«Безжалостные благие намерения»

25 марта 2022 года 22:03 — Думаешь, мы увидим его сегодня? — спросил Сэм, подув на чашку кофе, которую протянула ему Лора. — Может быть. Лора опустилась в кресло, укутала колени пледом и сделала глоток из своей чашки. — Я вот думаю… если оно и правда ранено, почему продолжает носиться туда-сюда? Это ведь странно, правда? — Сэм взглянул на неё. — Обычно животные чувствуют, когда им нужно остановиться: ложатся, залечивают раны, поднимаются только чтобы поесть или попить. Сэм говорил о причине, по которой они оказались в заповеднике так поздно — сидели на боковой террасе, укутанные в пледы, с фонарями под рукой. Поступило сообщение: по лесу по ночам носится раненый взрослый кабан — и при этом кричит. Ситуация была настолько необычной, что они организовали дежурства, сменяя друг друга, чтобы попытаться его найти. Если зверь действительно страдает, его усыпят и доставят на лечение. — Да… это странно, — согласилась Лора. — Может, у него какая-то инфекция, не дающая покоя? Воспаление? — Бешенство? — предположил Сэм. — Возможно. Она не была уверена. Сэм снова уткнулся в телефон, листая экран, а Лора устроилась поудобнее и стала смотреть на деревья, освещённые яркими светодиодными прожекторами у стены здания за их спинами. Они сидели здесь уже два часа; оставалось ещё столько же — и можно будет уйти, чтобы попробовать снова завтра. Лоре не тяготило дежурство. Она хотела помочь. Но мысль о странном поведении животного тревожила. В памяти всплывали рассказы об укусах оборотней, и она поспешила отогнать их, напомнив себе: тот, кто видел кабана, говорил, что рана не похожа на укус — скорее глубокий порез. Она подняла взгляд к небу. Луна убывала. Полнолуние было неделю назад. Лора едва не усмехнулась: она почти забыла следить за фазами луны. Разве не логично было бы стать осторожнее теперь, когда она снова в Норт-Килле? Но её отвлекало нечто иное. Мягкое сияние телефона освещало её лицо.

>22 марта 2022 года

[Как там кофе в «Фоксхоуле?]

>23 марта 2022 года [Не такой хороший, как у Джея.]

>24 марта 2022 года

[Тогда давай пойдём к Джею.]

>Сегодня

[В эту субботу? Ты будешь на дежурстве?]

Ответа всё не было. Она чувствовала: он колеблется. Нужно просто дать ему время. «У людей рядом с нами есть странная привычка — умирать. Считай, тебе крупно повезло выбраться прошлым летом». Она молча вновь и вновь возвращалась к его словам. Он, вероятно, не привык к такому. За время, проведённое рядом с ним, она поняла: он вовсе не из тех, кто раскрывается до конца. Он никогда не показывал все карты — ни семье, ни союзникам. Интересно, был ли в его жизни хоть кто-то, кто знал его по-настоящему? Знала ли она? — Лора. — Что? — она повернулась к Сэму. — …Эм, я ничего не говорил. — Не говорил?

— Лора…

Вот оно снова. Едва слышно. Она смотрела на Сэма, когда услышала это — но его губы не двигались. Теперь она узнала этот голос: старческий, женский, с лёгким треском, словно пробивающийся сквозь помехи. — …Н-ничего, — сказала она, стараясь не втягивать Сэма. Лора снова устремила взгляд вперёд и замерла в ожидании. Сердце забилось быстрее. Раньше такого не случалось. Этот голос всегда приходил вместе с оглушающими видениями и звуками. Она приняла странность происходящего так же естественно, как надевают давно разношенную обувь. Её разум теперь всегда был готов к чему-то необъяснимому. Ждать пришлось недолго — шёпот в её голове стал громче.

— Вы с ним — пара, созданная друг для друга.

Сэм ничего не слышал — он продолжал листать телефон. «С ним»? Сэм? Она попыталась понять, что это значит.

— Вы — вестники смерти и разрушения. Эгоисты!

