Темнее Чёрного

В итоге Сайтама и Генос никуда не пошли. Они лежали на кровати, болтали о какой-то бессвязной херне и просто не могли наслушаться друг друга.       — Я дома! — раздался из прихожей голос Кусено. В руках у старика было два тяжёлых пакета с продуктами. Он выглядел уставшим, но довольным.       — Дедушка! — Генос тут же подскочил с дивана, где они с Сайтамой смотрели какой-то музыкальный клип, — Давай помогу.       — Я не инвалид, — проворчал Кусено, но пакет с консервами и овощами всё-таки отдал внуку, — А вот этот, с мясом и молочкой, отдай своему тренеру. Пусть учится держать что-то помимо штанги. Сайтама усмехнулся, принимая пакет. Вес был ощутимым.       — Могу и вашего внука на руках носить. Кусено замер на секунду, обернувшись через плечо. Его взгляд, острый и пронзительный, на мгновение задержался на лице Сайтамы, а затем скользнул по комнате, словно оценивая обстановку. На его губах появилась едва заметная, понимающая усмешка.       — Только не урони его. Он у меня хрупкий мальчик, — спокойно ответил старик и направился на кухню, шаркая домашними тапочками. Генос, который в этот момент пытался забрать у Сайтамы тяжёлый пакет, замер с открытым ртом. Его щёки вспыхнули ярко-красным. И это было прекрасно заметно, особенно на его бледной, фарфоровой коже.       — Дедушка! — возмущённо воскликнул он, бросая на Сайтаму испепеляющий взгляд. Сайтама лишь тихо рассмеялся, его плечи затряслись от беззвучного смеха. Он поставил пакет на пол и притянул Геноса к себе за талию, игнорируя его попытки вырваться.       — Не волнуйся, малец, — прошептал он ему на ухо, — Я буду носить тебя очень аккуратно. И только на руках. Генос фыркнул, но перестал вырываться, лишь уткнулся лбом ему в плечо, пряча лицо.       — Ты ужасен... Оба вы ужасны.       — Я не слышу вас! — крикнул с кухни Кусено, — Идите сюда, голубки! Мясо само себя не порежет!

***

Кухня наполнилась уютной суетой. Кусено командовал процессом с военной точностью: картошка должна быть нарезана строго кубиками по полтора сантиметра, лук — полукольцами, а мясо — обязательно поперёк волокон. Сайтама, которому досталась роль главного по сковороде, стоял у плиты и следил за тем, как шкворчит масло. Генос резал овощи, а Кусено занимался маринадом.       — Ты слишком сильно жаришь, — заметил старик, заглядывая в сковороду через плечо Сайтамы, — Огонь должен быть средним. Терпение — залог хорошего ужина. И хороших отношений. Сайтама хмыкнул и убавил огонь.       — Учту. Генос прыснул со смеху, чуть не порезав палец.       — Дедушка, ты что, теперь ещё и семейный психолог?       — Я просто старый человек с богатым жизненным опытом. В отличие от некоторых, я умею не только кнопки на компьютере нажимать. Ужин прошёл в удивительно тёплой атмосфере. Тушёное мясо с овощами получилось невероятно вкусным — густая подлива, аромат специй и идеально приготовленные ингредиенты. За столом царила непринуждённая болтовня: Кусено рассказывал случаи из своей преподавательской практики, Генос язвительно комментировал научные байки деда, а Сайтама слушал их обоих с лёгкой улыбкой. Он поймал себя на мысли, что давно не чувствовал себя так... спокойно. Словно он был не просто гостем в этой квартире, а частью чего-то большего. Чего-то настоящего. Он был кому-то нужен, он был. Он просто был, и его компанию оценили. Когда тарелки опустели, Кусено зевнул.       — Мне нужно выспаться перед завтрашней презентацией. Помойте посуду, но не разбейте тарелки. Он строго посмотрел на Сайтаму:       — И внука мне уложи. Школьный режим никто не отменял. Генос застонал и уронил лицо в ладони:       — Дедушка! Мне девятнадцать!       — Тем более! Самый опасный возраст! Когда дверь в комнате Кусено закрылась, в квартире повисла уютная тишина. Генос тут же обнял Сайтаму со спины, прижимаясь щекой к его лопатке, пока тот мыл за всеми посуду.       — Может, останешься?       — Знаешь, у меня появилась мотивация убраться в своей берлоге... Я не убирался, наверное, со смерти отца, семь лет прошло... — мужчина задумался и немного погрузился в не самые приятные воспоминания. Генос, словно почувствовав это, потерся щекой об его спину.       — Давай вместе уберёмся. Завтра. У тебя не выходной?       — Выходной, — кивает Сайтама, прежде чем выключить воду и протереть тарелки и сковороду полотенцем.       — Значит сегодня ночуешь у меня. Мало ли ты ещё тому куску сыра дал имя и он тебя ждёт дома...       — Ревнуешь к сыру?       — Ну к помидору Грише ревновал же, — фыркнул парень.       — Я польщен... Ревнуешь меня к плесени...       — Я просто собственник, не хочу делиться с этим овощем тобой.       — Тебе повезло, что теперь я ничего общего не имею с Гришей, — покачал он головой. Генос в итоге не выдержал, первым засмеялся от этого абсурдного разговора.       — Ладно, плесень, пошли спать. Они снова вернулись в комнату Геноса, где развалились на его кровати и совсем скоро уснули.       «— Всё нормально» — это была правда, он был... Счастлив. Это тихое счастье просто подкралось к нему незаметно, схватило, не желая больше выпускать. А Сайтама и не хотел сопротивляться.

