Между ударами сердца

Ники сделал несколько медленных шагов, сокращая расстояние до минимума. В тесном пространстве раздевалки запах его парфюма смешался с резким запахом антисептика, исходящим от Джейка. Он не сводил глаз с багровых следов на плечах и ключицах Джеюна, словно пересчитывал каждый удар, нанесенный другими. Джейк не шелохнулся. Несмотря на то, что он стоял полуголым и его била мелкая дрожь от боли, он вздернул подбородок, глядя на Ники с вызовом. — Чего замер? Совесть проснулась или аппетит разыгрался? — ядовито бросил Джейк, прижимая футболку к груди. Ники коротко усмехнулся, и в этой усмешке не было привычного холода. Он окинул Джеюна оценивающим взглядом с ног до головы. — Живой еще, значит. Одевайся быстрее, Шим, смотреть на это «искусство» тошно, — Ники кивнул на его синяки. Он отошел на шаг, засунул руки в карманы спортивных брюк и внезапно переменился в лице. Его взгляд стал острым и азартным. — Знаешь, я сегодня в на редкость хорошем настроении. Настолько, что готов дать тебе шанс. Ники встал в свободную стойку, чуть склонив голову набок. — Ты вчера говорил, что вне школы мы — никто? Давай проверим. Я предлагаю сделку: драка один на один. Прямо здесь или где скажешь. Никаких Джеев, никаких зрителей. Я даже позволю тебе ударить первым. Он сделал паузу, внимательно наблюдая за реакцией Джейка. — Если выиграешь — я заставлю их оставить тебя в покое. Если проиграешь... придумаю для тебя что-нибудь поинтереснее, чем поедание риса с соком. Ну как, отличник? Рискнешь, или так и будешь копить обиду за шкафчиками? Джеюн резким движением натянул футболку, стараясь подавить стон, когда ткань задела содранную кожу на плече. Он несколько секунд молча смотрел на Ники, взвешивая все риски. Тело ныло, ребра отзывались острой болью при каждом движении, и он прекрасно понимал: сейчас он не в той форме, чтобы тягаться с кем-то вроде Нишимуры. — Ты издеваешься? — процедил Джейк. — Я едва стою на ногах, а ты предлагаешь честный бой? — Я сказал, что отказы не принимаются, — отрезал Ники, делая шаг назад, чтобы дать противнику пространство. — Или ты хочешь, чтобы завтра Хисын и Джей закончили то, что начали? Это твой единственный шанс всё переиграть. Джейк понял: Ники не отвяжется. Дальнейшие споры выглядели бы как мольба о пощаде, а это было для него хуже смерти. Шим глубоко вдохнул, игнорируя вспышку боли в груди, и медленно расставил ноги. Он встал в боевую стойку. Несмотря на побои, его движения были четкими, профессиональными, сказывались годы тренировок, которые он скрывал за образом «книжного червя». Руки поднялись к лицу, локти прикрыли поврежденные ребра, а взгляд стал пугающе острым и сосредоточенным. В этот момент он перестал быть жертвой. Ники замер, перестав ухмыляться. Он медленно обошел Джейка по кругу, как хищник, оценивающий внезапно ощетинившуюся добычу. Он видел, что, несмотря на дрожь в коленях, Шим не собирается сдаваться просто так. — А ты не так прост, отличник, — тихо произнес Ники, принимая ответную стойку. — Ну же, я обещал — первый удар твой. Посмотрим, сколько в тебе осталось сил. Джеюн рванул вперед первым, вкладывая в этот выпад всю ту ярость, которую он копил последние сутки. Его кулак врезался Ники в скулу, резко, сухо, профессионально. К удивлению Джейка, Нишимура не успел заблокировать удар, лишь слегка качнул головой. Почувствовав вкус возможной победы, Джейк развил атаку: он ловко уходил от ответных замахов Ники, проскальзывая под его руками и нанося короткие, точные удары по корпусу. На секунду Джейку показалось, что он действительно выигрывает. В голове вспыхнула шальная мысль: «Он не такой уж и непобедимый». Он дышал тяжело, пот заливал глаза, но азарт боя на мгновение