По условиям контракта

В течение следующей недели Оливер получил ещё несколько коротких писем от Флинта. Как ни странно, настаивать на встрече тот больше не пытался, хотя, очевидно, публичная свадебная церемония под прицелом голодных до сенсаций журналистов требовала определённого уровня подготовленности. Но Оливера это мало волновало. Если бы Флинту действительно было дело до того, насколько правдоподобно они будут выглядеть у алтаря, он бы из-под земли Оливера достал, организовал репетицию, или, по крайней мере, отправил бы ему подробные инструкции. Самостоятельно напрашиваться на общение с Флинтом раньше необходимого Оливер уж точно не собирался, а на самом мероприятии планировал отчаянно импровизировать. Тренировки едва ли отвлекали от мрачных мыслей, ведь каждый раз садясь на метлу Оливер чувствовал, насколько неохотно она поддаётся манёврам. Его затруднения уже начали замечать со стороны, и после каждого: «Ты как вообще?», «Всё нормально?», «Не в форме сегодня?», Оливеру хотелось направить свою «Молнию» вертикально вниз и на всей скорости влететь в землю. А Флинт со своими каждодневными, деловито-уточняющими записочками только сильнее нервировал. Церемония будет проходить в саду Флинт-мэнора. Семейный поверенный подготовит документы, подпишем всё перед официальной частью. Маркус Я отправлю домовика помочь тебе с переездом. Соберёшь вещи до пятницы? Маркус На церемонии должны присутствовать твои родители и друзья, не забудь пригласить. Маркус Какого хуя филин возвращается пустым, Вуд? Ты получил предыдущие три письма??? Оливер выместил своё угрюмое настроение на последней записке: порвал её на мелкие клочки, а затем сжёг в пепельнице. К счастью, жалкой искры «Инсендио» из его волшебной палочки для этой цели оказалось достаточно. Флинт, судя по всему, начинал злиться, и в интересах Оливера было не раздражать его ещё больше. Но пока он придумывал наименее саркастичный ответ, филин снова улетел, и вернулся через сорок минут с новой запиской: Возьмёшь мою фамилию или оставишь двойную? Оливер в состоянии аффекта написал и отправил ответ за полминуты, и только после осознал, как глупо он повёлся на провокацию. Я скорее залезу в пасть соплохвосту, чем стану Флинт-Вудом. Я оставляю свою фамилию и это не обсуждается! Этот вопрос для Оливера вообще никогда не стоял. В традиционных браках жена и дети носили фамилию мужа, и именно так и никак иначе Оливер представлял себе расклад в своей гипотетической будущей семье. Как такие вопросы решались в мужских союзах он понятия не имел, но от перспективы перевоплотиться, пусть даже временно, в Оливера Флинта, ему натурально поплохело. Так значит ты получил письма. Отлично. Жду не дождусь нашей встречи в субботу. Маркус В пятницу, как и обещал Флинт, в квартиру Оливера вежливо постучался молодой домовой эльф. — Мастер Оливер, — раздуваясь от важности, обратился он к опешившему Оливеру, во все глаза разглядывающему домовика, одетого в уменьшенную, грязную и в некоторых местах протёртую, но всё ещё узнаваемую старую футболку Флинта. — Тинки пришёл помочь перенести вещи. Тинки будет хорошим и верным личным слугой. — Флинт освободил тебя? — всё ещё недоверчиво поинтересовался Оливер, пропуская эльфа в прихожую. Он знал, что Гермиона активно продвигала в Министерстве законопроект об обязательном освобождении домовых эльфов, но большой поддержки эта инициатива пока не вызвала. Волшебники привыкли к исполнительным, безотказным и бесплатным слугам, и вот так запросто отказаться от них никто не горел желанием. Даже в семье Оливера когда-то жила пожилая домовуха, она, в основном, занималась готовкой, и время от времени присматривала за детьми. Родители