Твоя головная боль

Едва Анна ушла, на пороге кабинета возник Мэйсон. — Можно было и побыстрее, — проворчал он и закрыл за собой дверь. Гейдж, не вставая с дивана, смерил его взглядом. Мэйсон остался стоять. — Рассказывай. — У тебя выпить есть? Заебался вкрай. Гейдж выдвинул нижний ящик стола, вытащил початую бутылку коньяка и один бокал. — Для таких, как ты, приходится держать. У кого вечно трубы горят. Мэйсон от души налил себе почти полный бокал и сразу отхлебнул половину. — Короче, пиздец. — А подробнее? — Радиация и гули, ебучие гули! Лезут как тараканы. Я тебе ещё в прошлый раз говорил, там дохрена гулей. Нигде больше нет, только там. Ещё там почему-то работает половина аттракционов, машинки, блять, гоночные! У меня двоих этими машинками перемололо! — А генераторы у них где? — Не ебу. Где-то в подвалах, наверно, но туда ты сам пойдёшь. Хватит и того, что я опять согласился на разведку. И ещё, Гейдж… Там всё время звучит голос. Типа как наш Красный Глаз, постоянно какой-то хер комментирует каждый твой шаг. — Ладно, понял. Свободен. Итак, Детское Королевство. Информация, которую принёс Мэйсон, ничем не отличалась от прошлых отчётов по этой зоне. Возможно, и не было нужды в новой разведке, но рад уж Стая туда нацелилась, пусть отрабатывают. Гейдж отсутствующим взглядом уставился в стену. Ему очень не хотелось думать, что он в очередной раз ошибся. Гейдж считал, что разбирается в людях. Однако сначала — грандиозный провал с Кольтером, а теперь женщина, у которой из достоинств только умение управлять роботами. Как долго ей будут верить? Кольтеру верили примерно полгода. Рейдеры, воодушевлённые успехом операции по захвату города, нуждались в новых планах. Бездействие породило постоянное напряжение в обществе, пришлось выкручиваться. Проводить собрания от лица босса, давать задачи. Управляя бандами через кого-то, Гейдж уже давно понимал — разве что боялся себе в этом признаться — что этой схемой загнал себя в ловушку. Второго бездарного босса ему не простят. Эта женщина будет стоить ему головы. Когда он вышел из бара, уже стемнело. Теперь его путь лежал на рынок. У магазина сувениров Гейдж остановился. На двери висела табличка, сообщающая, что магазин закрыт, однако ему это не помешало. Он подобрал камешек и кинул в окно на втором этаже. Стекло зазвенело. Спустя примерно полминуты занавеска на окне дёрнулась, и показалось встревоженное лицо Сьерры. Гейдж кивнул в сторону двери. Девушка отшатнулась от окна и побежала открывать. Замок щёлкнул, дверь открылась на длину цепочки. Сьерра испуганно высунула нос. — Так поздно… — Или ты меня впустишь, или я выбью дверь. Она отпрянула, сняла цепочку. — Проходи. И так же быстро закрыла. Гейдж, не дожидаясь её, поднялся на второй этаж. Сьерра появилась чуть позже. — Что ты знаешь про Детское Королевство? Давай, девочка, у меня мало времени. Сьерра в принципе соображала не очень быстро, а уж когда её торопили… Однако она постаралась сосредоточиться. — Это было что-то типа цирка. Клоуны, фокусники, дрессированные животные. У меня есть буклеты, сейчас принесу. Она прошла к шкафу, с минуту постояла перед ним в задумчивости, потом открыла нужный ящик и вытащила стопку цветных довоенных буклетов. Гейдж забрал их и разложил на подоконнике. — Звездой Детского Королевства был фокусник, Освальд. Вот, это он, — Сьерра ткнула пальцем в изображение на одном из них. С портрета улыбался мужчина во фраке и цилиндре, в руке у него была волшебная палочка. — Освальд Шокирующий. Я немного о нём читала. — Так. И что интересного прочитала? — Гейдж внимательно рассматривал портрет. — Его звали Освальд Оппенгеймер. Незадолго до войны он женился и стал выступать вместе с женой. Он говорил, что владеет магией. Его обожали, на его выступления всегда был аншлаг. Я читала их интервью в журнале, его и его жены. Её звали Рейчел. Его она называла Оз. — Оз? — Ну, это из книжки, — Сьерра смущённо улыбнулась. — «Волшебник страны Оз». Я читала в детстве. Там был волшебник с таким именем. — Они работали в парке до конца? — Да. Во всяком случае, перед самой войной у него все дни были расписаны представлениями. Наверно, и когда упали бомбы… он тоже там был. Гейдж кивнул. Если допустить, что этот фокусник и есть голос из парка, то всё в принципе складывалось. — Ещё есть что сказать? Сьерра задумалась, потом покачала головой. — Нет. Я правда мало о нём знаю. В смысле, если бы было больше информации, я бы её собрала, а тут… Везде писали, что он как будто и в самом деле маг, что он умеет исчезать и моментально появляться в другом месте, но я не очень в это верю. — Понял. Я это возьму, — Гейдж сложил буклет с портретом Оппенгеймера и сунул в карман. — Закрой за мной. Возле фермы Данморов он появился глубокой ночью и не один. Ада выехала с заднего двора, её красный фонарь высветил из темноты механическую фигуру. — Сэр? Откуда… это? Гейдж не мог решить, чего больше в голосе Ады — удивления или зависти. Его в целом забавляло, что у робота есть интонации. Позади него застыл, ожидая распоряжений, штурмотрон с клинками в обеих руках, головной лазер предупреждающе пульсировал на половине мощности. — По дороге расскажу. Идём. Штурмотрон-доминатор — самая мощная их комплектация. Ада выразительно пощёлкала ракетомётами и в одно движение сменила пилу на огненный меч. — А она? — Она временно тебя заменит. Охранять, — Гейдж повернулся к штурмотрону. — Есть, сэр, — монотонно прозвучало в ответ. — А если госпожа Анна проснётся? — забеспокоилась Ада. — Не проснётся. Ада, пошли, хорош трепаться. Она выехала на дорогу. Штурмотрон остался шагать вокруг фермы. — Сэр, посвятите меня в детали задания. Куда мы идём? — В Детское Королевство. — Зачем? — Есть одна идея… Тебя я взял просто для подстраховки, на случай если что-то пойдёт не так. Без прямого приказа не стрелять. — Да, сэр. Что мы предполагаем там найти? — Там гули, и судя по всему, один из них сохранил разум. Я хочу попробовать с ним поговорить. — Но позвольте, сэр, контакты с гулями — это очень опасно. — Не учи меня жить, жестянка. Катись молча. — Да, сэр. Вскоре Ада снова подала голос. — Сэр, откуда у вас такой штурмотрон? — Нашёл. — Штурмотрон-доминатор — редкая комплектация. — Мне повезло. — Вы умеете управлять роботами? — Немного. Но мне хватает. Они снова замолчали и больше до самого Детского Королевства не обменялись ни словом. Ада размышляла о несправедливости мира: кому-то везёт быть штурмотроном-доминатором с усовершенствованным головным лазером, двумя клинками и стелс-полем, а кому-то отрубают ноги в первом же бою. А Гейдж в целом пытался понять, насколько бредовая его идея. Но других у него не было. Гуль, сохранивший разум, теоретически мог пригодиться. — Ты умеешь проигрывать голозаписи? — уже почти возле входа в Детское Королевство спросил Гейдж. — Да, сэр. Пожалуйста, вставьте сюда. Она отщёлкнула пластину брони на торсе, открылась прорезь кассетоприёмника. Гейдж вытащил из кармана голодиск и загрузил в приёмник, броня Ады снова закрылась. — Мне включить сейчас? — Нет. Я тебе скажу. Они вошли на территорию Детского Королевства и сразу попали под перекрёстный свет включившихся прожекторов. Розовые, синие, зелёные — они были везде. — Добро пожаловать, мальчики и девочки! — пронёсся над парком весёлый голос из динамиков. — Готовьтесь к смерти! Гейдж огляделся. Из тёмной глубины парка к ним приближались гули. — Глупый маленький рейдер, ты думаешь, ты будешь удачливее других? Не сосчитать, сколько ваших здесь уже осталось, на потеху моим друзьям! Ты будешь