Теперь Лора поняла, о ком речь. Она подалась вперёд, тревога нарастала — ничего подобного она не испытывала с той самой ночи, когда встретила Трэвиса. Голос, навещавший её в последние недели, был иным — не таким ясным, не таким осмысленным. А сейчас… он словно говорил с ней. Лора сдерживала подступающую панику. Ей казалось, что она сходит с ума. Но разве это могло быть просто галлюцинацией? Слишком уж всё было реально.

— Вы всегда берёте то, что хотите, не считаясь с ценой. Всегда приносите других в жертву. Вы оба.

Голос звучал всё громче — так, будто источник стоял прямо перед ней. Лора чувствовала, как ненависть заполняет её мысли, обволакивает их, словно тьма.

— С тех пор как он потерял свою любовь в огне, он обречён переживать это вновь и вновь. Вечно. Как и я. Как и ты.

Тяжёлое, мрачное зло залило её сознание, делая мысли вязкими и тёмными, будто погружёнными под воду. Разум задыхался. Лора вскочила на ноги, охваченная паникой, и стала вглядываться в пустоту перед собой. Она схватила ружьё с транквилизатором — то самое, что предназначалось для раненого кабана, — и направила его вперёд. Ей хотелось, чтобы это было настоящее оружие, хотя она понимала — это бы ничего не изменило. Сэм поднял на неё взгляд: — Ты что-то слышишь?

— …Я принесу тебе смерть…

Лора почувствовала толчок — словно в неё ударил резкий порыв ветра. Она едва удержалась на ногах. — Какого чёрта?.. — донёсся голос Сэма. — Это что было? Воздушное ружьё, что ли?! Тяжесть, сдавливавшая её, исчезла. Голос умолк. Лора всматривалась в деревья, дыша часто и поверхностно, пытаясь совладать с бешено колотящимся сердцем. Ветра не было — и всё же листья шевелились, тревожно, неестественно. Через мгновение движение резко прекратилось. — Что происходит? — спросил Сэм, пока Лора не отрывала взгляда от тёмной чащи. Она чувствовала это. Что-то… смотрело на неё. — Оставайся здесь, — коротко приказала Лора. Она схватила электрический фонарь, прижала ружьё к груди и шагнула в темноту, покидая яркий свет здания. — Эй, тебе не стоит идти одной! — Сэм поспешил за ней. Она хотела было остановить его, но отвлеклась. Она услышала звук. Глухое, тянущееся гудение. Справа. Лора двинулась туда, осторожно пробираясь между ветвями и корнями. — Лора! — Сэм спотыкался позади, окликая её шёпотом. — Куда ты идёшь? Ты что-то слышишь? — Тсс! Гудение становилось громче. Теперь к нему примешивалось рычание — сдавленное, болезненное. Что-то было не так. — Что это?.. — прошептал Сэм. — Это кабан? Или что похуже?.. Разве здесь не водятся медведи? — Для медведя слишком мелкое, — тихо ответила Лора. Лора вскинула ружьё, готовясь. Сделала несколько осторожных шагов вперёд, прислушиваясь к тишине. Сэм нервно прошептал: — Думаю, нам стоит верну… — И вдруг — раздирающий душу крик, всего в каких-то двадцати шагах от них. Животный. Он тянулся, не умолкая, пока его не прервали другие звуки — отвратительные, чуждые, от которых всё внутри сжалось. Крик оборвался внезапно. — Что за хрень?! — Сэм был на грани паники. Лора сорвалась с места и бросилась туда, откуда донёсся звук. Она выскочила на небольшую поляну; Сэм, споткнувшись, едва не упал позади неё. В лицо ударил знакомый запах — горячей, сладковатой, солоноватой крови. Тело на мгновение оцепенело, отозвавшись воспоминаниями о прошлом лете, но Лора заставила себя идти дальше, к источнику этого запаха. Свет фонаря выхватил из темноты то, что осталось от кабана. — Боже мой… Сэм согнулся пополам, отворачиваясь. Его мутило. Лора подошла ближе. Она не могла его винить. Это было ненормально. Ни один хищник не оставляет после себя такого. Сэм застонал, сдерживая рвоту. — Нужно кому-то позвонить, — ровно сказала Лора, доставая телефон.

