Часть 13
22 апреля 2026 г., 01:12
Риз тихо спустилась по лестнице, стараясь не шуметь и помня о закутанной в одеяло фигуре на диване. Осторожно ступая, она прошла на кухню и не спеша принялась собирать кофеварку.
— Помочь? — раздался сонный голос из гостиной.
Обернувшись с улыбкой, Риз покачала головой: — Прости. Я тебя разбудила?
— Не совсем. — Глаза Кэролайн опухли от недосыпа и совсем недавних слез. — Тори уже встала?
— Еще нет. Отсыпается. — Риз достала кофе из холодильника и развернула пакет. — Я наконец-то уговорила ее поработать в субботу только полдня. Она поедет после обеда.
— Извини, что заявилась вчера вечером без предупреждения, — тихим голосом произнесла Кэролайн. Она забралась на барный стул, оперлась локтями о столешницу и положила подбородок на руки. — Я понимала, что не доеду до самого Манхэттена, и не знала, куда еще податься.
Риз отложила свои дела, подошла и села рядом с молодой блондинкой. — Не извиняйся, Кэролайн. Я рада, что ты приехала. Ты всегда можешь приехать сюда.
— Бри тоже здесь остановилась, да?
Удивленная, Риз кивнула. — Как ты узнала?
— Ее мотоциклетная куртка висит на вешалке. — На следующих словах голос Кэролайн дрогнул. — Она никогда не отходит от нее слишком далеко.
— Ты права. Сегодня она должна была перевезти свои вещи из Барнстабла. Думаю, она поживет здесь, пока не найдет себе жилье. Со своей стороны, мы не против, она может оставаться здесь сколько угодно.
— Это хорошо. Она будет... — Кэролайн хотела сказать «в безопасности», но потом сама себе удивилась. В безопасности от чего? Или от кого?
— А что насчет тебя, Кэролайн? Как ты держишься?
— Я... — Она быстро отвернулась, так как слезы, которые, как ей казалось, наконец иссякли, хлынули с новой силой. — Прости, — прошептала она.
— Не извиняйся. Не торопись. — Риз ждала, желая утешить ее, но не зная, стоит ли. Какого черта здесь происходит?
Очевидно, дело было в Бри, которая смылась сразу после окончания их смены прошлым вечером, сказав, что едет в Барнстабл на встречу с однокурсниками. Она ни словом не обмолвилась о том, что приедет Кэролайн. А потом, посреди ночи, на пороге появилась сама Кэролайн — явно потрясенная и заплаканная. Когда Кэролайн сказала, что не хочет разговаривать, Тори уложила ее на диван, поцеловала в лоб и сказала, что это может подождать до утра.
— Где Бри?
Кэролайн покачала головой, по-прежнему отвернувшись. — Не знаю.
— Что между вами происходит? — мягко спросила Риз.
— Если бы я знала. — Кэролайн сделала долгий, дрожащий вдох и с усилием расправила плечи. Она повернулась к Риз, встретив ее вопросительный взгляд. — За последние четыре месяца все перевернулось с ног на голову. Я даже не подозревала, что Бри несчастна. А, наверное, должна была.
— Она ничего не говорила?
— Она почти никогда этого не делает. Она всегда была... она все держит в себе.
— Но ты ведь знала, что она хочет стать офицером полиции, так?
— Да, конечно. Только об этом она и говорила, — ответила Кэролайн. — Просто я думала, что это будет позже. Мы обе думали, что учеба в Нью-Йорке — это так здорово.
— Возможно, поначалу она тоже так думала. — Риз вспомнила, как накануне патрулировала улицы вместе с Бри. Бри выглядела очень органично в своей форме — в своей новой роли — прогуливаясь по Коммершиал-стрит и здороваясь с людьми, которых знала с детства. Она выглядела почти умиротворенной, что для Бри было редкостью. Если бы в ее глазах не мелькала тень во время улыбки, Риз бы обманулась, подумав, что та счастлива. — Может быть, ей нужно было уехать отсюда, чтобы понять, что ее место здесь.
