Голубой кашемир

Саймон просыпался ровно в семь утра, даже если организм требовал ещё хотя бы час сна. Дисциплина была для него каркасом, который не давал рассыпаться в сложные дни. Он методично следовал своему ритуалу: надевал белоснежную, безупречно выглаженную рубашку, поправлял пиджак и брюки, а затем натирал школьные туфли до зеркального блеска. Ровно в восемь он подходил к кровати своего соседа по комнате, тихого Тедда Лендли, еще одного участника хора, и коротким движением будил его. Каждое утро их путь на завтрак выглядел одинаково комично: Саймон — воплощение порядка, застёгнутый на все пуговицы и идеально собранный, и Тедд — с настоящим гнездом из волос на голове, в одном носке и помятой пижаме. Обычно они оказывались в столовой раньше всех остальных учеников, занимая свой привычный стол в звенящей утренней тишине пустого зала. Утро же Мишель всегда начиналось по одному и тому же сценарию — с борьбы за выживание. — Да вставай ты уже, ради всего святого! — запищала Аврора, окончательно теряя самоконтроль. Она размахнулась и запустила в брюнетку своей подушкой, которая глухо шлёпнулась о кровать. — М-м-м... сколько там ещё до урока? — донеслось из-под одеяла невнятное бурчание. — Тридцать минут! — отрезала соседка, решительно хватаясь за край одеяла и стягивая его с подруги. — Но нам ещё нужно успеть в столовую, если ты не хочешь слушать урчание своего живота весь английский! — Иди одна, я хочу спать, — Мишель просто перевернулась на другой бок, свернувшись калачиком. Ей было абсолютно всё равно на отсутствие одеяла, сон был куда важнее комфорта. — Ну нет! Ну встава-а-ай! — запричитала Аврора, начиная активно трясти подругу за плечи. — Сегодня на завтрак дают хлопья! Шоколадные шарики, которые ты любишь! — Блин! Ты серьёзно? — Мишель вскочила с кровати так резко, будто её ударило током. Волосы спутались, глаза были едва приоткрыты, но энтузиазм уже проснулся. — Да! — победно ответила Аврора, радуясь, что нашла верный рычаг давления. — Поэтому давай быстрее, пока их все не разобрали. — Блин, сейчас, одну секунду! — Одевайся, я пока закину твои учебники в сумку, а то ты точно что-нибудь забудешь в этой спешке. Девочки зашли в столовую. Аврора, закинув свою густую блондинистую косу на плечо, бросила быстрый взгляд на часы, висевшие над раздачей, и улыбнулась. — Может, ты как-нибудь ускоришься? — спросила Мишель, наливая себе очередную порцию хлопьев. — Зачем? — с лукавой улыбкой переспросила Аврора. — У нас ещё целых сорок минут до уроков. — Ты что, меня обманула? — Мишель остановилась, с недоумением осматривая подругу. Её глаза выражали смесь шока и восторга. — И это было очень легко сделать, — засмеявшись, ответила Аврора, подмигнув. — Ну ты и коза! — улыбнувшись, сказала Мишель, легко толкнув её в плечо. — Иди к черту, — не переставая хихикать, ответила блондинка. Саймон, сидящий за своим обычным столиком, невольно наблюдал за их оживлённой перепалкой. Он смотрел на улыбающихся подруг, и в душе его боролось двоякое чувство. С одной стороны, где-то в глубине души ему отчаянно хотелось такого же — чтобы рядом был кто-то свой, с кем можно было бы так просто смеяться над мелочами, делиться всем подряд. Чтобы не чувствовать себя вечным наблюдателем. А с другой стороны, откуда-то изнутри разливалось непонятное, тёплое чувство, которое заставляло его самого улыбаться, несмотря ни на что. Джек, появившийся в столовой минут десять назад, окинул парочку — Аврору и Мишель — презрительным взглядом и закатил глаза. — Эти футболистки совсем охренели, — пробурчал Роджер, зло осматривая девчачью команду. — Совсем берега путают. — Может, им какую-нибудь пакость сделать? — предложил Уилл, подозрительно осматривая ребят. — Они вполне нормальные, — тихо возразил Саймон, словно невзначай. Вся мальчишечья компания, как по команде, удивлённо уставилась на зеленоглазого парня. — Чего это ты их защищаешь? — с наездом спросил Джек, явно задетый таким неожиданным мнением. — Поди, втюхался в кого-то из них, — засмеявшись, выдал Роджер. Смех тут же подхватили и остальные, обернувшись к Саймону с насмешливыми взглядами. — Молчать! — рявкнул на них Меридью, обрывая общий хохот. Мишель, тем временем, украдкой поглядывала на то, что происходит за мальчишечьим столом. В основном, конечно, она наблюдала за Саймоном. Он, как обычно, сидел тихо, спокойно, лишь изредка бросая взгляды на своих шумных товарищей, пока те разговаривали. В его глазах читалось то самое спокойное наблюдение, которое так часто замечала в нём Мишель. Саймон несмело поднял взгляд. За шумным столом хора было тесно и душно от бесконечных споров, но его глаза безошибочно нашли стол футбольной команды, расположенный в десяти метрах от них. В этот момент он невольно поймал прямой, открытый взгляд Мишель. Девочка, вопреки своей обычной дерзкой манере, вдруг почувствовала прилив странного смущения. Она неловко улыбнулась и коротко, почти незаметно для окружающих, помахала ему рукой. Аврора, сидевшая рядом и обладавшая поразительной интуицией на такие вещи, тут же перехватила этот жест. Она проследила за направлением взгляда подруги, задержалась на Саймоне, а после уставилась на Мишель, которая всё ещё продолжала глупо улыбаться, глядя в пространство. – Вы знакомы? – едва слышным шёпотом спросила блондинка, наклонившись к самому уху подруги, чтобы ни одна лишняя пара ушей не уловила их секрет. – Когда ты только успеваешь, а? – Вчера, – так же кратко ответила Мишель, не сводя глаз с Саймона. Она наблюдала за тем, как мальчик, обычно такой закрытый и отстранённый, отвечает ей простым, вежливым кивком, а его губы трогает едва заметная, но очень тёплая ответная улыбка. – Слушай, вы уже поздоровались, так что кончай на него пялиться как маньячка, – прошипела Аврора, легонько толкнув подругу локтем в бок. – Отстань, – беззлобно огрызнулась Мишель. Она подставила локоть под голову, подпирая щеку ладонью, и всё же заставила себя отвернуться к своей тарелке, хотя мысли её теперь были заняты совсем не предстоящими уроками. Она чувствовала, как внутри разливается приятное волнение.