следующим! Ревущая толпа наступала. Ада выехала вперёд и закрутилась на одном месте, снося их головы пилой. Кровь и гнилые ошмётки плоти брызнули в разные стороны. — Тебе весело? — насмешливо спросил всё тот же голос. — Ты умнее прочих, ты привёл робота. Но нас много, и до тебя мы всё равно доберёмся! — Оппенгеймер! — заорал Гейдж, пытаясь перекрыть рёв гулей. — Я хочу поговорить! — О, ты знаешь, кто я? — ещё больше развеселился голос. — Слава великого мага дошла и до таких ничтожеств, как вы? Визг пилы, глухие удары падающих тел, хруст гнилых костей. Шведские колёса Ады позволяли ей крутиться на месте с невероятной скоростью. — Стреляй, — негромко бросил Гейдж. Но даже среди шума Ада его услышала. Веер пуль уложил тех гулей, что были дальше. Их было много, очень много. Ада размотала уже пару десятков, но они не заканчивались. В свете прожекторов Гейдж успевал увидеть, что на них нет брони, да и лохмотья одежды напоминают скорее сценические костюмы, чем военную форму. Значит, Сьерра была права: это остатки труппы, сопровождавшей фокусника. Против сентрибота они беспомощны. — Оппенгеймер! Мы ведь так можем продолжать всю ночь. Иди сюда, пожалей своих раскрашенных друзей. Возможно, он недооценил их количество. Ада остановилась неожиданно и резко, раскрыла спинную броню, выпуская пар. Всего несколько секунд, но гулям хватило, чтобы переключиться на Гейджа. — С чего ты решил, что я стану с тобой разговаривать? — насмешливо уточнил голос. — Вы вторглись в храм искусства, как и все прочие до вас, и поплатитесь за это. — Станешь, куда ты денешься, — пробормотал Гейдж. Сложно сохранять спокойствие, когда на тебя прёт толпа гулей. Потом продолжил уже громче. — Если меня сожрут, ты никогда не узнаешь, что случилось с Рейчел. Казалось, время замерло. Остановились даже прожектора. Гули, натолкнувшись на невидимую стену, устроили давку и заревели ещё яростнее. Ада закрыла спинную броню и снова вскинула оружие. — Сэр, мне продолжать? — Подожди, не стреляй. Затем раздался хлопок, и площадь затянуло дымом. Это длилось буквально пару секунд, затем дым рассеялся, и вместе с ним исчезли гули. С противоположного конца площади приближалась высокая тёмная фигура. Снова задвигались прожектора. Оппенгеймер был одет как для выхода на сцену. Фрак, белая рубашка, галстук-бабочка. Цилиндр. В руке фокусника покачивалась трость с набалдашником в виде головы какого-то животного. Он шёл лёгкой, танцующей походкой, словно не по разрушенному парку, а по сцене в собственном шоу. Его лицо светилось тусклым гнилостным светом. Фокусник подошёл и остановился в нескольких шагах от Гейджа. С некоторой брезгливостью махнул тростью в сторону Ады. — Отзови робота. — Она без приказа не нападёт. — Кто. Ты. Такой? — отрывисто выплюнул фокусник, и зелёное свечение его лица стало будто ярче. — Портер Гейдж. — Освальд Оппенгеймер, — машинально представился в ответ гуль, хотя спрашивал, в общем-то, не об этом, и по привычке церемонно раскланялся. У него были манеры циркового артиста. — Ты упомянул мою жену. Ты встречал её? Подумай над ответом, потому что, если ты соврал, я убью тебя сам. Мы находимся здесь с самой войны, и поверь мне, я виртуозно овладел этим искусством. Убить тебя будет не сложнее, чем достать кролика из шляпы. Гейдж пожал плечами. Мозги у Оппенгеймера, в отличие от его свиты, вроде бы не сгнили, а со всеми, у кого есть мозги, можно договориться. Здесь Гейдж был на своём поле. — Ада, включи запись. — Кажется, это всё. Дальше идти я не могу. Я чувствую, как эта штука мной овладевает, — донёсся женский голос из динамика робота, и Оппенгеймер ахнул. Голос сменился рычанием гуля, затем восстановился. — Нет, нужно продержаться ещё немного. Освальд, прости. Лекарства нигде нет. Везде говорят, что мы, гули, рано или поздно становимся дикими, и что с этим ничего нельзя поделать. Я держалась… — женщина застонала, — столько, сколько могла. Я знаю, ты не этого хотел, но… Мне ненавистна мысль о том, что я утрачу разум и буду нападать на всех подряд. Поэтому я решила, что уйду из жизни на своих условиях. Не знаю, почему эта штука не подействовала на тебя так же, как и на меня, но если ты всё ещё держишься… Тогда живи дальше. Уходи из «Ядер-Мира». Ты сможешь выжить. Там, снаружи, не так плохо, как мы думали. Оз, я люблю тебя. Оппенгеймер молчал, кажется, целую вечность. Потом исчез и снова появился на том же месте. — Где ты это взял? — его трясло, трость в его руке ходила ходуном. — Отвечай! Это её прощание, и я должен знать… Он закрыл лицо ладонями, а когда убрал их, зелёное свечение его кожи стало ещё ярче. Теперь он светился весь — не только лицо, но даже участки тела, закрытые одеждой. Гейдж наблюдал за ним с некоторым интересом. Он терпеть не мог гулей, но конкретно этот наверняка окажется полезным. Оппенгеймер не одичал, не производил впечатление идиота и был, судя по всему, способен договариваться. — Я хочу предложить тебе сделку. Фокусник в яростном нетерпении взмахнул тростью. — Я не заключаю сделок с рейдерами! С тех пор как вы пришли в Ядер-Мир, мы готовились к войне. Сколько ваших разорвали мои друзья, не знаешь? А я знаю. И знаю, как звучат предсмертные крики людей, которых разрывают заживо. Это наш дом, вам тут не место. Гейдж молчал. Оппенгеймер тоже выдохся. Он опустил трость и снова как будто потух. — Скажи мне, где моя жена. — Всему своё время, мой зелёный друг. Но для начала мне от тебя кое-что нужно. — Я не заключаю сделок с рейдерами. — Что ж, тогда я пошёл. Оппенгеймер возвёл руки к небу, всплеск зелёного сияния, исходящего от его тела, осветил всю площадь. Гейдж подумал, что закинуться рад-иксом перед входом в Детское Королевство было очень правильным решением. — Стой. — Хм? — Скажи мне, где моя жена. — Взамен? — Я тебя выслушаю. — Начинаешь понимать, — ухмыльнулся Гейдж. — Но нет, мой зелёный друг, сейчас мы играем по моим правилам. Сначала ты сделаешь то, что я скажу, а потом я отведу тебя туда, где лежит твоя жена. Не наоборот. — Освальд Шокирующий никогда не сотрудничал с рейдерами. Вы — мерзкие паразиты на теле парка, я столько лет защищал от вас своё королевство… — У тебя нет шансов, Оппенгеймер. Со мной заключают сделки даже мёртвые. — Да кто ты такой, чёрт возьми?! Откуда мне знать, что ты не врёшь? Рейчел ушла, чтобы искать лекарство от… от этого, — фокусник дрогнувшей рукой обрисовал своё тело. — От одичания. — Ну, видимо, не нашла, — Гейдж развёл руками. — В качестве доказательства могу отдать голозапись. И ещё вот это, — он подбросил пальцами карточку-пропуск на имя Рейчел Уоткинс. Когда-то давно он нашёл эту карточку вместе с голодиском возле трупа женщины-гуля в Брэдбертоне и забрал, сам не зная зачем. — А дальше тебе придётся мне поверить. Обычно я не вру. Не считаю нужным. Давай к делу, Оппенгеймер. Это у тебя куча времени, а у меня — где-то до полудня. — А что произойдёт потом? — невольно заинтересовался гуль. — Потом я должен вернуть робота. Я его… — … угнал? — Временно позаимствовал, — поправил Гейдж. — Все эти годы мы защищали парк от подобных тебе. Ещё до войны меня нарекли Ядер-Королём и дали королевство, и теперь мой долг — сохранить его. Я должен подумать. Приходи позже. — Я здесь подожду. Оппенгеймер скрипнул зубами. — А ты настырный. — Не без этого. — Говори. — Вот так бы сразу. Значит, смотри. Завтра или через день сюда придёт женщина. — Она твоя женщина? — уточнил Оппенгеймер. — Нет. Она моя головная боль, но это к делу не относится. Первое: если ты хоть намёком дашь ей понять, что уже видел этого