— Что ж, а я думала, что наше место — рядом друг с другом, — с грустью произнесла Кэролайн. В ее глазах снова стояли слезы, но она упрямо сдерживала их.
Риз с шумом выдохнула, отчаянно желая, чтобы сейчас здесь была Тори, а не она. Она была уверена, что есть какие-то нужные слова, которые она должна сказать, или что-то, что она должна сделать. Она вспомнила свою собственную, предельно сфокусированную, узкую жизнь до встречи с Тори. В возрасте Бри она даже представить себе не могла, что свяжет свою жизнь с другим человеком. Одна только мысль о том, что придется пытаться закончить колледж и программу подготовки офицеров резерва ВМС, одновременно удовлетворяя потребности кого-то еще, казалась ей непосильной.
— Должно быть, она решила, что бросить Нью-Йорк именно тогда было правильным поступком.
— Как это возможно? Как это может быть лучше для нас — не быть вместе?
Голос Кэролайн был полон страдания, а ее растерянность была настолько очевидной, что у Риз все сжалось внутри. Вздохнув, Риз потерла лицо обеими руками, пытаясь найти способ объяснить то, чего она сама до конца не понимала. У нее была только одна точка отсчета — Тори. Она подумала о себе и о Тори. О том, каково это — любить ее. Что она чувствует каждое утро, когда просыпается и видит Тори рядом, каждый раз, когда ощущает чудо присутствия Тори в своих объятиях. Это было чудо, возрождающееся с каждым рассветом, и она знала, что никогда не перестанет чувствовать себя благословленной.
— Будь я на месте Бри, — начала Риз, пытаясь облечь эмоции в слова, — я бы хотела чувствовать, что заслуживаю тебя. Я бы хотела чувствовать, что... ты можешь мной гордиться.
— Я всегда ей гордилась, — пораженно ответила Кэролайн. — Она сильная, смелая и... — Образ Бри с той незнакомой девушкой прошлым вечером вспыхнул в ее сознании. Это было так больно, что она потеряла дар речи.
— Возможно, — тихо добавила Риз, — она не может поверить, что ты можешь гордиться, если сама не гордится собой.
Они молча смотрели друг на друга, пока Риз не усмехнулась с сожалением. — Я не очень-то сильна в таких разговорах, да?
— Я думаю, ты замечательная, — прошептала Кэролайн.
— Послушай, может, мне с ней поговорить?
— Нет. — Кэролайн положила кончики пальцев на колено Риз. — Спасибо. Правда. Но мне нужно поговорить с ней самой.
— Она должна скоро вернуться. У нее смена сегодня после обеда.
— Может, она занята. — Кэролайн, как и на протяжении всех этих бессонных часов, гадала сейчас, где Бри провела эту ночь. Ох, что же мне делать? Может быть, я уже потеряла ее.
***
Бри потребовалось около часа, чтобы дойти пешком от бунгало Элли обратно до «Брейкерс» и забрать свой мотоцикл. Затем она заехала в академию и забрала те немногие вещи, которые она собрала и оставила в шкафчике, когда съезжала из общей квартиры в начале недели. Было чуть больше десяти утра, когда она добралась до Провинстауна. Она не останавливалась ни на завтрак, ни на что-либо еще; ей нужен был кофе, душ и хоть что-то, что уняло бы бурлящее беспокойство в желудке. Тошнота была не последствием выпитого накануне алкоголя, а результатом скручивающей дезориентации от чувства оторванности от Кэролайн. Не помогало и то, что она не знала, как быть с чувствами, которые Элли пробудила в ней прошлой ночью и этим утром. Она и раньше находила других девушек, кроме Кэролайн, привлекательными, но только как-то отстраненно. В духе «о да, она симпатичная». Никто, кроме Кэролайн, никогда ее не заводил, но Элли смогла, даже когда Бри этого не хотела. Она не была уверена, что это значит, и это сбивало