Вы отвезёте меня в лагерь «Совёнок»?

*** Он читал «Назад в Орегон», лёжа в тени исполинского платана. С головой погрузившись в увлекательные приключения Луки Гамильтон, Денис забыл обо всём на свете. Он представлял, как ведёт караван поселенцев на запад: через бесплодные пустыни, кишащие скорпионами и ядовитыми змеями; по опасным горным перевалам, где любой неверный шаг означает смерть; сквозь равнины, населённые враждебно настроенными индейцами; через бурные реки и болотистые места. Он сталкивался с мором скота, болезнями, нехваткой припасов и редкими перестрелками. А ещё – с необходимостью следить за женщиной с ребёнком. Почти засыпая, он вдруг понял, что лицо у женщины в повозке было Ульянино. Как вдруг его окликнули: – Денис! – Что? – он открыл глаза и огляделся. Перед ним стояла родная сердцу рыжая хулиганка. «Вашу Ульянку и там и тут передают», – вспомнив сонное видение, подумал Денис. Очаровательная веснушчатая мордашка расплывается в улыбке, которой невозможно было не ответить. Он попытался сохранить каменное выражение лица, но быстро сдался. – Привет, – Денис улыбнулся. – Привет. Хватит над книжками сидеть. Пошли гулять! – А читать когда? – Потом, когда в город вернёшься – Дома у меня такой нет. – Ну так купишь, – она присела рядом, уткнувшись коленями в его ноги. – Зачем, если я бесплатно могу прочитать сейчас? – Скоро смена закончится, глупо тратить время на чтение книг! – Ну, Улька! – Что? Я соскучилась, вообще-то! – надув губки, сказала Ульяна. Он хотел ответить, что они виделись всего пару часов назад и соскучиться за такой срок невозможно, но благоразумно промолчал. Он знал: Ульяна говорит искренне. Такой она была: если разбивала – то вдребезги, если боролась – то до конца, если влюблялась – то по уши. – Я тоже скучал, – он увидел, как её глаза блеснули от счастья, и похвалил себя за правильный ответ. – Хочешь, почитаю тебе вслух? – Так не пойдёт, – Ульянка резко выхватила у него книгу, быстро вскочила и отбежала на пару шагов. – Рыжая вредина, отдай книгу! Ульянка показала ему язык и, заливисто хохоча, побежала в сторону пляжа. Ему бросили вызов – и раздумывать не было смысла. Поднявшись с земли, он рванул следом. Погодя длилась не слишком долго. Ульяна хотела быть пойманной. Это было очевидно даже такому дурачку, как Денис. Выбежав на пляж, рыжая значительно снизила темп, и догнать её не составило труда. «Эх, Улька, и за какие заслуги ты мне досталась, ума не приложу». Он повалил девочку на песок и победно уселся сверху. – Попалась! – Ну и что дальше, насиловать будешь? – с интересом спросила Ульянка. Её маленькая грудь часто и резко вздымалась, а затвердевшие соски были отчётливо видны сквозь тонкую хлопковую ткань. Затвердели не только соски. Его возбуждённый член дерзко упирался в Ульянкин живот. Не заметить подобное было решительно невозможно. – А ты хочешь? – Ещё немного и захочу, – она схватила его за затылок и притянула к себе для поцелуя. Их губы встретились, и мир перестал существовать. Кто знает, чем бы всё закончилась, но Ульянка ощутила некий дискомфорт в районе спины. – Ой, что это? – она отпустила Дениса и откатилась в сторону. – Бумага какая-то! – Наверное, выпало из книги, – предположил парень. Ему безумно хотелось вернуться к прерванному занятие, но любопытство пересилило. – Что там? – Сейчас посмотрю, – сказала Ульяна. Бумага была сложена в виде конверта. На внешней стороне размашистым почерком было написано: «Для Лены». – Как ты её спиной почувствовала, принцесса на горошине? – ласково спросил Денис. – А