Глава 15.
5 мая 2026 г., 10:46
Время пролетело незаметно. Весь день они провели в гостиной — обсуждали, прикидывали, спорили, — и чем ближе к вечеру, тем гуще становился воздух. Тишина, повисшая в особняке, была не пустой, а наполненной — как натянутая струна перед тем, как лопнуть. Каждый понимал: это самый ответственный момент в их жизни. И это действительно было так.
Эндрю чувствовал тяжесть этого ожидания. Маркиз тоже, хоть и старался держаться спокойно. В перерывах между разговорами он, словно невзначай, выспросил у Эндрю, сколько тому лет, и даже уточнил точный рост — видимо, прикидывал что-то для костюма.
— Двадцать восемь, — ответил Эндрю. — И метр восемьдесят. А что?
— Просто хочу знать, — загадочно улыбнулся Маркиз и что-то черкнул в своём блокноте.
Под вечер, когда солнце окрасило небо в оранжево-розовые тона, все собрались на чердаке. Старые лампы под абажурами отбрасывали на стены причудливые тени, а в центре стояла та самая доска с чертежами, которую принесла Рика.
— Итак, — начал Маркиз, обводя взглядом команду. — Вот наш план действий. Как добраться до Парфюме.
Он ткнул пальцем в схему дирижабельной пристани.
— Я буду раздавать закуски. Притворюсь официантом.
— Тебе идёт, — хмыкнул Джереми, но Маркиз пропустил колкость мимо ушей.
— Боб и Кноки — на страже. Будете караулить улицы вокруг пристани. Если что-то пойдёт не так — подадите сигнал.
Боб кивнул с достоинством. Кноки, сидевший у его ног, радостно затикал, и стрелки на его лице-циферблате дёрнулись в боевом предвкушении.
— Рика, — продолжил Маркиз, — займёшься отвлечением гостей. Если что-то пойдёт не так — твои фокусы помогут нам выиграть время.
Рика улыбнулась, поправив свой цилиндр. В её лапах откуда-то появилась колода карт, которую она ловко перетасовала одним движением.
— А ты, Джереми, и ты, Эндрю, — Маркиз перевёл взгляд на них, — должны подобраться к Парфюме ближе всех. Вы — наш главный козырь.
Джереми хрустнул костяшками, а Эндрю медленно кивнул.
— Всем всё ясно? Понятно? — спросил Маркиз.
— Да! — хором ответила команда, и этот синхронный отклик странно согрел сердце.
Все разошлись готовить костюмы на вечер, и чердак быстро опустел. Эндрю вздохнул и, сам не зная зачем, полез на крышу.
Люк на крышу был старым, но открылся без скрипа. Эндрю выбрался на покатую поверхность и сел, свесив ноги. Закат догорал, уступая место первым звёздам. Он не заметил, как следом за ним поднялся Джереми, пока не услышал рядом знакомый голос:
— Переживаешь?
Эндрю обернулся. Тушканчик стоял, скрестив лапы, и смотрел на него без обычной ехидцы — скорее, с пониманием.
— Есть немного, — признался Эндрю. — Никто же не знает, что завтра будет.
Джереми сел рядом и выпустил облачко дыма из своего устройства.
— Да, есть такое. Судьба — сложная штука. Никогда не знаешь, что с тобой случится.
Эндрю рассеянно чертил что-то в маленьком блокноте. Джереми скосил глаза.
— Что пишешь?
— Всякую ерунду, — пожал плечами Эндрю. — Думаю о том, что в этом мире должна быть хоть какая-то логика. Или смысл.
Джереми усмехнулся, и усмешка вышла не обидной, а какой-то... понимающей.
— Понятно всё с тобой. Вечно вы, люди, ищете везде логику. — Он сделал паузу и добавил тише: — Хотя я тоже когда-то её искал.
Эндрю повернулся к нему.
— Да не уж то? Ты? Самый мелкий в команде?
Джереми фыркнул и, вопреки ожиданиям, рассмеялся.
— Слышу это от великана ростом метр восемьдесят.
Эндрю хотел ответить, но осёкся. Взгляд упал на руки и ногу Джереми. Под манжетами и штаниной виднелись лёгкие бинты. Он точно не замечал их раньше — или не обращал внимания.
Странно. Они всегда там были?
Джереми заметил его взгляд и резко поднялся.
— В любом случае, иди отдохни. Завтра великий день. И нечего о всякой ерунде думать.
Он развернулся и скрылся в люке, оставив после себя только шлейф сладковатого дыма и странное, тревожное послевкусие.
Эндрю остался на крыше один. Он запрокинул голову и долго смотрел на звёзды — яркие, живые, совсем не марсианские. Мысли сами собой утекли к Финну.
Как он там, бедняга? Справляется? Наверное, волнуется, куда я пропал. Надо будет при первой же возможности дать о себе знать.
Он не услышал, как на крышу поднялся Маркиз. Тот сел рядом, молча, и тоже уставился в небо.
— Я тоже люблю иногда посидеть здесь, — сказал он тихо. — Звёзды помогают думать.
Эндрю кивнул, не оборачиваясь. Некоторое время они сидели в тишине, и эта тишина была уютной — не требовала слов.
Тем временем внизу, в коридоре второго этажа, Боб перехватил Джереми, когда тот спускался с лестницы.
— Ты так ещё никому об этом и не рассказал? — спросил енот, кивая на бинты, едва заметные под рукавом.
Джереми помрачнел.
— Это моё личное дело, а не других.
Боб вздохнул, но настаивать не стал.
— Как знаешь.
И разошлись — каждый в свою комнату, каждый со своими мыслями, пока над особняком догорали последние отблески заката и готовился взойти новый день — тот самый, что решит всё.