***

Утром Сайтама попытался подняться с кровати, но его схватили за торс, не позволяя этого совершить.       — Доброе утро, — улыбнулся мужчина, на что парень лишь сонно проворчал что-то на подобии "Слишком рано" Это умиляло. Генос был похож на нахохлившегося воробья. Слегка окрашенные светлые волосы контрастировали с темными прядями, создавая впечатление взлохмоченных перьев. Вскоре, всё же, он проснулся, и они пошли на кухню. А там их уже ждал Кусено, приготовив им завтрак и кофе.       — Доброе утро, — улыбнулся старик.       — Доброе, — Сайтама кивнул ему и сел за стол рядом с сонным Геносом.       — Ну что, чем планируете заниматься? — поинтересовался Кусено.       — Я к Сайтаме поеду, — зевнул парень, отпивая из своей кружки кофе, на голове у него был полнейший хаос, из-за чего мужчина пропустил тихий смешок, — Убираться в его ранее холостятской норе будем. Не пойду сегодня в универ.       — В десять домой, — сказал старик, поворачиваясь к раковине, чтобы помыть кружку.       — Дедушка, какой домой в десять? — возмутился блондин.       — Тебе в универ завтра. Раз уж сегодня не пойдешь. Сайтама лишь улыбнулся. Давно он не чувствовал себя нужным, давно он не чувствовал себя уместным.

***

Дома у Сайтамы они для начала оценили масштаб уборки.       — Есть колонка? — спросил Генос.       — Где-то была. Как только колонка была обнаружена, а парень подключился к ней, чтобы включить музыку, они приступили к делу. Они начали с кухни. Генос вооружился тряпками и моющим средством, а Сайтама взялся за разбор завалов и посуды. Работа продвигалась хорошо. Генос оказался на удивление дотошным: он протирал каждую полку, оттирал пятна с плиты и даже заставил Сайтаму вымыть холодильник изнутри.       — Ты точно кибернетик, а не домработница? — подколол его Сайтама, пытаясь оттереть место, на котором был Гриша.       — Я просто люблю порядок, — фыркнул Генос, — В отличие от некоторых тренеров-любителей-помидоров. Мужчина засмеялся, продолжая уборку. Вскоре они перешли на другие комнаты: ванная, туалет, спальня, в которой Сайтама не находился уже полгода.       — Это что? — спросил Генос, брезгливо держа двумя пальцами засохший кусок пиццы, который нашёл под диваном.       — Археологическая находка эпохи древнего одиночества, — невозмутимо ответил Сайтама, — Выбрасывай. Нам не нужны музейные экспонаты.

