Мальчик который был ошибкой.

Апрель в Хогвартсе начался с события, которое всколыхнуло весь замок. В то утро студенты спускались в Большой зал, предвкушая завтрак и обсуждая последние новости: ходили слухи, что Амбридж готовит очередной указ, а Инспекторская дружина пополнилась ещё несколькими стукачами. Но никто не ожидал того, что произойдёт. Профессор Трелони стояла в холле, прижимая к груди потёртый чемодан, и рыдала. Её огромные очки, делавшие её похожей на испуганную стрекозу, сползли набок, а шали, в которые она куталась, развевались на сквозняке. Амбридж стояла рядом с приторной улыбкой и зачитывала указ об увольнении. — …за систематическую некомпетентность и неспособность выполнять свои преподавательские обязанности, — проворковала она, и её водянистые глаза сияли от удовольствия. — Министерство магии больше не может позволить, чтобы студенты Хогвартса тратили время на лженауку. Трелони всхлипнула и попыталась что-то возразить, но Амбридж уже повернулась к ней спиной. Студенты, собравшиеся в холле, перешёптывались. Кто-то выглядел потрясённым, кто-то — напуганным, а слизеринцы из дружины — откровенно довольными. Итан стоял в стороне, сжимая в руке палочку. Теодор был рядом, и его лицо, как всегда, оставалось бесстрастным, но Итан видел, как напряглись его плечи. Драко, стоявший чуть поодаль, бросил на Амбридж короткий, уничтожающий взгляд, который она, к счастью, не заметила. — Она переходит все границы, — тихо произнёс Итан. — Это только начало, — отозвался Теодор. — Увольнение Трелони — лишь повод. Она показывает, что может избавиться от любого, кто ей неугоден. Но в этот момент в холл спустился Дамблдор. Его лицо, обычно добродушное и слегка рассеянное, сейчас было серьёзным. Он подошёл к Трелони и положил руку на её плечо. — Сивилла, — произнёс он спокойно, — вы останетесь в Хогвартсе. Поскольку именно я назначил вас на эту должность, я имею право оставить вас на территории замка. Ваше увольнение — это решение Министерства, а не моё. Ваше проживание здесь не будет нарушать никаких законов. Амбридж открыла рот, но Дамблдор продолжил, не давая ей вставить ни слова: — Более того, я уже нашёл замену на пост преподавателя Прорицаний. Прошу приветствовать нового профессора — Флоренца. Из дверей Большого зала вышел кентавр. Его длинные белокурые волосы ниспадали на плечи, а глаза, тёмные и глубокие, смотрели на студентов с мудрым спокойствием. По холлу прокатился изумлённый шёпот. Получеловек. Полуконь. Преподаватель Хогвартса. Амбридж побагровела. Её приторная улыбка исчезла, уступив место выражению такого безграничного отвращения, что Итан почти физически ощутил, как в ней закипает ярость. Она ненавидела полулюдей — Итан слышал это от Драко, который знал от отца. Назначение Флоренца было прямым вызовом её власти. — Это война нервов, — тихо произнёс Теодор. — Дамблдор показывает, что у неё не безграничная власть. Она уволила преподавателя, а он взял и назначил кентавра, которого она презирает. — Посмотрим, кто победит, — отозвался Итан. Драко, подошедший к ним после того, как толпа начала рассасываться, выглядел задумчивым. — Отец пишет, что Министерство готовит что-то серьёзное. Фадж в панике и готов на всё, чтобы не потерять власть. А этот кентавр… для неё это как пощёчина. Она не простит. — Она никому не прощает, — ответил Итан. — Но это её слабость. В последующие дни Гарри выглядел всё хуже. На тренировках ОД он ещё держался, но Итан видел, как дрожат его руки, как западают глаза, как он вздрагивает от резких звуков. Однажды вечером, когда они остались вдвоём в Выручай-комнате, Гарри рассказал ему. — Я видел его снова, — произнёс он, глядя в одну точку. — Волдеморта. Он в каком-то огромном зале, полном стеллажей. Там стеклянные шары, Итан. Сотни. И он ищет один. Что-то, что он давно хотел найти. — Пророчество? — спросил Итан. — Да. Он называет это так. Он говорит, что это Пророчество — ключ ко всему. Что в нём скрыта тайна, которая поможет ему победить. Он счастлив, Итан. Я чувствую его радость. Она… ужасна. — Ты должен продолжать Окклюменцию, — твёрдо сказал Итан. — Если он узнает, что ты видишь его сны, он может начать подбрасывать ложные видения. Использовать тебя. — Я знаю. — Гарри поднял на него глаза. — Но я должен знать, что он замышляет. Это может помочь