заглушил боль в сломанных ребрах. Однако для Ники всё происходящее было лишь затянувшейся прелюдией. Он наблюдал за тем, как Джейк выдыхается, как его движения становятся всё более рваными и медленными. Нишимура почти лениво подставлялся под удары, изучая технику противника, пока не понял — Шим на пределе. — Моя очередь, — тихо произнес Ники, и выражение его лица мгновенно изменилось. В следующую секунду «игра» закончилась. Ники двигался с пугающей скоростью. Когда Джейк попытался провести очередной боковой удар, Ники не просто уклонился — он перехватил руку Джеюна, резко дернул на себя и нанес мощный удар коленом прямо в те самые ребра, которые уже были черными от синяков. Мир перед глазами Джейка взорвался белыми искрами. Он согнулся, пытаясь вдохнуть, но Ники не дал ему времени. Последовал сокрушительный удар в челюсть, затем еще один. Джейк отчаянно пытался закрыться, выставляя блоки, но удары Ники прошивали его защиту, словно бумагу. Нишимура бил беспощадно, с какой-то холодной, расчетливой жестокостью. Джейк пошатнулся, его ноги подкосились. Он видел занесенный кулак Ники, пытался уклониться, но тело больше не слушалось. Он был похож на сломанную куклу, которую продолжали избивать просто ради того, чтобы посмотреть, когда она окончательно развалится. Ники доминировал полностью, превращая «честную драку» в показательную экзекуцию. Шим чувствовал, как сознание начинает ускользать, а каждый новый удар Ники отзывался в голове гулким, тяжелым звоном. Удар Ники отбросил Джейка назад. Он с грохотом врезался в железные шкафчики, и этот металлический звон эхом разнесся по пустой раздевалке. Силы окончательно покинули тело, и Джейк сполз по дверце на пол. Грудь сдавило спазмом, он зашелся в тяжелом кашле, и на серый кафель упало несколько ярких капель крови. Ники остановился. Он не выглядел рассерженным, скорее, завороженным. Он стоял и почти с восхищением любовался тем, как тяжело дышит поверженный отличник, как дрожат его плечи и как отчаянно он цепляется за остатки сознания. Медленно, смакуя момент своего абсолютного превосходства, Ники опустился на корточки прямо перед ним. Внезапно Джейк, собрав последние крохи энергии, резко вскинул кулак, целясь Нишимуре в лицо. Но Ники среагировал мгновенно. Он перехватил запястье Джейка в воздухе и с силой пригвоздил его руку к металлу шкафа над самой головой парня. — Всё еще пытаешься кусаться? — тихо спросил Ники, глядя ему в глаза. Джейк понял: это конец. Он обмяк, перестав сопротивляться, и просто закрыл глаза. Из его груди вырвался тихий, надрывный стон боли, который он больше не мог сдерживать. Прижатый к холодному железу, он пытался просто не провалиться в темноту. — Ты проиграл, Шим Джеюн, — почти шепотом произнес Ники, наклоняясь к самому его уху. — А раз ты проиграл, готовься к худшему. Я найду, как использовать твой долг. Джейк, не открывая глаз, через силу растянул разбитые губы в окровавленной ухмылке. — Ты... ты всё равно... ничтожество, Нишимура, — прохрипел он, едва выговаривая слова. — Раз тебе нужно столько усилий, чтобы... сломить одного кассира. Я не сдамся, я пойду до конца, я уничтожу тебя... Ники на мгновение замер, а затем разразился коротким, искренним смехом. Ему явно понравилась эта неиссякаемая дерзость. Он резко разжал пальцы, отпуская руку Джейка, и поднялся во весь рост. — Ты забавный, Джейк. Ну удачи тебе. Посмотрим, как ты запоешь в понедельник, — бросил он через плечо. Ники развернулся и вышел из раздевалки, оставив Джейка одного в тишине, нарушаемой лишь свистящим дыханием и капающей с крана водой. Гул в ушах постепенно затихал, оставляя после себя только осознание того, что теперь он в полной власти человека, который не знает жалости.