***

Они провозились так до девяти вечера. Оба устали, выдохлись и утомились от этой работы, но при этом были довольны результатом. Мрачная и серая однушка в итоге превратилась в уютную квартирку.       — Спасибо, — наконец-то сказал мужчина, развалившись на диване без сил. Даже тренировки его так не выматывали.       — Не за что, теперь осталось забить холодильник... А сейчас... Может, доставку закажем?       — Точно, ещё и друзей Гриш.       — Опять ты с этим Гришей... Сайтама усмехнулся, чувствуя приятную усталость во всём теле. Он откинул голову на спинку дивана и посмотрел на Геноса, который сидел на полу, прислонившись спиной к его ногам. Парень выглядел таким же вымотанным, но довольным.       — Гриша был очень привязчивым томатом. Генос фыркнул, не открывая глаз.       — Ты невыносим. Я думал, ты серьёзный тренер, а ты... ты просто большой ребёнок с комплексом «одинокий помидор».       — Эй! У меня был тяжёлый период! — возмутился Сайтама, но его губы сами собой растянулись в улыбке, — И вообще, это ты виноват. Ты вторгся в мою размеренную жизнь плесневелого отшельника.       — И как, успешно? — Генос приоткрыл один глаз и хитро посмотрел на него снизу вверх.       — Более чем, — честно признался Сайтама. Его улыбка стала мягче, нежнее, — Ты разогнал всю мою плесень. И одиночество. И заставил выгнать Гришу. Генос поймал его руку и переплёл их пальцы.       — Хорошо. Потому что я никуда не уйду. Даже если твой холодильник попытается устроить бунт овощей. Они помолчали пару минут, наслаждаясь тишиной и ощущением уюта, которое теперь наполняло квартиру. За окном уже темнело, дождь снова начал накрапывать по стеклу, но здесь было тепло и светло.       — Так что насчёт доставки? — напомнил Генос, — Я умираю с голоду. Уборка сжигает калории, между прочим. Сайтама потянулся за телефоном, лежавшим на журнальном столике.       — Ладно-ладно. Что ты хочешь? Пиццу? Бургеры?       — Что-нибудь вредное и жирное, — без раздумий ответил Генос, — Я заслужил. Я только что спас твою квартиру от превращения в биологическое оружие. Сайтама сделал заказ, выбрав огромную пиццу с мясом и острыми колбасками, картошку фри и какие-то странные жареные роллы, которые Генос заказал «за компанию», хотя ни один из них не знал, что там внутри. Они решили включить телевизор на фон, пока ждали заказ. Особо не вникая в сюжет, они просто сидели на диване, переодически комментируя происходящие моменты или просто отвлекаясь на дождь за окном. Вскоре раздалась трель домофона.       — А вот и наша жирная награда за труды праведные! — воскликнул Генос, вскакивая на ноги. Они устроились прямо на полу в гостиной, разложив еду на журнальном столике. Пицца была горячей и вкусной, картошка хрустящей. Роллы, несмотря на сомнения, тоже были неплохими. Они ели руками, смеялись и обсуждали уже другой фильм.       — Гено, тебе домой не пора? Дед не прибьет? — зевает мужчина, устроившись после трапезы у него на коленях.       — Пора, — вздыхает парень, — Я уже опоздал кстати... Ладно, такси закажу, проводишь? Брюнет лениво кивнул, пока Генос заказывал себе такси, Сайтама решил собрать пустые упаковки от еды, и заодно их выкинуть на улицу, пока они ждали машину Геноса.       — Ну давай, спокойной ночи, — мягко улыбнулся Сайтама, когда парень сел в машину.       — Я завтра вещи привезу, а то забыл совсем, ну и это, продуктов купи после работы, доброй ночи. . . . . На следующий день, после работы, Сайтама действительно решил забить холодильник продуктами. Домой он притащил пакетов так семь. И когда он их разобрал и оглядел чистую кухню, на душе стало так спокойно и легко. Давно он не видел подобной картины, чтобы у него дома было столько продуктов и вкусняшек, которые он решил в кой то веке купить. Да и кухня блестела. Потом приехал и сам парень, который действительно перевёз к нему сумку с вещами. Теперь в ванной рядом с бритвой Сайтамы стояла чёрная зубная щётка, а на спинке стула в комнате висели две кожаные куртки — одна потрёпанная, будничная, другая — с шипами и цепями. Квартира перестала быть серой пустошью одиночества. Теперь здесь пахло кофе, корицей и тяжёлым роком, который Генос включал по утрам, пока готовил(пытался готовить) им завтрак. Сайтама смотрел на него из дверного проёма кухни, прислонившись плечом к косяку. Генос стоял у плиты в одной из его старых футболок, которая висела на его худощавой фигуре как мешок, и пытался перевернуть омлет. Получалось не очень — края уже подгорели.       — Ты хоть раз в жизни готовил что-то, а не просто наблюдал за процессом или резал овощи? — с усмешкой спросил Сайтама.       — Я теоретик, — не оборачиваясь, парировал Генос, — Я знаю химию процесса. На практике... — он махнул лопаткой, и кусок омлета шлёпнулся на плиту с шипением, — ...Всё горит. Сайтама подошёл сзади, обнял его за талию и мягко отодвинул от плиты.       — Отойди, теоретик. Я практик. Пусть и не самый лучший в этом деле. Он взял лопатку и за минуту спас то, что осталось от завтрака. Генос развернулся в его руках, обхватывая за шею.       — Ты такой полезный, — промурлыкал он, целуя Сайтаму в гладкую щёку, — Сильный, молчаливый и умеешь готовить. Где ты был всю мою жизнь?       — Вероятно, гнил в своей квартире и разговаривал с помидором, — фыркнул Сайтама, но его глаза улыбались. Генос тихо рассмеялся и прижался лбом к его груди.       — Я рад, что твой Гриша отправился в рай для сгнивших овощей. Иначе я бы жутко ревновал. Сайтама только крепче прижал его к себе. Он до сих пор не мог поверить, что это его реальность. Что он просыпается не с мыслью «Очередной новый день», а с мыслью «Генос ещё спит?». Что он спешит домой не потому, что там привычная тишина, а потому что там его ждут. Вечером они пошли в зал вместе. Кинг, увидев их, присвистнул.       — Ого, Сайтама, это ещё кто?       — Познакомились на той вечеринке у Фубуки, и он решил записаться ко мне, — ответил тот, лишь бы Кинг не донимал. Но Кинг хитро прищурился, склонив голову набок. Его улыбка стала шире, обнажая зубы в хищном, но дружелюбном оскале. Он подошёл ближе, вытирая руки полотенцем, и встал прямо перед Сайтамой, загородив ему проход.       — А-а-а, вот оно что, — протянул он, понизив голос до заговорщического шёпота, — То-то я смотрю, ты последние дни светишься, как начищенный чайник. А я-то думал, что ты просто наконец-то выкинул тот помидор. Сайтама закатил глаза, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, но уголок его губ предательски дрогнул в усмешке.       — Отвали, Кинг. Лучше покажи ему, как работать с гантелями, а то он только железо понюхать пришёл. Кинг проигнорировал его слова, продолжая сверлить друга взглядом.       — Слушай, а он ничего такой. Симпатичный. И этот его вид... бунтарский. Тебе подходит. Ты ведь у нас тоже тот ещё бунтарь — бунтуешь против радости и хорошего настроения.       — Кинг, — голос Сайтамы прозвучал с нотками предупреждения.       — Что «Кинг»? — блондин невинно развёл руками, — Я просто говорю факт. Ты счастлив. По-настоящему. И это не из-за новой программы тренировок или того, что Зомбимен наконец-то научился отличать штангу от беговой дорожки. Это из-за него, да? Из-за этого парня? Сайтама вздохнул и посмотрел поверх плеча Кинга на Геноса, который с любопытством разглядывал тренажёры. Парень почувствовал взгляд и обернулся, послав Сайтаме лёгкую улыбку.       — Да, — тихо ответил Сайтама, снова переводя взгляд на друга, — Это из-за него. Кинг хлопнул его по плечу, на этот раз мягко и по-дружески.       — Ну наконец-то. Я уж думал, ты так и будешь жить с Гришей до пенсии. Рад за тебя, брат, Серьёзно. Он подмигнул и отошёл в сторону.       — Ладно, идите переодеваться.