вот так, – задрав нос, сказала рыжая. – Давай письмо читать! – Давай. А почему ты решила, что это письмо? Ульяна коротко чмокнула его в лоб и сказала: – Ну а чем ещё это может быть? – Не знаю. – Вот и прочитаем! Она раскрыла конверт и вслух прочла текст, написанный на его внутренней стороне мелкими буквами. *** Милая Лена. Я хочу признаться, но мне трудно сделать это, глядя тебе в глаза. Поэтому я решила написать письмо и оставить его в книге. Глупо, правда? Ты достала меня вопросом: «Когда я смогу прочитать "Назад в Орегон"?», «Когда я смогу прочитать "Назад в Орегон"?». Наслаждайся. Этот роман стал моим любимым. Если книга попала к тебе в руки, значит, я всё просчитала правильно. Если нет… привет вам, люди, которые посмеются над глупой Алисой. Пожалуйста, не читайте письмо дальше. Там ничего такого – просто признание в любви одной глупой девчонки. Я предупредила. Не сработало? Ладно, читайте. Мне до лампочки. Лена, я знаю, что бываю холодной и невыносимой. Это бесит, правда? Но также, я думаю, ты знаешь причину моего поведения. Я не жалуюсь, но в детдоме было несладко. Как там говорят: «Первые десять лет тяжело, потом привыкаешь». И я привыкла. Ко многому привыкла: жить без друзей, без надежды, без любви. Приёмная семья казалась мне манной небесной. Но я до сих пор не могу отделаться от мысли, что Двачевские воспринимают меня как диковинную птицу, которую им кто-то подсунул вместо ребёнка. Эти улыбки, которыми они одаривают меня всякий раз, как я выхожу из комнаты или возвращаюсь в квартиру… они довольно жуткие. Характер у меня не сахарный, я доставляю множество проблем, но это не настоящая я. Внутри меня – маленькая Алиса, которая плачет каждую ночь, прикусив подушку. Впрочем, хватит. Я не об этом. Я восхищаюсь тобой. Ты смелая, целеустремлённая, талантливая, добрая. И чертовски привлекательная. Мы были бы прекрасной парой. Ты считаешь случившееся на складе ошибкой. А я – лучшим, что было в моей жизни. Ради тебя я готова измениться. Я перестану быть дерзкой и хамоватой девчонкой из детдома. Я буду просто Алисой. Только дай мне шанс. Это всё, чего я прошу. Я могу стать лучше… ради тебя. Ради нас. Ради чего-то большего. Я хочу посвятить свою жизнь тебе и сделать тебя счастливой. Любимой. Если ты считаешь, что я не заслуживаю шанса, просто не отвечай на это письмо. Сделай вид, что ничего не было. Обещаю, что не буду об этом вспоминать. Никогда. Я люблю тебя. Люблю. Вечно твоя, Алиса. *** Ульянка закончила читать и смахнула подступившие слёзы. – Рыжая, ты чего? – Денис раскрыл объятия, и девочка тут же уткнулась ему в грудь. – Так грустно же. Если мы прочитали письмо, значит, его не прочитала Лена! И они никогда не будут вместе, – всхлипывала Ульяна. – Никогда не говори «никогда». Вдруг, Лена прочитала письмо и забыла достать его из  книги? – Денис ласково поглаживал рыжую по худой спине. – О таком варианте ты не подумала? – А если не прочитала? – Тогда не знаю. Возможно, Алиса всё-таки набралась смелости и сказала о своих чувствах Лене в глаза. – Хочу в это верить! – Ладно, пойдём, – он подал Ульянке руку и помог встать. – Куда? Он вытер слёзы с её щек и ответил: – Куда-куда, к тёте Наташе за конфетами! – Ура! Вот это дело! – девочка сочно поцеловала его в губы. – Книгу не забудь. – Спасибо, – он нагнулся и подобрал книгу. – Дашь почитать? – внезапно попросила Ульяна. – Так не успеешь. Она большая. И с каких пор ты интересуешься книгами? – С этих самых, – рыжая подмигнула. – Приедем в город, сразу в книжный пойду. – Так уж сразу? – А то! – её