никогда её не обижали и не наказывали, но и не платили, конечно. — После смерти хозяина Освина, мастер Маркус освободил эльфов поместья, несмотря на то, что все они умоляли его о милосердии. Теперь они получают зарплату. А Тинки рождён свободным эльфом, — гордо заявил домовик, и щелчком пальцев заставил исчезнуть подготовленный Оливером скромный сундук с самым необходимым. Особенно обживаться у Флинта Оливер всё-таки не собирался, и надеялся, что, освоившись, найдёт способ появляться в поместье как можно реже. Расспрашивать дальше Оливер не стал, он и так словил небольшую панику от услышанного. Нет, то, что Флинт освободил всех своих домовых эльфов, а те, в свою очередь, всё равно остались ему верны, открытие хоть и неожиданное, но скорее позитивное. Это могло свидетельствовать о некоторых проявлениях гуманности со стороны Флинта, которые, если повезёт, будут распространяться и на Оливера. Но всё это как-то слишком противоречило тому, что Оливер помнил о Флинте со школы. Прошло действительно много времени, и теперь он собирался связать свою жизнь с почти незнакомцем. Оливер не знал, когда и от чего умер отец Флинта, жива ли его мать, насколько глубоко он сам замешан в преступлениях Пожирателей Смерти. Что, если он участвовал в рейдах по уничтожению магглов? Что, если убивал и пытал беззащитных магглорожденных? Понёс ли он какую-то ответственность по закону? Чем он занимается сейчас? Где работает? С кем общается? Получается, Оливер вообще ничего не знает о своём без пяти минут муже… Оливер в последний раз оглядел себя в зеркале: строгие брюки и белоснежная рубашка на маггловский манер идеально сидели по фигуре. Лицо слегка бледнее обычного, взгляд отрешённый, подбородок заострился после бессонной ночи, но всё это как будто даже ему идёт, придавая некоторой загадочности и аристократичности. Он выглядел как красивый жених, составивший бы идеальную пару для какой-нибудь милой девушки в элегантной свадебной мантии… Но увы. Накинув защитный плащ, чтобы не испачкать костюм, Оливер шагнул в камин и в следующее мгновенье оказался в холле Флинт-мэнора, ровно к трём часам, как и обещал. Они с Флинтом должны были обсудить последние детали, оформить бумаги и отправиться вместе встречать гостей и прессу. — Мастер Маркус приносит извинения, — Оливера встретил тот же подросток-домовик, что разговаривал с ним накануне. — Неотложный вызов с работы. Но он обещал вернуться вовремя. Оливер выдохнул с облегчением. Ещё одна маленькая отсрочка… — А кем Флинт работает? — спросил Оливер, пока эльф провожал его в сад. — Мастер Маркус занимает должность в аврорате Министерства Магии. Он очень много работает и старается, чтобы… — Что??? Как он может быть аврором? Разве у него нет метки Пожирателя? Или он в каком-нибудь спецотделе для негодяев и подонков? — возмущённо высказался Оливер. — Куда только смотрит министерская кадровая служба… — Мастер Маркус давно доказал свою надёжность, — надулся Тинки, оскорбившись за Флинта. — Разве ты теперь не мой личный эльф? — вспомнил его вчерашнее заявление Оливер, с любопытством разглядывая всерьёз разобидевшегося домовика. Он не раз сталкивался с этими существами, и привык видеть от них абсолютное раболепное подчинение и яростное желание угодить. Такое своенравное поведение — это что-то новенькое. — Ты должен служить мне и быть на моей стороне, а не на стороне Флинта. — Тинки — свободный эльф, у него есть своё мнение, — заявил Тинки, окидывая Оливера недовольным взглядом. — Мастер Маркус отправил Тинки служить мастеру Оливеру, и он рад помочь. Но если мастер Оливер будет постоянно говорить плохие вещи и оскорбления, с которыми Тинки не согласен, он будет просить