Клеймо Мафии

Министерство магии, кабинет Гермионы Грейнджер, утро понедельника Три дня отдыха закончились. Лучшие три дня за последние месяцы — без трупов, без допросов, без бессонных ночей в убежище. Гермиона сидела в своём кабинете на втором уровне, разбирая бумаги, которые накопились за время её отсутствия. Чёрный костюм, белая блузка, палочка под рукавом. Волосы собраны в тугой пучок. Никаких следов прошлой ночи — ни физических, ни эмоциональных. Она запретила себе думать о Малфое. — Грейнджер, — раздался голос из артефакта связи. Секретарша. — К вам посетитель. Мистер Гринграсс. Говорит, что по личному вопросу. Гермиона подняла бровь. Гринграсс — отец Астории, той самой, которую когда-то прочили в жёны Драко. Старая чистокровная семья, не замешанная в мафиозных разборках, но имеющая влияние в Министерстве через финансовые структуры. Она видела его несколько раз — в зале суда, где он выступал свидетелем по делу о контрабанде артефактов, на вечеринках в Малфой-мэноре, где присутствовала как адвокат семьи. Всегда безупречный, всегда сдержанный, всегда с холодными глазами, которые ничего не выражали. — Впустите, — сказала она. Дверь открылась. Мистер Гринграсс вошёл — высокий, седой, в идеально сидящем тёмно-синем костюме. Ему было около пятидесяти, но выглядел он на сорок — дорогая магия, правильное питание, отсутствие стресса. За его спиной, чуть позади, стояла Астория — тонкая, бледная, с длинными светлыми волосами и глазами, которые смотрели сквозь, а не на. — Мисс Грейнджер, — Гринграсс кивнул, не протягивая руки. — Благодарю, что приняли без записи. — У меня нет приёма без записи, — ответила Гермиона, не вставая. — Но для старых знакомых Малфоев я делаю исключение. — Мы не Малфои, — тихо сказала Астория. — Знаю, — Гермиона указала на стулья. — Садитесь. Чем обязана? Отец и дочь сели. Гринграсс положил портфель на колени, Астория сложила руки на коленях — идеальная поза воспитанной чистокровной леди. Гермиона ждала. — Мы пришли с предложением, — сказал Гринграсс. — И с предупреждением. — Слушаю. — Вы знаете, что Совет старейшин распущен. Блэквуд в Азкабане. Но это не значит, что магическая Британия стала безопаснее, — он посмотрел на неё в упор. — На месте одной структуры всегда появляется другая. Вопрос в том, кто её возглавит. — Вы хотите возглавить? — спросила Гермиона. — Нет, — он усмехнулся. — Мы хотим, чтобы вы отказались от статуса крестной матери. Гермиона не изменилась в лице. — Отказалась? И что потом? — Потом вы будете жить, — сказала Астория. Её голос был тихим, но твёрдым. — Или не будете. Выбор за вами. — Вы угрожаете мне? В моём кабинете? В Министерстве? — Мы предупреждаем, — поправил Гринграсс. — У нас есть информация, что на вас готовится покушение. Не от мафии. От тех, кто не хочет, чтобы женщина с вашей властью оставалась на свободе. — Кто эти люди? — Мы не можем сказать, — Астория покачала головой. — Но мы можем гарантировать вашу безопасность, если вы согласитесь на наши условия. — Какие условия? — Вы публично отказываетесь от титула «крестной матери». Вы распускаете свою сеть информаторов. Вы прекращаете все нелегальные операции. И вы уходите из большой политики, — Гринграсс перечислил это так буднично, будто говорил о погоде. — Взамен мы обеспечиваем вам и вашим друзьям полную амнистию и защиту. — А если я откажусь? — Тогда вы умрёте, — спокойно сказала Астория. — И не от нашей руки. Но мы не сможем вас защитить. Гермиона смотрела на них долгим взглядом. Она не верила ни одному их слову. Но она также понимала, что они не пришли бы с пустыми руками — у них был козырь. — Зачем вам это? — спросила она. — Вы не получаете ничего. Ни власти, ни денег. Только мою смерть или моё