с толку еще больше. Когда Бри медленно заехала на подъездную дорожку дома Риз и Тори, ее сердце подпрыгнуло при виде побитой «Хонды» Джеймса. Кэрри! Но в следующую же секунду ее ликование испарилось. О, блядь. Что я ей скажу? У нее не было больше времени на раздумья, потому что, пока она сидела верхом на байке, глядя на дом, на верхней площадке лестницы, ведущей с задней террасы, появилась Кэролайн. Бледная и изможденная, она обхватила себя руками и смотрела на Бри. На Кэролайн был один из свитеров Тори и узкие выцветшие джинсы, и Бри подумала, что она — самая красивая девушка на свете. Во рту пересохло, а в животе все перевернулось. Ей хотелось броситься к ней или, наоборот, убежать прочь. Сунув ключи в карман, Бри быстро сняла шлем и слезла с мотоцикла. Ее трясло, и она не думала, что это как-то связано с остаточными вибрациями от мощного двигателя после поездки. Сделав глубокий вдох, она пошла по дорожке и поднялась по лестнице. Она остановилась на ступеньку ниже Кэролайн, оказавшись с ней на одном уровне глаз, и прошептала: — Привет, малышка. — Привет, детка. Они смотрели друг на друга — между ними был всего один фут пространства, миллион несказанных слов и тысяча незаживших ран, которые разделяли их. — Выглядишь паршиво, — пробормотала Кэролайн. — И чувствую себя так же. — Бри сунула руки в карманы, потому что ей так сильно хотелось до нее дотронуться. — Я думала, у тебя в эти выходные какой-то тренинг. — Был. Я уговорила их разрешить мне перенести его на следующую неделю. — Кэролайн грустно улыбнулась. — Я хотела сделать тебе сюрприз. Бри хотелось расплакаться. — Прости, что я все проебала. — Ох, Бри. — Кэролайн отвернулась, сглотнув ком в горле. — Поехали куда-нибудь, чтобы мы могли поговорить. — Куда? — Отвези меня в то место, где ты впервые меня поцеловала. — Кэролайн встретилась с ней взглядом. Если нам суждено попрощаться, я хочу сделать это там. — Господи, Кэрри, — простонала Бри. Грусть в голосе Кэролайн была куда хуже гнева, она просто убивала ее. — Мне так жаль. Кэролайн лишь покачала головой и спустилась к мотоциклу. Минуту спустя Бри присоединилась к ней, протянула шлем с багажника и села за руль. Молча, как она делала это сотни раз до этого, Кэролайн устроилась позади, обхватила Бри за талию и прижалась щекой к ее плечу. Она закрыла глаза, когда взревел мотор, и держалась так, словно от того, отпустит ли она Бри, зависела вся ее жизнь. Через десять минут Бри сбросила скорость и остановила мотоцикл в дальнем конце парковки в Рейс-Пойнт. На стоянке было несколько машин, но они вдвоем не пошли по размеченной тропе, ведущей к пляжу. Вместо этого они направились по узкой тропинке в сторону маяка. В другое время они бы держались за руки, но сейчас шли рядом в полном молчании. Дойдя до маяка, они обогнули его с дальней стороны и уселись, прислонившись спинами к стене, близко друг к другу, но не соприкасаясь. Внизу, вдоль дикого побережья, раскинулись дюны, а весь их кругозор заполнял океан. — Я не понимаю, что с нами происходит, Бри, — наконец произнесла Кэролайн. — Почему ты не сказала мне, что собираешься бросить учебу? Почему ты сначала со мной не поговорила? Бри смотрела прямо перед собой, не моргая, пока слезы, дрожавшие на ресницах, не унес ветер. Когда она ответила, ее голос был тихим: — Я боялась, что ты меня отговоришь. — Может, я бы и попыталась, — со смешком, полным дрожи, сказала Кэролайн. — Ты могла бы подождать до осени, когда я... уехала бы во Францию. Мы могли бы провести все это время вместе. — Я должна была сделать это именно