиях, и оказываясь неподалеку. Особенно хорошо он смотрелся со стороны набережной, возвышающийся над рекой и надо всем окружающим пейзажем, как многоярусный торт. Утопающий в зелени деревьев, между которых вились переплетения лестниц, устремляющийся в небо множеством изящных башен и увенчанный большим центральным куполом, дворец не терялся даже на фоне громад небоскребов – архитектор позаботился о том, чтобы княжеская резиденция производила неизгладимое впечатление. Однако сейчас я вовсе не радовалась возможности рассмотреть это великолепие вблизи: дворец меня раздражал и угнетал. Мне казалось, что он нависает надо мной, как Ивона, решившая в очередной раз упрекнуть меня в том, что я выскочка. Что он, как этот явий анонимный недоброжелатель, готов швырнуть меня прямо в Позолонь, за недостаточные манеры и недостойное княжеской семьи происхождение. Изящные завитки лепнины, затейливые крыши башен – все казалось мне преисполненным пафоса и манерности, словно дворец кичился своим благородным происхождением. Словно он был воплощением всего того, что до дрожи раздражало меня в княжеской семье. Хотя дворец, безусловно, был не виноват. Но залепить оплеуху похитившему меня придворному паразиту или какому-нибудь другому родственнику Тадеуша я сейчас никак не могла, поэтому все моя неприязнь досталась бедному зданию. Внутри дворца все, разумеется, оказалось не менее пафосно, чем снаружи, а еще – красиво и вылизано до блеска. Чистота и аккуратность раздражали тоже, ужасно хотелось куда-нибудь плюнуть или попачкать грязной после складов ладонью стену. Впрочем, когда меня привели в «гостевую комнату», как назвал ее один из агентов, и оставили там в одиночестве, тщательно заперев обвешанную магическими защитами дверь, я не без удовольствия плюхнулась в огромное обитое бархатом кресло. Это было намного лучше стульев и ящиков в занюханной каморке, что и говорить, а я устала. Так что княжеское гостеприимство пришлось очень кстати, и я готова была честно это признать. Блаженно и бессмысленно просидев минут десять, я спохватилась, что нужно все-таки привести себя в порядок. Не то чтобы мне сильно хотелось, но появляться чумазой перед правящей четой все-таки было неловко, так что я усилием воли выдернула себя из кресла и погрузилась в недра платяного шкафа, откуда, после долгого изучения содержимого, не менее пафосного, нежели все остальное во дворце, я с победным воплем извлекла не слишком затейливое летнее платье в мелкий цветочек. Сперва я подумала, что оно попало сюда по случайности и недосмотру, но потом обнаружила, что платье было из натурального шелка, и, ехидно хмыкнув, отправилась умываться и переодеваться. Слегка помлев в роскошной ванной, я вышла оттуда уже гораздо менее недовольной жизнью и обнаружила, что мне успели принести обед. Да, это вам не бандиты, которые обещают, но не кормят! Еда не была какой-то особенно «дворцовой» – суп с фрикадельками, отбивная, пюре, овощной салат – по-европейски просто нарезанный и сложенный кучками, с соусником, стоящим рядом с овощами, хлеб, чай и крошечная вазочка с печеньем. Но, во всяком случае, все было свежим и отлично сервированным. Только увидев еду и почувствовав исходящие от нее аппетитные запахи, я поняла, насколько сильно проголодалась – да уж, с такими переживаниями имя свое забудешь, не то что поесть. Плюхнувшись все в то же кресло, я первым делом набросилась на суп, и едва успела с ним управиться и взяться за салат, как у меня зазвонил телефон. Думающая только об одном наве, я, разумеется, тут же решила, что это может быть Тади, но звонила Катаржина: они с Петрой наконец-то до меня добрались, обнаружили записку и, безусловно, тут же принялись волноваться. – Влада! Мы приехали, а тебя нет! С тобой все в порядке? Ты где вообще? – сразу же выпалила Катя в трубку. – В княжеском дворце! – честно ответила я, торопливо дожевав кусок огурца. – Ты что, пошла искать Тади во дворец?! И тебя пустили? – в голосе Катаржины восторг мешался с ужасом. – Если бы так! Тади я раньше нашла, а потом – нас опять его родственники нашли, – я скорбно вздохнула в трубку. – Точнее, прямо сама правящая чета. И теперь его опять куда-то забрали, а я сижу тут, ем салат и дожидаюсь аудиенции. Кажется, родители княжича тоже считают, что я горю желанием за него выйти, и хотят по этому поводу со мной пообщаться. Ты бы знала, как мне все это надоело! Но хоть кормят тут хорошо… – Сочувствую, конечно, но я