подчинение. — Мы получаем порядок, — ответил Гринграсс. — Вы нарушили баланс, Грейнджер. Вы стали слишком сильны. Это пугает людей. А испуганные люди совершают глупости. Например, пытаются вас убить. — И вы хотите предотвратить эти глупости, забрав мою силу? — Да. — А если я не отдам? — Тогда глупости случатся, — Астория посмотрела ей в глаза. — И вы будете первой жертвой. Тишина повисла в кабинете. Гермиона обдумывала варианты. Она могла вызвать охрану. Могла арестовать их за угрозы. Могла пригрозить компроматом, который у неё был на Гринграссов — а он был, она собирала на всех. Но это не решило бы проблему. Если за ними стоял кто-то более могущественный, арест только спровоцировал бы нападение. — Я подумаю, — сказала она наконец. — Дайте мне неделю. — Три дня, — сказал Гринграсс. — Не больше. Через три дня мы встретимся снова. И вы дадите ответ. Он встал. Астория тоже поднялась. — Не пытайтесь следить за нами, — сказала она, направясь к выходу. — Это бесполезно. Они вышли. Гермиона осталась одна. Она сидела неподвижно несколько минут, потом достала артефакт связи. — Драко, — сказала она. — У нас проблема. Срочно. Собирай всех в убежище. Через час. — Что случилось? — спросил он. — Гринграссы. Они знают о моём статусе. И они хотят, чтобы я от него отказалась. Или они меня убьют. — Какие Гринграссы? Отец Астории? — Он самый, — она отключила связь и начала собирать бумаги. Убежище Блейза, час спустя Все собрались за столом. Гарри, Джинни, Тео, Блейз, Драко. Гермиона пересказала разговор. — Они не сказали, кто за ними стоит, — закончила она. — Но они знают достаточно, чтобы угрожать. — Это мог бы быть кто угодно, — сказал Гарри. — От остатков Совета до немецкой мафии. — Или кто-то новый, — добавил Тео. — Те, кто хочет занять место Блэквуда. — У нас есть три дня, — напомнила Джинни. — Что будем делать? — Сначала разберёмся с Роном, — сказала Гермиона. Все замерли. — Рон предал нас, — она посмотрела на Джинни. — Да, он передавал им ложную информацию. Но он всё равно передавал. Он рисковал нашими жизнями, чтобы спасти своего сына. Я понимаю его мотивы. Но это не значит, что мы можем ему доверять в будущем. — Что ты предлагаешь? — спросил Драко. — Он должен уйти, — сказала Гермиона. — Не из нашей жизни. Из дел. Он больше не будет получать информацию о наших операциях. Он не будет участвовать в наших встречах. Он останется целителем в Мунго и будет растить сына. — А если мафия снова придёт к нему? — спросил Гарри. — Тогда он придёт к нам, — ответила Гермиона. — И мы поможем. Но он больше не будет частью команды. Джинни молчала. Потом кивнула. — Я поговорю с ним, — сказала она. — Объясню. — Скажи ему, что мы не злимся, — добавила Гермиона. — Но мы не можем рисковать. — Хорошо, — Джинни встала. — Я сделаю это сегодня. Она вышла. — Теперь о Гринграссах, — Гермиона повернулась к карте на стене. — У меня есть три дня, чтобы выяснить, кто за ними стоит. И чтобы подготовиться к худшему. — Ты думаешь, они действительно попытаются тебя убить? — спросил Блейз. — Они не блефовали, — ответила Гермиона. — Я видела их глаза. Они уверены в своей силе. — Тогда мы должны ударить первыми, — сказал Драко. — Найти их заказчика и уничтожить. — Или использовать Гринграссов как приманку, — предложил Тео. — Проследить за ними, выяснить, с кем они встречаются. — Это рискованно, — заметил Гарри. — Всё рискованно, — ответила Гермиона. — Но у нас нет выбора. Она посмотрела на Драко. — Ты знаешь Асторию. Она когда-то была твоей невестой. — Фиктивной, — поправил он. — Мы почти не общались. Она была тихой, послушной. Делала то, что говорил отец. — Значит, отец — ключевая фигура, — сказала Гермиона. — Мы копаем под него. Компромат, связи, слабые