голубые глаза были полны решимости. «Счастливый я человек», – подумал Денис. И притянул рыжую к себе для поцелуя. – Ох, Денчик, – сказала она в поцелуй. – Ты мой особенный мальчик… – Это ты особенная, – его распирало от нежности и важности момента. Никогда в жизни он не чувствовал себя настолько на своём месте как сейчас. – Ну хватит, жеребец, – прошептала Ульяна. – Пойдём уже. *** – Письмо себе оставишь? – спросил Денис, когда они подошли к домику Ульяны. – Да. Есть у меня предчувствие… – Какое? – Секрет, – она прижалась губами к его губам и сладко застонала. – Денчик, ты такой вкусный… – Взаимно. Не хочешь отвечать на вопрос? – он обнял её за талию и посмотрел в глаза. – Может быть, в другой раз. В девушке должна быть загадка… – Хорошо, но не думай, что я забуду! – Не забывай, – засмеялась рыжая. – Увидимся вечером. – До вечера. Он успел отойти совсем недалеко, как ему в спину прилетело: – Денчик, стой, не хочу ждать вечера! Она догнала его в мгновение ока и запрыгнула на руки. Денис пошатнулся, но устоял. Ульяна была сорока килограммами живой радости и веснушек. Она обняла ногами его талию, а руками ухватилась за шею. Достигнув цели, Ульяка засмеялась так звонко и искренне, что на секунду весь мир вокруг словно перестал существовать. – Ох, рыжик ты мой, я тебя обожаю! *** В подготовке к Королевской ночи Денис и Ульяна не участвовали – они были поглощены друг другом. Им хотелось гулять под ручку и целоваться, а не репетировать номера для праздничного концерта. Словно игроки в стелс-экшен, они любыми способами сбегали с репетиций, чтобы выгадать больше времени для себя. В Королевскую ночь запалили костёр до неба. Все отрывались от души, наслаждаясь последним днём отдыха, а Денис с Ульяной сбежали почти сразу. Они вышли к морю и направились вдоль берега. Шум лагеря здесь был едва слышен: в ушах остался только шепот волн, редкие крики чаек, пение цикад и тихий хруст песка под ногами. Найдя подходящее место, они сделали привал. Поскольку побег планировался заранее, парочка прихватила с собой два пледа. Одним укрылись, второй использовали как подстилку. – Я ведь не хочу знать, где ты их достала? – спросил Денис, прижимаясь к горячему боку Ульяны. – Во-первых, я верну. Во-вторых, не хочешь, а в-третьих – поцелуй меня, пожалуйста, – застенчиво попросила рыжая. – С радостью, – он прижался губами к её губам. Было уютно сидеть на пляже только вдвоём. Смотреть на звёзды, волны, слушать бесконечную песню цикад и целоваться. Целоваться было приятнее всего. – Мы должны вернуться до рассвета, – с сожалением вздохнула Ульяна. – Знаю, – он прижал её к себе и чмокнул в макушку. – Вот бы эта ночь никогда не кончалась, – девочка мечтательно улыбнулась и ещё крепче прижалась к Денису. – Спасибо, что ты есть. Ты мой котик, ты мой зайчик. Спасибо тебе большое. – Тебе спасибо, – промямлил Денис, сгорая от смущения. – Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с тобой. – Денис? – Ульяна посмотрела ему в глаза. – Я понимаю, что глупо просить о таком, но я сейчас абсолютно серьёзна. Наверное, кому-то я кажусь ветреной особой, но это не так. С тобой у меня первые отношения, и я собираюсь держаться за них изо всех сил. – Эй, я никуда не собираюсь уходить, я здесь, – горячо сказал Денис. – Я верю. Но дослушай, пожалуйста, – Ульяна взяла его за руку и переплела их пальцы. – Ты мне очень важен, слышишь? Я не должна в таком признаваться, это ведь рычаг для манипуляций, – она хихикнула. – К счастью, ты не такой. Ведь не такой? – Нет, – он поднёс её ладонь к