мастера Маркуса назначить на эту должность другого слугу. Оливер остался под впечатлением от этой речи. Интересно, чем Флинт заслужил такую преданность? Неужели он и правда был таким справедливым хозяином, никогда не наказывал и позволял общаться с собой на равных? Эльфам? Существам, которых большинство волшебников даже за полноценную разумную расу не считало? Ладно, теперь встретиться с Флинтом стало даже любопытно. Может, он подался в религию, всех полюбил и простил, а повенчаться с Оливером решил только лишь из альтруистических побуждений, чтобы карму почистить? Оливер усмехнулся своим глупым безнадёжным мыслям, разглядывая минималистично украшенный сад. Прямоугольная церемониальная арка из чёрного дерева, украшенная белыми цветами занимала место во главе небольшой поляны. Перед аркой в три ряда располагались стулья из того же чёрного дерева, чуть поодаль, сбоку, ещё с десяток маленьких стульчиков. Оливеру понадобилось время, чтобы осознать, что Флинт выделил отдельные места на свадебной церемонии для своих домовых эльфов. По кругу поляна была огорожена лианами с цветущими мирелиями и белыми огоньками, которые наверняка будут волшебно смотреться вечером, когда немного стемнеет. В общем, никакой лишней помпезности, Оливеру понравилось. Через час начали прибывать первые гости, а от Флинта всё ещё не было никаких вестей. Оливер встретил несколько супружеских пар, приглашённых стороной Флинта, никого из них он не знал даже заочно, но, тем не менее, широко всем улыбался, раздавал рукопожатия и извинялся за отсутствие своего непунктуального жениха. Затем из поместья вышла мать Флинта — худая женщина в траурной чёрной мантии, выглядящая как-то очень встревоженно. — Рад с вами познакомиться, миссис Флинт, — вежливо поздоровался Оливер, галантно поцеловав женщине руку. Она молча отвела его чуть в сторону, подальше от чужих ушей. — Ты уверен в своём решении, мальчик мой? — тихо спросила она, внимательно всматриваясь в его лицо. — Конечно, — Оливер через силу улыбнулся. — Почему вы спрашиваете? — Маркус слишком похож на своего отца… Боюсь, когда всё закончится, он может тебя не отпустить. — Всё хорошо, — снова заверил её Оливер, старательно делая вид, что её слова не застыли неприятным холодком на позвоночнике. Отпустит, никуда не денется, сам предложил трёхлетний контракт… — Маркус нужен мне больше, чем я ему, к тому же… — Да-да, знаю, — отмахнулась женщина. — У вас договор, и прочее-прочее, но, поверь мне, лучший вариант — вообще в это не ввязываться. Ты такой красивый и такой яркий… Флинты это любят. Я тоже такой была, — она красноречивым жестом обвела своё серое безжизненное лицо, — и что теперь? — У нас с Маркусом всё хорошо, — заученно повторил Оливер. Тем не менее, слова миссис Флинт он принял к сведению. Оливер мало что знал про Освина Флинта, но, по слухам, тот был отъявленным негодяем и одним из основных, самых жестоких последователей Воландеморта. То, что Маркус, по словам своей же матери, так сильно на него похож, не особенно радовало. Но в рамках контракта у Оливера оставалось достаточно полномочий, чтобы в случае чего дать Флинту достойный отпор, а при желании даже устроить ему такую «сладкую жизнь», что сам начнёт дни считать до истечения срока, или даже надумает разорвать договор в одностороннем порядке… — Не беспокойтесь обо мне, миссис Флинт. Вскоре появились и родители Оливера, пребывающие в приподнятом настроении, так как накануне он им вдохновенно наврал, что встретился с Флинтом, что они благополучно обсудили все щекотливые моменты, и что очень успешно и взаимовыгодно обо всём договорились. Оливер попросил эльфов организовать музыку и фуршет, чтобы гости