***

23:12 Трэвис едва успел припарковать машину, как уже распахнул дверь и выскочил наружу. — Какова обстановка? — бросил он в рацию. В ответ раздался треск, и голос офицера Альфаро: — Ситуация под контролем. Пытаемся оцепить место. Есть зеваки. Сейчас разговариваем с девушкой. Парень… приходит в себя. Трэвис ускорил шаг, поднимаясь по крутому склону к зданию заповедника. Вокруг стояла кромешная тьма — лишь резкий свет светодиодных ламп на стене и фары патрульных машин, мерцающие красным и синим, разрезали ночь. Он знал, кто эта «девушка». Мысли понеслись вскачь. Всё, что он услышал, — это что произошёл какой-то «странный» несчастный случай с животным. Но обычным это быть не могло — иначе не подняли бы весь участок. Подозревали незаконную деятельность. Охоту… или нечто похуже. У входа уже толпились местные жители, сбившись у жёлтой ленты оцепления. — Чёрт… — выдохнул он себе под нос, приближаясь. — Шериф, что случилось? Это браконьеры? — встревоженно спросила одна из женщин. Он её знал — из тех, кто всегда в курсе всего. Судя по виду — халаты, сандалии — это были ближайшие соседи, выбежавшие на шум сирен. — Так, все по домам, — твёрдо сказал Трэвис. — Утром будет больше информации. Сейчас могу сказать только одно: что-то произошло с животным. Люди не пострадали. В ответ посыпались новые вопросы, но он их проигнорировал. Нырнув под ленту, Трэвис направился к движущимся огонькам фонарей на восточной стороне здания. Он искал Лору. У стены он заметил офицера Питерсона — тот лениво привалился к кирпичу, болтая с офицером Джордан: — И весь этот переполох из-за какого-то чёртового кабана? Мы с братом на таких почти каждые выходные ходим. — Не знаю… тут всё выглядело довольно жутко. Кто-то должен был… — Джордан вдруг увидела шерифа за спиной Питерсона и резко выпрямилась. — У нас там люди, которым нужно всё объяснить и отправить по домам, — жёстко напомнил Трэвис. Питерсон замялся, затем неохотно кивнул: — Есть, сэр. С явным недовольством он направился к толпе. Трэвис остановил Джордан, прежде чем она успела последовать за ним: — Где девушка? — спросил он. — Она разговаривает с Дилби, сэр. С южной стороны здания. Трэвис кивнул и, не теряя ни секунды, быстрым шагом направился к южной стороне, нарушая предписанный порядок — по которому он прежде должен был осмотреть место происшествия.