робота, считай, что свою задачу ты провалил. Меня ты тоже не видел. Оппенгеймер кивнул и провёл пальцами вдоль губ, изображая закрытый на молнию рот. Его провалившиеся, без век, глаза ярко светились зелёным. Даже став гулем, он не потерял своей страсти к представлениям. — Где у тебя аттракцион с машинками? — Там, — Оппенгеймер указал в сторону. — Хочешь увидеть? Днём здесь так увлекательно раздавило двоих! Обожаю смотреть, как рейдерам отрывает конечности. — Отключи. — Что? Но зачем? Это ведь так интересно! — Отключи, я сказал. Если узнаю, что хоть одна машина сдвинулась с места, пока она здесь ходит, сожгу с винтокрылов твоё королевство к чёртовой матери. — Да понял я, понял, — Оппенгеймер скривился, но спорить не стал. Гейдж и Ада вернулись на ферму Данморов под утро. В предрассветных сумерках окружающий мир представлял собой смесь оттенков серого, тишину нарушал лишь едва уловимый скрип суставов штурмотрона. Ада остановилась посреди дорожки. — Сэр… Она не стала продолжать, но Гейдж уже знал, что она имеет в виду. Лужу крови под окнами он сначала учуял — и только потом увидел. В кустах были свалены обрубки тел. — Ёб твою мать, — пробормотал он и поискал взглядом штурмотрона. Тот обнаружился на заднем дворе — весь забрызганный кровью. Кровь ещё не успела засохнуть и пятнами блестела на серой броне робота. — Что тут у тебя случилось? — Цель ликвидирована. Продолжаю патрулирование, — монотонно сообщил робот. — Снять режим охраны. Экспорт логов, последние три часа. Штурмотрон остановился и опустил голову, в его груди зажужжало. Гейдж оглянулся на Аду. — Так, ну а нам с тобой тут всё убирать. — Я готова. — Мешки есть? — Не могу знать, сэр. — Идём, посветишь мне. В свете красного фонаря сентрибота Гейдж рылся в сарае на заднем дворе минут десять, прежде чем обнаружил несколько отрезов мешковины. Слишком маленьких, чтобы за раз оттащить все трупы к болоту, но выбирать особо не приходилось. Перетаскивая обрубки тел, Гейдж насчитал останки трёх человек, одетых в форму Адептов. Он завязал мешковину и закинул первую партию Аде на плечо. — Давай к болоту. — Да, сэр. Дожидаясь её, Гейдж сел на ступеньку крыльца. Хотелось курить — просто чтобы успокоиться, но сигарет у него при себе не было. Штурмотрон закончил записывать данные и неподвижно стоял в ожидании дальнейших распоряжений. Теперь Гейдж смог лучше его рассмотреть. Робот был весь покрыт засыхающей кровью. Вернулась Ада. — Сэр, там мирелурки. — Так и заебись, что там мирелурки. До вечера всё сожрут. Он быстро побросал следующую партию останков на мешковину. Ситуация повторилась. Закидывая мешок с последним трупом на Аду, Гейдж был почти готов скинуть его Нише под окна. Уборка двора на ферме Данморов в его планы никак не входила. — Сэр, а с этим что делать? — Ада указала на лужу крови. — Скажешь, было нашествие кровочервей. Всё, охраняй. Так, а ты, — Гейдж повернулся к штурмотрону, — за мной. Тебя ещё мыть. Пиздец, ну что за день… Когда Гейдж добрался до «Физзтопа», было около десяти утра. Он предупредил Майлза, чтобы не беспокоили, и ушёл в кабинет, где завалился спать. Майлзу было не привыкать. Он честно выдержал визит нового босса в районе полудня, побеседовал с Лиззи о боевых преимуществах крокодилокогтей и стребовал с Мэйсона долг за выпивку. Остаток времени хозяин «Физзтопа» наблюдал с террасы за Адептами, встревоженно толпившимися на площади перед баром. У них явно что-то случилось. Гейдж проснулся спустя часа четыре. Включил компьютер и воткнул в приёмник запись робота. — Штурмотрон комплектации «доминатор», идентификационный номер А04-22, зафиксировал вторжение в пять часов сорок минут утра. Нарушен периметр патрулирования, — сообщил механический голос. — Применён протокол «Ликвидация». Пять часов сорок три минуты, ликвидирована первая цель. Пять часов, сорок четыре минуты. Диагностика, повреждений не выявлено. Пять часов сорок восемь минут. Применён лазер, мощность — средняя. Маскировочное поле активно. Гейдж дослушал запись до конца. Трое Адептов вломились на ферму Данморов ранним утром и налетели на робота — правда, не на того, которого рассчитывали увидеть. Судя по записи, они вообще никого не увидели, смерть настигла их из-под включённого стелс-поля. Если опустить технические подробности, которыми штурмотроны щедро сопровождали свои логи, весь бой занял несколько минут. Под конец робот вышел в режим «Высшая мера» и по какой-то своей внутренней логике начал кромсать тела клинками. Гейдж вытащил кассету, убрал в ящик и вышел из кабинета. Рядом тут же возник Майлз. — Ниша с утра бесится, — сообщил он. — Ничего определённого не говорит, но вроде пропал у них кто-то. С задания не вернулись. Знаешь что-нибудь? — Нет. — Босс тебя искала. — Давно? — Часа два назад. Но я её отправил. — Понял. Ещё есть что-нибудь? — Да вроде нет. Слушай, выясни по-братски, что там у Адептов? Интересно же. Это не мы, Мэг сама ничего не знает. Но довольная ходит, как будто президент воскрес. — Догадываюсь. Гейдж не был расположен к дальнейшей беседе, вызвал внешний лифт и уехал. Майлз снова занял наблюдательный пост на краю террасы. Давно в Ядер-Тауне не было настолько интересно. Анна проснулась в одиннадцать. Голова у неё гудела, как после студенческой вечеринки. Вот только загвоздка в том, что накануне она ничего, кроме воды, не пила. Она с трудом села в кровати, уронила голову на грудь и попыталась вспомнить вчерашний день. Они с Гейджем были в Сухом Ущелье. Там поссорились, возвращались не вместе. Анна нервно передёрнула плечами. Без него ей было не по себе. Потом обедали в «Физзтопе». Его руки на её коленях. Голоса за дверью. А потом провал. Вроде бы она уехала на внешнем лифте, но как добралась до фермы и оказалась в кровати, Анна не помнила. Обычно она спала в белье, но сейчас проснулась одетая. Неужели вчерашний день настолько её вымотал, что она упала спать, едва зайдя в дом? Она выпила воды и сползла с кровати. Со двора доносился механический шум — Ада патрулировала территорию. Анна взяла со стола в гостиной бутылку колы и вышла на крыльцо. — Ада! — Я здесь, мэм. — Как прошла ночь? — Проблем не выявлено. Как вы спали, мэм? — Хорошо, но… почему-то я ужасно себя чувствую. Как… — Анна задумалась. Её состояние было даже не совсем похоже на последствия пьянства. — Как после наркоза. — Вам стоит выпить колы. Желательно ядер-ликсира. — У меня его нет. Есть только это, — Анна показала бутылку. — Ядер-апельсин. — Уверена, вам скоро станет лучше, мэм. Женщина села на крыльцо, открыла бутылку и сделала несколько глотков. Потом прислонилась головой к перилам и закрыла глаза. Вроде бы стало получше. Ада неподвижно стояла рядом. Бодрящий вкус ядер-апельсина подействовал должным образом. Анна осмелилась встать и тут же заметила сбоку от дома подсыхающую лужу крови. — Ада! Что это?! — Кровочерви, мэм. Ночью было нашествие кровочервей. Анна подозрительно посмотрела на свою спутницу. Ночью она совершенно ничего не слышала, и это казалось странным: сентрибот в бою был не самым бесшумным созданием. — Это сколько ж кровочервей тут было? — Не могу ответить, мэм. В бою их сложно считать. Однако я постаралась всё убрать, чтобы вас не тревожить. Анна нервно сглотнула и, чтобы избавиться от подступающей к горлу тошноты, поспешно отпила ещё колы. — Прикажете сопроводить вас в город, мэм? — Да… пожалуй, да, — Анна неуверенно кивнула. Она не была уверена, что поступает правильно, но сейчас ей остро хотелось увидеть Гейджа. Она вернулась в дом, закинула пыльный комбинезон в стиральную машину и