***

Тренировка была... показательной. Сайтама поставил Геноса к зеркальной стене с парой гантелей среднего веса. Сам он встал позади, положив руки на бедра и наблюдая за каждым движением.       — Спину ровнее, — командовал он своим привычным, спокойным тоном, — Не сутулься. Ты не на рок-концерте.       — Я всегда сутулюсь, это часть образа, — проворчал Генос, но спину выпрямил.       — Образ оставь для сцены. Здесь важна техника. Иначе травма. Сайтама подошёл ближе и положил ладонь на поясницу Геноса, заставляя его прогнуться правильно.       — Чувствуешь напряжение здесь? Вот так должно быть всегда. Генос почувствовал, как по спине пробежали мурашки от прикосновения. Он поднял гантель, сгибая руку в локте.       — А ты... всех своих клиентов так тренируешь? — спросил он, стараясь скрыть сбившееся дыхание.       — Только самых симпатичных теоретиков, которые сжигают омлеты, — невозмутимо ответил Сайтама. Кинг, проходивший мимо с клиентом, громко фыркнул от смеха. Они перешли к тренажёру для ног. Генос пытался справиться с весом, но было видно, что ему тяжело. Пот выступил на лбу, волосы прилипли к вискам.       — Давай ещё пять раз, — приказал Сайтама, — Я держу. Он встал перед тренажёром и положил руки на колени Геноса, фиксируя их. Парень поднял взгляд и встретился с его глазами. В них не было ни насмешки, ни превосходства — только поддержка и странная теплота. Генос сделал последние повторения и опустил вес, тяжело дыша.       — Я думал, умру.       — Ты не умрёшь, — Сайтама протянул ему полотенце, — Ты просто станешь сильнее. Он вытер пот со лба Геноса сам, делая это так по-хозяйски и естественно, что у парня перехватило дыхание. Когда они закончили и шли в раздевалку мимо зеркала, Генос остановился. Он посмотрел на своё отражение. Лицо раскраснелось от нагрузки, волосы были растрёпаны, футболка промокла от пота. Но глаза... глаза сияли. Он посмотрел на отражение Сайтамы рядом с собой. Высокий, спокойный, уверенный. Его рука лежала на плече Геноса. «— Мы смотримся вместе», — подумал Генос. Словно прочитав его мысли, Сайтама сжал его плечо и тихо сказал:       — Неплохо для первого раза. Завтра будет болеть всё тело.       — Я знаю отличный способ снять мышечную боль... — многозначительно протянул Генос, облизывая сухие губы. Сайтама усмехнулся той самой кривой усмешкой, которая когда-то показалась Геносу такой грустной. Теперь он знал — это была не грусть. Это была сдержанность человека, который слишком долго копил эмоции внутри.       — Тогда поторопимся домой. У меня есть пара идей на этот счёт. . . . . Жизнь вошла в колею. Рутина стала общей. Утренний кофе. Работа и учёба. Вечерние тренировки или прогулки под дождём. Ночи в маленькой квартире, где жёлтое пятно на потолке больше не казалось упрёком, а просто частью декора их общего мира. Однажды вечером они сидели на полу у окна, глядя на огни ночного города. Генос положил голову Сайтаме на плечо и листал что-то в телефоне.       — Слушай, я тут текст песни набросал... — неуверенно начал он, — Хочешь почитать? Сайтама взял телефон. На экране был текст песни. Но после вернул ему гаджет.       — А давай ты мне прочитаешь, я хочу услышать в твоём исполнении, — улыбнулся Сайтама. Парень прочистил горло, прежде чем начать зачитывать:       — Этот город для грустных и для депрессивных, Здесь шепчутся ветра, как старые архивы. Он приютил усталых, тех, кто потерял свой свет, И каждый здесь свой груз несет, не требуя ответ. И этот мрак темнее черного, что души обнимает, Мы видим это ясно, и совсем этого не отрицаем. В холодных стенах зданий, где одиночество живёт, Наш мрачный, серый город снова песни тихо поёт. Стеклянные глаза витрин смотрят нам вслед, В них отражается душа, забывшая рассвет. А улицы пусты, лишь тени там скользят, Здесь нет веселья звонкого, лишь мысли глухо говорят. И этот мрак темнее черного, что души обнимает, Мы видим это ясно, и совсем этого не отрицаем. В холодных стенах зданий, где одиночество живёт, Наш мрачный, серый город снова песни тихо поёт. Может, в этой пустоте и кроется покой, Для тех, кто выгорел дотла, потеряв былой настрой. Не надо здесь улыбок, что фальшивят без конца, Лишь эхо боли нашей, да холод у крыльца. И этот мрак темнее черного, что души обнимает, Мы видим это ясно, и совсем этого не отрицаем. В холодных стенах зданий, где одиночество живёт, Наш мрачный, серый город снова песни тихо поёт. Да, этот город наш, где тени без конца мелькают, Где сердца, без устали, кричат в агонии зла, И в этой серой пелене, мы находим свой удел, Где каждый сломленный уже расцвёл. Сайтама молча слушал его, не перебивая и не мешая. Он даже дыхание задержал, не в силах оторваться от лица и голоса Геноса.       — Ну как? — нервно улыбнулся тот.       — Это... Очень сильно, очень красиво. Мне нравится, Гено, у тебя правда талант, — улыбнулся мужчина, приобнимая его за плечи.       — Я думаю, в будущем, собрать небольшую группу. У меня есть знакомые с инструментами.       — Я буду твоим первым фанатом. Буду орать громче всех на ваших концертах и просить на бис. Генос рассмеялся, откладывая телефон.       — Я представляю эту картину, хаха! . . . . Сайтама стал чаще брать Геноса в спортзал, показывая ему технику или порой и вовсе приглашая на групповые фитнес занятия. В зале царила привычная атмосфера: запах пота, лязг железа и негромкий гул голосов. Сегодня был день спаррингов, и Кинг, как обычно, организовал показательный бой между Сайтамой и Боросом. Это стало своего рода традицией — зрелище, на которое приходили посмотреть даже клиенты из других групп. Сайтама стоял в центре ринга, разминая плечи. На нём были только свободные шорты и перчатки. Его тело, расслабленное и обманчиво мягкое, не выглядело перекачанным, как у бодибилдеров, но каждая линия говорила о невероятной функциональной силе. Генос сидел на скамье у стены, рядом с Кингом и Зомбименом. Он был в своей обычной чёрной футболке и спортивных штанах, которые купил специально для тренировок.       — Готов получить лещей? — крикнул Кинг Боросу, который как раз поднимался на ринг. Борос лишь хмыкнул, разминая шею с характерным хрустом.       — Сегодня я его сделаю. Он выглядит... рассеянным. Все взгляды, включая взгляд Бороса, метнулись к Геносу. Парень почувствовал, как краснеет, и уткнулся в бутылку с водой. Сайтама лишь криво усмехнулся.       — Посмотрим, кто кого сделает. Рефери (в роли которого сегодня выступал один из старых тренеров — Бэнг) дал сигнал к началу. Борос тут же пошёл в атаку. Он был быстрее, чем казался, его удары были резкими и хлёсткими. Он двигался как хищник, пытаясь прощупать оборону противника. Сайтама стоял спокойно, чуть согнув колени. Он не атаковал, только уклонялся. Блокировал удары предплечьями, делал шаг в сторону, пропуская кулаки Бороса мимо себя. Для непосвящённого это выглядело так, будто он просто танцует или лениво уходит от атак.       — Что он делает? — прошептал Генос Кингу, — Почему не бьёт в ответ?       — Ждёт, — так же тихо ответил Кинг, — Он всегда ждёт. Борос устанет первым. Сайтама никогда не тратит энергию зря. И действительно, через пару минут бешеного напора дыхание Бороса стало тяжелее. Его удары потеряли резкость. В этот момент Сайтама сделал шаг вперёд. Это было молниеносно. Один короткий удар в корпус — и Борос согнулся пополам, хватая ртом воздух. Второй удар — апперкот открытой ладонью в подбородок — был скорее толчком, но его хватило, чтобы здоровяк потерял равновесие и рухнул на мат. Зал взорвался аплодисментами и свистом.       — Красава!       — Вот это техника!       — Борос, вставай, не позорься! Сайтама протянул руку поверженному противнику.       — Ты стал лучше, — спокойно сказал он. Борос, отдышавшись, ухватился за его руку и поднялся на ноги.       — Да пошёл ты... Сайтама. В следующий раз я тебя достану. Они пожали друг другу руки под одобрительные крики зрителей. Генос подбежал к брюнету с бутылкой воды, которую Сайтама с улыбкой взял и сделал пару глотков.       — Это было невероятно! — с восторгом в голосе произнес парень.       — Ну, Сайтама, не хочешь с нами сходить потом в бар? — вскоре к ним подошли Кинг и Зомбимен. Сайтама вытер пот полотенцем и посмотрел на Геноса. Тот всё ещё светился от восторга, его глаза блестели, а на щеках играл румянец. Видеть его таким — живым, радостным, без тени грусти и отстранённости на лице — было лучшей наградой, чем победа над Боросом.       — В бар? — переспросил он, переводя взгляд на Кинга, — Почему бы и нет? Зомбимен радостно хмыкнул, хлопнув в ладоши.       — Отлично! Там сегодня скидки на пиво и эти... как их... гренки!       — Пойдешь с нами, Генос? Или детское время уже закончилось? — улыбнулся Кинг, на что парень лишь закатил глаза.       — Мне бы переодеться, — отвечает блондин.       — Мне тоже, — кивнул Сайтама, — Встретимся у входа через десять минут.

