Фредрицид

Бледный утренний свет просачивался сквозь зазоры в шторах. Джордж открыл глаза. Голова была на удивление ясной — никакой боли, никакого шума. Напротив, мысли текли плавно и спокойно, как равнинная река, в которой нет подводных камней.

Джордж попытался сесть, но не смог: всё тело было тяжёлым, словно кто-то его дважды ударил "ступефаем". Глядя на изнанку балдахина, Джордж нащупал онемевшими пальцами рукоятку палочки в форме метлы, чтобы вызвать из кухни стакан воды, но рука не повиновалась. Мышцы были словно из ваты.

Слегка повернув голову, Джордж увидел лицо Анджелины: она спала, тяжело и неровно дыша, и распространяла резкий запах огневиски. Джордж снова уставился в потолок и попытался вспомнить хотя бы одно заклинание: ничего не вышло. "Магическое опустошение", вот как это называется, — подумал он, — Я, похоже, переутомился за последний месяц. Спал мало, много сил тратил на жену...

"Однако, — думал он дальше, — напряжения последних месяцев недостаточно, чтобы дойти до состояния, в котором ты не можешь даже задействовать спонтанную магию, а ведь на это способен даже ребёнок!" Нет, магический паралич не может быть естественным результатом переутомления. С ним что-то не так. Джордж анализировал ситуацию — это было всё, что он мог сейчас делать, зато он делал это весьма эффективно. Мозг работал спокойно, четко, правильно. Он вспомнил и своё внезапное лихорадочное творчество, и вдруг начавшуюся нервную взвинченность, которая так ему нравилась по первости, и которая так его измучила. Вспоминал их конфликт с Анджелиной, который без всякого перехода превратился в безумную страсть, и странную реакцию Верити. И постепенно из фрагментов диалогов и деталей событий в его голове сложилась ясная, логичная и чёткая картина.

— Ну что ж, вот и разгадка, — тихо сказал он сам себе. В этот момент Анджелина открыла глаза.

— Ты проснулся? — спросила она, протирая глаза. — Который час?

— Час исчезновения иллюзий, — ответил Джордж с кривой полуулыбкой, — и да, я наконец проснулся. А ты протрезвела, или как?

— Я выпила всего несколько глотков, — неприязненно взглянула на мужа Анжелина, — вчера ты вёл себя как свинья, и я расстроилась.

— Ты ещё скажи, что я заснул и оставил тебя без секса, что очень некрасиво с моей стороны. — ядовито усмехнулся Джордж. Анджелина села на постели и подобрала под себя длинные точёные ноги.

— Вот именно, — с вызовом откликнулась она, — и ты вполне мог бы извиниться за это.

Джордж тихо, нехорошо засмеялся. Анджелина тревожно уставилась на него.

— Любимая, — сказал он, не останавливаясь, — мне кажется, извиняться придется не мне.

— Но не я же наорала на Рона и обидела Верити!

Джордж оборвал смех.

— Ты прекрасно понимаешь, что дело не во мне, дорогая. Я всё понял.

— И что ты понял? — Тон её был пренебрежительным, но в глазах сверкнул испуг.

Джордж взглянул на жену, и от этого взгляда ей захотелось завизжать. Он продолжил тоном беспристрастным и жестоким:

— Я не знаю только одного: что именно ты для меня выбрала? "Лепреконовскую пыль"? "Ртутный драйв"?

— Ты с ума сошёл? — с ужасом прошептала Анджелина, — Это же запрещённые зелья! Я бы никогда...

— Я тоже думал, что ты бы никогда, — резко перебил Джордж. — Но ведь ты же всё-таки мне что-то подливала? А теперь почему-то перестала, так ведь, Анжелина? Скажи мне правду, не будь сукой. Я имею право знать, чем меня травили.

— Я хотела как лучше, — прошептала она в темноту комнаты. — Ты угасал, Джордж. Ты не жил, ты просто ждал конца. А с ним... с ним ты снова стал собой.

— О пожалуйста, избавь меня от твоего очередного вранья! Говори, что ты мне давала! Ведь это не что-то, имеющее вкус или запах, я бы понял — всё-таки немножко разбираюсь в зельях!

Анджелина молчала.

— Я жду!

Наконец она справилась с дрожащими губами и с трудом выговорила сложное слово:

— "Акцентуация".

Теперь помолчал Джордж.

— Вот это да!.. Оригинальный ход... тонкое решение — ничего не менять кардинально, а только усилить слабые стороны... Анджелина, да ты просто гений!

— Прекрати! — крикнула она. — ничего такого страшного я не сделала! Посмотри сколько идей ты воплотил, сколько новых вредилок ты придумал! А как классно нам было с тобой вместе?

— Заткнись, — попросил Джордж, отворачиваясь, — у меня магический паралич, дорогая. Я не могу вспомнить самого простого заклинания, не могу вызвать спонтанную магию. Я совершенно опустошён. Ты меня изнасиловала, Анджелина.