тогда. — Но почему? Я не понимаю почему. — Потому что я боялась, что, как только ты уедешь, я не смогу этого сделать. — Голос Бри был резким, отчаянным. — Почему не сможешь? — Потому что я боюсь, что, когда ты уедешь, я... — Внезапно Бри опустила голову на колени и сцепила пальцы обеих рук на затылке. Ее слова почти потонули в порыве ветра, дующего с океана. — Я не думаю, что смогу сделать хоть что-то без тебя. — Ох, детка, — пробормотала Кэролайн, обнимая Бри за плечи. — Ты сможешь. Ты сможешь все. — Не без тебя. — Но я ведь не оставляю тебя. Бри резко вскинула голову, ее глаза встретились с глазами Кэролайн. — Ты не знаешь этого! Потрясенная, Кэролайн уставилась на нее. Ее первым порывом было возразить, потому что это было просто немыслимо. Но потом она поняла, что Бри этого не знает, не верит в это. — Я люблю тебя. Я никогда никого не любила, кроме тебя. Мне плевать, на сколько я уеду или как далеко от меня уедешь ты. Я не перестану тебя любить. — Я никуда не уезжаю, — воскликнула Бри. — Нет? А где ты была прошлой ночью? Бри моргнула, ее голубые глаза потемнели. — Господи, Кэрри. — Ты спала с ней? — голос Кэролайн сорвался на сдавленный шепот. — Я... — Бри хотела заставить правду исчезнуть. Хотела прожить ту ночь заново. Хотела не чувствовать того, что чувствовала. — Почти. — Ох, Бри, — застонала Кэролайн. Она наполовину отвернулась, скорее пытаясь стереть из памяти образы, непрошено возникающие в ее голове, нежели сбежать от печали в глазах Бри. Она видела ту красивую темноволосую женщину, прижимающуюся к Бри. Это выражение затуманенной потребности на лице Бри. Выражение, которое предназначалось только ей — до прошлой ночи. — О, Боже. — Кэрри... Кэролайн резко и неуверенно поднялась на ноги. Она отошла на небольшое расстояние и остановилась. Прижавшись спиной к стене белоснежной башни, она обхватила себя руками, дрожа на прохладном морском ветру. — Я не могу... Я даже думать об этом сейчас не могу. Отвези меня обратно к Тори. К Бри наконец вернулся голос, и она вскочила на ноги. — Кэрри. Я ничего не сделала. — Я видела вас, Бри, — тихо сказала Кэролайн. — Я знаю, что ты этого хотела. — Я сама не знаю, как так вышло. Я пошла туда не для того, чтобы это случилось. Мне было одиноко. — Мне тоже было одиноко. Но не я была той, кто ушел. Бри провела обеими руками по волосам; ей хотелось ударить по чему-нибудь. — Я знаю. Я знаю. Я облажалась. Господи, Кэрри, мне так жаль. — Чего ты хочешь? — голос Кэролайн был спокоен, ее глаза пугающе пусты. Я хочу, чтобы ты вернулась домой и жила со мной — здесь. Я хочу, чтобы мы никогда не расставались. Я хочу, чтобы мы были как Риз и Тори. Бри отвела взгляд, скользя глазами по береговой линии. — Я хочу, чтобы в следующем году ты поехала в Париж, училась и стала успешной художницей. А я хочу быть копом, здесь, в Провинстауне. — А когда я вернусь? Чего ты захочешь тогда? — Думаю, это будет зависеть от тебя, — тихо ответила Бри. — Нет, не будет. — Кэролайн покачала головой. — Не теперь. С замирающим сердцем Бри смотрела, как Кэролайн разворачивается и идет по тропинке обратно к парковке. На мгновение она задумалась о том, чтобы не идти за ней. Может быть, если бы они никогда не покидали этого места, они смогли бы повернуть время вспять, вернуться в тот волшебный миг четыре года назад, когда простой поцелуй зажег свет во мраке ее отчаяния. В конце концов она пошла следом, потому что пути назад не было; то, что было сделано, уже не отменить.***