лицу и нежно поцеловал. – Ты можешь доверять мне. – Знаю, – сказала рыжая. – Продолжай, я слушаю, – подбодрил Денис. – Спасибо. Ещё один быстрый поцелуй и Ульяна продолжила: – Я не стремилась к этому, не искала отношений. Одиночество не было тем, что меня отягощает. Я думала, что быть самодостаточной и независимой это то, что мне нужно. А потом, встретив тебя, я поняла – наши желания не всегда совпадают с реальными потребностями. Во мне что-то щёлкнуло в тот момент. Я захотела узнать тебя. Изучить вдоль и поперёк. Шаг за шагом. И узнавая тебя, я осознала – ты именно то, чего мне не хватало. Она замолчала на секунду и добавила: – У меня к тебе два вопроса. И, прошу тебя, ответь мне честно. Ты чувствуешь нечто похожее? И если «да», обещай мне, что постараешься сделать всё возможное, чтобы сохранить это. У Дениса перехватило дыхание. В её глазах плескался коктейль из страха и надежды. Она ждала ответа на два самых важных вопроса в их жизни. И он ответил ей двумя «да» *** – Денчик, – прошептала девочка губами, опухшими от поцелуев, – ты ведь не думаешь, что я на тебя давлю? – Только твоя грудь, – хмыкнул Денис – Дурак! – она легонько куснула его за плечо. – У меня её нет. Почти… – Нормальная у тебя грудь. – Но она маленькая! – рыжая стукнула кулачком по песку. – Ты большую хочешь? – Как у Ольги и тёти Наташи. Чтобы ещё больше тебе нравится. – Ты и так максимально мне нравишься. Чувства не этого зависят. – Правда? – Конечною. И возвращаясь к твоему вопросу. Я не чувствую давления, правда. Всё в порядке, – он поцеловал её в носик, вызвав у девушки улыбку. – Я очень рад, что мы поговорили. Не о груди, а вообще. – И я рада, – она вернула ему поцелуй в нос. – Скажи, это не первые твои отношения? – Нет. Была одна девушка. Но о ней я предпочёл бы навсегда забыть, – сказал Денис. – Прости, – рыжая сжала его ладонь. – Вот и забудь. А я помогу, – сладкий поцелуй тут же развеял его печаль. – Спасибо. У тебя отлично получается. – Всегда пожалуйста, – Ульянка зевнула. – Не обижайся, если я усну. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Денис до рассвета наблюдал за тем, как Ульянка использует его в качестве подушки. Она пускала слюни ему на рубашку и негромко похрапывала. Нежный, ласковый, ранимый, милый, до боли родной комочек рыжего счастья. И только с первыми лучами солнца, когда настала пора возвращаться в лагерь, он решился её разбудить. *** Держась за руки, Денис и Ульяна шли в лагерь. Две цепочки следов, которые они оставили на песке, за ночь пропали. «Когда-нибудь и мы вот так пропадём», – подумал Денис. – «И все следы нашего существования исчезнут. Не останется даже тех, кто помнил, что мы когда-то были». Внезапно что-то впереди привлекло его внимание. Им навстречу кто-то шел. И в этих тёмных фигурах было нечто пугающе тревожное. «Наверное, мужики идут на утреннюю рыбалку», – попытался успокоить себя Денис. Но чем ближе подходила парочка, тем сильнее росло беспокойство. Походка, голоса, крепко сложенные фигуры – всё вкупе казалось болезненно знакомым. Мозг услужливо подкинул несколько вариантов. Первый был откровенно абсурдным, но второй… «Нет», – подумал Денис. – «Это не могут быть они. Невозможно. Я не выспался, вот и лезет в голову всякое». Но худшие опасения подтвердились – появившиеся на горизонте мужики с рыболовными снастями оказались старыми знакомцами. События цветным калейдоскопом пронеслись перед глазами – Славя и Маша в старой лодке, Ульяна, сидор с персиками, злые лица, злые слова, короткая схватка и два поверженных тела на