остановить его. Если я закроюсь полностью, я не буду знать, что он планирует. — Это может убить тебя. — Итан положил руку на плечо Гарри. — Ты не оружие, Гарри. Ты — мой брат. Я не позволю ему забрать тебя. Гарри долго смотрел на него. Потом кивнул. Вечером того же дня Итан и Теодор тренировались в заброшенном классе. Теодор уже мог создавать тонкую ледяную корку на обеих руках — не щит, но защиту, которая могла смягчить удар. Итан экспериментировал с тенью и обнаружил нечто новое: он мог не только скрываться в ней, но и «видеть» через неё. Ощущать присутствие людей в темноте, даже если их не было видно. Тени шептали ему о том, кто стоит за углом, кто приближается, кто затаился. Это было похоже на то, как он чувствовал магию — но теперь это чувство стало острее, точнее. Теодор, глядя на свои руки, покрытые инеем, произнёс задумчиво: — Я чувствую, что могу больше. Но пока не понимаю, как. Лёд поддаётся мне, но он… медленный. Мне нужно время, чтобы сосредоточиться. — Ты поймёшь, — ответил Итан. — Как я понял с тенью. Просто нужно время. У каждого своя стихия, и каждая требует своего темпа. Когда они закончили и сели на старый диван у стены, Теодор спросил: — О чём ты думаешь? Итан долго молчал, прежде чем ответить. — О том, что я боюсь. Не за себя. За всех, кого люблю. За тебя. За Гарри. За Драко. За Луну. Если Волдеморт получит это Пророчество, всё станет ещё хуже. И я не знаю, как защитить вас. — Ты не обязан защищать всех, — тихо сказал Теодор. — Ты просто должен быть рядом. Этого достаточно. — А если этого недостаточно? — Итан повернулся к нему, и в его серых глазах застыла тревога. — Что, если я не смогу защитить тебя? Что, если однажды я окажусь не там, где нужно, и тебя… Теодор взял его за руку. Его пальцы, всё ещё прохладные от ледяной магии, сжали ладонь Итана. — Ты уже защищаешь. Каждый день. Просто тем, что ты рядом. Тем, что ты веришь в нас. Ты — моя опора, Итан. Без тебя я бы не справился. Итан закрыл глаза и прижался к нему. Тени вокруг них колыхнулись и мягко обняли их обоих — не пугая, а защищая. Несколько дней спустя Драко получил письмо. Он прочитал его за завтраком и побелел. Итан и Теодор заметили это сразу и, как только появилась возможность, отвели его в укромный угол гостиной. — Что случилось? — спросил Итан. Драко молча протянул ему пергамент. Почерк Люциуса Малфоя, острый и аристократичный, было трудно не узнать. «Драко. Беллатриса была здесь. Она приходила к дому на площади Гриммо. Она не смогла проникнуть внутрь — защита Блэков держит, но она знает, что мы прячемся здесь. Она кричала под дверью, что найдёт способ войти. И ещё: Тёмный Лорд готовит что-то в Министерстве. Что-то, что изменит всё. Я не знаю деталей, но это связано с Отделом тайн. Будь осторожен. Держись друзей. И не высовывайся. Отец». — Пророчество, — произнёс Итан, возвращая письмо. — Он хочет получить Пророчество. — Откуда ты знаешь? — удивлённо спросил Драко. — Гарри видел это во сне. Волдеморт стоит в зале, полном стеклянных шаров, и тянется к одному из них. — Значит, Волдеморт сам не может войти в Министерство, — медленно произнёс Теодор. — Иначе он бы уже сделал это. Ему нужен кто-то, кто возьмёт Пророчество за него. Кто-то, кого не заметят. Или… — Кто-то, кого он заставит, — мрачно закончил Драко. Итан смотрел на сгущающиеся за окном сумерки и думал о том, как всё туже затягивается петля. Беллатриса охотится за Малфоями. Шпион прячется где-то в замке. Амбридж сжимает кольцо. А где-то там, далеко, Волдеморт плетёт свои сети, и Гарри, сам того не желая, видит каждый его шаг. — Мы должны быть готовы, — произнёс он. — Если он не может войти сам, он будет ждать. Или заманивать. Мы должны быть настороже. Теодор сжал его руку. — Мы готовы. Вместе. Ночь опустилась на Хогвартс. Итан сидел у окна в гостиной Слизерина, глядя в тёмную воду Чёрного озера. За стеклом проплывала огромная тень кальмара. Рядом, в кресле, сидел Теодор, и их пальцы были переплетены. Где-то далеко Волдеморт плетёт свои сети. Где-то Беллатриса охотится за Малфоями. Где-то шпион прячется в тени замка. Но здесь, сейчас, они вместе. И это даёт силы. «Завтра всё может измениться. Но сегодня — передышка. И я буду бороться. До конца». Тени вокруг колыхались и замирали. Вода за окном была тёмной и спокойной. Итан закрыл глаза.