***

— Живее, дамы, — прикрикнул Миллер, дождавшись, когда все соберутся в плотный круг. Его голос, обычно подбадривающий и громкий, сейчас звучал как-то натянуто. Он вытер пот со лба и обвёл команду тяжёлым взглядом. — У меня есть новость, и, возможно, она вам совсем не понравится. Девочки невольно замерли. Мишель почувствовала, как по спине пробежал холодок, никак не связанный с вечерним ветром. Азарт игры мгновенно испарился, оставив после себя лишь липкую усталость и тревожное ожидание. Она переступила с ноги на ногу, чувствуя, как влажная от пота футболка неприятно липнет к лопаткам. — Департамент образования решил, что было бы неплохо подкинуть вам ещё делишек, и подписал указ о волонтерстве, — мистер Миллер поморщился, явно не в восторге от того, что ему приходится это озвучивать. — Только не мусор! Господи, пожалуйста, только не собирать мусор вдоль трассы! — Британи чуть ли не взмолилась, сложив ладони перед собой. Её лицо, и без того красное от бега, выражало искренний ужас. — Никакого мусора, скажите спасибо вашему тренеру! — ответил ей мистер Миллер, и в его глазах на секунду мелькнула гордость. — Работа в приюте для животных. Будете выгуливать собак, чистить вольеры и всё в таком духе. Мишель почувствовала лёгкое облегчение. Собаки — это не так плохо, как копаться в грязных канавах. Но интуиция подсказывала, что «плохая новость» на этом не закончилась. — И когда начало? — спросила Мишель, скрещивая руки на груди и невольно принимая оборонительную позу. — Придержи коней, Мишель, это ещё не всё. Вы будете работать не одни. Наверху решили, что было бы полезно объединить разные клубы с параллелей, чтобы вы, цитирую, «учились взаимодействию в разноплановой среде». — И с кем нас объединят? — подала голос Грета, вытирая лицо полотенцем. По кругу прошёл напряжённый шёпот. — Пока точного решения нет, — ответил тренер, потирая затылок. — Департамент выбирает между тремя вариантами. Это будут либо баскетболисты, либо мальчики из хора, либо музыкальный кружок. Стоило ему произнести «мальчики из хора», как сердце Мишель пропустило удар. Перед глазами мгновенно всплыли кудрявые волосы Саймона на белой подушке медпункта и его спокойный, почти прозрачный взгляд. В ту же секунду поле наполнилось недовольным стоном. Девчонки заныли так слаженно, будто репетировали это годами. — Только не эти заносчивые баскетболисты! — возмутилась Фелиция. — А хор? Вы серьёзно? Будем убирать клетки под заунывные псалмы? — Британи закатила глаза. Аврора, стоявшая рядом, вдруг издала какой-то душераздирающий звук, средний между всхлипом и стоном, и театрально рухнула плечом на Мишель, делая вид, что теряет сознание от горя. — О нет, только не это... Мишель, скажи, что это сон! — причитала блондинка, уткнувшись носом в плечо подруги. Мишель машинально приобняла Аврору за плечи, но сама промолчала. Внутри неё боролись два полярных чувства: привычное раздражение от того, что у них забирают свободное время, и странное, колючее любопытство. — Точное расписание пока неизвестно, — продолжил тренер, стараясь перекричать девчачий гвалт. — Известно только, что это будет по два часа в неделю. И это обязательно для аттестата. Так что советую сменить мины на лица попроще. Свободны! Девочки начали медленно расходиться, продолжая бурно обсуждать свалившуюся на них повинность. Мишель шла к раздевалке, ощущая на плече тяжесть руки Авроры. Она смотрела на заходящее солнце и думала только об одном: какой шанс, что жребий падет именно на хор?

