Фредрицид

Магазин «Ужастики Уизли» не просто работал – он вибрировал от энергии. Джордж предложил Рону не только упаковывать товары, но и творить вместе – и фонтанировал идеями. Он переделал витрины, запустил линейку «Мгновенной харизмы» и доработал «Сногсшибатель» так, что тот теперь мог не только бить, но и связывать жертву невидимыми путами. Правда, пришлось перевести товар в раздел «товаров для взрослых». Рон сообщил маме, что «братишка пришел в себя». Джордж вместе с Анджелиной объявили семье Уизли, что поженились и Молли, оправившись от легкого шока, устроила для них великолепный ужин. Правда, не преминув посетовать, что лучше было бы все же закатить свадьбу, как полагается. Джордж даже на миг не испытал неловкость или чувство вины перед своей семьей. Он был уверен и полон сил. Когда Анджелина помогала убирать со стола, он подошел к ней, укусил за мочку и прошептал: – Не вздумай менять это зелье, которое ты пьешь. Ты стала другой. Перестала сомневаться. Перестала стесняться. Мы теперь всегда будем на одной волне, правда? – Правда, – подтвердила она. Он спал по четыре часа в сутки и просыпался с улыбкой, от которой Верити хотелось спрятаться в подсобке. Это была не его улыбка – слишком широкая, слишком уверенная, без печальной тени в уголках губ. – Верити, детка, – бросил он, проходя мимо неё к котлам. – Ты съела лимон? Улыбнись! Мы скоро открываем филиал в Хогсмиде, я завтра еду договариваться об аренде. – Филиал? – Верити замерла с пачкой заказов. – Но мистер Уизли, вы говорили, что сейчас не время для расширения, нужно стабилизировать... – Я передумал! Время – это то, что мы берем сами. Джордж обернулся, и на мгновение Верити увидела в его глазах такую ослепительную, хищную уверенность, что ей стало трудно дышать. Он двигался по мастерской как загонщик по полю: быстро, резко, эффективно. Удивительно, но ему всё удавалось. Единственное, что смогла сделать верная Верити – отговорить босса от немедленного открытия филиала. Но и то, Джордж не отказался от идеи совсем, а лишь согласился на отсрочку. Прибыли росли. Джордж нанял еще одного помощника на простые работы. Анджелина помогала изо всех сил. Она теперь выглядела, как королева, которой наконец-то вернули трон. Она видела этого нового Джорджа – инициативного, властного, не тратящего время на рефлексию – и расцветала рядом с ним. Их ночи стали похожи на битву. Никаких расспросов, никакой «бережности», которую она так презирала. Джордж брал её так, словно завтра не наступит, и Анджелина наконец-то чувствовала наполненность, по которой так изголодалась. «Это работает», – думала она, засыпая на его плече. – «Он просто раскрылся. Это всё тот же Джордж, просто без своих страхов». Анджелина продолжала подливать «Акцентуацию» в вечерний чай мужа. Первый флакон был на две трети пуст, и она купила второй: пришлось для этого попросить денег у Джорджа – он даже не спросил, на что ей такая сумма. Она видела результат: муж стал успешнее, ярче, счастливее и больше не вспоминал о Фреде с болью – а просто жил так, словно Фред стал его частью. В последний день лета магазин "Волшебные Вредилки Уизли" работал до полуночи. Дети (в сопровождении родителей) и подростки (без сопровождения оных), которые должны были завтра погрузиться в Хогвартс-Экспресс, судорожно докупали всё, что им должно было понадобиться в течение года. Когда часы над входом пробили 12, Рон со звоном захлопнул дверь магазина и рухнул на банкетку. – Мерлин, как же я устал! Как я встану завтра? Я ведь хотел поехать на вокзал проводить Гермиону! Она всё-таки решила восполнить недостающий год... – И Джинни тоже начинает свой последний год обучения! – воскликнул Джордж, – мы с Анджелиной тоже поедем проводить мою сестрёнку! Не бойся, я разбужу тебя, если, конечно, ты останешься ночевать в мастерской. – Конечно, останусь, – пробормотал Рон, с трудом поднимаюсь с банкетки, – У меня нет сил даже набрать в горсть Летучего Пороха! *** Утро 1 сентября выдалось прохладным, хотя на небе не наблюдалось ни облачка.