***

— Вы сказали, что были на дежурстве… пытались, эм… поймать кабана? — неловко уточнил Дилби. — Да. Он был ранен, — ровно ответила Лора. — Мы дежурили, чтобы, если получится, доставить его и оказать помощь. — И… и вы его нашли, эм… как вы думаете, на него… кто-то напал? — Дилби переминался с ноги на ногу. Он заметно нервничал и всё время украдкой поглядывал на Лору. Она была закутана в одеяло. Лора знала: по инструкции тем, кто стал свидетелем чего-то странного, обязательно дают плед — якобы это помогает успокоиться. Она не была в сильном потрясении, но тепло всё равно было кстати. — Нет, я не думаю, что на него напали, — ответила она. — Мы с Сэмом слышали его буквально за несколько секунд до смерти. Никакой борьбы не было. Мы не видели и не слышали другого животного. К тому же хищники обычно остаются рядом с добычей, чтобы её съесть. — А… да, точно, — Дилби вежливо улыбнулся, словно соглашаясь с очевидным. Он заметил, что плед сползает с её плеча, и осторожно протянул руку, будто собираясь помочь ей укутаться. Лора бросила на него короткий взгляд и сама поправила одеяло. Дилби кашлянул и поспешил снова принять серьёзный вид. — Так что вы… думаете произошло… здесь? — слова давались ему с трудом. — Честно говоря… — Лора устала делать вид, будто всё происходящее укладывается в рамки нормального, — …судя по тому, как он кричал, он не сопротивлялся. Он был напуган. Будто с ним что-то делали. — Делали… что-то? — Да. Терпение её иссякало. Здесь происходило нечто по-настоящему странное, а ей приходилось нянчиться с этим полицейским, который, вероятно, был не только младше её, но и гораздо менее опытен. — Его… вывернули наизнанку, — произнесла она прямо. Дилби замер, побледнев, затем, явно потрясённый, поспешно что-то записал в блокнот. — Дилби. Лора услышала за спиной знакомый голос — и вздрогнула. — Тр… — она едва не произнесла его имя, но вовремя осеклась. В присутствии офицера Дилби ей не хотелось обращаться к нему столь неформально. Лора повернулась, когда Трэвис вышел в круг света. Теперь она поняла — должна была узнать его по шагам. И всё же… что-то внутри неё откликнулось облегчением. Он был из той же «школы странного», что и она, только если она — выпускница прошлого лета, то он — скорее преподаватель. Человек, написавший учебник по самому понятию «необъяснимого». И это почему-то успокаивало. — Да, сэр? — Дилби вытянулся по струнке. Лора сразу поняла: он изо всех сил старается заслужить расположение шерифа Хэкетта. — Я продолжу с мисс Кирни, — коротко сказал Трэвис. — Проверь, не нужно ли что-нибудь парню. Плечи Дилби едва заметно поникли — он явно рассчитывал завершить свой первый допрос свидетеля. Бросив на Лору последний, чуть затянувшийся взгляд, он поспешил к боковой двери заповедника. Сэм был внутри — приходил в себя, склонившись над раковиной. Лора повернулась к Трэвису, убедившись, что Дилби ушёл достаточно далеко, но он заговорил первым: — Ты в порядке? — его взгляд скользнул по ней, словно выискивая раны. Она чуть удивилась: — Да… всё нормально. Ничего не случилось. И добавила, с лёгкой усмешкой: — Я и похуже видела. Он кивнул. На мгновение ей показалось — в его лице мелькнуло облегчение. — Ты понимаешь, что произошло? — сразу перешёл он к делу. Хорошо. Она тоже не собиралась тянуть. — Что бы это ни было… это не нормально. Похоже на прошлое лето, — тихо сказала Лора, не будучи уверенной, что их никто не подслушивает. Трэвис опустил голову — в его выражении ясно читалось раздражённое: чёрт возьми. — Значит, Сайлас был не концом? — предположил он, осторожно, почти уклончиво. Лора покачала головой: — Нет. Это не волки. Он внимательно всматривался в её лицо, пытаясь понять. Лора огляделась. Вокруг было слишком темно. И всё ещё казалось, будто кто-то наблюдает за ней. — Я не хочу говорить об этом здесь… — тихо сказала она. — У меня есть догадка, но, если честно, я ужасно устала. Кажется, сейчас просто потеряю сознание. С тех пор как голос в её голове исчез — прямо перед тем, как они нашли кабана, — её накрыла слабость. Будто он вытянул из неё силы. А теперь, когда схлынул адреналин, пришло изнеможение. — Ты права, — Трэвис огляделся, затем достал из заднего кармана ключи от машины. — Вот. Подожди в машине. Я здесь закончу. Он протянул ей ключи. Лора этого не ожидала. Он… изменился. Вместо привычной резкости и отчуждения — почти забота. Она взяла ключи. — Ты отвезёшь меня домой? — она даже слегка запнулась от неожиданности. Он мрачно покачал головой: — Нет. Сначала кофе. Если что-то происходит, нам нужно как можно быстрее понять, что именно. — Логично, — согласилась она. Лора уже было повернулась, но остановилась и, бросив на него взгляд, с усталой улыбкой добавила: — Значит, чтобы снова тебя увидеть, нужно что-то подобное? Он моргнул, не ожидав от неё такой лёгкости в тоне. Впрочем… стоило бы. Лора всегда умела отпускать колкости даже в самых безвыходных ситуациях — даже тогда, когда была в плену. На долю секунды уголок его губ дрогнул в намёке на улыбку. Тревога перед чем-то сверхъестественным и облегчение от того, что Лора не пострадала, вместе пробили брешь в его привычной сдержанности — и наружу просочилось нечто, похожее на добродушие. — Похоже на то, — отмахнулся он. Он проводил её взглядом, пока она шла к машине. И только в этот момент понял: он, кажется, действительно беспокоился о безопасности Лоры Кирни — на этот раз не из эгоистичных побуждений. Странно. Трэвис повернулся обратно к линии деревьев, собираясь направиться к месту происшествия, как вдруг уловил тихий шорох в слепой зоне. Из леса. Он замер и вгляделся в слабо освещённые силуэты деревьев. Рука легла на рукоять пистолета. Он выжидал. Ничего. — Замечено движение в лесу, у южной террасы. Вероятно, дикая живность. Будьте начеку, — произнёс он в рацию. Ему подтвердили приём. Трэвис убрал руку с оружия, но кобуру оставил расстёгнутой и направился к фонарю офицера Альфаро, туда, где находилось место происшествия.