— Кэролайн? — Тори села на диван рядом с молодой женщиной. — Милая? Ты в порядке? Кэролайн сидела, подавшись вперед, положив руки на колени и тихо раскачиваясь. — Не очень. — Я слышала шум мотоцикла Бри. Она здесь? — Уехала. — Кэролайн прикусила губу изнутри. Уехала. Уехала, и я не знаю, вернется ли она вообще. — Я могу чем-то помочь? — Не думаю. Все так... запуталось. — Кэролайн пошевелилась и посмотрела в глаза Тори. — Бри... о Боже, я не могу... Бри была с другой девушкой... — Что? — воскликнула Тори прежде, чем успела себя остановить. — Ох, милая, мне так жаль. — Что бы ты сделала? — Кэролайн чувствовала отчаяние и была совершенно сбита с толку. — Если... если бы это была Риз? Тори резко вдохнула, на губах уже был готов мгновенный протест. Этого не могла быть Риз. Она бы никогда... Но случиться могло что угодно, с кем угодно. На одну тошнотворную секунду она вспомнила, что почувствовала, когда застала Кей-Ти в ординаторской, в постели с одной из медсестер интенсивной терапии — тот ужас, шок и невероятное чувство предательства. То, как все внутри нее похолодело. Риз. Только не Риз. Никогда. Медленно она заставила себя подумать о немыслимом. — Мне было бы так невыносимо больно, что я не знаю, что бы я сделала. — Тори протянула руку и взяла ладонь Кэролайн. — Думаю, это зависело бы от того, почему это произошло. — Какая разница? — Иногда, когда мы запутались или немного потерялись, мы делаем неправильный выбор. Иногда мы даже не выбираем, а просто позволяем вещам случаться. Люди совершают ошибки. — Но если она меня любила... — Кэролайн опустила голову, и на руку Тори упали горячие слезы. — Бри любит тебя. Я это знаю. — Тори осторожно приподняла подбородок Кэролайн, а затем смахнула слезы с ее щек. — И я также знаю, что невозможно принимать решения, когда тебе так больно. — Как ты думаешь, что мне делать? — Я думаю, тебе нужно поспать. Думаю, вам с Бри нужно еще раз поговорить, но вам обеим нужно немного времени, чтобы успокоиться. — Мне все равно нужно возвращаться в Манхэттен. Я все думаю, что, когда я уеду, она... — Кэролайн сделала глубокий вдох. — Что она начнет встречаться с этой другой девушкой. Я не могу вынести мысли о ней с кем-то еще. — Кэролайн, — мягко сказала Тори. — Я не знаю, что собирается делать Бри. Но я видела вас двоих вместе, и я знаю, как сильно вы обе любите друг друга. Иногда даже любящие друг друга люди проходят через тяжелые времена. — Как думаешь, все когда-нибудь снова будет по-прежнему? Боль в ее глазах была такой открытой, что Тори хотелось лишь крепко обнять ее и прогнать всю эту боль. Но она понимала, что не может этого сделать. — Ты любишь ее? — О, да. — Тогда я верю, что вы сможете через это пройти. Кэролайн внимательно изучала лицо Тори, ища в нем уверенность. Зеленые глаза, смотревшие в ответ, были теплыми, спокойными и уверенными, и часть боли в сердце Кэролайн утихла. — Я так и не сказала тебе, как я рада за вашего ребенка, — робко произнесла Кэролайн. — Это... здорово. — Да. Спасибо. — Глаза Тори загорелись. — Мы очень взволнованы. Кэролайн склонила голову. — Можно тебя кое о чем спросить? — Конечно. — Тори кивнула. Она знала, что почти всем любопытно узнать, «как» именно это получилось, и они с Риз уже решили, что на технические вопросы будет отвечать она. Ну, она была не против. Риз до сих пор имела обыкновение переминаться с ноги на ногу и искать ближайший выход. Улыбка Тори стала шире. — Валяй. — Тебя не расстраивает, что в ребенке не будет частицы Риз? Губы Тори приоткрылись от удивления. Она ожидала совсем другого вопроса. Кэролайн застала ее врасплох уже во второй раз. Снова она тщательно обдумала