Часть 21
8 апреля 2026 г., 21:30
21) Возвращение в особняк Сакамаки спустя месяц тишины на острове было триумфальным. Аято буквально светился от гордости, собственнически прижимая Юи к себе, когда они переступили порог. Братья встретили их в холле: Райто ехидно ухмылялся, Рейджи лишь поправил очки, а Субару фыркнул, стараясь скрыть, что вообще-то скучал.
Но спустя неделю Юи начала чувствовать странную слабость. Утренние запахи любимых такояки Аято внезапно стали вызывать у неё тошноту, а привычный бледный цвет лица сменился болезненной прозрачностью.
Откровение
Аято метался по комнате, когда застал Юи бледной у окна. Его ревность мгновенно сменилась тревогой.
— Блинчик, что с тобой? Ты почти не притрагиваешься к еде. Если это опять проделки кого-то из братьев… — он оскалился, готовый бежать разбираться.
— Аято-кун, подожди, — Юи мягко взяла его за руку, прикладывая её к своему животу. Её глаза светились тихим, невероятным светом. — Я… я ходила к Рейджи. Он подтвердил мои догадки.
Аято замер. Он почувствовал под ладонью едва уловимое, но совершенно новое тепло — пульсацию жизни, которая не была похожа ни на человеческую, ни на вампирскую. Это было нечто среднее, уникальное.
— Ты хочешь сказать… — его голос сорвался. Великий Аято, который никогда не лез за словом в карман, вдруг потерял дар речи. — Там… мой наследник?
Юи кивнула, улыбаясь сквозь слезы.
— У нас будет ребенок, Аято.
Реакция Аято и новая волна ревности
В тот же миг лицо Аято преобразилось. Шок сменился такой бешеной радостью и защитным инстинктом, какого особняк еще не видел. Он подхватил Юи на руки, кружа её по комнате, а затем бережно усадил в кресло, словно она была сделана из тончайшего хрусталя.
— Слышали все?! — проорал он на весь дом, так что люстры задрожали. — Великий Аято станет отцом!
Через минуту в дверях стояли все братья. Райто замер с открытым ртом, а Рейджи выглядел по-настоящему озадаченным — случай рождения ребенка от смертной невесты и вампира был крайне редким.
Но вместе с радостью к Аято вернулась его легендарная ревность, приняв масштабы паранойи.
— Так, — он обернулся к братьям, закрывая Юи собой. — Отныне никто не смеет подходить к ней ближе чем на пять метров. Канато, убери своего медведя, он пыльный! Райто, даже не вздумай на неё смотреть своим «особенным» взглядом — я выколю тебе глаза! Рейджи, готовь лучшие витамины, или я сожгу твою библиотеку!
— Аято-кун, успокойся, — смеялась Юи, глядя на его суету.
— Никакого «успокойся»! — он присел перед ней на корточки, нежно коснувшись живота. — Теперь ты не просто моя жена. Ты носишь будущее нашей семьи. И если кто-то — даже отец — попытается вмешаться… я лично отправлю их в ад.
Весь вечер Аято не отходил от неё ни на шаг, запрещая ей даже самостоятельно брать стакан воды. Его ревность теперь была направлена на любое внешнее влияние: он ревновал её к врачам, к книгам, которые она читала, и даже к снам, если она улыбалась во сне не ему.
— Ты только моя, Блинчик, — прошептал он ей ночью, обнимая со спины и бережно положив руку на её живот. — И этот маленький Оре-сама внутри тебя — тоже только мой. Я сделаю его самым сильным. А тебя — самой счастливой.