***

Бар был тем же самым — маленьким, полуподвальным, с липкими столиками и запахом старого пива. Но сегодня он казался Сайтаме другим. Более светлым. Или это просто его собственное настроение окрасило всё в тёплые тона? Они заняли свой привычный столик в углу. Кинг заказал по кружке тёмного и огромную тарелку картошки фри и гренки. Зомбимен тут же принялся уничтожать закуски, а Генос, к удивлению Сайтамы, взял себе не привычную колу, а безалкогольный мохито.       — Решил попробовать что-то новое, — пожал он плечами в ответ на вопросительный взгляд Сайтамы. Кинг, откинувшись на спинку стула, с хитрой улыбкой наблюдал за ними.       — Ну что, голубки, как вам семейная жизнь? Не надоело ещё друг другу мозги выносить? Генос фыркнул в свой стакан.       — Он храпит. Громко. И во сне пинается. Сайтама невозмутимо отхлебнул пива.       — А он оставляет волосы в сливе душа. Длинные. Как будто там умер маленький осьминог. Еще и моей пастой пользуется. Зомбимен подавился картошкой и громко заржал, стуча себя кулаком в грудь. Кинг лишь покачал головой, пряча улыбку в кружке.       — Вы идеальная пара. Честное слово. Вечер протекал легко и весело. Они болтали о всякой ерунде: о новых клиентах в зале, о странном тренажёре, который заказал Бэнг, о его же ученике, который в последнее время начал вести себя не самым подобающим образом, о погоде и просто обо всём подряд. Генос оказался на удивление компанейским парнем. Он подкалывал Кинга не хуже самого Сайтамы, а истории из университета заставляли Зомбимена хохотать до икоты. В какой-то момент Кинг наклонился к Сайтаме и тихо спросил:       — Слушай... ты счастлив? По-настоящему? Сайтама не ответил сразу. Он посмотрел на Геноса, который в этот момент что-то оживлённо рассказывал Зомбимену, активно жестикулируя. На его лице не было маски отчуждённости или цинизма. Только искренний смех и живой интерес.       — Да, — тихо ответил Сайтама, и это была самая простая и честная правда в его жизни, — Теперь да. Кинг удовлетворённо кивнул и хлопнул его по плечу.       — Вот и отлично. А то я уж думал, ты так и будешь гнить в своей квартире до конца дней.       — Я бы там и гнил, если бы не он, — Сайтама кивнул на Геноса.       — Ну вот и цени это. И не проеби своё счастье, дружище.       — Не проебу, — серьёзно пообещал Сайтама.

***

Домой они возвращались поздно. Такси остановилось у подъезда Сайтамы.       — Ну что, завтра на тренировку? — зевнул Кинг.       — Как штык, — кивнул Сайтама, выходя из машины и подавая руку Геносу.       — И ты приходи, малец! — крикнул Зомбимен в окно, — А то мышцы совсем дряблые! Генос лишь фыркнул и помахал им рукой.       — Мне завтра рано, пошли домой.       — Препод вышел с больничного и теперь не ко второй паре?       — Ага, старый пердун, ещё и самый ненавистный предмет ведёт. Постоянно меня заваливает. Сайтама усмехается.       — Как там Кусено? Не переживает за тебя?       — Спрашивал, не уронил ли ты меня ещё.       — Ни в коем случае, — с этими словами мужчина в пару движений поднимает Геноса на руки и уверенно идёт к подъезду. Генос тихо охнул от неожиданности, но тут же обвил руками шею Сайтамы, прижимаясь теснее. Его сердце колотилось где-то в горле — не от страха, а от странного, щемящего чувства нежности и восторга. Он уткнулся носом в его плечо, пряча улыбку.       — Ты сумасшедший, — прошептал он, чувствуя, как от низкого, вибрирующего смеха Сайтамы дрожит всё его тело, — Что подумают соседи?       — Пусть завидуют, — невозмутимо ответил Сайтама, легко поднимаясь по ступенькам на третий этаж. Он даже не запыхался, — У них нет такого лёгкого и ворчливого груза. Генос несильно стукнул его кулаком по спине.       — Я не груз! Я... ценное имущество.       — Вот именно. И я несу своё имущество домой, — Сайтама перехватил его поудобнее. Поднявшись на свой этаж, Сайтама ногой открыл дверь квартиры. В прихожей было темно. Он внёс Геноса внутрь и, не включая свет, той же ногой захлопнул дверь. Лишь после этого он аккуратно поставил парня на пол.       — Иди мой руки и ложись спать, мне нужно убраться на кухне, а то мы так посуду не помыли.       — Когда придёшь? — зевает парень, выглядывая уже из ванной комнаты.       — Минут через десять, — кивает Сайтама, скидывая с себя обувь и ветровку.

***

Эта ночь была спокойной, тихой и уютной, как и ночи до этого, проведённые в тепле друг друга...