ответ, прежде чем произнести его. — Я была бы счастлива, если бы у этого ребенка были голубые глаза Риз, или ее великолепный ирландский колорит, или ее прекрасное сильное тело. — Она покрутила золотое кольцо на безымянном пальце левой руки. — Но я без капли сомнения знаю, что у нашего ребенка будут лучшие черты Риз внутри — ее сила, ее честь и ее непоколебимая любовь. Наконец Кэролайн улыбнулась. Когда-нибудь она тоже хотела иметь то, что было у Тори. Она хотела заниматься своим искусством, иметь семью и собственную любовь. — Ты не против, если я иногда буду тебе звонить? Тори наклонилась и нежно поцеловала ее в щеку. — В любое время, когда захочешь.***
Риз застала Тори свернувшейся калачиком на диване в ее старой армейской рубашке и шортах, с журналом в руках. — Привет, любовь моя, — сказала она, пронося два пакета с продуктами на кухню. — Бри и Кэролайн все еще здесь? — Нет. — Тори со вздохом отбросила на столик журнал, который делала вид, что читает. — Кэролайн уехала около полудня обратно в Манхэттен. Я думала, может быть, Бри с тобой. — Я не видела ее со вчерашнего дня, после окончания смены. — Убрав продукты, Риз присоединилась к Тори в гостиной. — Разве ее здесь не было? — По всей видимости, всего минуту-две. Они с Кэролайн уехали на мотоцикле, и после их разговора Бри так и не вернулась. — Звучит не очень хорошо, — заметила Риз, приподняв бровь. Она устроилась рядом и обняла Тори за плечи. Джед поплелся следом и плюхнулся у ног Риз. — Что происходит, ты знаешь? Тори прижалась к боку Риз, обвив рукой ее талию и положив голову ей на плечо. — У них проблемы. — Я поняла это из слов Кэролайн сегодня утром. Тебе удалось с ней поговорить? — Немного. — Слава Богу. У меня вышло не очень. — Риз рассеянно потерлась щекой о макушку Тори, затем поцеловала тонкие прядки волос у ее виска. — Думаю, она очень расстроена из-за того, что Бри бросила учебу. — Судя по всему, она гораздо больше расстроена тем, что Бри путается с какой-то другой девицей. Риз напряглась. — Что? — Я не знаю всех подробностей, — тихо сказала Тори. — Звучит так, будто Бри как-то связалась здесь с кем-то. — Непохоже на Бри. Она всегда была без ума от Кэролайн. — Ты, наверное, знаешь ее лучше меня, но на днях у меня сложилось впечатление, что вся эта история с отъездом Кэролайн в Европу действительно выбила Бри из колеи. — Это не повод гулять на стороне, — прорычала Риз. — Будь она новобранцем и выкинь она такой идиотский фокус, она бы у меня драила все сортиры в казармах. Не видать бы ей увольнительных до самой пенсии. — Она не морпех, милая, — мягко заметила Тори. — И она напугана. Риз замолчала. Неосознанно она поглаживала спину и руку Тори, нуждаясь в ее спокойной силе. — Чего она боится? — Думаю, того, что Кэролайн оставит её одну. — И поэтому она разворачивается и уходит первой? — Риз выдохнула в раздражении. — Это лишено всякого смысла. С нежной улыбкой, чувствуя, как ее возлюбленная пытается понять что-то настолько чуждое ей, Тори расстегнула пуговицу на рубашке Риз, скользнула рукой внутрь и провела ладонью по ее животу. — Эмоции не всегда поддаются логике, милая. — Если бы я боялась потерять тебя, — пробормотала Риз, ее губы были совсем близко к уху Тори, — то уйти от тебя — это последнее, что я бы сделала. — В мире не так уж много людей, таких же надежных, как ты, Риз Конлон. — Тори вспомнила, как невозможно ей было представить измену Риз, и хотя рациональный разум твердил, что случиться может всякое, безопасность и уверенность в объятиях Риз убеждали ее, что этого не произойдет. — Боже, как