MASCOT

Изуку лежал в полумраке комнаты, изнывая от липкого, не отпускающего напряжения. Сеть пестрела советами по борьбе со стрессом, и он перепробовал их все до единого. Кроме последнего пункта в списке. Кроме секса. Это казалось невозможным. Изуку талисман колледжа, образцовый староста, всегда под прицелом чужих глаз. Где, скажите на милость, в этом рассаднике гетеросексуальности найти парня, который бы смог его хорошенько… От этой мысли щёки обожгло румянцем, и Изуку с тихим стоном уткнулся лицом в подушку, ощущая всей кожей невыносимую тяжесть бытия. Форумы изучены вдоль и поперёк. Оставался последний шаг в бездну. Дрожащие пальцы коснулись экрана телефона. Он решился оставить сообщение в анонимном чате для знакомств. Изуку минут пятнадцать гипнотизировал пустую строку ввода. Сердце колотилось где-то в горле, а ладони вспотели так, что телефон норовил выскользнуть. Пальцы дрожали, когда он наконец начал набирать текст, стараясь, чтобы это звучало… Не слишком отчаянно. «19 лет. Ищу парня для снятия напряжения. Первый раз. Хочу, чтобы меня не жалели, а хорошенько… (дальше писать стыдно). Живу в мужской общаге UA. Если ты уверенный в себе и не боишься брать инициативу, напиши». Нажал «Отправить» раньше, чем здравый смысл успел остановить. Экран погас. В комнате повисла звенящая тишина. Боже, что ОН наделал. Теперь весь колледж узнает, что у их талисмана и старосты… А если ответит какой-нибудь извращенец? Или того хуже никто не ответит? Изуку уже собирался удалить аккаунт, сгорая со стыда в подушку, как телефон коротко завибрировал. Уведомление. Одно-единственное сообщение от пользователя с ником «Гость_087». Сердце пропустило удар. Он открыл чат и замер, вглядываясь в короткие, рубленые строки, от которых веяло чем-то хищным и нетерпеливым: «10 вечера. Кладовка на 3 этаже мужской общаги. Придешь, получишь то, что просил. Не придешь, сиди и дрочи дальше, ссыкло». Телефон выпал из ослабевших пальцев прямо на одеяло. Изуку уставился в потолок, чувствуя, как щёки заливает краской, а в груди что-то сжимается. Кладовка на третьем этаже. В его же общаге. В сотне метров от его комнаты. И воображение, это проклятое, разыгравшееся воображение, которое всегда рисовало ему матчи лиги в мельчайших деталях, теперь услужливо подкидывало совсем другие картины. Кто он? Этот «Гость_087»? Может, это тот широкоплечий третьекурсник с физфака, который всегда смотрит исподлобья в столовой? Изуку представил, как тяжёлая ладонь ложится ему на затылок, пригибая к холодной стене кладовки, а низкий голос шепчет куда-то в ухо: «Сам напросился, староста». Или, может, это кто-то с его собственного курса? Кто-то, кто сидит через пару рядов на лекциях, делает вид, что слушает преподавателя, а сам… Представляет его, Изуку, разложенным на старом диване среди швабр и вёдер с моющим средством? А вдруг это тот мрачный тип из библиотеки? Тот, у которого вечно закатаны рукава, открывая жилистые предплечья, и который смотрит так, будто хочет то ли ударить, то ли… Изуку представил, как эти самые руки разворачивают его лицом к стене, как колено бесцеремонно раздвигает бёдра. Никаких прелюдий. Только жар чужого тела сзади и грубый шёпот: «Ты просил не жалеть. Я и не буду». Изуку застонал в подушку. Глухо, жалобно. Ткань намокла от дыхания. Фантазия подбросила ещё одну картинку, кто-то невидимый, без лица, просто тень, просто сила, которая прижмёт его к стеллажу с чистящими средствами так, что флаконы посыпятся на пол. И будет только звук расстёгиваемой молнии, его собственное сбитое дыхание и… Он резко сел на кровати. Часы показывали 21:49. Одиннадцать минут. Тело дрожало, но ноги уже сами спустились на холодный пол. Он посмотрел на своё отражение в тёмном экране телефона, глаза огромные, губы искусанные, на щеках лихорадочный румянец. В паху противно ныло, а пальцы подрагивали, когда парень потянулся за толстовкой. Кто бы ни ждал его там, физкультурник с третьего курса, мрачный библиотекарь или сам дьявол в человеческом обличье Изуку вдруг понял, что уже всё равно. Хотел, чтобы не жалели. Мидория сам об этом попросил. И кажется, его услышали.