совсем уж не заскучали, пока Флинт шляется непонятно где. Он подходил то к тем, то к другим, стараясь всем уделить внимание, и тихо радовался, что репортёры приглашены позже, практически к началу церемонии, и не приходится оправдываться за Флинта ещё и под прицелом остро заточенного прытко-пишущего пера. Флинт настаивал, чтобы Оливер пригласил несколько гостей помимо родителей со своей стороны, чтобы мероприятие выглядело камерным, но не подозрительно безлюдным. Друзей и знакомых у Оливера было предостаточно, но далеко не всех он решился бы огорошить новостью о своей внезапной и очень скоропостижной свадьбе с мужчиной, да ещё избежать при этом лишних расспросов и подозрений. Поэтому набор друзей у него вышел разношёрстным. Запасной охотник «Паддлмир Юнайтед», Майк Харрингтон, с которым Оливер сдружился ещё с отборочных соревнований, серьёзный и трудолюбивый парень, и, самое главное, на редкость нелюбопытный. Кормак Макклагген, с которым Оливер встречался, в основном, когда было настроение как следует напиться, прошвырнуться по всем доступным барам и вечеринкам, а на утро найти себя в каком-нибудь отеле с обнажённой девицей под боком. Макклагген талантливо организовывал подобного рода трипы и сам активно принимал в них участие, а на всё остальное ему было кристально похер. И Анджелина Джонсон, с ней Оливер недолго встречался ещё во времена Хогвартса, и до сих пор поддерживал приятельские отношения, но общались они достаточно редко, и именно этим он собирался оперировать в случае возникновения у неё вопросов относительно из ниоткуда возникших отношений с Флинтом. — Не очень-то много гостей вы пригласили. Мне приятно, что я вошла в круг избранных, — сказала Анджелина, когда Оливер подошёл к ней. На ней была красивая темно-синяя мантия, и сама она выглядела прекрасно и женственно, и Оливеру вдруг резко стало как-то невыносимо тоскливо от того, что доступ к девушкам для него теперь надолго закрыт. Он всегда легко флиртовал, особенно даже не задумываясь. Иногда взаимная симпатия приводила к чему-то большему, иногда нет, он не зацикливался на этом. Но три года — слишком большой период, чтобы совсем не зацикливаться на невозможности привычно взаимодействовать с понравившимися девушками. С той же Анджелиной у Оливера всегда было общение в формате полузаигрываний, а теперь он вынужден был контролировать каждое своё слово и движение. Контракт ещё не вступил в магическую силу, но кто-то из гостей мог расценить такое его поведение как неподобающее, а Оливер не хотел нагнетать ситуацию. — Да, хотели скромную церемонию. Да и спонтанно всё как-то вышло, многие не успели отменить свои планы, — на ходу сочинял Оливер, стараясь не показать, как резко испортилось его и без того поганое настроение. — А к чему такая спешка? — Анджелина пригубила бокал вина, цепко глядя на Оливера. — Ну ты же меня знаешь, — Оливер тоже взял с предложенного эльфом подноса бокал и осушил его до дна. Какой же ебаный, бесконечно длинный день. Когда он уже закончится? И где, мать его, Флинт? Длительность его опоздания давно вышла за все рамки приличия. — Если что в голову взбредёт, не успокоюсь, пока не сделаю. — Это точно, — Анджелина засмеялась, а потом наклонилась чуть ближе к Оливеру и прошептала. — В таком случае, странно, что это случилось только сейчас. Химия между вами была заметна ещё в школе… — М-м, правда? — Оливер все силы бросил на то, чтобы состроить счастливо-изумлённое выражение лица, хотя на самом деле хотелось на традиционно-матерном высказать всё, что он думает об этом сомнительном заявлении. — Конечно. Такая страсть! Я поспорила с Алисией на десять галеонов, что вы переспите до конца седьмого курса. Проиграла