***

Прежде чем уйти, Лора заглянула обратно в здание заповедника и проверила, как Сэм. Он всё ещё приходил в себя в мужском туалете. Дверь была открыта; она увидела, что Дилби находится внутри, присматривая за ним. Он, очевидно, ждал, чтобы тоже задать свои вопросы. Она окликнула с порога: — Тебе лучше? — Эм… вроде да, — слабо отозвался Сэм; его голос гулко отражался от кафеля. — Прости… я и сама видела вещи не лучше — меня тоже выворачивало, — попыталась она его успокоить. — Мне пора, шериф отвезёт меня домой. Напиши мне, ладно? — Ладно. Спасибо, — ответил он. Офицер Дилби улыбнулся ей; она вежливо кивнула и вышла. Лора направилась к патрульной машине Трэвиса, плотнее кутаясь в плед. По пути она прошла мимо нескольких полицейских, которые оживлённо что-то обсуждали и, казалось, не обратили внимания на её уход. Она нырнула под ленту и спустя минуту нашла машину шерифа. Мерцание красных и синих огней резало глаза, и Лора невольно прищурилась. После короткой заминки она открыла дверь и скользнула в тёмный салон, закрыв её за собой. Она почти рухнула на сиденье, откинувшись на подголовник. Чёрт… как же она устала. По крайней мере, здесь было тихо. Она глубоко вдохнула, пытаясь расслабиться, но тут же вздрогнула — знакомый запах одеколона наполнил её лёгкие. Её тело отреагировало сразу в двух направлениях. Сначала — волной непроизвольного страха: этот запах когда-то означал часы допросов и бессонные ночи, когда она не знала, убьёт ли человек её или её парня. Однако через несколько секунд она заставила себя мысленно разобрать эти страхи и отстраниться от них. Под этим шумом всплыло новое ощущение — нечто вроде спокойствия. Теперь этот запах напоминал ей о победе прошлого лета и о том, как она справилась со своими страхами. Теперь он означал безопасность, укрытие, возможность передохнуть. Она тихо выдохнула. Порой ей казалось, что внутри неё живут два разных человека одновременно. Она решила сейчас прислушаться к тому, который ищет покоя, а остальное оставить на потом. Она оглядела салон — раньше ей не доводилось сидеть на переднем сиденье полицейской машины. Между креслами стоял ноутбук. Почти сразу она заметила винтовку за водительским сиденьем. Он, должно быть, действительно ей доверяет, подумала она. Прежний Трэвис никогда бы не оставил её наедине с оружием. Она не собиралась злоупотреблять этим доверием. Лора откинулась назад и закрыла глаза, стараясь не углубляться в воспоминания, которые пробуждал этот запах. Она знала — всё это уже не настоящее. Она сосредоточилась на дыхании, на тишине, на мысли о том, что он скоро вернётся. И снова — странное чувство: когда-то она и представить не могла, что будет ждать возвращения Трэвиса. А теперь — ждала.