же мне повезло. — Нет. — Риз покачала головой, притягивая Тори ближе. — Ты — моя жизнь, Тор. — А ты — моя, — прошептала Тори, подняв голову, чтобы найти губы Риз. Она целовала ее медленно, наслаждаясь мягкостью ее губ. Отстранившись, она почувствовала, как дыхание Риз прервалось, а сердце забилось чаще. Кожа под ее пальцами стала горячей. — Риз? — Ммм? — Я люблю тебя. Риз тихо застонала, выгнув бедра, когда Тори погладила особенно чувствительное местечко чуть ниже пупка. — Разве нам обеим не нужно работать сегодня после обеда? — Угу. — В таком случае, я думаю, доктор Кинг, вам следует убрать руку. — Но нам ведь нужно в душ, правда? Риз только ухмыльнулась.***
Тори откинулась в объятия Риз, вздыхая, когда та, обняв ее сзади, обеими руками распределила теплую пену по ее груди и животу. Она запрокинула голову на плечо Риз, закрыла глаза и наслаждалась теплом и умелым прикосновением нежных ласк своей возлюбленной. Когда Риз обхватила ладонями ее грудь, нежно поглаживая соски большими пальцами, Тори тихо застонала. — Я не хочу отсюда выходить. Риз усмехнулась, удерживая полную грудь одной рукой, а другой ладонью скользя вниз по выступающему изгибу живота Тори. — Малыш растет. — Уже действительно заметно, — пробормотала Тори, не открывая глаз. — Тебя это не смущает? — И ты еще спрашиваешь? — голос Риз стал хриплым, когда она мягко провела пальцами по пушистым волоскам внизу живота Тори. — Это чудесно. И невероятно сексуально. Тори тихо рассмеялась, накрыв исследующую руку своей. — Я бы не поверила, но я и правда чувствую себя сексуальной — иначе, чем раньше, но мне это нравится. — Как именно? — Чтобы возбудить Риз, никогда не требовалось ничего большего, чем просто ощущение Тори в ее руках. Теперь же чудо того, что происходило под хрупкими слоями кожи и мышц, оставляло ее в постоянном состоянии благоговения и желания. Это было сексуально и вместе с тем — нечто гораздо большее. — Я чувствую, будто разрываюсь изнутри от чего-то такого могущественного... от жизни, от любви, наверное. Я смотрю на тебя, и мне хочется, чтобы ты дотронулась до этого, дотронулась до меня где-то глубоко внутри. — Я люблю тебя. — Риз простонала. Мягкая кожа Тори, прижимающаяся к ее груди и животу, была как пламя для трута. Она горела, пульсируя от возбуждения. — Возьми мою руку... отведи меня в эти места. — Держи меня. — Всегда. Тори направила пальцы Риз между своих ног, раздвигая нежные складки, скрывавшие ее самые чувствительные места. Она подвела ее к теплым омутам своего желания, мягко направляя кончики пальцев Риз внутрь, а затем вверх, пока они не легки на нижнюю поверхность клитора. Ее ноги дрожали, дыхание было поверхностным и частым. — Чувствуешь, какая тяжелая? Какая налитая? — Да, — выдохнула Риз, в висках у нее стучало от усилий, которых стоило позволить Тори направлять ее. — Прекрасная. Тори надавила на руку Риз, тихо постанывая. Затем она медленно впустила свою возлюбленную в себя перенеся весь свой вес на изгиб тела Риз, пока та наполняла её. — Ах, так хорошо. Ты так хорошо ощущаешься там. Риз крепко зажмурилась, замирая и прижимаясь губами к шее Тори, позволяя теплой воде, стекавшей с ее кожи, струиться между своими губами. Ничто не заставляло ее чувствовать себя столь смиренной и удостоенной такой привилегии, как нахождение внутри тела Тори. Хрипло она прошептала: — Я хочу остаться здесь навсегда. — Ты можешь. — Мелкая рябь прокатилась по мышцам, сжимавшим пальцы Риз. Тори непроизвольно сжалась, и давление мгновенно отдалось пульсацией в ее клиторе. Она дернулась, и