уверена, что все будет нормально, – подбодрила меня Катаржина. – И это, Влад, я понимаю, что они тебя утомили все, но ты, наверное, с князьями помягче, что ли. Правящая чета все-таки, с ними лучше вежливо. Я снова вздохнула и принялась задумчиво ковыряться вилкой в пюре. – Я постара-а-аюсь, – без энтузиазма протянула я. – Я вот даже платье тут надела… И очень надеюсь, что хотя бы они приличиями по голове не стукнутые, как некоторые. Мне бы тоже хотелось пообщаться с ними по-навьи и нормально договориться, еще бы нет! Пожелай вот мне удачи, что ли. – Просто подумай, они ж не виноваты, что за сына переживают, – продолжила гнуть свою линию Катаржина. – И удачи, конечно. Вам всем! – Спасибо. Не виноваты, конечно, – с очередным вздохом согласилась я. – Ну и я правда надеюсь, что все нормально пройдет. И еще быстро! Домой хочу ужасно. – Надеюсь скоро тебя тут увидеть, – жизнерадостно ответила подруга, прежде чем распрощаться со мной.  – Ну, будем надеяться, что скоро, – сказала я, отложив телефон на стол, и решительно вернулась к салату. Не голодать же из-за всяких там князей и их родственников, в самом деле! Поесть я успела неторопливо и даже с расстановкой: то ли мне тактично дали побольше времени прийти в себя, то ли правящая чета была очень занятой, то ли они сами готовились к беседе со мной, как к важным дипломатическим переговорам. Как бы то ни было, когда за мной пришли, я уже допила чай и даже собралась обшарить полки в поисках какой-нибудь не слишком скучной книги. Но тут в дверях наконец нарисовался один из уже знакомых агентов и со словами: – Князь и княгиня ожидают, пани, – повел меня на ответственную встречу. Кабинет, в котором меня удостоили высочайшей аудиенции, оказался просторным, залитым светом, с обтянутыми шелком стенами, светло-зелеными с золотыми вензелями. Все тут выглядело торжественно и спокойно-роскошно, когда предметам обстановки не нужно кричать о своей дороговизне: все и так понимают, что здесь дешевого не водится и подобраны вещи друг к другу, как части отлаженного механизма. Княгиня Антония и князь Кароль устроились на небольшом диванчике, мне же, судя по всему, полагалось занять стоящее напротив кресло. Размеров оно было еще более внушительных, чем стоящее в гостевой комнате, так что я невольно задумалась, как бы я смогла на него влезть, пока еще была человеком. Словно услышав мои мысли, сразу после взаимных вежливых приветствий княгиня сообщила: – Владана, мы знаем, что вы из другого мира. И вам, наверняка, совсем непросто привыкать к здешней жизни… все другое, незнакомое. Чуждое. Я уселась в кресло и удивленно на нее уставилась. Какое неожиданное начало разговора! Хотя, наверное, это светская беседа… ее полагается вести для начала. И отвечать мне тоже нужно как-нибудь светски. – Ну что вы, на самом деле между нашими мирами немало общего. Из совсем непривычного – разве что, магия. Но мне говорили, я недурно наверстываю свое отставание в этой области. – Это замечательно, – вежливо сказал князь. – И привыкать к здешней жизни легче, – согласилась княгиня. – Очень хорошо, что вы легко адаптируетесь, потому что вы – невеста престолонаследника, и, вероятно, вам придется еще сильнее подстраиваться под новые реалии. «Ну все, началось!» – мрачно подумала я и тут же, вспомнив разговор с Катей, решила, что князь и княгиня действительно не виноваты. И объяснить им, что я не собираюсь замуж за их сына, нужно бы повежливей. Так что я ответила все тем же светским тоном: – Мне бы очень не хотелось вас огорчать, но дело в том, что, невзирая на печать, я вовсе не собираюсь выходить замуж за княжича. Так получилось, извините. Княгиня удивленно заморгала: – Но как же так? – Разве это возможно? – еще удивленнее спросил князь. – Вас же выбрали! Я уже было открыла рот, чтобы честно рассказать про Тадеуша, но в последний момент передумала: его уже из-за княжича в портал утаскивали и запирали неизвестно где, и ругали. А правящую чету я и пяти минут не знаю, и какие у них между собой в семье отношения – толком не знаю тоже, только что очень сложные и не всегда хорошие. Собравшись с мыслями, я с расстановкой сообщила: – По всей видимости, я и впрямь подхожу вашему сыну… просто по-навьи. Но подумайте сами: какая из меня княжна?.. Я из другого мира, с вашими местными порядками до сих пор не до конца освоилась, многого не знаю и отстаю от первокурсников по теормагу. А тут целым княжеством управлять! Если рассудить