***

— Что удалось выяснить? — спросил Трэвис у Альфаро, ступая на поляну, и сразу же уловил источник запаха. Сначала он даже не понял, на что смотрит. Перед ним была лишь бесформенная масса крови и шерсти. Он вырос в семье охотников, видел немало растерзанных животных — но это было иным. Это было… неправильно. — Чёрт, ни малейшей реакции. Стальные нервы, — усмехнулся Алекс, наблюдая, как Трэвис разглядывает эту кровавую массу. Не получив отклика на шутку, он перешёл к делу: — Мы почти ничего не нашли. Похоже, всё просто… случилось. Сначала я подумал, может, какой-нибудь придурок засунул в него взрывчатку, но ребята сказали, что никакого взрыва не слышали. И к тому же… оно, вроде как, в целом осталось целым. Они оба снова взглянули на тушу. Он был прав — нигде не было ни одного рваного разреза. — Следов тоже нет. Это точно не другое животное. И я даже не представляю, как охотник мог бы сделать нечто подобное. — Понятно, — коротко отозвался Трэвис. Алекс продолжил: — В общем, пока у нас ничего. Разве что… если это не нулевой пациент какой-нибудь новой безумной «свиной лихорадки» или ещё чего. Трэвис никогда не разделял его чувства юмора и просто проигнорировал реплику. — Ладно. Продолжайте поиски. Утром осмотрим местность ещё раз — возможно, в темноте мы что-то упускаем. — Есть, сэр, — сухо ответил Альфаро. Трэвис уже собирался уйти — ему не терпелось вернуться к машине, — как Алекс снова окликнул его: — Эй, шериф… насчёт той девушки… Трэвис напрягся, едва он услышал это. — …она вела себя как-то странно. Будто всё это — пустяк. Трэвис обернулся. Теперь у Альфаро было его полное внимание. — А парень тем временем едва не выворачивал себя наизнанку. Это выглядело… странно. Мы, эм… пробили её по базе. Трэвис сделал шаг ближе, сжимая челюсти. В груди неприятно сжалось — что-то, похожее на защитную реакцию. — И? — в его позе читалось предупреждение: выбирай слова. Альфаро, однако, не отступил: — Похоже, она одна из тех ребят с прошлого года. Ну… ты-то, конечно, в курсе. Трэвис посмотрел на него с нарочито нейтральным выражением лица. — Я тогда был в отпуске, так что подробностей не знаю, — добавил Альфаро. Повисла пауза. — Вы же не думаете, что она… — Альфаро кивнул в сторону туши, оставив недосказанное повиснуть в воздухе. В голосе Трэвиса зазвенела злость: — Что? Голыми руками вывернула наизнанку живого стокилограммового кабана? Альфаро отступил на шаг, уловив странное напряжение в шерифе. И сам вынужден был признать — звучит это, мягко говоря, маловероятно. — Да… верно. — Великолепная детективная работа, — бросил Трэвис и развернулся, собираясь уйти. И тут же его ослепила вспышка камеры. — Эй! — рявкнул он. Альфаро метнулся вперёд. Из леса донёсся топот — несколько пар ног уносились прочь, в сторону города. Послышался смех, шёпот, подначки — подростки подгоняли друг друга бежать быстрее. — Чёртовы засранцы… — Трэвис повернулся к Альфаро. — Я думал, вы «оцепили место». — Чёрт! Прости, Хэкетт. Трэвис тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу. — Просто возьмите всё под контроль. Я отвезу девушку домой, пусть Дилби займётся парнем. Сделайте ещё снимки — зафиксируйте кровь, узоры. Вызовите службу по контролю за животными, пусть упакуют останки… И постарайтесь опередить прессу, обзвоните, кого нужно. Мы и так уже в списках всех любителей паранормальной чертовщины. Альфаро молча кивнул, запоминая растущий список поручений; Трэвис видел — тот раздражён. — Может, Норт-Килл наконец сменит репутацию: вместо «резни в летнем лагере» станет родиной новой… «свиной лихорадки», — с досадой добавил Трэвис. — Да, шеф, — ответил Алекс, не скрывая недовольства. Ему предстояло просидеть на работе до четырёх утра, и он уже представлял, как отреагирует жена. Шериф Хэкетт всегда был жёстким, но после прошлогодней трагедии стал ещё суровее. Однако таким серьёзным Алекс не видел его уже давно. Что, чёрт возьми, происходит? Трэвис снова повернулся, чтобы уйти — и на этот раз заметил нечто в лесу. Фигура. Высокая, широкоплечая. Неподвижная. Он замер. Рука почти потянулась к фонарю — но вдруг он узнал этот силуэт. У него внутри всё оборвалось. Он не видел его уже несколько месяцев. Тень медленно отступила вглубь леса, пока не растворилась во тьме. Чёрт. Сегодня ночью из чащи, похоже, вылезли все, кому не лень. С этим он разберётся позже. Сейчас нужно было вернуться к машине.