земле. А вот и момент узнавания. «Рыбаки мы, начальник. Балаклавские» – некстати вспомнилась фраза из старого фильм. Что-то остро кольнуло в сердце, и он крепко сжал Ульянину ладонь. Они замерли на холодном песке, словно герои вестерна Серджио Леоне. Крупные планы лиц, встревоженные глаза, руки, тянущиеся к оружию. Сейчас заиграет музыка Энио Морриконе, которую прервёт первый же удачный выстрел. Но музыка не заиграла, пистолета у него не было, а «Балаклавские рыбаки» собирались ковать железо, пока горячо. – Гриня, ку-ку! – сказал высокий мужчина, бросая снасти на песок. – Теперь вы от меня не уйдёте. Денис попытался закрыть собой Ульяну. – Рыжая, уходи. Но девочка отказалась повиноваться: – Разбежалась, – в её голосе была обида. – Уля, сейчас не время спорить… – он посмотрел в родные голубые глаза и не увидел страха, только решительность. – Вот и не спорь. Я остаюсь. Мы теперь вместе, и противостоять этим мудакам будем тоже вместе, – в ней было столько страсти и решительности, что ему захотелось расцеловать её, наплевав на неуместность такого действия. – Молодая, за языком следи, – вмешался второй. – Варежку закрой, – огрызнулась Ульянка, несмотря на слегка заспанный вид и тонкую фигуру, выглядела она весьма грозно. – Чем эта рыжая плоскодонка тебя захомутала? – оскалился высокий. – Или ты из этих... которые мальчиков любят? – У напарника спроси, – ответил Денис. – Я тебя так отделаю, что мать родная не узнает, – второй мужчина зло сплюнул на песок. – О, так я был прав, – парень усмехнулся. – Кончайте ломать комедию, – первый мужчина неприятно захрустел костяшками пальцев. – Пора получать своё. – Вам персиков жалко? – спросила Ульяна. Первый мужчина скривился, как среда на пятницу, и сказал: – Жалко у пчёлки, а за воровство придётся ответить. – Повторяешься, – Денис зевнул. – Если бы не морской ветер, здесь было бы слишком душно. – Станет душно, когда я тебе рёбра сломаю, – кажется, время для разговоров подошло к концу. Мужчины, теперь уже молча, пошли вперёд. Мужчины молча пошли вперёд. Иметь сломанные рёбра Денису не хотелось. В прошлый раз повезло: появление Мику и Слави отвлекло «рыбаков», но молния не бьёт в одно место дважды. «Вариантов всего два: я могу бежать, как трус, и выжить. Или, следуя примеру Уильяма Уоллеса, выйти навстречу противнику, чтобы через много лет, умирая в своей постели, я не пожелал отдать все эти годы за возможность вернуться. Вернуться сюда и сказать врагам, что они могут забрать свои персики и засунуть себе в задницу!» – Улька… – Знаю. Я тоже боюсь, но без боя не сдамся, – она наклонилась, и зачерпнула полную горсть песка. Денис улыбнулся и повторил её маневр. – На счёт три, – сказал он шепотом. – Готова? Один, два, тр… – Денис! Ульяна! Что вы здесь делаете? – из кустов, словно Бог из машины, или, как писал Булгаков – Бог на машине, вышли Иваныч и… тётя Наташа? – Мы гуляем, – ответил Денис. – Ага, а это ваши товарищи по прогулке? – спросил Иваныч, кивая не рыбаков. – А вы что здесь делаете? – вмешалась Ульяна. – Тоже, что и вы – гуляем, – Наталья подмигнула рыжей. – Не уходи от вопроса, – сказал Иваныч. – Кто это? – Рыбаки, – усмехнулся Денис. – Балаклавские. – Балаклавские? – переспросил физрук. – Да. – Что здесь вообще происходит? – подал голос первый мужчина. – Вы знаете этих детей? – Ну знаем, и что? – Иваныч повернулся к говорившему. – Они персики в саду воровали! – сказал второй мужчина. – Ну и? – хмыкнул физрук. – Весь урожай украли? – Мешок набрали, – продолжил второй. – Ежели каждый мешок украдёт, в саду