переоделась в тёплую рубашку и джинсы с накладными кожаными карманами. С некоторым удовлетворением подумала, насколько удобно быть боссом Ядер-Мира: никаких бытовых проблем. И тут же невольно поразилась цинизму этой мысли. В городе они сразу направились в «Физзтоп». На площади возле бара толпились Адепты. Анне показалось, что Ниша смотрит на неё как-то особенно злобно, но подходить и выяснять не стала. Надо будет — сами придут. Но у них явно что-то случилось, это чувствовалось по общему настроению собравшихся. Анна пожала плечами и ушла вызывать внутренний лифт, чтобы подняться наверх вместе с Адой. Обеим так было спокойнее. На террасе их встретил Майлз. На вопрос, где найти Гейджа, ничего вразумительного не ответил, но зато предложил кофе с собой. Анна согласилась и спустя несколько минут получила сувенирный стакан с красной крышкой. Из «Физзтопа» она уходила растерянная. Настроение в городе неуловимо изменилось, напоминая природу перед грозой. — Мэм, какой у нас план? — поинтересовалась Ада, следуя за хозяйкой по улице, опоясывающей рынок. — Ну… по-хорошему, у нас остались ещё две зоны. Мы совсем забыли про флаг в Сухом Ущелье, но я не хочу туда возвращаться. Пусть сами разбираются. — Вы рассуждаете логично, мэм. Задачу по зачистке вы выполнили. — Но без Гейджа мы продолжать не можем. — Почему? — В смысле — почему?! — Анна едва не поперхнулась кофе. — Потому что вся подготовка обычно на нём. Да и исполнение, будем честными, тоже. Она печально вздохнула. Признавать собственную никчёмность не так-то просто. Ада возмущённо заскрежетала. — Но, мэм, ведь босс Ядер-Мира — вы, а не он. Вы одержали победу на арене. Ну, с моей небольшой помощью, но всё же. Следовательно, я уверена, что вы превосходно справитесь и без него. Я постараюсь быть вам полезна по мере моих возможностей. Анна наградила свою спутницу поражённым взглядом. — То есть ты предлагаешь нам идти вдвоём? — Да, мэм. Вы гораздо более опытны в бою, чем вам кажется. Не стоит себя недооценивать. — Слишком прогрессивно, — фыркнула Анна. — Я должна подумать. — Разумеется, мэм. Больше они к этой теме не возвращались. Немного прогулялись по городу, купили овощей на рынке и отправились обратно на ферму. Анна озадаченно размышляла, как так вышло, что её Ада, штурмотрон на неуклюжих ногах протектрона, настолько развила свой интеллект, что начала давать удивительно дельные советы. А Ада ни о чём не думала. Просто выполняла свою приоритетную задачу — обеспечение безопасности хозяйки. Остаток дня прошёл спокойно. К ним никто не приближался, единственным шумом поблизости было стрекотание сверчков. Ближе к вечеру Анна отправила Аду добывать сверчка — нужно было с чем-то приготовить овощи. Лужа крови во дворе впиталась в землю, оставив лишь тёмное пятно. Мирно беседуя, они приготовили на решётке сверчка. Анна заварила ещё кофе и до самой темноты сидела на крыльце. Следующая ночь тоже прошла спокойно. Анна, иногда просыпаясь, слышала, как робот ездит вокруг дома. Она проснулась рано и чувствовала себя гораздо лучше, чем накануне. — Ада, я подумала над твоим предложением, — сходу сообщила она, выходя на крыльцо. — Слушаю, мэм. — Возможно, ты права. Нам стоит начинать действовать самим. Да и мне самой это нужно. — Что вы имеете в виду? — Видишь ли… с тех пор как мы здесь, я чувствую себя полным ничтожеством. Мне кажется, я только всё порчу. — Вы ошибаетесь, мэм. Однако, если это поможет вам поверить в себя… — Да. Думаю, да. Не давая себе времени на отступление, Анна ушла в дом и решительно принялась собираться. Переоделась в запасной защитный комбинезон, закинула в рюкзак побольше медикаментов. В плане огнестрельного оружия она в основном рассчитывала на Аду, а для себя взяла всё ту же биту. Это был подарок с Фар-Харбора, и в своём путешествии Анна виртуозно научилась с ней управляться. Затем она пополнила боезапас Ады и залила огнемётное топливо. Происходящее напоминало Анне её первый самостоятельный выезд за рулём — ей тогда было семнадцать, и отец со скрипом согласился отпустить её одну в супермаркет. Было странно. Никто не командует под руку, не навязывает своё мнение как единственное верное, но и ответственность вся на ней. Анна ощутимо нервничала. Она подумала и добавила ещё лекарств, благо после путешествия по Содружеству их у неё было в достатке. Погрузила свои запасы на Аду, и в районе полудня они выдвинулись в сторону Детского Королевства. Стоило им зайти на территорию аттракциона, как включились прожектора. Даже при свете дня они казались нестерпимо яркими. Анна невольно зажмурилась. Цветные лучи мельтешили вокруг, сбивая с толку. — Добро пожаловать, мальчики и девочки! — зазвучал из динамиков весёлый голос. — Ядер-Король приветствует вас. — Ядер-Король? — озадаченно переспросила Анна. — Ты живой, или это запись? Впрочем, ответа она не получила. Ада крутанулась на месте. — Мэм, будьте осторожны, мы не одни. К ним бежал гуль в лохмотьях и остатках цветного грима. Анна нахмурилась, поудобнее перехватила биту и, дождавшись, пока он приблизится, с размаху ударила его в грудь. С влажным треском проломились гнилые кости. Анна ударила снова, на этот раз в голову. Гуль рухнул на землю, его голова покатилась в сторону. — Вот видите, мэм, — удовлетворённо заметила Ада. — Вы превосходно справляетесь. — Это всего лишь один гуль, — возразила Анна, но в глубине души она была собой довольна. — А если их здесь толпа? — Увидим. Гулей в Королевстве действительно было много, но выскакивали они строго по одному. Некоторые вообще лежали без движения, таких Анна убивала просто из соображений безопасности. Изредка подключалась Ада — расстреливала дальние мишени. Оппенгеймер наблюдал. Женщина была не слишком внимательна, и он мысленно похвалил себя за догадливость: убрать мины и ловушки из Павильона Смеха было правильным решением. Везде, куда она была вынуждена заходить одна, она терялась и нервно оглядывалась. Эта женщина немного похожа на его Рейчел. Такая же решительная и одновременно беззащитная. Он свою Рейчел защитить не смог. В какой-то момент Оппенгеймер понял, что смертельно устал. Королевства больше нет, нужно лишь сыграть свою роль до конца. — Жду тебя во дворце Ядер-Короля, — жизнерадостно скомандовал он через динамики. Женщина огляделась. — Кто ты? — Там и познакомимся. Приходи, принцесса. В замок она вошла одна. Лестница, мысленно усмехнулся фокусник. Робот не может подниматься по лестницам. Не самый удачный выбор для городского боя. При таких вводных ей бы штурмотрона. — Я здесь! — крикнула женщина, шагая по проходу к сцене. — Выходи. За закрытыми дверями технических коридоров скреблись и ревели гули, которых Оппенгеймер предусмотрительно запер. Он эффектно появился на сцене из облака дыма и привычно раскланялся. — Освальд Шокирующий к вашим услугам, леди. Позволите узнать ваше имя? — Анна. Ты не будешь на меня нападать? Это ты Ядер-Король? — Я. Нападать не буду. Это не имеет смысла. После смерти Рейчел ничто больше не имеет смысла. Трость в его пальцах быстро описала несколько кругов. — Зачем ты здесь? — спросила она и тут же хихикнула. — Глупый вопрос, да? — Глупейший, — подтвердил Оппенгеймер и спустился со сцены. — Однако я отвечу. Меня нарекли Ядер-Королём ещё до войны и дали ключи от Королевства. Я, моя королева и моя свита… мы несли радость в этот мир, мы знакомили детей с чудесами. А потом, когда упали бомбы, мы остались здесь, чтобы защищать Королевство. От мусорщиков, от рейдеров — от всех, кто хочет разрушить парк и отобрать наш дом. К какой категории