***

Лора оторвалась от телефона, которым пыталась отвлечься от происходящего, и посмотрела через лобовое стекло в сторону заповедника. Те самые полицейские, которых она видела раньше, стояли там, переглядывались и, кажется, обсуждали её. Она невольно сжалась. Те отвернулись. Чёрт… Ей это совсем не нравилось. Ну и где он? Она начинала терять терпение. Она прислонилась виском к спинке сиденья, глядя в окно со стороны водителя. Мерцание красных и синих огней скользило по стволам деревьев — завораживающе. Пока что-то не шевельнулось. Там кто-то есть? Ей показалось, будто она увидела руку… или что-то похожее. Страх мгновенно обострил все ощущения. Она машинально потянулась назад и положила руку на ружьё. Сердце забилось чаще, но тело, наоборот, застыло — сосредоточенное, готовое. Она ждала, затаив дыхание. Но больше ничего не произошло. Только деревья. И тогда она заметила знакомую фигуру, идущую к машине со стороны заповедник. Наконец. Она следила за ним, пока он приближался. Вспышки света выхватывали его лицо — и по этим обрывкам она поняла: его что-то тревожит. Лора снова и снова бросала взгляд на деревья, боясь, что из темноты что-то вырвется и нападёт на него. Она заранее убедилась, что двери не запреты. Он резко открыл водительскую дверь — тишина оборвалась, и она невольно вздрогнула от неожиданности. Он быстро сел внутрь и захлопнул за собой дверь. Он оказался ближе, чем она привыкла, и это сбивало её внутреннее равновесие, но мысли её всё ещё были заняты другим. Он тяжело выдохнул. — Ты в порядке? — снова спросил он. — Кажется, я видела кого-то там, — Лора проигнорировала вопрос и указала в его окно, в сторону деревьев. Он посмотрел туда на мгновение. — Да, какие-то подростки пробрались к нашему «оцепленному месту» — решили устроить фотосессию. Он повернулся к ней. Но Лора всё ещё смотрела мимо него, в темноту за стеклом. Она была слишком близко — её лицо оказалось всего в нескольких дюймах от его. Он чуть отстранился. На её лице застыло напряжение, почти страх — она продолжала вглядываться в лес, словно забыв о его присутствии. Его взгляд скользнул по её чертам, затем — по линии плеча и руки… И он понял. Она сжимала винтовку, закреплённую за его сиденьем. Воздух будто вышел из его лёгких. Первым порывом было резко вывернуть ей руку, надеть наручники. Он подавил это. Они больше не были врагами. Он снова посмотрел на неё. Она не двигалась. Ни на долю секунды. — Лора, — тихо позвал он. Она не отреагировала. Застыла. Трэвис повернулся к ней и левой рукой осторожно сжал её плечо. Она вздрогнула, словно очнувшись, и посмотрела ему в глаза. Его взгляд был полностью прикован к ней. Лора вдруг осознала, что делает. — Отпусти оружие, — спокойно, почти мягко сказал он. Только сейчас до неё дошло: его пальцы сжимают её бицепс, а её собственная рука — рукоять винтовки за его сиденьем. — Это просто подростки, — добавил он, стараясь её успокоить. Жар прилил к лицу, поднимаясь от самого живота — смесь стыда и тревоги. Она разжала пальцы. — Эм… прости. Наверное, привычка, — неловко пробормотала она. Он медленно отпустил её руку. Они оба отодвинулись друг от друга на несколько дюймов, всё ещё удерживая взгляд. Наконец он опустил голову, устало упершись запястьями в руль, и глубоко вдохнул. Вид Лоры Кирни с оружием в руках всколыхнул в нём слишком многое — воспоминания, одни болезненные, другие куда более мрачные. Он заставил себя отогнать их. Лора тоже глубоко вдохнула. — Всё в порядке, — тихо сказал он. — Всё нормально… — Прости, — повторила она, уловив, как долго он приходит в себя. Она поняла: её жест мог задеть что-то в нём. — Не переживай. Воздух между ними стал неловким, но в этой неловкости чувствовалось и взаимное