Избранны морем

Последняя неделя второй смены в лагере "Избранные морем" прошла под знаком какого-то странного, почти осязаемого напряжения. Небо над побережьем окончательно разбушевалось: серые волны бились о скалы с таким грохотом, будто море пыталось что-то доказать. Из-за этих аномалий по радио объявили новость, которая заставила весь лагерь стонать: третья смена задерживается из-за буйного настроения погоды моря. Вместо короткой пересменки в несколько дней, ребятам предстояло торчать дома целых три недели. Для Леона и Сэнди это было... странно. Еще месяц назад они были готовы придушить друг друга за лишний шум в комнате или косой взгляд. А теперь? Теперь они сидели на подоконнике в пустом корпусе, деля одну пачку чипсов, и делали вид, что им глубоко плевать на отъезд. — Три недели в городе — это жесть. Я там умру со скуки, — проворчал Леон, натягивая капюшон по самые глаза. — По крайней мере, там нет песка в кровати, — сонно отозвался Сэнди, прислонившись головой к стеклу. — И тебя под боком, ворчащего про "скрытность". Наконец-то высплюсь в тишине. — Вот и спи, сурок, — буркнул Леон, хотя внутри у него почему-то неприятно кольнуло. Утро отъезда пахло мокрым асфальтом и бензином. На пыльной площади выстроились старые оранжевые автобусы. Весь отряд суетился, закидывая сумки, кто-то плакал, кто-то обменивался номерами. Леон и Сэнди стояли в стороне, застыв как два истукана. В прошлый раз, после первой смены, всё было просто: сухой кивок, короткое "бывай" и разошлись. Сейчас этот сценарий почему-то не работал. Они оба чувствовали, что если сейчас просто кивнут, то эти три недели превратятся в пытку. Но признать, что они стали... ну, друзьями? Нет, это выше их достоинства. — Ну, типа... до встречи через три недели? — Леон неловко переступил с ноги на ногу, глядя куда-то в сторону маяка. — Ага. Постарайся не потеряться. — Сэнди зевнул, но его руки, спрятанные в широких рукавах, заметно подрагивали. Между ними повисла неловкая пауза в десять секунд. А потом всё пошло не по плану. Леон, сам от себя не ожидая, резко шагнул вперед и буквально вцепился в Сэнди, обнимая за талию пробираясь к самой спине. Сэнди на секунду замер, его глаза расширились, а потом он так же крепко обхватил шею Леона. И уткнувшись в его шею вдыхая запах мятных конфет. Это было не нежное объятие из мелодрам — это было похоже на захват в борьбе, колючее и отчаянное. И тут Сэнди, чья голова из-за разницы в росте оказалась как раз напротив щеки Леона, вдруг подался вперед и — чмок! — быстро мазнул губами по скуле Леона, прямо под краем зеленой ткани. Леон слегка отшатнулся уже горя как пламя. Его лицо в мгновение ока приобрело цвет спелого, кричащего помидора. — Т-ты.. Придуроковатый петух..!— выпалил он, заикаясь. Сэнди, чьи щеки тоже вспыхнули нежным розовым цветом, пытаясь вернуть себе невозмутимый вид. — Комар был. Раздавил, — пробормотал он, отворачиваясь и одновременно усмехаясь над Леоном. — О-О-О-О-О! — раздался оглушительный вопль со стороны автобуса. Весь третий отряд во главе с Шейдом и Гасом прилип к окнам. — ВОТ ЭТО ЛЕОН КРАСНЫЙ! КАК ПОМИДОР В САНАТОРИЙ! — орал Шейд, размахивая руками. А рядом был Гас который прописал с ноги Шейду— Придурок! Ты такая жирная свинья что я не вижу что там происходит! — Воскликнул Гас дубасив его своим ботинком.— ВЕСЬ. ВИД ЗАГОРОДИЛ! А чуть поодаль, прислонившись к дверце водителя, стояла Тара. На её лице сияла самая хитрая улыбка в истории человечества. Она не просто видела это. Она держала телефон в руках. "Щелк. " — Мама будет просто в восторге от этого "улова", — прошептала Тара, быстро набирая сообщение. Она отправила не только этот кадр, но и целую папку "Леон и Сэнди: Хроники дружбы", которую собирала всю смену: как они вместе спят в гамаке, как Леон ворует у Сэнди конфеты, как они сидят на пирсе. Леон всю дорогу до города просидел, натянув капюшон так сильно, что видел только свои ботинки. Его сердце колотилось где-то в горле. "Мы просто друзья. Мы просто... бывшие враги. Это был комар. Да, точно, комар", — твердил он себе, но щека всё еще горела.