Глава 16. Новый Минхо
11 апреля 2026 г., 02:42
После шторма и лазарета всё изменилось.
Минхо стал мягче. Он больше не ворчал на Джисона за каждую ошибку (ну, почти не ворчал). Он начал улыбаться чаще, и Джисон понял, что улыбка Минхо - самая красивая вещь на свете. Она появлялась неожиданно - когда Джисон смеялся, когда они пили чай на баке, когда просто сидели молча и смотрели на закат.
Они не скрывали своих отношений, но и не афишировали. Команда знала, конечно. Чанбин говорил: «Я же говорил, они влюбятся». Феликс собирал выигрыш: он поставил на «влюбится» и получил шоколадный батончик. Даже капитан Ким, который видел всё, однажды сказал Минхо:
— Береги его. Такие люди редко встречаются.
— Знаю, — ответил Минхо. — Буду беречь.
И он действительно берёг. Когда Джисону было трудно, Минхо был рядом. Когда Джисон падал, Минхо поднимал. Когда Джисон плакал, а плакать он стал чаще - от счастья, от усталости, от переизбытка чувств, Минхо обнимал его и молча гладил по спине.
— Ты стал каким-то... домашним, — сказал как-то Феликс, глядя на то, как Минхо поправляет воротник куртки Джисона.
— Заткнись, — ответил Минхо, но без злости.
— Я ничего. — Феликс отпрыгнул, подняв руки зайчиком. — Я просто рад за вас.
***
Последние дни плавания были самыми спокойными и самыми счастливыми.
Джисон и Минхо проводили вместе каждую свободную минуту. Они сидели на баке, смотрели на закаты, пили чай, разговаривали ни о чём и обо всём.
— Ты знаешь, — сказал однажды Джисон, — я раньше думал, что море - это враг. А теперь понимаю, что оно дало мне самое главное.
— Что? — спросил Минхо.
— Тебя.
Минхо покраснел. Да, он покраснел, впервые решив не отворачиваться в сторону лишь бы остаться незамеченным.
— Ты слишком сентиментален, — сказал он.
— А ты слишком холоден. Мы идеально дополняем друг друга.
— Возможно.
— Точно.
Они смотрели на воду, и Джисон думал о том, как сильно изменился за эти полгода. Он больше не боялся воды. Не боялся тумана. Не боялся будущего. Потому что у него был Минхо. А с ним можно было пережить что угодно.
***
Сто восемьдесят дней прошли быстрее, чем Джисон ожидал.
Они вошли в порт утром. Солнце только вставало, золотя пирс и лица встречающих. Родственники обнимали матросов, кто-то плакал, кто-то смеялся.
Отец Джисона стоял в стороне, смотрел на сына и не узнавал его. Джисон был загорелым, похудевшим, но в глазах у него горел огонь, которого раньше не было.
— Сын, — сказал отец, подходя. — Ты… ты выжил.
— Я не просто выжил, папа, — ответил Джисон. — Я полюбил море.
— Правда?
— Правда. И кое-кого ещё.
Он оглянулся. Минхо стоял в десяти метрах, с рюкзаком на плече, и ждал. В руке у него был маленький свёрток.
— Что это? — спросил Джисон, когда Минхо подошёл.
— Открой.
Джисон развернул свёрток. Внутри лежал компас. Старый, латунный, с выцарапанной на крышке надписью: «Всегда покажет дорогу домой».
— Это мой, — сказал Минхо. — Он всегда показывал на берег. А теперь показывает только на одного человека.
Джисон поднёс компас к глазам. Стрелка дрожала и указывала прямо на Минхо.
— Он сломался, — сказал Джисон, улыбаясь сквозь слёзы. — Он всё время на тебя показывает.
— Нет, Джисон. — Минхо забрал компас, защёлкнул крышку и сунул Джисону в карман куртки. — Он просто работает идеально.
***
Отец Джисона смотрел на Минхо, потом на сына, потом снова на Минхо.
— Это тот самый «кое-кто»? — спросил он.
— Да, папа. — Джисон взял Минхо за руку. — Это Ли Минхо. Он мой наставник. И мой... парень.
Отец молчал долгую минуту. Джисон боялся поднять глаза.
— Он хороший парень? — спросил наконец отец.
— Лучший, — ответил Джисон.
— Тогда пригласи его на ужин.
Джисон посмотрел на Минхо. Тот кивнул.
— Мы придём, — сказал Минхо. — Но сначала - чай.
— Чай?
— Мы пьём чай каждый вечер. Это наша традиция.
Отец рассмеялся - впервые за много лет.
— Тогда идите, пейте свой чай, — сказал он. — А вечером жду вас обоих.
Джисон и Минхо пошли по пирсу, держась за руки. Ветер трепал их волосы, чайки кричали над головой, и море плескалось у ног.
— Ты счастлив? — спросил Минхо.
— Очень, — ответил Джисон. — А ты?
— Я счастлив, когда ты рядом.
— Я всегда буду рядом.
— Обещаешь?
— Обещаю.