тогда, но в долгосрочной перспективе всё же оказалась права… — Да что ты такое несё… — не выдержав, взорвался Оливер, но замолчал на полуслове, когда кто-то грубо дёрнул его за запястье, вынуждая отступить от Анджелины пару шагов назад. — А вот и наш жених, — хихикнула захмелевшая Анджелина. — Где пропадал, Флинт? Мы уже собирались тебя с нюхлерами разыскивать… Оливер резко обернулся, наконец, встречаясь с Флинтом лицом к лицу. Тот выглядел не на шутку взбешённым. А может быть, Оливер просто забыл, и именно так выглядит его повседневное выражение лица… Оливер машинально попытался вывернуть руку, но Флинт в ответ только сильнее сомкнул пальцы. Так, что у Оливера кости заныли. Мрачно взглянув на Анджелину, Флинт её даже словом не удостоил. Потом перевёл взгляд на Оливера, кивнул ему в сторону поместья и, наконец, отпустил. — Шевелись давай. Опаздываем, — сказал он так, будто Оливер в этом виноват. И, не дожидаясь его, быстро зашагал прочь. — Где тебя, блять, носило? — Оливер нагнал его уже в доме. Ему понадобилось некоторое время, чтобы отойти от шока после грандиозного появления своего, так сказать, жениха. — Или, может, ты передумал? Ну, так можно же нормально… — Какого хуя она здесь делает? — перебил его Флинт. Он стоял спиной к Оливеру, опираясь руками о мраморный стол. — Кто? — Кто? Твоя бывшая шлюха, кто же, блять, ещё? — Флинт оттолкнулся от столешницы и подошёл к Оливеру, окатывая его тем самым убийственным взглядом, от которого Оливеру ещё в школе становилось не по себе. — Ты потребовал пригласить друзей — я пригласил. Вопросы? — Оливер упрямо вскинул подбородок. Нужно с самого начала правильно себя поставить, чтобы Флинт не слишком зарывался. Хотя это его свирепое выражение лица — просто пиздец. Либо Оливер отвык за семь лет, либо Флинт и правда стал ещё более устрашающим. Но то, что стал мощнее и выше, это однозначно. Всегда бывший достаточно крепким и спортивным Оливер, вдруг почувствовал себя жалкой былинкой на фоне на голову возвышающегося над ним Флинта. — А друзей, с которыми ты не трахался, не нашлось? — Нашлось бы. Но условий таких не было. На секунду Оливеру показалось, что Флинт его ударит. Но тот только сжал зубы так, что заходили желваки и отступил, пропуская Оливера к лестнице. — Поднимайся. Когда они оказались в кабинете на втором этаже, Флинт вызвал поверенного через личный камин. Пожилой мужчина, прежде чем передать им документы на подпись, не обращая внимания на Оливера, минут десять пытался внушить Флинту, насколько ужасная Вуд для него партия. В ход шли самые разнообразные аргументы, от вертящегося в гробу Освина Флинта до неизбежного ослабления родовой магии в результате такого союза. По контексту Оливер понял, что спор на эту тему разворачивается между ними далеко не в первый раз. В конце концов, Флинт рявкнул: — Мой род умрёт со мной. Для кого мне, нахуй, его беречь? Бумаги, наконец-то, были подписаны и заверены, а Оливер поклялся магией, что будет добросовестно выполнять прописанные в контракте обязанности и обещает не пытаться прервать его действие раньше оговоренного трёхлетнего срока. Клятва была гарантией для Флинта, что после заключения магического брака Оливер его не обманет и выполнит свою часть договора. Поверенный отправился в сад первым, так как он же оказался церемониймейстером предстоящего мероприятия. Оливер с Флинтом молча спустились по лестнице в холл, воздух между ними почти осязаемо наэлектризовался от невысказанного напряжения. Обоим было, что сказать друг другу, но разговор неизбежно вылился бы в новый конфликт, а для этого время было совсем неподходящее. — Готов? — коротко спросил Флинт, подставляя Оливеру