étouffement. удушье

— касси всё-таки разболтала, — за мной зашёл майки. вид у него смешанный. что-то вроде недовольства и игривости одновременно. как? не знаю. — насчёт? — тупая сука напиздела всем, что мы геи. добавила ещё, что у меня хламидиоз, а у тебя сифилис. — тебе объедки, мне конфетки. — шарль, не до этого. я выдохнул. план «что нам делать» пока не приходил в голову, потому что до того, что у меня сифилис, надо ещё додуматься. у касси не хватает мозгов до генитального герпеса. вообще мне это не казалось прям сильной проблемой, но я понял, что это слух, а слухам в большинстве верят. дерьмо. значит, из-за этого слуха девушки не захотят со мной трахаться по причине несуществующего сифилиса. — я придумал, — майки потряс меня за плечи, и я резко перестал думать о том, чтобы вечером с кем-то трахнуться. — пусть она разобьёт ртутный градусник и собирает ртуть языком. — ртуть — чрезвычайно опасное вещество, майки. поражение нервной системы только от вдыхания её паров. — не начинай. ты предлагаешь с ней поговорить нормально, что ли? — может быть. заразим её сифилисом и хламидиозом. майки некоторое время смотрел на меня. я на него. эмоции поочередно менялись. либо он думал, что мой план полная хрень, либо абсолютно гениальная вещь. скорее, первое. майки часто прибегал к крайне жестоким методам общения с людьми, сам того не понимая. он также не думал о последствиях. я думал за него. в пятнадцать лет он уговаривал меня приложить язык к железному столбу в минусовую температуру. я не повёлся. в шестнадцать он уже предлагал людям пихать полные баллончики краски в анус. они велись. сейчас ртуть, батарейки, разведение паразитов в собственном организме. майки поцеловал меня в щеку, переходя ближе к уху. его руки плотно легли мне на талию. — шарль, — прошептал он, — мы можем сказать про неё то же самое. — то, что у неё зппп? — да, например, гонорея и кандидоз. — самая адекватная идея. он довольно промычал, потеревшись о мою щёку носом. лёгкая щетина колола. — а что делать с тем, что мы в глазах некоторых геи? — ничего, на самом деле, — майки отошёл и достал сигареты, — в это никто и не поверил, как я понимаю. говорят, мол, бред, только с девчонками же мутим. — логично. пока он не подкурил, я положил ему на щёки ладони, поглаживая большими пальцами. — найду ей парня с сифилисом, — прошептал я и поцеловал майки в уголок губ, — или не с сифилисом, но с зппп, и чтобы справка была с положительным результатом. — гений. абсолютный гений. мы разбежались по кабинетам, потому что супервизор чуть не увидел нас за немного личным. сегодня женщина с двумя детьми, которая состоит в лавандовом браке и не может терпеть, что её муж — гей, а ей он нравится. парадокс получается. меня, конечно, чуть не убили, но я ей сказал уйти налево или развестись, но с разводом идея плохая, так как она получает от него неплохие деньги только за то, что является его женой. сука. изначально я не понимал её проблемы. она вышла замуж с теми условиями. он — гей, брака требовали его родители, и двух детей тоже. попросту тряска с него денег. у них нет толком ограничений. она может уйти, блять, налево, но, видимо, ждёт на это разрешения от меня. я уже подружился с её детьми, если можно так сказать. мальчик леон и девочка шарлотта. ему — девять, ей — семь. я ради них купил раскраски и карандаши, чтобы им было чем заняться, пока я разбираюсь с их мамой. — мистер делакруа, — она зашла в суматохе, пока я развалился в кресле с кружкой. прям профессиональный психолог, — здравствуйте. — и вам привет. как леон и шарлотта? — с ними всё в порядке. они с мужем, — на последнем слове она скривилась. я понимаю, почему. — миссис гарсия, вы подумали насчёт нашей прошлой сессии? насчёт любовника. развода. чего угодно, но только не о том, чтобы остаться с этой максимально странной проблемой. она открыла рот, но я показал ладонью, что не договорил. — вы рассказывали, что у вас есть договор, и в этом договоре указано то, что можно завести любовника, но главное — не разводиться. — я помню, конечно… — вам что-то мешает? от неё пахло чем-то цветочным. не приторно, скорее просто приятно. я водил пальцем по ободку кружки, которую вообще забрал у майки. это его кружка с логотипом «my chemical romance». — может, совесть или что-то типа того. ясно. совесть так совесть. он ей уже не нравится, как мужчина. понимаемо. — понимаете, у вас есть договор. у него наверняка уже есть партнёр на стороне, которого он правда любит. вы тоже можете найти себе человека, не бросая детей и не разводясь при этом. — вы разрешаете мне буквально изменить ему? — дерзайте, — я отпил кофе и показал ей на раскраски, чтобы она их забрала детям, или я отдам их майки. — будьте уверены, вы справитесь. она пару секунд смотрела на меня озадаченно, но после улыбнулась. с ней легче, чем с другой женщиной, у которой нет мужа, но есть вечно орущий ребёнок, из-за которого я хочу оглохнуть. пока не оглох. сессия закончена. майки вылетел из кабинета в костюме пирата, оборачиваясь по сторонам. от шока я чуть не выронил кофе, который он и попросил купить. только же недавно он был в нормальной одежде, в которой выходил из дома. — вот ты где! — я не прятался, — я протянул ему стаканчик. — ты решил стать аниматором? — нет, — майки