***

— Саймон! Саймон! — выкрикнула Мишель с другого конца длинного, пропахшего мелом и старой мастикой коридора. — Да подожди ты! Она бежала, едва не сбивая с ног младшеклассников, которые в испуге прижимались к стенам. Тяжелые ботинки гулко стучали по паркету, нарушая торжественную тишину предпасхальной недели. — Привет, — ответил он, медленно разворачиваясь к ней. Саймон не вздрагивал от её резких выкриков, он просто ждал, чуть склонив голову набок. Книга в его руках захлопнулась с негромким хлопком. — Вау, с чего это такой наряд? — выдохнула Мишель, останавливаясь прямо перед ним и бесцеремонно оглядывая его с ног до головы. Глаза её расширились от удивления, а на губах заиграла невольная улыбка. Парень был одет в строгую черную рясу с белоснежным жестким воротничком-стойкой. Длинный ряд мелких пуговиц шел ровно посередине, подчеркивая его худобу и непривычную торжественность. В этом облачении Саймон казался пришельцем из другого века — или, по крайней мере, из той части их школы-пансионата, куда Мишель заглядывала крайне редко. — Через пятнадцать минут у нас генеральная репетиция, — пояснил он, поправляя край манжета. — Последняя перед выступлением. — А-а-а-а, точно, Пасха же, — протянула Мишель, невольно приглаживая свои коротко стриженные волосы. Ей вдруг стало немного неловко за свою растянутую спортивную куртку и шумное появление. — Пошли, провожу тебя до собора, поболтаем по дороге. Всё равно мне в ту сторону. — Мишель, не стоит, я же все-таки мальчик, — Саймон мягко улыбнулся, и в уголках его глаз залег тенистой дымкой привычный покой. — Давай лучше я тебя провожу? Всё равно по пути. — Предлагают — бери, золотое правило, — хмыкнула Мишель, резко разворачиваясь в сторону женского жилого блока. — Ну, пошли. Что ты там читал? Ну, в смысле... — она кивнула на увесистую тетрадь в кожаном переплете, которую он прижимал к груди. — Это не книга. Это мой дневник. — Ого, — Мишель обернулась на него, вскинув брови. — Дневник? У меня он был только в детстве. Думала уже, что это какой-то пережиток прошлого, ну, или чисто девчачья забава. — Мне нравится, — просто ответил Саймон. Они вышли на улицу, где прохладный весенний воздух пах мокрой землей и хвоей. — Это прибавляет... уверенности, что ли? Когда записываешь мысли, они перестают путаться в голове. Ты вела его только в детстве? — Ну, знаешь, почти все девочки ведут дневники в детстве, — она пожала плечами, перепрыгивая через небольшую лужу на дорожке. — Это вроде как обязательная программа. А вот мальчиков с дневниками — раз-два и обчелся. Честно говоря, ты первый мальчик, с личным дневником на моем опыте. — Считаешь, что это не мужское занятие? — спокойно спросил Саймон, глядя вперед на шпили собора, возвышающиеся над деревьями. В его голосе не было обиды, только искренний интерес к её мнению. — А ты сам как думаешь? — Мишель лукаво прищурилась. — Думаю, что каждый выбирает своё хобби сам, — Саймон на мгновение остановился, чтобы поправить папку. — Неважно, что об этом думают окружающие. — Тогда наши мнения по этому поводу совпали, — чуть улыбнувшись, сказала девочка. Ей нравилось, как он рассуждает — без попыток казаться круче или грубее, чем он есть на самом деле. — Это честно. — Так может, ты тоже попробуешь снова? Вести личный дневник. — Считаешь, что мне это нужно? — Мишель остановилась у поворота к своему корпусу и посмотрела на него снизу вверх. — Ты всегда разговариваешь вопросами? — спросил Саймон, едва заметно фыркнув от смеха. Он внимательно посмотрел на неё своими зелеными глазами, в которых читалась странная, почти отеческая доброта. — Иногда. Чаще всего — с тобой? — неуверенно, будто взвешивая каждое слово на весах, ответила Мишель. — Ну так что? Считаешь, что мне это нужно? — Считаю, что можно попробовать, — Саймон кивнул, его голос звучал убедительно. — Тебе есть что записывать, Мишель. У тебя внутри гораздо больше шума, чем ты показываешь. — Примерно такое я и ожидала от тебя услышать, — Мишель неловко качнулась на пятках, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло от его проницательности. — Ладно, беги на свою репетицию. Встретимся позже. — До встречи, Мишель, — Саймон легко развернулся и зашагал к собору. Его черная ряса слегка развевалась на ветру, и в этом движении было столько спокойствия, что Мишель еще долго стояла на месте, глядя ему в спину. Она вдруг поймала себя на мысли, что завтра обязательно купит в школьной лавке самую простую тетрадь. Просто чтобы попробовать.