плечо. — Типа, — вздохнул Оливер, покорно обхватывая пальцами предложенную руку. Он только сейчас заметил, что Флинт был одет почти так же, как он сам, только рубашка не белая, а чёрная. Со стороны можно было бы даже подумать, что они специально подобрали парные костюмы для свадебной церемонии… Проходя под руку с Флинтом мимо гостей, Оливер словил полное ощущение нереальности, какой-то невозможной абсурдности происходящего. Красивая торжественная мелодия, извлекаемая из зависших в воздухе скрипки и флейты, направляемых эльфийской магией. Улыбающиеся нарядные гости, какого-то соплохвоста так легко поверившие в устроенный Флинтом фарс. Домовые эльфы, с комфортом расположившиеся на своих персональных стульчиках и утирающие слёзы умиления крохотными носовыми платками. Репортёры, посылающие свои парящие колдокамеры снимать их лица со всех ракурсов едва ли не вплотную. Сам Оливер, изо всех сил пытающийся изобразить хоть что-то похожее на счастливое и влюблённое выражение лица. И хладнокровный Флинт, уверенно и неотвратимо ведущий его вперёд… — Связываю себя с тобой энергией, магией и душой, — произнесли они одновременно, обхватив друг друга за предплечья, после долгого вступления от пожилого мага. Оливер десятки раз повторял слова магического обряда, заучивая наизусть, но их реальную силу почувствовал впервые. Как только церемониймейстер взмахнул палочкой, соединяя их запястья красной нитью заклинания, Оливер почувствовал поток магии, наполнивший его откуда-то изнутри. И с каждым новым словом, его сила становилась всё больше. В какой-то момент ему даже показалось, что магии в нём слишком много и он не справится с ней, разворотив стихийным выбросом всё вокруг на ближайшие десять миль. Даже в самые лучшие времена Оливер не ощущал в себе такой невероятной мощи. Неужели у Флинта всегда был такой огромный магический потенциал? И как он с такими вводными умудрялся отставать в школе абсолютно по всем предметам? — Я принимаю эту связь и признаю её выше своей воли. Моя сила отзывается на твою, моя жизнь связана с твоей, наши судьбы неразрывны. С этого момента и навсегда. С последними словами красная нить, обвивающая их руки в виде знака бесконечности, разделилась надвое и осела кольцом на запястьях. Оливер завороженно перевёл взгляд со своей руки на руку Флинта, с трудом осознавая масштаб связавшей их силы. — Позволишь? — вывел его из прострации отчего-то полуохрипший голос Флинта. Он протягивал Оливеру тонкий металлический обручальный браслет. Оливер медленно подал руку, отрешённо наблюдая, как поверх светящейся красной нити магического брака накладываются обязательства брака реального. Как только Флинт застегнул застёжку, браслет подстроился под размер запястья и стал литым, неснимаемым. После Оливер непослушными дрожащими пальцами защёлкнул такой же на запястье Флинта. — Можете закрепить свой союз поцелуем, — в завершение объявил церемониймейстер. Флинт с испытующим ожиданием смотрел на Оливера, не делая попыток потянуться к нему первым. Оливер нервно улыбнулся и шагнул навстречу, клюнул в губы быстрым поцелуем. На его взгляд, для формального завершения церемонии этого было вполне достаточно. Но Флинт не позволил отстраниться, удержал за шею своей тяжёлой ладонью и продлил поцелуй. И ещё. И ещё… В общем, присосался не на шутку. Оливер терпел, безвольно опустив руки, понимая, что не может позволить себе сейчас хоть как-то выказать недовольство действиями своего, теперь уже, мужа. — Больше энтузиазма, любимый, — прошептал Флинт, ненадолго оторвавшись от поцелуйного изнасилования. Его глаза странно, будто немного безумно блестели, а влажные губы улыбались. И эта улыбка отчего-то испугала Оливера