ничего не останется. – Так охраняйте лучше, – сказала Наталья. – Вы что, детям угрожаете? – Ещё как угрожают, – подтвердила Ульяна. – Даже побить собиралась. Если бы не вы, тёть Наташа, то я и не знаю… – Она правду говорит? – Иваныч нахмурил брови. Мужчина замялся. – Ну да… то есть не совсем… Мы… работа такая, начальник, – видимо мускулистая фигура физрука вызывала у него уважение. – Начальники в милиции, – поправил Иваныч. – А у меня разговор короткий: у вас десять секунд на то, чтобы забрать своё барахло и смотаться отсюда кабанчиком. Я понятно выражаюсь? «Рыбаки» переглянулись, оценили фигуру Иваныча, взвесили свои шансы. – Земля круглая, ещё свидимся, – зло сказал первый мужчина, собирая снасти. – В любое время, – Иваныч подался вперёд. – Хоть сейчас. – Боря, не нужно, – остановила его Наташа. – Пусть идут. Молчавшая до этого Ульяна не сдержалась и сказала: – Скатертью дорожка. Проглотив обидный комментарий, «рыбаки» закончили собирать барахло и леопардовым скоком заспешили прочь от места поражения. Битва на Стерлингском мосту была выиграна всухую. Он видит другой вариант развития событий. Наталья и физрук не появляются. После словесной перепалки начинается драка. Он пропускает удар, ещё один. Пытается ударить в ответ, промахивается. Слышит отчаянный крик Ульяны, но уже поздно звать на помощь. На душе станет горько и обидно, кровь закапает из рассечённой брови. Он отступит назад, попытается сгруппироваться, но пропустит ещё один удар и потеряет создание. В лучшем случае – очнётся в больнице. Рядом обязательно кто-нибудь окажется. Медсестра, вожатая… родители? Где-то в соседней палате будет лежать Ульяна… В худшем – это будет их последний рассвет на Земле. Денис обдало замогильным холодом. Печальные мысли были отброшены. «А ведь могло случиться, могло». – Так, – физрук сфокусировался на Денисе и Ульяне. – Надавать бы вам по шее обоим… – Борь, – Наталья погладила мужчину по спине. – Прекращай детей пугать. – Да кто пугает-то? Где? – Иваныч сделал вид, что ищет мнимого обидчика. – Ладно, – он махнул рукой. – Сегодня последний день смены. Живите. – Спасибо! – хором сказали Денис и Ульяна. – Вы нас не видели, – сказала Наталья. – А мы вас. Встретимся на завтраке, хорошо? И постарайтесь добраться до лагеря без приключений. – Конечно, мы уже уходим, – Денис взял Ульяну за руку и в быстром темпе повёл в лагерь. – На пляж больше ни ногой, – пошутила Ульяна. – Определённо, – Денис обернулся, но физрук и Наталья уже ушли. Шли. Топтали чуть влажный песок. Лагерь всё ближе, а с ним долгожданный отъезд. Ему нравился «Совёнок» и его обитатели, но он скучал по дому, по родителям, по мягкой кровати и любимым книгам. Ему не терпелось вернуться. Встретиться с друзьями, обнять маму с папой, познакомить их с Ульяной… – Повезло нам, – сказала рыжая. – Да, – согласился Денис. – Повезло. Знаешь, я очень беспокоился о тебе… – Я видела, – серьёзно сказала девочка, остановила Дениса, притянула к себе и ласково поцеловала в губы. – Мой храбрый спаситель. – Уля… я… – Молчи. И я благодарна за то, что послушался меня. Я это запомню, – шептала Ульяна между поцелуями, которые раз за разом становились всё жарче. – Звездочка моя, – сказал Денис. – Мальчик мой, – Ульяна одарила его очередным поцелуем и отстранилась. – Пойдём. Или, ещё немного, и я за себя не отвечаю. Он покорно кивнул. Глаза слипались. Он провёл Ульяну до домика. Девушка поцеловала его на прощание и велела хотя бы немного поспать. Денис так и сделал. Вернувшись в домик, он рухнул на кровать и сразу уснул.