места. Тео, Блейз — вы этим займётесь. — А ты? — спросил Тео. — А я пойду на встречу с Гринграссами через три дня. И посмотрю, что они предложат на самом деле, — она скрестила руки на груди. — Если они хотят моей смерти, они её получат. Но не в том смысле, в каком рассчитывают. — Ты собираешься их убить? — спросил Гарри. — Если придётся, — холодно ответила она. Убежище Блейза, штабная комната, вечер Гарри ушёл в Министерство — проверять, нет ли у Гринграссов официальных связей с теми, кто мог бы стоять за покушением. Джинни отправилась к Рону — разговор обещал быть тяжёлым, и она не хотела, чтобы кто-то присутствовал. Блейз пошёл в свой кабинет — пробивать финансовые потоки семьи Гринграсс через подставные фирмы. В штабной остались трое: Гермиона, Драко и Тео. Гермиона сидела во главе стола, перед ней лежала карта Лондона с булавками — её сеть. Информаторы в портах, на вокзалах, в Министерстве. Целители в Мунго, которые получали от неё указания. Чиновники, которые боялись её больше, чем Азкабана. — Итак, — сказал Драко, развалившись в кресле. — Три дня. Что мы знаем о Гринграссах? — Отец — Себастьян Гринграсс, пятьдесят два года, — начал Тео, открывая свой ноутбук. — Глава семейного траста, который владеет долями в трёх крупных магических корпорациях. Никогда не замешан в скандалах. Жена умерла десять лет назад. Две дочери — Дафна и Астория. Дафна замужем за каким-то французским аристократом, живёт в Париже. Астория — не замужем, хотя её прочили в жёны Драко. — Фиктивно, — повторил Драко. — Мы даже не целовались. — Не оправдывайся, — бросила Гермиона. — Что ещё? — У них нет связей с мафией, — продолжил Тео. — Ни с немецкой, ни с итальянской, ни с нашей. Они чистые. Слишком чистые. — Это подозрительно, — заметил Драко. — Именно, — Тео кивнул. — Я проверил все доступные базы. Ни одного скандала. Ни одной взятки. Ни одной тёмной сделки. Такое впечатление, что они живут в стерильной капсуле. — Или у них есть кто-то, кто чистит за ними следы, — сказала Гермиона. — Кто-то с большими возможностями, — добавил Драко. Тишина повисла над столом. Гермиона смотрела на карту, но не видела её. Она просчитывала варианты. — Допустим, мы отказываемся от их условий, — сказала она. — Что тогда? — Тогда они пытаются тебя убить, — ответил Драко. — Мы их опережаем, находим заказчика, уничтожаем. Всё как обычно. — А если мы соглашаемся? — спросил Тео. — Что тогда? Гермиона медленно подняла на него глаза. — Если я откажусь от статуса крестной матери и распущу сеть… — она запнулась. — То меня арестуют. — Почему? — Драко нахмурился. — Потому что я занималась незаконными вещами, — холодно сказала она. — Я проводила операции без санкции Министерства. Я угрожала людям смертью их близких. Я убивала. Да, это была самозащита. Да, это было необходимо. Но закон есть закон. Если у меня не будет власти, чтобы защитить себя, меня посадят. — А Гарри? — спросил Тео. — Гарри прикрывал меня, — Гермиона провела рукой по лицу. — Он знал. Он помогал. Если меня арестуют, его снимут с должности. В лучшем случае. В худшем — тоже посадят. — А Джинни? — Джинни — контрабандистка. Тео, ты варишь незаконные зелья. Блейз отмывает деньги. Драко… — она посмотрела на него. — У тебя связи с мафией, пусть и разорванные. Если я падаю, вы падаете со мной. — Поэтому ты не можешь согласиться, — сказал Драко. — Не могу, — согласилась она. — Но если я откажусь, они попытаются меня убить. И даже если мы их переиграем… даже если мы найдём заказчика и уничтожим его… — Что? — спросил Тео. — Я не смогу вернуть свой статус, — тихо сказала Гермиона. — После того как Гринграссы публично заявят, что я — крестная мать, это станет известно всем. Министерству. Прессе. Мафии. Моя