Ты даже не знаешь, что я рядом

Камеры стали его жизнью. Джисон просыпался и первым делом хватал телефон. Смотрел, как Минхо спит. Как потягивается, как чешет нос, как переворачивается на другой бок. Он знал каждый звук в его квартире. Скрип половиц, шум воды, тихое мычание, когда Минхо чистил зубы. Джисон жил в этой квартире. Через экран. Через динамики. Через свои вены. Однажды он увидел объявление. Сосед сдаёт комнату. Дверь напротив. Та же лестничная клетка. Джисон снял её за час. Представился студентом, тихим, незаметным. В первый же день «случайно» столкнулся с Минхо в коридоре. — О, привет, — улыбнулся Джисон, сжимая пакет с продуктами. — Я новенький. Сосед твой. Минхо кивнул, улыбнулся в ответ — вежливо, пусто — и закрыл дверь. Джисон прижался к своей двери лбом и задышал часто-часто. Он был так близко. Всего метр бетона отделял его от бога. Ночью он не спал. Ждал. В три часа, когда в квартире Минхо погас свет, Джисон выскользнул в коридор. Отмычки. Щелчок. Дверь открылась беззвучно — он смазал петли за день до этого. Он вошёл в темноту. Минхо спал, разметавшись по кровати, одеяло сползло на пол. Джисон подошёл к кровати. Встал над ним. Смотрел. Дышал. Спустя минуту расстегнул штаны. — Ты такой красивый, даже когда не притворяешься для фанатов, — шепнул он в тишину. Он дрочил медленно, почти не двигая рукой, боясь разбудить. Минхо спал. Его губы были приоткрыты, ресницы подрагивали, дыхание было ровным. Джисон наклонился ниже, чувствуя тепло его тела, запах его кожи. Кончил без звука, закусив губу до крови. Сперма упала на простыню, на его собственную руку, на пол. Он не стёр. Каждую ночь он приходил. Каждую ночь стоял над кроватью Минхо и смотрел. Иногда дрочил. Иногда просто гладил воздух над его лицом, не смея коснуться. Он стал одержим. Не спал, не ел, только смотрел. Камеры, ночные визиты, запах чужой квартиры. Всё смешалось в один сплошной, пульсирующий ритм. Однажды он понял, что этого мало. Ему нужно оставить след. Что-то, что будет принадлежать только ему. Что-то, что Минхо почувствует, даже если не поймёт. Он подошёл к входной двери изнутри и приоткрыл её. Место, где Минхо каждый день касался рукой, открывая замок. Где его пальцы оставляли тепло. Джисон провёл по ручке ладонью, прижался к ней щекой к двери, потом губами. Расстегнул штаны, приставил член к холодному металлу и начал тереться. — Ты будешь трогать моё. Каждый день. Каждый раз, когда выходишь. Ты будешь чувствовать меня. Ты будешь знать, что я здесь, — прошептал он, ускоряясь. Он кончил на ручку. Густо, липко, с облегчением. Сперма потекла по металлу, капая на пол. Джисон стоял, тяжело дыша, и улыбался в темноте. Потом развернулся и ушёл, закрывая за собой. Не вытер. *** Утром Минхо проснулся от запаха. Едкий, сладковатый, чужой. Он сел на кровати, осмотрелся — ничего. Простыня в пятнах? Он не помнил, чтобы кончал во сне. Странно и…настораживающе… Он встал, пошёл на кухню, заварил кофе. Запах не исчезал. Может ванна? Пахнет чистым кондиционером. Он подошёл к входной двери и взялся за ручку, думая, что запах исходит снаружи, и понял. Ручка была липкой. Скользкой. Вонючей. Минхо смотрел на свои пальцы, покрытые чем-то белесым, и его вырвало. Прямо там, на пороге, на коврик, на собственные тапки. Его трясло. Кто-то был здесь. Кто-то трогал его вещи. Кто-то кончил на его дверь. Джисон видел всё это через свои камеры. Видел, как Минхо блюёт на пороге. Как он трясётся в ванной. Как он плачет в подушку, думая, что его никто не видит. Джисон смотрел и улыбался. — Теперь ты чувствуешь меня, — шептал он, гладя экран телефона. — Теперь ты знаешь, что я рядом. Всегда рядом. Он достал боксёры Минхо, которые украл в первый раз, и вдохнул запах. Запах уже выветрился, но Джисону всё равно казалось, что он чувствует. Чувствует его. Чувствует их связь.