Она прижала ладони ко рту, её глаза расширились от ужаса:

— Что ты такое говоришь?! Это неправда, Джордж! Ты меня пугаешь, специально, да?

Джордж снова тихо и страшно засмеялся.

— Удивительно, но даже сейчас я тебя готов оправдывать... тебя, низкую эгоистку...

Анджелина нависла над лицом Джорджа опираясь на руки.

— Ах, по-твоему, это я эгоистка? — С неприязнью спросил она. — А ты, значит, женился на мне исключительно с альтруистическими целями? Не из эгоизма?

— Я на тебе женился, потому что я тебя люблю! — крикнул он ей прямо в лицо.

— Я тоже тебя люблю! — заорала она ему в ответ.

— Неправда! Меня ты никогда не любила! А я предупреждал, что я не такой, как Фред!

— Ах, великий Мерлин! — саркастично выговорила она, снова садясь на кровати и скрестив руки на груди. — Ты счёл, что этим предупреждением переложил ответственность на меня? Размечтался!

— Ты вышла за меня замуж только потому, что у нас одно лицо!!

— И тебе это нравилось!!!

— А тебе нравилось только, что я тебя трахаю, как он!!!

Анджелина откинулась, выпрямив спину, словно королева, и процедила сквозь зубы:

— Мне очень жаль, что в живых остался ты, а не Фред!

Джордж с трудом приподнялся, опираясь на локоть.

— Мне тоже жаль, — с глухой яростью произнес он, — Только знаешь что? Останься в живых Фред, он на тебе никогда бы не женился!

Анджелина вскочила с кровати так стремительно, как будто обнаружила под одеялом ядовитую змею.

Секунду она смотрела на Джорджа, будто не веря своим ушам, а потом выбежала из спальни. Джордж снова позволил себе упасть на спину и замереть. Мысли в его голове уже не неслись рекой — они застыли, подобно льду. Гнев перекатывался в нем, звеня, словно кнат в пустой склянке.

На кухне бешено загремела посуда. Анджелина терла тарелки с таким остервенением, будто хотела стереть с них саму эмаль. Она работала без всякой магии, как последний сквиб — лихорадочно переставляла банки со специями, вытирала невидимую пыль, рассовывала вилки по ящикам. Ей нужно было занять руки, чтобы не дать голове обдумывать то, что сейчас сказал ей муж. Она-то думала, что ему нечем будет ответить на ее жестокость, но ошиблась. Ответ Джорджа оказался жёстче. Он ударил в самое больное место — по вере Анджелины, что Фред её любил так же сильно, как она его...

Анджелина не замечала, что плачет, и слёзы капают прямо в мыльную воду в раковине.

"Ведь он знал своего близнеца, как самого себя... может, это правда? И она никогда не была для Фреда «той самой»?"

Внезапно ее затошнило, и зажав рот, она кинулась в туалет. Её вырвало. С трудом переводя дыхание, она пролепетала "акцио, стакан" и еле успела подхватить его, прежде чем твёрдые грани ударили ее в лоб. "Агуаменти!" — стакан наполнился чистой водой. Анджелина судорожно выпила воду до дна и поднялась с колен.

Обернувшись, она увидела за своей спиной Джорджа; он стоял, держась за косяк, и смотрел на жену очень странным взглядом.

— Ты смог встать? Как это? — вяло проговорила она.

— Я должен был. Зов природы, знаешь ли, — медленно ответил ей Джордж.

Внизу звякнул колокольчик. Верити пришла открывать магазин.

Анджелина вздрогнула, чуть не выронив стакан. Она вышла на лестничную площадку, стараясь придать лицу хоть какое-то подобие спокойствия, но её глаза все еще были полны слёз, а на лбу выступила испарина.

— Миссис Уизли, что случилось? — Верити удивленно разглядывала лицо Анджелины. — А где мистер Уизли? Мы сегодня планировали разбирать поставку из «Зонко» ...

— Магазин сегодня не работает, Верити, — голос Анджелины прозвучал резко и надтреснуто. — Мой муж переутомился.

— Но у нас срочные заказы... клиенты будут недовольны…

— Ты что, не слышишь меня?! — Анджелина вцепилась в перила. — Повесь на дверь табличку «Закрыто по техническим причинам». На весь день. И иди домой.

Верити попятилась. Она никогда не видела у Анджелины такого выражения лица.

— Хорошо, миссис Уизли. Я так и сделаю.

Когда дверь за помощницей закрылась и щелкнул замок, Анджелина зашла в спальню.

Джордж снова лежал ничком в кровати. Магическое истощение требовало оплаты: долгого глубокого сна.

Так и не сняв с мужа ботинки, Анджелина тихо вышла из спальни и бесшумно закрыла за собой дверь.