***

— Ты долго, — сказала Аврора, не отрываясь от книги. Она полулежала на своей кровати, закинув ноги на стену, и в тусклом свете настольной лампы казалась совсем сонной. — Встретила кое-кого, — коротко ответила Мишель, сбрасывая кроссовки и с наслаждением стягивая тяжелую куртку. В комнате пахло дезодорантом и старыми учебниками — привычный запах их маленького убежища. — «Кое-кого» — это кого? — Аврора тут же оживилась, мгновенно принимая сидячее положение. Книга была заброшена в угол кровати. — Ну же, Мишель, по лицу вижу, что это не мистер Миллер с нотациями о режиме. — Саймона, — ответила девушка, разворачиваясь к подруге. На её губах против воли расплылась мягкая, почти мечтательная улыбка, которую она тут же попыталась скрыть, отвернувшись к шкафу. — Саймон? — Аврора вскинула брови, искренне недоумевая. — Послушай, я всё понимаю, но чем он тебе так нравится? Таких странных, дерганых мальчиков в каждом классе штук по пять. Бледные, молчаливые... Они же как привидения ходят. — Во-первых, он мне не нравится в «том самом» смысле. Мы вроде как только начали дружить, — начала пояснять Мишель, с размаху плюхаясь на свою кровать так, что пружины жалобно звякнули. Она уставилась в потолок, всё еще видя перед собой Саймона в его длинной черной рясе. — А во-вторых, он не странный. Он очень добрый. — Ну-ну, — хмыкнула Аврора, обхватывая колени руками. — Раз он такой добрый и не от мира сего, то как он вообще выживает среди этих гиен из хора? Ты же видела их компанию. Там сожрут и не подавятся, если ты не умеешь огрызаться. — В том-то и дело. Он не выживает, он просто существует где-то рядом с ними, — голос Мишель стал тише, в нем проскользнула едва заметная грусть. — Он как будто привык, что его игнорируют. — Ну, зная Меридью, он там вообще никому проходу не дает, — Аврора передернула плечами. — Самовлюбленный павлин. Уверена, он Саймона за человека не считает. — О Господи! Меридью! — Мишель подскочила на кровати, едва не ударившись головой о полку. — Я же совсем забыла тебе рассказать! У меня же такая новость, что ты сейчас упадешь. Только слушай: остальным пока ни слова. — Хорошо-о-о, — заинтригованно протянула Аврора, придвигаясь ближе к краю кровати. В её глазах вспыхнул азартный огонек истинной любительницы школьных тайн. — В общем, вчера я возвращалась из библиотеки. Иду по коридору, тишина полная, и вдруг слышу звуки из подсобки, где старые учебники хранят. Смотрю — дверь чуть приоткрыта. Заглядываю, а там он. Наш святоша Джек. И угадай, с кем он там миловался? — Мишель замолчала, выдерживая театральную паузу. — Боже... ну, не знаю. С Рейчел Бейкер? Они вроде постоянно в столовой переглядываются. Или с Люси, ну, той рыженькой из группы поддержки? — Вообще мимо! Ты в жизни не угадаешь! — Мишель победно скрестила руки на груди. — Ну говори уже-е-е! — Аврора нетерпеливо заерзала, протягивая последнюю гласную. — Не томи, я сейчас умру от любопытства! — С Рейвен Уолш. — Охренеть! — воскликнула блондинка, буквально подпрыгивая на месте. — Рейвен Уолш? Да они же с Меридью буквально из разных вселенных! Как их вообще угораздило? — Ну а я о чем? — Мишель усмехнулась, довольная произведенным эффектом. — Кто бы мог подумать, что у них там такие страсти кипят в каморке. Аврора еще долго качала головой, переваривая услышанное, а Мишель снова легла, уставившись в потолок.