принадлежишь ты? Анна замялась. — Видишь ли… я босс рейдеров. — Не верю, — Оппенгеймер раздражённо взмахнул тростью. — Их босс — мужчина. — Уже нет. — Что ж, это несколько меняет дело. Анна помолчала, потом всё же решилась спросить: — Если ты защищаешь Королевство, значит, ты должен меня убить? Если бы мог, если бы я только мог… Но Королевства больше нет, а я должен попрощаться со своей королевой. — Я не стану тебя убивать. Какой смысл, если мой конец предрешён? — Что ты имеешь в виду? Как-то слишком всё просто. Анна хмурилась и кусала губу. Несколько вооружённых отрядов Кольтера не смогли сюда прорваться. — Видишь ли, за двести лет, что мы здесь находимся, все мои друзья… одичали. Ты их видела. В конечном итоге остались только я и моя жена. Она ушла на поиски лекарства и не вернулась. Думаю, она погибла. Я хочу уйти и отыскать её. Анна кивнула. — Понимаю. Я тоже потеряла мужа. — Я готов сдаться. Король без подданных — не король. — Почему сейчас? Я знаю, что ты и твои… хм, друзья перебили здесь кучу народу. — У меня ещё осталось самоуважение! — вскинул голову Оппенгеймер. — Сдаться этим придуркам? Ни за что! Их прежний босс не заслуживал ничего, кроме смерти в муках. — Но разве я лучше? — Анна грустно улыбнулась. — Я не знаю. Но сейчас я готов. Да и разве у меня есть варианты? Однажды я тоже одичаю, но прежде хочу найти свою жену. Женщина села в кресло в первом ряду, сняла шлем и положила его рядом. Оппенгеймер с некоторым удивлением наблюдал. — Почему ты ещё здесь? Я же сказал, я сдаюсь. — Я это поняла. Я думаю, как тебе помочь. — Помочь мне?! Я убивал твоих рейдеров! Тебе следует меня ненавидеть. Освальд уже забыл, где его роль, а где — он настоящий. Он контролируемо выпускал к ней гулей, проследил, чтобы она не получила серьёзных травм. Вышел к ней и сообщил, что отдаёт Королевство. Что ещё? — Я не хочу тебя ненавидеть. Я хочу тебе помочь, — решительно возразила она. Оппенгеймер окончательно растерялся. — И, если хочешь знать, мне эти рейдеры симпатичны не более, чем тебе. У нас вынужденный союз. Она молчала достаточно долго. Потом спросила: — Что останется после тебя? Как босс рейдеров, я хочу передать эту зону своим людям. Отзови гулей. — Здесь почти никого не осталось. Но я… — Оппенгеймер нервно повращал трость в пальцах. — Я окончу жизнь моих подданых сам. Да это и не жизнь, как видишь. Когда придут твои люди, здесь будет пусто. Слово Короля. Он протянул Анне связку ключей. — Это от технических коридоров. Там управление распылителями, генераторы и склады. Я предпочёл бы, чтобы ты сперва наведалась туда сама, потому что твои рейдеры бесконечно тупы, но настаивать не буду. Распылители я отключу. А теперь счастливо оставаться, милая леди. Он бросил себе под ноги дымовую шашку. Анна вскочила. — Стой! Оппенгеймер исчез и сразу появился на том же месте. — Ты хочешь мне ещё что-то сказать? Мне казалось, я ответил на все вопросы. Я выполнил свою часть плана. — Какого плана? — подозрительно переспросила Анна. Фокусник кашлянул. — Твоего плана по освобождению Королевства. Ведь ты за этим пришла? — Да. Освальд, постой. Она держала в руке ампулу, заполненную зелёным светящимся веществом. — Возьми. — Что это? — Видишь ли, в Содружестве… я помогла одному человеку. Он владеет артефактом, который превращает его кровь в эликсир бессмертия. Сам он живёт уже почти пятьсот лет, он пережил войну. В благодарность за помощь он дал мне это. Он называет эту сыворотку «кровь богов». — И… зачем мне? — Мне кажется, она спасёт тебя от одичания. Но я не уверена. Просто из всех средств, что я знаю, это самое подходящее. Возможно, тебе не стоит принимать её прямо сейчас, но если вдруг поймёшь, что сходишь с ума… в общем, я хотела бы, чтобы на этот случай она у тебя была. Оппенгеймер протянул руку, и Анна вложила ампулу в его ладонь. — Благодарю, великодушная леди. Я этого не забуду. А теперь мне и правда пора. Уверен, мы ещё встретимся. И он исчез в облаке дыма. Анна осталась сидеть в кресле. Вскоре стих рёв за стенами. Она не знала, сколько времени провела в пустом зале. Было тихо, её никто не тревожил. Из всех посещённых ею зон парка Детское Королевство оказалось, пожалуй, самым странным. Им управляло разумное существо, актёр из довоенных времён. Анне было его жаль. Когда она вышла на улицу, над парком сияло солнце. Анна зажмурилась и прикрыла глаза ладонью. Ада неподвижно стояла у входа в замок. — Мэм? Всё хорошо? — Да. В целом — да. — Кто был ваш противник? — Он… мы не сражались. Если бы сражались, я бы оттуда не вышла. Он светящийся гуль. — Разумный Светящийся? — Ада пожужжала, перебирая блоки памяти. — Я не располагаю информацией о разумных Светящихся. Я была уверена, что их не существует. — Значит, обнови информацию. Почему-то мне кажется, мы ещё встретимся. — Он напугал вас, мэм? Анна покачала головой. — Нет. Он пытается поддерживать сценический образ, но под ним он страдает. Его жена погибла, он ушёл искать её тело. Я дала ему сыворотку Лоренцо. Возможно, это спасёт его от одичания. — Вы очень добры, мэм. Все предыдущие попытки штурма Королевства провалились, а вам это удалось почти без боя. Я восхищаюсь вами, мэм. — Не знаю… В какой-то момент мне показалось, что он знает, кто я. — Освальд Оппенгеймер находится в парке уже двести лет. Уверена, он многое знает. — Ты знаешь его фамилию? — поразилась Анна. — Откуда? Он её не называл. Откуда ты вообще знаешь, как его зовут? Ада заскрежетала и ответила не сразу. — Моя память содержит краткую справку о человеке, который до войны был главной звездой Детского Королевства, так называемым Ядер-Королём. Я предположила, что это именно он. — Ах вот как. Ты права, это действительно он. Он единственный из всех не одичал. — Кому вы отдадите Королевство? — поинтересовалась Ада. Они медленно двигались к выходу из парка. Анну не покидало ощущение некой искусственности происходящего. Как будто этот спектакль был сыгран специально для неё, и все вокруг — Оппенгеймер, его гули, Ада — просто играют заранее спланированные роли. Но Анна постаралась себя убедить, что у неё просто разыгралась паранойя. — Думаю, пусть занимает Стая. Операторам и так достанется завод, а с Адептами я хочу иметь дел по минимуму. Не знаю, что там у них случилось, но вчера Ниша смотрела на меня так, словно готова разорвать на месте. — Я поддержу любой ваш выбор, мэм. Пожалуйста, возьмите флаг, — Ада развернулась спиной, давая доступ к своему багажному отделу. — Откуда у тебя флаг? — Дал Мэйсон, ещё в Сафари. На случай, если вы всё же согласитесь на его предложение. — Как предусмотрительно, — фыркнула Анна. Вытащила флаг, огляделась и, решив не заморачиваться, воткнула в дыру в кирпичной кладке прямо у ворот. — Сойдёт. Если их не устроит, сами переставят. — Поздравляю, мэм. Я горжусь, что мне выпала честь сопровождать вас. — Ты преувеличиваешь. Сегодня мы ничего особенного не сделали. — Вы победили нескольких одичавших гулей. Помните, никто до вас не смог встретиться с Оппенгеймером и уговорить его сдаться. — Да, но всё равно странно. Не знаю, такое чувство, что я в театре. — Это и есть театр, мэм, а он актёр. Вы смогли построить с ним конструктивный диалог. — Ты так говоришь, как будто я и впрямь что-то могу. — Вы многое можете, мэм. Полагаю, стоит отпраздновать вашу победу. Когда они вернулись в город, Красный Глаз уже вовсю вещал по радио, что новый босс почти в одиночку зачистила Детское Королевство. Стая ликовала.