ладонь Риз скользнула по набухшему стволу. Тори вскрикнула и выгнулась в объятиях Риз. — Что такое? — Я хочу кончить. Риз нежно прикусила чувствительную кожу под челюстью Тори. — Устоишь на ногах? — Да. Когда Тори отвела руки назад и уперлась обеими ладонями в бедра Риз, Риз позволила руке, обхватывавшей талию Тори, опуститься ниже, чтобы ласкать ее. Тори была уже слишком близка к разрядке, чтобы дразнить ее, и Риз начала круговые движения, которые, как она знала, заставят ее кончить. — Я люблю тебя, Тор, — выдохнула Риз, когда Тори задрожала в ее руках. — Ты чувствуешь? — нетерпеливо спросила Тори, когда начала кончать. — Да. — Риз очень старалась действовать медленно, растягивая удовольствие, пока Тори достигала разрядки от ее рук. — Ах, — вздохнула Тори, медленно расслабляясь в объятиях Риз. — Боже, ты меня балуешь. Риз усмехнулась, немного неуверенно. Она имела свойство переставать дышать каждый раз, когда Тори кончала, а ее ноги так ослабли, что на мгновение она испугалась, что они обе рухнут. — Поверь мне, это доставляет мне удовольствие. — Повезло мне. — Тори лениво обхватила пальцами запястья Риз и осторожно убрала руки возлюбленной с внутренней поверхности своих бедер. Она повернулась так, чтобы их груди соприкоснулись, и обвила обеими руками шею Риз. Прижавшись лбом ко лбу возлюбленной, она снова вздохнула. — Ты же понимаешь, что через несколько недель я стану слишком большой, чтобы мы могли делать это. — Мы найдем выход, — пообещала Риз, опуская руки на бедра Тори и нежно их поглаживая. — Все будет хорошо, правда? — Что? — лениво переспросила Тори. — Еще ненадолго? Мы все еще можем заниматься любовью, правда? Тори рассмеялась и скользнула рукой между их телами. — До тех пор, пока мы можем найти позу, в которой будем дотягиваться до важных мест, нам не нужно останавливаться. — Тебе просто нужно будет сказать мне, хорошо? — Риз нежно поцеловала ее. — Если нам будет нельзя? Если возникнет... проблема. Откинув голову назад, Тори изучала серьезное лицо своей возлюбленной. — Ты слишком много волнуешься, шериф. — Я так сильно тебя люблю, просто хочу, чтобы с тобой все было в порядке. — Со мной все отлично, — твердо сказала Тори. Она зарылась пальцами в волосы Риз и легонько потянула. — Посмотри на меня. Риз утонула в глазах Тори. — Все идеально. — Говоря это, она протиснула свое бедро между ног Риз, наваливаясь на нее всем весом и прижимая к стене. Она знала, насколько чувствительной была Риз во время занятий любовью. Часто ей приходилось быть осторожной, чтобы Риз не кончила слишком быстро от случайной ласки. Она точно знала, как тяжело было Риз заниматься с ней любовью так медленно и так осторожно. То, что ее возлюбленная делала это вопреки собственным потребностям, невероятно ее трогало. — Ты идеальна. — Тор, — прошептала Риз, ее зрение затуманилось. — Теперь ты можешь кончить, милая. — Тори припала губами к губам Риз. Она сильнее надавила бедром, проталкивая язык в рот Риз. Она не выпускала волосы Риз из рук, удерживая ее голову, пока исследовала все внутри, нежно посасывая. Она подстроила свой ритм под толчки бедер Риз, и когда сжимавшие ее пальцы конвульсивно сомкнулись, начала двигать ногой быстрее. Когда Риз напряглась, Тори отстранила лицо. — Позволь мне посмотреть на тебя. Риз заставила себя открыть глаза, хотя она была слепа ко всему, кроме бури, бушующей в ее крови. Она рассыпалась под натиском наслаждения, и только прижатое к ней тело Тори удерживало ее в вертикальном положении. — Не... отпускай, — смогла выкрикнуть она. — Никогда. Никогда.
