Он уже проиграл

Традиционно саундтрек к главе Robin Loxley & Jay Hawke – Sun Goze Down Приятного прочтения! ______________________________________________________________________________

Гамбит удался Мастер играет Но он уже проиграл

Рафаэль стоял у чудной на вид микроволновки и ждал, пока разогреется вчерашняя пицца. Взгляд его упал на стоящий рядом стол, где среди бардака валялась потрёпанная газета. От нечего делать, он вытянул газету из-под груды пластиковых тарелок и стаканов. На развороте красовалась статья о том самом пожаре. Раф пробежался глазами по тексту статьи и узнал, что владельцы лаборатории обещали компенсацию всем работникам, пострадавшим при пожаре. Интересно, они выполнили своё обещание? В статье было фото девушки с микрофоном у лица. Волосы её были всклокочены, вид потерянный. В этой девушке он узнал Блэр. Рафаэль оглянулся, чтобы убедиться в отсутствии нежелательных свидетелей, торопливо вырвал фото из газеты, на всякий случай скомкал обрывки страницы со статьёй и отправил в мусорку. Микроволновка дзынькнула, возвещая о том, что пицца готова к употреблению. Раф устроился на диване рядом с Майки, который смотрел очередное реалити-шоу по телевизору. Раздался сигнал передатчика. Майки не глядя ткнул кнопку ответа: — Микеланджело на связи. — Привет, Майки. — Блэр?! Сколько лет, сколько зим! Я уж думал, ты никогда не позвонишь! — Майки от радости даже подскочил на диване. Раф скептично поднял бровь. Не он ли недавно говорил, что предпочёл бы пока не встречаться с Блэр? С равнодушным видом он продолжил жевать пиццу, растягивая удовольствие: одного куска было явно мало, чтобы наесться. — Прости, совсем закрутилась на работе, — послышался из динамика виноватый голос Блэр. — В общем, я готова… Подожди. Как ты меня назвал? — Э-э… Блэр? — повторил Майки. — Я требую объяснений. Майки с надеждой посмотрел на Рафа, ища его поддержки, но тот пожал плечами: мол, разбирайся сам. — Ну-у, как бы это сказать? Я понял, что дурацкое имя, на самом деле. — Раньше тебе так не казалось. — Жизнь не стоит на месте, — Майки глуповато засмеялся, пытаясь скрыть неловкость. — Рафаэль тебе не рассказал? — Не рассказал что? — Микеланджело подозрительно покосился на Рафа. Тот торопливо проглотил остатки пиццы, а затем покачал головой, одними губами говоря «Извини». — В общем, когда ты называешь меня Бекки, ты очень напоминаешь мне брата. Мы с ним очень близки, я скучаю по нему. Когда ты рядом, мне кажется, что и он рядом. Мне бы не хотелось лишаться этого чувства. Только он звал меня Блэки, ну разница же небольшая. Майки печально вздохнул. Хотя ему и было приятно, что он вызывает в Блэр тёплые воспоминания о брате. — Ну тогда… Тогда договорились, сестрёнка Блэки. — О-о, Майки, это так мило! — по голосу Блэр явно была довольна. — Спасибо. Братишка. Раф фыркнул в кулак, пытаясь не заржать в голос. Майки сердито на него зыркнул. — Будь здоров, Майки! — сказала Блэр, решив, что Майки чихнул. — А-а, нет, это Раф хрюкает. Свинтус. «Майки!» — сурово проговорили губы Рафаэля. «Один-один», — тоже одними губами ответил Майки. — Ну так что, придёшь репетировать? — А то! Ждите послезавтра. Встретишь меня в восемь? — Замётано!