***

В городе Анна сразу пошла в «Физзтоп». Сделала вид, что снова за кофе, но на самом деле надеялась встретить Гейджа. Однако и в этот раз ей не повезло. Зато там обнаружился руководящий состав Операторов. Брат и сестра Блэк в компании Лиззи и Майлза сидели за накрытым столом и что-то шумно обсуждали. Лиззи, заметив Анну, приглашающе помахала. — Босс, присоединяйся. У нас новости, тебе будет интересно. Уильям подтащил кресло от соседнего стола. Анна подошла и села, стараясь не выглядеть напряжённой. В конце концов, сегодня она победитель светящихся гулей. Даже Мэг уже не смотрела на неё так снисходительно, как в первую встречу. Им определённо нравилось происходящее. У Операторов пока одна Галактика, но они уверены, что получат завод, поэтому то, что Стае отошло уже две зоны, у бывших солдат Анклава никакого недовольства не вызывало. Анна мысленно усмехнулась. Ей бы такую уверенность. Майлз жестом подозвал официанта. — Кофе для мадам. Я угадал? — он взглянул на Анну и широко улыбнулся. Она кивнула. — Обнови вино и десерт принеси. Лиззи фыркнула. — Куда ты лезешь со своим ценным мнением? Может, она нормально поесть хочет. Босс, держи, вяленые мирелурки. Анне придвинули тарелку. Две девушки в ошейниках быстро убрали грязную посуду, принесли новую бутылку вина. Анна не успела опомниться, как ей уже налили. Она пыталась воспротивиться, но потом махнула рукой. Почему бы и нет? — За тебя, босс. За новые свершения, — Уильям поднял бокал. Чокнулись, выпили. Мэг улыбалась и курила тонкую сигарету. Анна первый раз видела её такой довольной. — Что празднуете? — Да особо ничего, просто настроение хорошее, — хмыкнула Мэг. — Ты в курсе? У Ниши три человека пропали. Куда — никто не знает, но на болотах, как к тебе идти, автомат нашли. У Анны возникло крайне нехорошее предчувствие. Она постаралась сохранить невозмутимый вид и, чтобы потянуть время, отпила вина. — И это, конечно же, не вы, — она иронично подняла бровь. — Нет, на этот раз не мы. Брат и сестра разве что не лучились от счастья. — А когда это произошло? Операторы переглянулись. — Прошлой ночью, — ответил Уильям. — Правда, хрен пойми, зачем их в ту сторону понесло среди ночи. На мирелурков обычно по ночам не охотятся. Ты что-нибудь слышала? Анна покачала головой. — Нет, я крепко спала. Ей показалось, что Майлз как-то двусмысленно улыбнулся. Но, возможно, и впрямь показалось. Ей принесли кофе. Нашествие кровочервей. Анна нервно сглотнула. Следом за кофе перед ней появилась тарелка с розовыми пончиками, у которых был настолько знакомый вид, что сердце Анны пропустило удар. Она подняла ошарашенный взгляд на Майлза. — Слокам Джо? Она с опозданием сообразила, что такими вопросами может привлечь к себе ненужное внимание. Её историю знал только Гейдж, от всех остальных она своё происхождение держала в тайне. — Откуда знаешь? — поразился Майлз. — Да, мы нашли довоенный рецепт и решили его опробовать. Дамам нравится, — он кивнул на Лиззи, та активно закивала. Анне казалось, что стук её сердца слышно всем окружающим. Розовыми пончиками «Слокам Джо» она объедалась во время беременности. Нейт часто подшучивал над ней по этому поводу. — Видела рекламу, — соврала Анна. — У них очень узнаваемый вид. — Босс, слушай новости, — вклинилась Лиззи, отвлекая общее внимание от обсуждения пончиков. — Мы начали собирать шлемы для крокодилокогтей. По старым чертежам, их ещё президент делал. Торжественная пауза в честь почившего президента. В этот раз Анна уже не удивлялась. Остатки армии Эдема пойдут воевать с Институтом на её стороне. За президента выпили не чокаясь. — И как успехи? — спросила Анна. — Ну, поработать придётся, но прототип уже есть. Хотим на днях испытать. Босс, а раз уж ты здесь, можно просьбу? — Слушаю. — Перед заводом есть небольшое болото, там живут мирелурки. — И чем они такие особенные? — О, ты их просто не видела, — Лиззи воодушевлённо взмахнула рукой, и Майлз на всякий случай отодвинул от неё бутылку. — Они светятся. Что-то много кто на моём пути последнее время светится, — подумала Анна, но вслух говорить не стала. — Ты ведь знаешь, что на заводе течёт река квантовой колы? Видимо, они её пьют и… светятся. Обойди их, ладно? Не лезьте к ним. — Почему? — Хочу их использовать для нужд науки. Панцирь мирелурка — едва ли не самый прочный из природных материалов. Мы разрабатывали эту тему, чтобы показать президенту, но не успели. Хотели использовать для брони. А тут не просто мирелурки, а модифицированные квантовой колой. — Ну… допустим. А как мне быть, если они на меня нападут? — Мы тебе поможем. — Началось… — устало вздохнула Мэг. Лиззи предупреждающе подняла руку. — Подожди, дослушайте. Мэг, мне нужен винтокрыл. — Лиз, мы тебе уже говорили. Винтокрыл не поднимет матку мирелурков, — вместо сестры ответил Уильям. Мэг снова закурила. — Я не собираюсь её поднимать! Пешком дойдёт. Глаза у Лиззи горели научным азартом. — Майлз, не наливай ей больше, — фыркнула Мэг. — Лиз, на кой она тебе? Возьми маленького. Никто тебе не даст матку мирелурков тащить в город на винтокрыле. Анна задумчиво наблюдала. В мире, разрушенном войной, ничего не меняется. Кому-то нечего есть и нужно обороняться от мутировавших чудовищ, а у кого-то наука на светящихся мирелурках. Лиззи, отчаявшись достучаться до соратников, повернулась к Анне. — Босс! Я хочу сказать, что если подогнать винтокрыл и зацепить матку мирелурков тросами, то мы сможем увести её для исследований. Анна нахмурилась. Мирелурки были враждебны и ещё в Содружестве доставили ей немало проблем, но одно дело — убивать их в бою, и совсем другое — «для исследований». Энтузиазм Лиз её пугал. — Так, стоп. Во-первых, как ты заботишься о том, чтобы твои подопытные не испытывали страданий? — Ну так это… обкалываю их как положено. Никто из нас не издевается над животными, мы же не Стая. «А над людьми?» — хотела спросить Анна, но не рискнула. Она не ко всем ответам была готова. — Во-вторых, ты не думаешь, что экосистема завода и есть основная причина уникальных свойств этих ваших мирелурков? Уведёшь её оттуда — и она станет обычным мирелурком, перестанет светиться и всё такое. Лиззи задумалась. Остальные Операторы удивлённо уставились на Анну. — Соображаешь, босс, — с уважением кивнул Уильям. «Ну я ведь колледж закончила», — чуть не брякнула Анна, но вовремя прикусила язык. — Ну… допустим, — наконец вынужденно признала Лиззи. — Но как мне тогда работать? — Забери любого другого, — Мэг равнодушно пожала плечами. — Они там плодятся как бешеные. Таскать винтокрылом матку мирелурков я тебе всё равно не дам. Кстати, босс, — она переключилась на Анну, — как ощущения? Ты ведь почти закончила. А в самом начале тебе никто не верил. Остался только завод — и сможем перейти к следующему этапу. — К какому следующему? — Ой, да брось, — Мэг махнула рукой с сигаретой, — мы знаем, что тебе нужен Институт. Мы своё слово держим. Уже отправили туда разведку. Анна нервно сглотнула. Она была совершенно не готова, что разговор повернёт в эту сторону. Все четверо выжидающе смотрели на неё. — У меня пока нет чёткого плана, — после долгого молчания призналась Анна. — И нет понимания, как туда пробраться. — У нас пока тоже. Но есть одна интересная идейка, Гейдж предложил. Работаем в этом направлении. Анна вопросительно подняла бровь. Мэг улыбнулась. — Сначала завод. — Что там ещё, помимо светящихся мирелурков? — Анна обрадовалась возможности сменить тему. — Обычные мирелурки. Мы пытались зайти на завод с трёх сторон — и через основной вход, и через коллекторы. Везде эти грёбаные мирелурки, не понимаю, что ты в них нашла? — Мэг недовольно посмотрела на Лиззи, та