понимание. Где-то глубоко они всё ещё боялись друг друга. — Ты что-нибудь нашёл? — сменила тему Лора. Он на мгновение замолчал и взглянул в сторону заповедника. Питерсон и Джордан смотрели на них, но тут же отвели глаза, заметив его взгляд. Чёрт. Со стороны это наверняка выглядело странно. Да и само по себе — шериф, который лично везёт свидетельницу, — выбивалось из правил. Придётся потом как-то это объяснять. Но сейчас им нужно было уехать. — Давай сначала заедем за кофе, — сказал он, и в голосе вдруг прорезалась усталость. Она решила не спорить. — Можем поехать к Джею. Там будет тихо, — добавил он, кивнув в сторону невольных наблюдателей. Она поняла намёк. Лора взглянула на часы на панели — 23:48. — Он вообще ещё открыт? — Нет. Трэвис достал телефон, быстро набрал номер — и уже через несколько секунд на том конце ответили: — Джей, у меня тут свидетельница в шоке, ей нужен кофе. Пустишь нас? Лора поняла, что это её он назвал «потрясённой свидетельницей», но не успела возразить — из телефона грянул голос, такой громкий, будто собеседник включил громкую связь: — Мы с женой уже собирались ложиться, но да, конечно, шериф, всё что угодно! Вы ведь нас не забываете — кормите, так сказать! — раздался добродушный смех. — Спасибо. Буду должен, — ответил Трэвис вполне дружелюбно. — Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, шериф, — в голосе звучала весёлая насмешка. — Ладно, через десять минут всё будет готово. — Отлично. До встречи через десять, — Трэвис отключился. У шерифа Хэкетта, оказывается, есть связи, — отметила про себя Лора. — Впечатляет, — нарушила она тишину. — Что именно? — Ты правда держишь номера в памяти? — поддразнила она. Она заметила, как он чуть выдвинул челюсть — лёгкое раздражение, но в выражении лица мелькнуло и что-то более мягкое. — Это… из другой эпохи, — добавила она с улыбкой. — Ага, ага, — отмахнулся он и протянул руку. Через мгновение она поняла — он просит ключи. Лора неловко зашевелилась под пледом, вытащила их из кармана и аккуратно вложила в его ладонь. — Ты боялся, что я поменяю радиостанции? — Очень смешно, — буркнул он, но без злости. — Пристегнись. Поехали отсюда. По его голосу было ясно: сегодняшняя сцена дала ему куда больше, чем он ожидал. — Конечно, «пристегнись — или штраф», — съязвила она, выполняя указание и защёлкивая ремень. Он не стал её одёргивать. Он видел — она всё ещё потрясена. Лора, как он заметил, становилась тем острее на язык, чем сильнее её выбивало из равновесия. Теперь, когда они больше не были врагами, это его не раздражало. Трэвис вывел машину на дорогу. Напряжение постепенно спадало. Лора глубже устроилась в сиденье; глухой рокот колёс убаюкивал, усиливая навалившуюся усталость. Тот момент с оружием окончательно её вымотал. И всё же… когда он пытался заставить её отпустить винтовку, он был… мягким? Раньше она ни за что не употребила бы это слово, говоря о Трэвисе. Она украдкой взглянула на него. Он вёл машину, сосредоточенный, погружённый в свои мысли. Вокруг тянулась чёрная дорога — ни одного фонаря. Она вспомнила, как в последний раз они ехали вместе вот так. Тогда они прикрывали друг друга, стараясь выжить, уклоняясь от волка, взобравшегося на крышу машины. Это было одно из немногих воспоминаний, где рядом с ним было… не так плохо. По крайней мере, тогда они не пытались причинить друг другу вред. Впервые рядом с этим человеком её сознание начинало отпускать напряжение. Ни бежать, ни сражаться. Почти спокойно. Она никогда не думала, что сможет чувствовать себя так, сидя в двух шагах от Трэвиса, среди его запаха, его присутствия. И пусть всё это происходило не совсем так, как она когда-то представляла, — это уже начинало работать. Страх отступал. Хотя бы немного.