сила — в тени. В том, что никто не знает, кто на самом деле управляет Лондоном. Если тень исчезнет, я стану мишенью. Для всех. — Тогда что нам делать? — спросил Драко. Гермиона встала и подошла к окну. Ночь за стеклом была тёмной, безлунной. — У нас есть три дня, — сказала она. — За три дня мы должны выяснить, кто стоит за Гринграссами. И уничтожить их так, чтобы никто не узнал, что это сделали мы. — А если не успеем? — Тогда я пойду на встречу с ними, — она повернулась к ним. — И сделаю вид, что согласна. А когда они поверят — ударю первой. — Это самоубийство, — сказал Тео. — Это единственный вариант, — ответила она. — Если я не могу победить в открытую, я буду играть по их правилам. И выиграю. Драко смотрел на неё долгим взглядом. — Ты уверена? — Нет, — честно ответила она. — Но выбора у меня тоже нет. Тео закрыл ноутбук. — Тогда работаем, — сказал он. — Три дня. Я проверю всех, кто мог контактировать с Гринграссами за последние полгода. — А я, — Драко встал, — навещу Асторию. Гермиона подняла бровь. — Зачем? — Чтобы узнать, что она знает, — он усмехнулся. — Бывшая невеста может быть откровеннее, чем её отец. — Не переигрывай, — предупредила Гермиона. — Я никогда не переигрываю, — он направился к выходу. — Я просто играю. Он вышел. Тео посмотрел на Гермиону. — Ты ему доверяешь? — В этом деле — да, — ответила она. — В остальном — нет. — Понятно, — Тео встал. — Я в подвал. Нужно проверить маховики. Он вышел. Гермиона осталась одна. Она смотрела на карту, на булавки, на свою сеть, которая могла рухнуть через три дня. Министерство магии, кабинет Гермионы Грейнджер, утро вторника Гермиона пришла на работу раньше обычного. В шесть утра она уже сидела за столом, просматривая досье на Гринграссов, которое Тео успел собрать за ночь. Информации было мало — слишком мало. Семья, которая не оставляла следов, была либо очень осторожной, либо очень хорошо защищённой. Она отложила бумаги и посмотрела на часы. Без четверти семь. Через пятнадцать минут должны были прийти Люциус и Нарцисса Малфой. Она никому не сказала о встрече — ни Драко, ни Гарри, ни Джинни. Это был риск. Но если она хотела выжить, ей нужны были союзники, которые знали Гринграссов лучше, чем она. Ровно в семь раздался стук. — Войдите, — сказала она. Дверь открылась. Люциус Малфой вошёл первым — массивный, в чёрном пальто, с тростью, которая была скорее символом статуса, чем необходимостью. За ним — Нарцисса, тонкая, бледная, в тёмно-синем платье, которое делало её похожей на фарфоровую куклу. — Мисс Грейнджер, — Люциус кивнул, закрывая за собой дверь. — Вы сказали, что дело срочное. — Садитесь, — Гермиона указала на стулья. — И приготовьтесь к тому, что я скажу. Они сели. Нарцисса сложила руки на коленях, Люциус опёрся на трость. Гермиона смотрела на них — на людей, которые когда-то были её врагами, потом стали партнёрами, а теперь, возможно, были её единственным шансом. — Вчера ко мне приходили Себастьян и Астория Гринграсс, — начала она. Люциус не изменился в лице. Нарцисса чуть прищурилась. — Зачем? — спросила она. — Они предложили мне отказаться от статуса крестной матери, — Гермиона говорила ровно, без эмоций. — Распустить сеть информаторов, прекратить все операции, уйти из большой политики. Взамен — амнистия и защита. — А если вы откажетесь? — спросил Люциус. — Тогда они меня убьют, — ответила она. — Или те, кто за ними стоит. — Кто за ними стоит? — Нарцисса подалась вперёд. — Я не знаю, — Гермиона покачала головой. — Поэтому я позвала вас. Вы знаете Гринграссов дольше, чем я. Что вы можете рассказать? Люциус и Нарцисса переглянулись. — Мы сотрудничаем с ними уже много лет, — начал Люциус. — Финансовые операции, совместные проекты в недвижимости. Они