выразительно закатила глаза. — Столько людей потеряли… Ещё знаю, что там пытались закрепиться стрелки, отправили отряд, но, видимо, с тем же успехом. Если бы там хоть кто-то остался в живых, мы бы знали. — Стрелки? — с некоторым удивлением переспросила Анна. — Я думала, все стрелки были в транзитном центре. — Да если бы. Сейчас они засели на эстакаде Брэдбертона. Периодически мы их там отстреливаем, но до окончательной победы далеко. Мне кажется, они ждут, пока мы здесь друг друга перебьём. Анна задумчиво кивнула: со стрелками у неё были старые счёты. — И давно они там? Операторы переглянулись. Ответил Уильям. — Года три. Их там бьёшь, а они снова появляются. Но с ними же как… Если туда идёшь в броне, а броня у нас, сама понимаешь, узнаваемая, то нельзя никого оставлять в живых. Иначе они тут же сдадут своим донесение, что в Ядер-Мире кто-то владеет Х-02. Так что периодически ходим, зачищаем. В целом, это даже забавно — они совершенно не ждут кого-то типа нас, для них рейдеры Ядер-Мира — немытый сброд. Анна улыбнулась. Она бы с удовольствием на это посмотрела. Ей и самой доводилось сражаться со стрелками на разрушенной эстакаде. — Ладно, господа, я вас поняла. Светящихся мирелурков не трогать, остальных перебить. — Будь осторожна, босс, — напутствовала Лиззи. — Ты нам нравишься. С тобой гораздо интереснее, чем с Кольтером. Анна посчитала разговор оконченным и встала из-за стола. От выпитого вина в голове немного шумело. На площади перед баром её дожидалась Ада. — Мэм? — Домой. И не спеши, мне нужно проветриться. — Слушаюсь. Когда они дошли до фермы Данморов, уже стемнело. В голове у Анны больше не шумело, мысли были ясными, и единственное, что осталось из последствий алкоголя, — это обострённые эмоции. Она была готова одновременно смеяться и рыдать. Анна оставила Аду во дворе и ушла в дом, где разожгла камин. Подвижный оранжевый свет убаюкивал. Она свернулась в клубок на диване, завернувшись в плед и глядя на огонь. Если бы Нейт был рядом, если бы видел её сейчас… Но Нейта больше нет. Почему-то вспомнился Оппенгеймер. Он ведь тоже потерял жену. Анна жалела, что не успела поговорить с ним подольше. Человек, прошедший через те же травмы, мог бы её понять. И как им быть, цепляться за прошлое или продолжать жить? Ей ведь было нормально. Она привыкла, что она вдова, что ей теперь до конца жизни быть одной. Окружила себя роботами. Зачем она вообще свернула в этот грёбаный транзитный центр? Шла бы дальше в Светящееся море, и не было бы у неё никаких проблем. Анна встала, переоделась в рубашку и джинсы и прислушалась. Во дворе было тихо. Это её насторожило. Ада в режиме патрулирования должна была ездить вокруг дома, её перемещения сопровождались лязгом, скрежетом и шипением пара. Сентрибот не штурмовик, он не приспособлен к скрытым маневрам. Анна нахмурилась. Сейчас она выйдет, отругает нерадивую спутницу, и они вместе пойдут в город. Зачем поздним вечером в город? Ей не хватало храбрости признаться в этом даже самой себе. Анна открыла дверь и едва успела сделать шаг в темноту, как столкнулась нос к носу с Гейджем. Он молча отодвинул её обратно в дом, вошёл сам и захлопнул дверь. Анна собралась возмутиться, но что-то ей помешало. — Что случилось? — тихо спросила она, чувствуя неясную тревогу. Гейдж обошёл комнаты, прикидывая, из каких окон удобнее стрелять, и это ей совсем не понравилось. — Ответь немедленно! Что за привычка!.. Продолжить гневную тираду Анна не успела — он зажал ей рот ладонью. — Тихо. Не ори. Краем глаза Анна заметила в окне движущуюся механическую фигуру с двумя клинками в руках. — Кто это? — сдавленно прошептала она, в панике ища взглядом биту. — Штурмовик. Мой. Со двора снова донёсся механический шум Ады, и это Анну немного успокоило. Есть в мире что-то неизменное. Робот-штурмотрон на фоне сентрибота был совершенно бесшумным, а потом и вовсе исчез. Анна удивлённо ахнула: стелс-поле. Очень непростой штурмовик. Она о таких только слышала. О них с завистью отзывалась Клео — робот из оружейной лавки в Добрососедстве. — Что происходит, чёрт возьми?! — Пока ничего. Иди сюда, — Гейдж потянул Анну за собой на диван. Она послушно села рядом с ним. — Но есть основания считать, что Адепты готовят бунт. Я пришёл проверить, всё ли с тобой нормально. Анна вздрогнула. Если он привёл для охраны фермы второго робота, о существовании которого она даже не подозревала, значит, дело действительно серьёзное. — Я и не знала, что у тебя есть штурмотрон, — тихо заметила Анна. Как-то не вязались у неё рейдеры с управлением роботами. Хотя, с другой стороны, Операторы — вообще не рейдеры, просто так себя называют, а манеры у них до сих пор как у армии президента. — Про него мало кто знает. Когда Гейдж обнял её одной рукой за плечи, Анна судорожно втянула носом воздух и уткнулась ему в шею. — Думаешь, Ниша велит напасть на ферму? — Да. — Но почему сегодня? — Очевидно же. Завод — последняя зона парка, над которой ещё нет флага, и она знает, что его не получит. Можно было отдать Адептам Сухое Ущелье, но ты не подумала, а я забыл. Так что, зная, как она мыслит… она постарается, чтобы до завода ты не дошла. Не те обстоятельства, чтобы радоваться, но у Анны быстрее забилось сердце. — Тогда тебе нужно остаться, — она осторожно провела кончиками пальцев по его груди. — Ты ведь сейчас скажешь, что со мной всё нормально, и уйдёшь, а я не хочу, чтобы ты возвращался в город один. Если ты говоришь, что про твоего робота никто не знает, очевидно, что ты держишь его где-то ещё. — Конкретно сегодня, босс, я бы остался, даже если бы ты попыталась меня выгнать. Я не знаю, сколько народу она сюда пошлёт, так что стоит готовиться к худшему. — Я бы не попыталась, — тихо сказала Анна. — Мне нравится, когда ты рядом. — Хм? Она отчаянно покраснела и потёрлась носом о щетину на подбородке Гейджа. Неподходящий момент для флирта, но сейчас Анне казалось, что что-то важное в её мире встало на своё место. Как будто рана, нывшая в душе после пробуждения в Убежище, начала затягиваться. — Откуда у тебя штурмотрон? — она принялась водить пальцами по его руке, обрисовывая бугры мышц, и при этом старательно делала вид, что ничего особенного не происходит. — Нашёл. — Нашёл? — Анна захихикала и приподнялась, чтобы заглянуть ему в лицо. — Ты меня разыгрываешь? Где такое можно найти? Я доминаторов никогда вживую не видела, они встречаются чуть ли не реже, чем сентриботы. — Нужно уметь искать, босс. Гейдж притянул её обратно, снова укладывая головой себе на плечо. Анна мечтательно улыбнулась. Влечением к другому мужчине она предаёт память Нейта, но… она подумает об этом позже. Она заслужила немного счастья. Их отвлёк голос штурмотрона. — Обнаружены живые цели. Активирован протокол «Ликвидация». Робот тёмной тенью пронёсся мимо окна и исчез. Анна сдавленно вскрикнула. — Сиди здесь, — велел Гейдж. — К окнам не подходи. Вообще лучше с места не двигайся. Он схватил оставленную у двери винтовку и сумку с боеприпасами и выскочил на задний двор. Анна испуганно вжалась в диван. Следом за штурмотроном с грохотом проехала Ада, беспорядочно паля из минигана. Яркие вспышки лазера, взрывы ракет. Анна, прячась за мебелью, всё же осмелилась подойти к окну. С разных сторон к ферме приближалось около десятка тёмных фигур. Сентрибот и штурмотрон удивительно дополняли друг друга. Ада крутилась на месте на своих шведских колёсах, поливая нападавших ковром пуль. О присутствии второго робота Адепты не знали, он появлялся перед ними из ниоткуда и исчезал в никуда, оставляя позади