Командор, разрешите доложить

      — Зеклекс, верно?       Высокомерный, певучий голос отвлёк Зеклекса от списка гладиаторов и размышлений о будущих боях. Он поднял взгляд на говорившую: рубиновая кожа переливалась матовым блеском, короткие, острые рожки торчали изо лба, густые чёрные волосы были собраны в аккуратную косу. За её спиной подрагивали большие кожистые крылья, а ярко-жёлтые глаза горели неприятной настороженностью. Дьяволица. Здесь, в Бездне? Нигде во вселенной не нашлось бы места противнее для них, так зачем ей сюда спускаться? Таких гладиаторов у него ещё не было.       Кро завозился в сумке и попытался высунуться, чувствуя сородича, но Зеклекс сурово глянул на него и подтолкнул обратно. Нечего ему лишний раз связываться с энергиями Бездны.       — Да, хозяин арены к вашим услугам. Чем могу быть полезен?       — Ты-то мне и нужен, — сощурилась дьяволица.       Не успел Зеклекс моргнуть, как её сильная рука схватила его за шкирку, а за спиной открылся портал. Ещё через мгновение он оказался в небольшой каменной комнате: кровать, стол, стул и шкаф, скромно и ничего лишнего. Воздух здесь сильно отличался от того, к которому Зеклекс привык в Бездне, казался более свежим и менее… хаотичным? Ещё и небо за окном — голубое, с вкраплениями белых пятен и ярко-жёлтым диском. Кажется, жители Материального плана называли это облаками и солнцем. Но что он делал на Материальном плане?! И зачем эта дьяволица его похитила?!       Зеклекс повернул голову, чтобы найти её взглядом, и неожиданно наткнулся на очень знакомое, пусть и смазанное в памяти лицо.       — Беатриса?.. — удивлённо прошептал он слабым голосом.       Её нынешний облик отличался от того, к которому Зеклекс привык за время их стремительного, страстного романа. Тогда он целовал тифлингшу с розовой кожей и серебряными волосами, теперь же перед ним стояла настоящая дьяволица. До безумия похожая на ту, которая его похитила. Пожалуй, не будь он так наивно в неё влюблён и не изучай её лицо при каждой удобной возможности, он бы её не узнал. Даже рога поменяли цвет!       — Зеклекс?! — удивлённо воскликнула Беатриса. — Мама, что случилось?       Мама?.. Наконец, он обратил внимание на дьяволицу и несколько стушевался. Её жёлтые глаза метали молнии, а губы застыли в презрительном изгибе.       — Детка, не думала же ты, что я позволю нерадивому папаше моей внучки остаться безнаказанным?! — мама Беатрисы высокомерно вскинула подбородок. — Эй, парень, у тебя есть две минуты, чтобы убедить мою принцессу и меня, что я не должна превратить тебя в кучку пепла прямо сейчас!       — Мамочка, не надо! — всплеснула руками Беатриса, прикрывая его спиной и крыльями. Ох, а ей шло... — Он хороший, он не знал!       — Значит, должен был почувствовать, — недовольно фыркнула дьяволица. — Вот твой отец сразу понял, что я беременна, ещё до того, как я ему сообщила!       Беременна?.. Зеклекс не видел живота Беатрисы, но, если она действительно понесла, он должен был быть уже внушительным. Сколько месяцев прошло с их последней встречи?.. Восемь? А может, она и вовсе уже родила?.. Не зря ведь её мама так уверенно заявила про внучку!       — Я прошу прощения, — осторожно заговорил Зеклекс, прощупывая почву. — Кажется, я что-то пропустил.       Дьяволица набрала было в грудь воздух, чтобы, очевидно, покрыть его последними словами, но вмешалась Беатриса:       — Мама просто переволновалась, — на её лице прорезалась нервная улыбка. — Уж не знаю, как она про тебя узнала и умудрилась сюда перенести, но… я беременна. Судя по сроку, от тебя.       Беатриса обняла себя за плечи. Зеклекс нахмурился: её фигура лишь слегка округлилась, но и то едва-едва, невозможно заметить, если не знать что искать.       — Прошло восемь месяцев.       — Для тебя, — Беатриса тревожно закусила губу. — Для меня меньше трёх. Во время пути на Колифир мы попали во временную аномалию, полагаю? В Бездне это обычное дело. В мире прошло полгода, для меня же всего несколько недель.       — Вот как… — растерянно пробормотал Зеклекс.       Он не собирался становиться отцом. Чему мог научить ребёнка безродный сирота, результат насилия над рабыней? Какое будущее ждало бы его в Бездне?.. Однако Беатриса частью Бездны никогда не была. И на Голарионе у этого дитя куда больше возможностей добиться чего-то… достойного. Уж точно не увести кровавую арену у безумного камбиона, чтобы жители Алушинирры ещё и не оценили всех вложенных усилий.       Зеклекс ведь действительно скучал по Беатрисе. Рядом с ней сердце заходилось в рваном ритме, на лице расцветал румянец, а ноги подрагивали. Но… прошло столько времени с их последней встречи, когда Бездну сотрясло известие, что Госпожа-в-Тенях при помощи голарионки сокрушила Бафомета. Едва ли Беатриса помнила о нём, несмотря на приглашение погостить.       А теперь… она была беременна. И её мама собиралась отправить его к Фаразме за то, что он, выходит, бросил её.       — Я не знал, — выдохнул Зеклекс, стыдливо опуская голову. — Если бы знал, пришёл бы раньше. Не уверен, что из меня получится хороший отец, но я хотел бы приложить все усилия, чтобы им стать. Если ты хочешь видеть меня рядом, Беатриса Аврора.       Беатриса свела брови на переносице в болезненном удивлении и сделала шаг ближе. Зеклекс смотрел исподлобья, ожидая любого её решения — пусть даже она захотела бы его убить. Но Беатриса только взяла его руки в свои.       — Да… да, я хотела бы, чтобы ты остался. Я очень по тебе соскучилась.       — Можно? — шепнул Зеклекс и не успел дождаться ответа, как Беатриса крепко сжала его в объятиях.       Её мама всё ещё мрачно сверлила его взглядом. Теперь Зеклекс знал, что если обидит Беатрису — умрёт болезненно и бесславно.       Однако он собирался сделать всё, что от него зависело, чтобы она была счастлива. Она и их нерождённый ребёнок.