поправил шляпу, которая ему даже идёт. — пацан, которого ко мне водят, сказал, что ему нравятся пираты и вся эта тема. — и ты стал пиратом? — на сегодня — да. — и специально не брился для эффекта? — да. майки неожиданно и беспричинно оживился. он засмеялся в стакан. из-за этого несколько капель попали мне на белую рубашку. — ты не представляешь, как мне повезло, — начал он. — у чувака, у которого я одолжил этот костюм, есть знакомый с зппп. — ты как узнал об этом? майки пожал плечами. — я всех спрашиваю об этом. — ты не думаешь, что кто-то расскажет касси о нашем плане мести? — это не месть, дружище, это профилактика. профилактика, конечно. знакомый с зппп, майки, который у всех спрашивает про справку с положительным результатом. касси уже должна была заподозрить неладное, но раз я не слышу беготни её каблуков и злой одышки, как у быка, значит всё пока под контролем. надеюсь, что после этой очередной выходки не отправимся на родину. так, что насчёт нашего плана? я рад, что майки решил не заражать её паразитами и не достал яйца бычьего цепня. знакомый… этот знакомый работает на заправке неподалёку. есть его номер, достал тоже майки. дело осталось как бы за малым. набрать этому чуваку, встретиться и за сто баксов заставить его переспать с касси. она уж точно не спросит о наличии справки. меня же не спросила, а у меня герпес. такие ангелочки, как я, не могут ничем болеть. конечно. как я оказался дома — волновало меня больше всего. голова трещала отвратительно. свет из окна приносил дополнительную боль, и я отвернулся к спинке дивана. тошнило. — рыжий, — послышался нокс совсем рядом. — отъебись, — я не узнал своего голоса. чересчур хриплый и глухой. нос заложен. сломан. надеюсь, что хоть на месте и не съехал в другую сторону. — тебе надо попить. — мне ничего не надо. у меня жуткая жажда. — я купил розовые трубочки. — ты предлагаешь мне пить через ебаные розовые трубочки? я повернулся к нему, конечно же, медленно. нокс сидел перед диваном на корточках со стаканом воды и розовой трубочкой в нем. он словно не спал вообще или поспал слишком мало. — это добрый цвет. — добрый? — да, у каждого цвета есть чувства, кроме чёрного, — нокс шмыгнул и поправил очки, которые слегка косили. видимо, сломались. — ты пить будешь? — буду. и почему у чёрного нет чувства? — я так вижу. чёрный — пустой и перекрывает другие цвета. почему-то я видел в этом логику. он слегка приподнял стакан, а я потянулся к трубочке. никогда в жизни не пил из розовых трубочек, которые ещё и добрые. один я тут не добрый. передо мной будто другой человек. не тот, который был… вчера? когда это случилось вообще? сегодня? я помнил, что рыдал, как маленькая девочка, и мне снова стало мерзко. аж затошнило. он не должен был этого видеть вообще. слышать. знать, что я могу так плакать. нет. блять, нет. — ты спал вообще? — нет, — он положил голову на край дивана, — надо было? — да, надо. — я следил за тобой. не мог уснуть. — ксанакс пил? — не думал о нём, — нокс снял очки, с прищуром смотрел на меня так, что стало в какой-то степени некомфортно. голова раскалывалась просто ужасно. как я буду работать — ещё не придумал. я потрогал нос. на месте. вроде такой же ровный. губа разбита. — что у меня с лицом? — решил поинтересоваться. — могло быть и хуже. мне даже не хотелось злиться на него сейчас. это надо тратить силы. кричать, чтобы он услышал, а по итогу не услышит. голова бы заболела сильнее. не хочу, но только сейчас и пока не пройдёт. думал я смутно. иногда путал слова и буквы. моментами видел мутно. нокс не двигался с места, сидел молча, слушал, как я пытаюсь сказать хоть что-то снова. — отрежь арбуз. — постараюсь, — нокс встал и пошаркал на кухню. из головы практически вылетел прошлый день, или это ещё тот же день. я не знаю. надо спросить у нокса. сколько раз мне прилетело — не считал. у него достаточно сил, чтобы в следующий раз на моём лице остались перманентные следы от руля. и мне бы не хотелось, чтобы он бил меня снова. после кривой дольки арбуза, над которой нокс старался минут пять и всё равно нарезал криво, я с его же помощью ушёл на балкон. я очень не хотел, чтобы он мне помогал. чувствовал себя слишком немощным, но ходить самостоятельно я почти не мог. дома мне не хотелось курить, да и вообще не хотелось. я перестал воспринимать запах табака, хотя курю постоянно. на соседнем балконе наш сосед, но хоть не соседка, которой нокс отдал кассету с порно. он ветеран вьетнама, который вечно бухает и по вечерам с кем-то ссорится по телефону. ну или со своим отражением. я практически ничего не помнил с вчерашнего дня. снова же. в какой-то мере это волновало. — мальчик, — я услышал пьяный голос соседа, но не сразу понял, что он это мне. я вроде нихуя не мальчик, — ты контуженный? — немного, а вы? — я видел тебя с этим, — он кивнул на нокса, который стоял в проходе, а я шикнул на него, чтобы ушёл, — с этим кудрявым. — и? — вы гомики? мы с ноксом переглянулись, и он активно закивал. — мы не гомики, — сказав это, я увидел, что нокс расстроился. и расстроился, видимо, не на шутку. — ну, то есть я — нет, он — не знаю. кудрявый, нахуй иди. я слегка толкнул его, а сосед продолжал на нас коситься. даже не хотелось сидеть на балконе. и с ноксом в одной квартире.