между пробирками и кроссовками.

кевин позвал его сам. не в лоб, не прямо. сначала спросил: «ты чем занят завтра в шесть?» аарон ответил: «лаборатория». кевин сказал: «а можно я украду тебя на час?». аарон не спросил зачем. он уже знал, что кевин не просит просто так. спортзал оказался большим. гулким. пахло потом, резиной и чем-то ещё — тем особенным запахом места, где люди занимаются чем-то важным для себя. аарон стоял у входа, сжимая рюкзак, и чувствовал себя чужим. кевин переодевался в раздевалке. сказал: «жди здесь, я быстро». но «быстро» растянулось на десять минут, и аарон успел рассмотреть каждую деталь: высокие потолки, разметку на полу, кольца на стенах, скамейки для запасных. и людей. их было немного — человек десять, все в одинаковых майках, с мячами, сосредоточенные. они перебрасывались короткими фразами, смеялись, стучали кроссовками по паркету. аарон почувствовал себя стеклянным. прозрачным. не из этого мира. — ботаник! кевин вышел из раздевалки. в форме команды, с мячом в руках, с мокрыми после душа волосами (он всегда мыл голову перед тренировкой, аарон заметил эту привычку). он улыбался. шире, чем обычно. не той маленькой, личной улыбкой, а открытой, громкой, для всех. — иди сюда, — позвал кевин, махнув рукой. — садись вон там. на скамейку. не стесняйся. аарон сел. положил рюкзак на колени и смотрел, как команда разминается. кевин был другим здесь. не тем тихим парнем, который обнимал его в темноте и говорил красивые слова. не тем заботливым, кто приносил пасту и укрывал пледом. здесь он был... своим. естественным. громким. он кричал, смеялся, хлопал по плечам товарищей, спорил с тренером, бросал мяч так, что тот свистел в воздухе. аарон смотрел и не узнавал. но где-то глубоко внутри — узнавал. потому что это был тот же кевин, который бил мячом о стену под его окнами. тот же, который не умел ждать, но учился. тот же, который сказал «ты мой ботаник». игра началась. тренировочная, не настоящая, но аарон всё равно затаил дыхание. кевин двигался быстро — быстрее, чем аарон мог представить. его тело знало, что делать, ещё до того, как мяч оказывался в руках. он передавал, уходил в сторону, прыгал, бросал. аарон впервые видел его в действии. не просто «кевин с мячом», а игрока. часть команды. центр, вокруг которого всё крутилось. — классный пас, дей! — крикнул кто-то. кевин усмехнулся, вытер лицо футболкой и на секунду посмотрел на скамейку. на аарона. улыбнулся. быстро, одними глазами. аарон почувствовал, как сердце пропустило удар. в перерыве кевин подошёл. взял бутылку воды, выпил половину залпом, сел рядом. — скучно? — спросил он, тяжело дыша. — нет, — честно ответил аарон. — ты... ты другой здесь. — другой? в смысле? плохой? — нет. просто... ты быстрее. громче. увереннее. — это спорт, — кевин пожал плечами. — здесь я знаю, что делаю. а там, с тобой... не всегда. — со мной ты не знаешь? — нет, — кевин посмотрел на него. — с тобой я учусь. каждый день. новому. аарон хотел что-то ответить, но не успел. подошёл один из игроков — высокий, широкоплечий, с бритой головой. — дей, это твой... — он посмотрел на аарона с любопытством. — мой ботаник, — закончил кевин. просто. без стеснения. — аарон, это майк. капитан. майк протянул руку. аарон встал, пожал — ладонь оказалась широкой, сильной, но не враждебной. — ботаник? — переспросил майк, усмехаясь. — первый раз слышу, чтобы дей приводил сюда кого-то, кроме команды. — первый раз я привёл кого-то, кроме команды, — ответил кевин, поднимаясь. — потому что это важно. майк и аарон сказал ничего больше. он просто кивнул, хлопнул кевина по плечу и ушёл. аарон остался сидеть. смотрел, как кевин возвращается на площадку. как снова бежит, прыгает, кричит. как мяч летит в кольцо и падает сквозь сетку с сухим шелестом. и думал: «вот он какой. настоящий. не только мой». после тренировки кевин подошёл уставший, потный, счастливый. — что скажешь? — спросил он. — ты похож на огонь, — сказал аарон. — когда играешь. быстрый, яркий, горячий. — это комплимент? — не знаю. я боюсь огня. кевин замер. — боишься меня? — спросил он тихо. — нет. боюсь, что однажды я не смогу быть там, где ты. в твоём мире. он слишком быстрый для меня. кевин сел рядом. положил руку на плечо аарона — тяжелую, уставшую, тёплую. — ты уже в моём мире, — сказал он. — с того дня, как я увидел тебя в окне. ты мой мир. а это — просто работа. — красивые слова. — прошептал аарон. — я не умею красиво. я умею только правду. аарон посмотрел на него. на мокрую футболку, на взлохмаченные волосы, на капельки пота на висках. и потянулся — сам, первый раз — и поцеловал кевина в щёку. прямо в зале. прямо при команде. кто-то свистнул. кто-то засмеялся. майк крикнул: «дей, ты что, краснеешь?». кевин покраснел. аарон — тем более. но ни один не отстранился. — пойдём, — сказал кевин, беря его за руку. — я переоденусь, и пойдём домой. — ко мне или к тебе? — к нам, — ответил кевин. аарон не понял. но не спросил. потому что слово «нам» прозвучало как обещание.