гораздо сильнее недавней ярости. — Иначе кто-то может подумать, что ты не рад здесь находиться. — Хватит! — прошипел Оливер. Он вынужден был улыбаться в ответ, но пытался передать Флинту весь спектр своего возмущения телепатически. — Ещё минуту, — сказал Флинт, игнорируя все отчаянные протестующие сигналы Оливера. — Давай, Вуди, прикоснись ко мне. Хотя бы для красивых колдографий… Оливеру ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он осторожно ответил на поцелуй, чуть подался вперёд, практически вжимаясь во Флинта и мягко прикоснулся пальцами к его щеке. Позировать для камеры ему было не впервой, колдографии действительно должны были получиться отменные. Флинт удовлетворённо выдохнул и, наконец-то, отпустил его. Гости встретили их перфоманс восторженными аплодисментами, а Оливер просто радовался, что всё закончилось и старался не думать о том, что ждёт его ночью. — Вы выглядели такими влюблёнными, — заявила Оливеру мама. Его мама! Которая знала, что всё не по-настоящему. Оливеру срочно захотелось что-нибудь разбить. — Особенно Маркус. У него такой взгляд… Ты знал, что у него к тебе чувства? — Догадывался, — уклончиво ответил Оливер. У него взгляд Флинта вызывал совсем другие ассоциации. Так смотрит не влюблённый и вдохновлённый человек, а скорее маньяк, который собирается тебя выебать, убить, расчленить и, возможно, съесть. Но мило, что родители настроены оптимистично на этот счёт, Оливер не хотел их расстраивать. Потом их с Флинтом пригласили записать интервью. Они разместились на софе в гостиной, Флинт прижался к Оливеру бедром и собственнически закинул руку на спинку дивана позади него, практически приобнимая. И в целом всячески мешал сосредоточиться, постоянно лапая то за шею, то за коленку, то приближаясь лицом неприлично близко, опаляя дыханием щёку и ухо. — Милый, ты мне мешаешь, — не выдержав, сквозь зубы процедил Оливер. — Я тут пытаюсь интервью давать. — Сложно удержаться, любимый, — ответил Флинт, гнусно ухмыляясь. — Я слишком счастлив наконец-то быть с тобой. Вот же гадёныш. Репортёр растаяла, глядя на них и торопливо заверила, что у Оливера и так всё отлично получается. Фактически, выдала Флинту карт-бланш на дальнейшие нападки. Потом начался блок с вопросами для Флинта, и Оливер подумал было, что это станет для него небольшой передышкой, но как же он ошибся. Флинт ужасно справлялся. На вопрос стыдится ли он метки Пожирателя Смерти и собирается ли её сводить, он ответил что-то вроде «Что было, то было», а на вопрос о присутствии на свадебной церемонии домовых эльфов ответил «Потому что я так захотел». Оливера едва инфаркт не хватил от того, как Флинт с каждым сказанным словом практически уничтожал все предыдущие усилия по обелению его репутации. Оливеру пришлось экстренно вмешаться и заново выправлять ситуацию. К концу интервью он был абсолютно морально выжат, но доволен проделанной работой. Пусть только Флинт попробует заикнуться, что он ненадлежаще выполняет условия договора… Репортёры покинули поместье первыми, потом стали расходиться и гости. Последними зашли в камин родители Оливера. Мама поцеловала его на прощание и выразила надежду, что у них с Флинтом в итоге «получится что-то настоящее». Оливер слабо улыбнулся и промолчал в ответ. Самый долгий и сложный день в его жизни подошёл к концу, но впереди ждала ещё более долгая ночь. Когда силуэты родителей исчезли в пламени, Оливер медленно обернулся. Флинт стоял, прислонившись к раме огромного арочного проёма. Молча ждал, скрестив руки на груди. Поймав взгляд Оливера, он кивнул ему, как бы без слов приказывая идти за ним, и стал подниматься на второй этаж. Как подозревал Оливер, в направлении спальни...