​ Платформа 9 и 3/4 была залита ярким солнцем, пробивающимся сквозь стеклянный свод вокзала Кингс-Кросс. Алый паровоз трудолюбиво пыхтел, окутывая отъезжающих и провожающих облаками белого пара. ​Джордж шел по платформе легко, почти подпрыгивая, и придерживал Анджелину за талию. На нем был пиджак "от кутюр" из хамелеоновой кожи, а в глазах плясали веселые искры, которые, казалось, навсегда погасли четвертого мая. Анджелина сияла. Они шли так быстро, что зевающий Рон еле успевал за ними. ​– Смотри, вон они! – Джордж радостно помахал рукой Гарри, Гермионе и Джинни, стоявшим у второго вагона. – На самом деле, мне это нужно не только ради диплома, – объясняла Гермиона, провожая взглядом стайку шумных первокурсников. – После всего, что мы пережили, мне нужно место, где правила всё еще работают. – Ну да, – подхватил Гарри, который выглядел непривычно серьезным в новой мантии стажера аврората, – там твоей единственной проблемой будет – вовремя сдать эссе по рунам, а не спастись от пожирателей смерти. – Именно! Хогвартс для меня сейчас – единственное по-настоящему безопасное пространство, своего рода контролируемая реальность. Я хочу восстановиться в режиме нормальной учёбы, в привычных стенах, где можно просто быть студенткой, а не мишенью. – Нам всем не мешало бы почувствовать, что мир снова стал предсказуемым. – отозвалась Джинни, глядя на приближающихся братьев и невестку. Гермиона удивленно приподняла брови, увидев сияющего Джорджа. Гарри изумленно открыл рот. ​– Джордж! Ты выглядишь... – Гарри запнулся, подбирая слово, – ...чертовски круто! Ты что, нашел тайный склад эликсира радости? ​– Лучше, Поттер! Я просто считаю, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на сырость и плесень, – Джордж хлопнул Гарри по плечу так сильно, что тот покачнулся. – Мы с Анджи решили: хватит траура. Вчера был отличный ужин у мамы, а сегодня мы провожаем наших девочек в путь за знаниями! ​Джинни поправила воротник новой мантии. В отличие от Гарри, она смотрела на Джорджа внимательно, почти изучающе. ​– Я еще вчера заметила, Джордж, – сказала она, и в её голосе послышалось некое напряжение, – что ты очень воодушевлен. ​– А как иначе, сестрёнка? Жизнь продолжается! Гермиона едет грызть гранит науки, чтобы менять мир к лучшему, ты снова будешь громить Слизерин в квиддич, а Гарри... Гарри, я слышал, ты уже числишься в списках Кингсли? ​– Стажировка начинается в понедельник, – кивнул Гарри. – Пора заняться делом. Хватит с нас приключений в лесах. ​– Вот именно! – подхватил Джордж, целуя Анджелину в раскрасневшуюся щёку. – И у нас море дел! Мы с Анджи планируем расширение магазина, новые поставки... правда, дорогая? ​Анджелина кивнула, глядя на него с обожанием, в котором как показалось Гермионе, сквозило что-то лихорадочное. – В пророке писали, – зевнув, сказал Рон, – что директрисой остаётся Макгонагалл. Получается, она бросит Гриффиндор? Не будет больше нашим деканом? – Министерство и Макгонагалл проделали титаническую работу, чтобы школа вообще открылась в срок, – Гермиона обвела взглядом платформу, где среди привычных лиц то и дело мелькали незнакомые волшебники в мантиях иностранного кроя. – Ты не представляешь, Рон, сколько штатных преподавателей мы потеряли... – Пришлось выписывать магов из-за границы: я знаю, что трое приехали из Америки, а специалистов по ЗОТИ и Трансфигурации пригласили аж из австралийского магического сообщества. – проинформировал Гарри. ​– Всё-таки странно, – Джинни поправила красно-золотой галстук. – Ехать в школу и знать, что Макгонагалл теперь в кабинете директора, а у нас в гостиной будет распоряжаться кто-то другой. Интересно, этот новый декан из Илверморни такой же строгий? ​– Главное, что это не Кэрроу, Джинни, – отрезала Гермиона, – Пусть он будет хоть из Австралии, хоть из Кастилобрушу, лишь бы он просто... учил нас. – Ох, какие же вы все взрослые и серьёзные! – весело вмешался в диалог Джордж и закинул руку на плечо Поттера, обдавая его запахом "Вересковой бодрости", – А помнишь, Гарри, как мы впервые столкнулись здесь? Ты стоял такой потерянный, с этим огромным сундуком. Мы ещё тогда не знали, кто ты такой. Только в поезде я спросил, не Гарри ли ты Поттер, увидел твой шрам и спросил! – По-моему, – неловко улыбаясь, сказал Гарри, – Фред первым заговорил со мной... – А у тебя, – продолжил Джордж, не обращая внимания на его слова, – у тебя, Рон, был грязный нос, и мама тебе его тёрла. А я ещё сказал: "Ой, у малютки Ронни грязненький носик!"... – Разве это был не Фред? – удивился Рон, – Мне казалось, что это он тогда надо мной смеялся... – А тебе, Джинни, я пообещал прислать сиденья от унитаза, помнишь? – Я помню, что ты обещал завалить меня совами, – уточнила Джинни, – а про унитаз кричал… – Да какая разница, кто что сказал! – вмешалась Анджелина. – Заходите уже в вагон – поезд вот-вот тронется.... А нам пора, милый, у нас ещё много дел, гора не отправленных заказов... ​Она начала уводить его, почти не давая возможности попрощаться. – Удачи в аврорате, Гарри! – звонко крикнул Джордж через плечо, – Гермиона, Джинни, ждите сов с новинками! Когда они скрылись в толпе, Джинни шмыгнула носом, поцеловала Гарри в щёку и поднялась в вагон. Гарри повернулся к Гермионе. – Ты видела его глаза? – Видела, – хмуро ответила она. – Он как будто... он как будто путает, кто из них выжил, Гарри.