кучи пепла и трупы в лужах крови. Анна переместилась к окну, выходящему на задний двор. Гейдж находился вне её поля зрения, но коктейли Молотова умудрялся кидать в пугающем количестве. Метались объятые огнём фигуры, горел дальний сарай. Анна села на пол под окном и испуганно сжалась. Толку от неё сейчас всё равно не будет. Она увидела в окне напротив, как штурмотрон перезаряжает лазер. Несмотря на страх, Анне было интересно за ним наблюдать. Она впервые видела штурмотрона-доминатора в бою. Ада была понятна и привычна, а здесь — совершенно другая тактика, точечная, неотвратимая. Пальба, крики и ругань продолжались. Анне показалось, что прошло минут пятнадцать, прежде чем стало ощутимо тише. Открылась задняя дверь, ввалился Гейдж. Дом наполнился запахом гари и старого масла. — Тряпку дай. — Какую? — не поняла Анна. — Любую, босс, не тупи. Руки вытереть. — А… уже всё? — Ага, — Гейдж довольно оскалился. — Было мало, но весело. Там моя оставшихся добивает. Его руки и одежда были в чёрных маслянистых разводах. Анна фыркнула и выразительно указала в сторону ванной. — Туда. Он не стал спорить. Анна снова выглянула в окно. Ада стола перед крыльцом, раскрыв броню для охлаждения. Штурмотрона не было видно, но вдалеке вспыхивал с характерным гудением яркий оранжевый луч. — Ада, — негромко окликнула женщина, — ты как? — Всё в порядке, мэм, — отозвался робот. — Это было несложно. К тому же помощь в виде штурмовика оказалась очень кстати. В голосе Ады Анна отчётливо услышала печаль, но развивать эту тему не стала. Ада, бывший штурмовик базовой комплектации, даже без головного лазера, не успевшая толком повоевать в своём исходном облике, банально… завидовала? Анна почувствовала неясный укол совести. Гейдж вышел из ванной, вытирая руки полотенцем. На ткани оставались чёрные разводы. — Босс, у тебя там сарай сгорел. — Подожгли, наверно, вот и сгорел, — Анну разбирал смех. — Зачем нам враги, если ты сам справляешься. Мимо окна прошагал штурмовик. Гейдж проследил за ним взглядом и удовлетворённо кивнул: закончилось. — Я тебе рабов подгоню, — пообещал он. — Новый сделают. Ты хоть помнишь, что там было? Анна покачала головой. Потеря сарая её не особо огорчила. Вряд ли там хранилось что-то первой необходимости, если за прошедшие дни она так и не собралась туда залезть. Утром Адепты придут обчищать трупы погибших соратников. Эта мысль неприятно кольнула, и Анна поморщилась. Всё это лишь для того, чтобы помешать ей закончить зачистку парка. Если бы Гейдж не просчитывал происходящее на несколько шагов вперёд, сражение могло закончиться совершенно иначе. — Всё из-за меня, — Анна вздохнула и нервно переплела пальцы. — С Кольтером ведь такого не было, да? — С Кольтером было много чего другого. Но в целом да, ты права. Адепты по характеру и стилю боя ему всегда были ближе. А тут ты. Многое поменялось. — Спасибо. Без тебя… не знаю, убили бы меня ещё в Галактике. Анна глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду. — И я не уверена, что хотела бы жить без тебя. Гейдж удивлённо хмыкнул. — Ну ты нашла время, конечно. — Я серьёзно. И не говори, что тоже не думал об этом, — Анна попыталась изобразить самоуверенную улыбку, но получилось не очень. — Босс, я тебя правильно понял? Ты хочешь отношений, типа как до войны у тебя были? Я не самый подходящий кандидат для этого. — Позволь мне решать самой, ладно? Она хитро прищурилась. — Я вот иногда думаю, ты не синт, случайно? По-моему, тебя вывести на эмоции нереально вообще. — Ты так хочешь проверить? — Не откажусь. Анна попыталась себе напомнить, что они знакомы всего несколько дней, что она вдова, потерявшая любимого мужа. Но её уже несло. — Завязывала бы ты бухать с Операторами. — Заткнись. Последними фразами они обменялись уже друг другу в губы. Анна слишком устала быть одна, а Гейдж не привык отказываться от того, что само идёт в руки. Они трахались на ковре перед камином, быстро, жёстко, даже не столько для удовольствия, сколько просто чтобы сбросить напряжение последних дней. И впервые после пробуждения в Убежище Анне было хорошо. Пахло дымом и машинным маслом. — Теперь ещё меньше верю, что ты не хотел со мной переспать, — лукаво улыбнулась Анна и наощупь попыталась стереть ладонью пятно копоти со щеки, но только ещё больше размазала. Гейдж растянулся на ковре и закинул руки за голову. — Какой ответ тебя устроит? — Ну, что-нибудь хорошее для разнообразия. — Да ладно, босс. У вас там было всё иначе, у тебя была семья. Если будешь пытаться что-то такое изобразить со мной, лучше сразу тормозни, пока не разочаровалась. — Почему ты думаешь, что я должна разочароваться? — Я могу спасать твою задницу, могу устроить относительно обеспеченную жизнь, но ведь тебе не это нужно. А того, что ты ищешь, здесь просто нет. Анна упрямо тряхнула головой. — Гейдж, странные вещи иногда должны случаться, — она провела пальцем по его руке от плеча до локтя. — Я хочу, чтобы мы были вместе. Потому что всё, что со мной происходит, — твоя ответственность. — Ты этим пользуешься. — Да. Она помолчала, потом тихо продолжила. — Знаешь, я до сих пор скучаю по мужу. Но благодаря тебе в моей жизни как будто появился недостающий фрагмент. Чего-то не хватало, а теперь есть. И мне это нравится. Обними меня. В эту ночь Анна спала без кошмаров. Гейдж разбудил её ранним утром. Предрассветный мир был сырым и серым. — Вставай, босс, у нас дела. — Угу, — пробормотала она и зарылась лицом в ворс ковра. Рубашка была на ней, джинсы валялись неподалёку. Анна вырубилась обратно ещё на несколько минут, а когда осмелилась приоткрыть один глаз, Гейджа в комнате уже не было, зато с заднего двора доносился шум льющейся под напором воды. Анна открыла глаза. Похлопала себя по щекам, прогоняя остатки сна, потом натянула джинсы, встала и подошла к окну. Посреди двора стоял штурмотрон, весь в тёмных пятнах засохшей крови. Гейдж поливал его из шланга, под ногами робота скапливалась багровая лужа. Нашествие кровочервей. Анна вздрогнула и поискала взглядом Аду. Та, в отличие от штурмотрона, была чистой. В бою с Адептами Ада не использовала пилу, а прочее её оружие не требовало контакта с противником. Анна накинула куртку и вышла на крыльцо. — Мэм? Вы готовы в дорогу? — Почти. Как ты? — Все системы в норме. Повреждений не выявлено. — Ада, можно вопрос? — Конечно, мэм. — Прости, если лезу не в своё дело. Этот штурмотрон… ты хотела бы иметь модификации, как у неё? Можешь не отвечать. Просто мне показалось, что рядом с ней тебе… ну, как-то не так. Ада заскрежетала и ответила не сразу. — Мэм, вы приписываете роботам возможность испытывать чувства. Вероятно, это из-за того, что я обладаю интеллектом с возможностью обучения, но всё же, мэм, я не человек и не оперирую вашими категориями. Однако я отвечу. Штурмотрон-доминатор — вершина инженерии штурмотронов. У них клинки, стелс-поле и усовершенствованный лазер. Если использовать вашу картину мира применительно к роботам, то — да, вы мыслите в верном направлении. Гораздо приятнее быть штурмотроном-доминатором, чем грудой лома со свалки. — Но это обычный робот! Без интеллекта с возможностью обучения, просто набор протоколов. — Мэм, хотите, я перечислю вам десяток роботов с интеллектом и возможностью обучения? Это нечасто, но случается. А тут… — Ада выразительно пощёлкала оружием. — … клинки, стелс-поле и усовершенствованный лазер. Поняла тебя. — Благодарю, мэм. Если возможно, закроем эту тему. Анна покраснела и кивнула. Вникать в тонкости взаимоотношений между роботами она пока была не готова.