здраво, это вовсе не для меня. Князь с княгиней переглянулись, и Антония сказала: – Очень жаль, не так просто найти подходящую невесту княжичу, с его-то проблемами. Мне захотелось воскликнуть, что можно же и не спешить, но тут я припомнила и природу проклятья, требующего выбора, и что давно существует закон, согласно которому наследник княжеской семьи должен состоять в браке, чтобы занять трон, и удержала свое ценное замечание при себе. Но в конце-то концов! Они же сами только что вещали мне, что все, у кого на лбу печать, хотят выйти за княжича от всей души. И раньше я неоднократно слышала то же самое, а теперь они мне жалуются, что невесту найти сложно, когда их вокруг целая толпа. – Послушайте, – очень серьезно сказала я, – раз уж даже мне печать поставили, только потому, что я, разок увидев его фото, ему от души посочувствовала и пожелала найти ту, которая его полюбит таким, как он есть…. Я больше чем уверена, что среди всей этой кучи невест найдется девушка, от души согласная выйти за престолонаследника, чего бы у него там не было с лицом. – Но ведь у него… – начала княгиня. – Не нужно, дорогая, – мягким тоном остановил ее князь и положил руку на ее руку. – Это наши семейные проблемы.  – Да какая разница, что у него! – воскликнула я, всплеснув руками. Кажется, вышло совершенно не светски, но я вовсе не могла соблюсти сдержанно-вежливый тон, когда думала про хвост Тадеуша. А думала я сейчас именно про него. – Какая разница, хоть жабры, честное слово! Если он встретит девушку, которая полюбит его по-настоящему, она не за лицо будет замуж выходить, а за навя целиком. Увы, этой девушкой буду не я, но наверняка найдется другая, с искренними чувствами, не из Яви и вполне подходящая на роль княжны. И все будет в порядке, правда, – закончила я очень успокаивающим тоном, невесть откуда взявшимся вместо возмущенного. На некоторое время в кабинете воцарилось молчание, а потом княгиня Антония осторожно сказала: – Вы… очень необычная девушка, вряд ли вторая такая же найдется. – Пожалуй, вы правы, кхм. На престоле вы бы очень даже необычно смотрелись, может, и правда немного слишком необычно, – очень вежливо высказался о моих манерах князь Кароль. – Я же говорю, княжна из меня отвратительная, – обрадовалась я достигнутому взаимопониманию. – Извините еще раз, что так вышло, искренне желаю вам удачи с невестой и со свадьбой, а мне, пожалуй, пора идти. Была очень рада познакомиться. Я поспешно встала с кресла и приготовилась уже совсем прощаться и уходить, но тут поняла, что у княжеской четы можно попросить о том, что без них у меня в очередной раз неизвестно когда выйдет. – Я могу увидеться с Тадеушем, сейчас? – робко спросила я, мигом растеряв всю решительность. – Думаю, сейчас не время. Нам самим нужно с ним поговорить, пани Владана, – озабоченным тоном отказала мне княгиня.  «Сварог Вседержитель, им-то что от Тади понадобилось?.. И что они теперь ему про меня собираются наговорить?..» – панически подумала я, но очень постаралась ответить спокойно и вежливо: – Дела княжеской семьи – ужасно утомительная вещь, никакого отдыха. Тогда просто передайте ему, что я в порядке и поехала домой. И… если сможете, постарайтесь, чтобы его родители не слишком ругали, а то их иногда кошмарно заносит. Вид у правящей четы сделался такой ошарашенный, что мне захотелось обернуться и посмотреть, не случилось ли чего у меня за спиной. Но, видимо, дело было все-таки в моих словах. «Думать надо, что про княжескую семью говоришь!» – мысленно отругала себя я, и тут князь, наконец выйдя из оцепенения, ровным тоном изрек: – Вас проводят до машины и доставят домой под охраной, для большей безопасности. – До свидания, пани Владана, – в тон ему ответила княжна. Я попрощалась в ответ и вышла, тут же угодив в заботливые руки уже знакомых службистов. Мы вышли через ту же самую замаскированную калитку, сели в ту же машину – или, может, в другую, но совершенно такую же – и меня стремительно доставили прямо к подъезду. Катя и Петра, которые дожидались меня возле дома, при виде сотрудников Тайной службы округлили глаза, а уж когда те взялись провожать меня прямо до квартиры, обалдели окончательно.  – Вы меня и завтра в университет сопровождать будете? – ехидно поинтересовалась я. – Такого приказа у нас не было, – равнодушно ответил более мрачный из двоих, после чего они наконец, раскланявшись, удалились. И я, признаться, вздохнула по этому поводу с облегчением.