всегда были надёжными партнёрами. Никаких конфликтов. — Но? — спросила Гермиона. — Но они всегда были конкурентами, — закончил за мужа Нарцисса. — Не открытыми. Тихими. Они не лезли в наш бизнес, но и не упускали возможности получить выгоду. — Конкуренты в чём? — Во всём, — Люциус усмехнулся. — В банковском деле, в недвижимости, в связях с Министерством. У них есть свои люди. Они не такие влиятельные, как Малфои, но они умные. Они ждут. — Чего? — Вашего падения, — сказал Люциус. — Или нашего. Кто будет следующим. Гермиона задумалась. — Почему они пришли ко мне? Почему не к вам? — Потому что вы — угроза, — ответила Нарцисса. — Вы создали сеть, которая не подчиняется никому. Ни Министерству, ни мафии, ни старым семьям. Вы — хаос в их упорядоченном мире. Они хотят вернуть контроль. — И как они собираются это сделать? — Убрать вас, — спокойно сказал Люциус. — И занять ваше место. — А если я соглашусь на их условия? — Тогда они получат время, — Нарцисса покачала головой. — Время, чтобы перестроиться. А потом они найдут другой способ избавиться от вас. Вы для них слишком опасны, чтобы оставлять в живых. Гермиона смотрела на них. — Вы предлагаете мне убить их? Люциус не ответил сразу. Он посмотрел на жену, потом снова на Гермиону. — Я предлагаю вам подумать о том, что будет, если вы этого не сделаете, — сказал он. — Вы потеряете всё. Свою власть, свою защиту, своих людей. Гарри потеряет должность. Драко потеряет банки. Джинни сядет в тюрьму. Тео и Блейз исчезнут. А вы… вы будете либо мёртвы, либо в Азкабане. — А вы? — Мы выживем, — честно сказал Люциус. — У нас есть деньги и связи. Но мы не хотим выживать в мире, где правят Гринграссы. — Поэтому вы готовы помочь мне их убрать? — Мы готовы предоставить вам информацию, — сказала Нарцисса. — И поддержку. Но убивать их будете вы. Это ваша война, мисс Грейнджер. Не наша. Гермиона кивнула. — Какая информация? Люциус достал из внутреннего кармана пальто сложенный пергамент и положил на стол. — Здесь всё, что мы знаем о Гринграссах. Их счета, их связи, их слабые места. Себастьян Гринграсс — не единственный глава семьи. Настоящая сила — его покойная жена. — Покойная. — Гермиона подняла бровь. — Она умерла десять лет назад. — Официально — да, — Нарцисса понизила голос. — Неофициально — она жива. Она ушла из семьи, потому что не хотела участвовать в их делах. Но она знает всё. Все секреты. Все компрометирующие детали. — Где она? — Мы не знаем, — ответил Люциус. — Но мы знаем, кто может это узнать. Её сестра живёт во Франции. Она поддерживает с ней связь. — Дайте мне адрес, — сказала Гермиона. — Мы дадим, — Нарцисса кивнула. — Но будьте осторожны. Если Гринграссы узнают, что вы ищете их мать, они нападут первыми. — У меня есть два дня, — Гермиона встала. — Я успею. Она посмотрела на них. — Спасибо. Я не забуду. — Не благодарите, — Люциус тоже встал. — Мы делаем это не для вас. Мы делаем это для Драко. — Для Драко? — Он не знает, что мы здесь, — сказала Нарцисса. — И не должен знать. Если он узнает, что мы помогаем вам убивать людей, он не простит нас. — Он уже убивал, — напомнила Гермиона. — Он убивал, защищая себя, — ответил Люциус. — А это — совсем другое. Это — политика. Гермиона промолчала. Они вышли. Она осталась одна. На столе лежал пергамент — ключ к тайне Гринграссов. Она взяла его, прочитала адрес. Франция. Лион. Пригород. Она достала артефакт связи. — Тео, — сказала она. — Готовь портал. Мы летим во Францию. — Зачем? — спросил он. — За сестрой покойной миссис Гринграсс, — ответила она. — Она знает, где её сестра. А сестра знает всё. — А если не захочет говорить? — Тогда я её заставлю, — холодно сказала Гермиона. Она отключила связь и начала собирать вещи.