***

Майки вернулся в логово в компании Блэр. Они мило болтали и хихикали. Рафаэль, наблюдая за этим, решил, что между этими двумя всё наладилось, и переживать за брата не стоит. Теперь нужно переживать только за себя и свои абсурдные фантазии. — А чем это так приятно пахнет? Можжевельник? — спросила Блэр, пройдя мимо Рафа. — А, это наверное гель для душа. Эйприл подарила, — махнул рукой Майки. Блэр сделала несколько шагов назад к Рафаэлю. В прошлый раз во время прогулки она не заметила такого запаха. Раф скорее пах… мужчиной? Она принюхалась. Раф пытался делать вид, что его это вообще не заботит. — Ты помылся ради меня? Это так приятно. — Я всегда моюсь после тренировок! — возмутился Раф. — Брехня, — прокашлял в кулак Микеланджело. Раф кинул на брата уничтожающий вгляд. Блэр хихикнула и двинулась вглубь гостиной, где её уже ждали остальные обитатели логова. Перекинувшись парой фраз с Лео, Донни и учителем Сплинтером, все трое отправились в студию. Работы предстояло много. Из-за того, что припев был переделан в более медленный и мелодичный, нужно было подправить общую тональность песни, придумать интересные переходы от динамичных куплетов. Блэр не особо в этом разбиралась, но ей тоже хотелось поучаствовать в создании полноценной музыкальной композиции. Майки предложил записать пару вариантов партии Блэр, чтобы потом наложить музыку и послушать, что звучит лучше. Несколько раз спев припев на разный мотив, Блэр предложила: — Слушайте, в начале подобных хип-хоп песен очень часто звучат какие-нибудь короткие фразочки. Ну, например, произносятся имена исполнителей, и всё такое. Давайте тоже это добавим? — Неплохая мысль, — согласился Майки. — Есть идеи? Все трое задумались. Первой нарушила тишину Блэр: — Давайте тоже начнём с того, что я пропою название нашей группы, а дальше посмотрим. Она начала произносить «The Brozzers and Sis» с разной интонацией и скоростью. То более энергично, то более томно, растягивая слова. Когда разные вариации были готовы, ей пришла ещё идея: — Давайте перед каждым куплетом я добавлю наши имена. Но только так, чтобы никто не понял, о чём речь? — И как же, например? — спросил Рафаэль. — Я буду произносить только первые буквы. А слушатели пусть потом гадают, что это значит. — О-о, мне нравится! — воодушевился Майки. — Только давай добавим чувственности. Сделай такой томный голос и медленно проговаривай каждую букву. Готова? Блэр задумалась, прикидывая в голове, как именно нужно это осуществить. Наконец, она кивнула Майки, и он нажал кнопку записи. «The Brozzers and Sis R-M-B O-oh, M-B-R Yeah, B-R-M» — У-у! Огонь, детка! — Майки тыкнул кнопку «стоп» на микшере. — А можешь ещё чувственней? Чтобы прямо — ух! Ну-у, сексуальней, что ли? У Рафа в груди ёкнуло. Пока Блэр распевала все эти «у-у» и «е-е», у него и так сердце колотилось, будто сейчас выскочит. В голову лезли самые пошлые мысли, какие только можно было себе представить. Майки только подливал масла в огонь. — А может, — робко начал Раф, — уже и так хорошо? — Очень хорошо, — согласился Майки. — Но нам нужно ещё лучше! Давай, Блэр, покажи класс! Представь что-нибудь… э-э, приятное. Три-два-один, поехали! «O-oh, M-B-R», «Yeah, B-R-M» - звуки, которые издавала Блэр, пробуждали в Рафе какую-то животную страсть. Чего уж греха таить, иногда они с Майки втихаря смотрели фильмы для взрослых, но одно дело — видеть и слышать подобное на экране, и совсем другое — когда эти звуки издаёт девушка, стоящая прямо перед тобой. Её губы касаются микрофона, глаза прикрыты, и это сладкое «yeah»… Раф перестал дышать. Вдобавок ко всему он опять вспомнил, как близко был к ней в тот вечер. Если она сейчас же не прекратит, у него точно сорвёт крышу. — Чума-а! — Майки, казалось, не испытывал и доли потрясений, выпавших на долю Рафа. — Давайте послушаем, что получил… — Не надо! Блэр и Майки удивлённо обернулись на резкий протестущий окрик Рафаэля, палец Майки застыл над кнопкой. — Хватит уже, — спокойней сказал он. — Время не резиновое. Блэр и так… отлично справилась. — Ну ладно, сам потом послушаю, — не стал спорить Майки. Оставшийся вечер Блэр время от времени кидала на Рафаэля изучающий взгляд. То, как резко он прервал Майки, не давая тому включить охи и ахи Блэр, выглядело… интригующе. О чём он думал, когда слушал? Не о том же, о чём она подумала? Или о том? Нет, это невозможно. Память услужливо подкинула воспоминание о том, как Блэр попросила его посмотреть ей в глаза. Ей ведь не показалось, он потянулся к ней? Да, он сказал, будто бы она испачкалась, но это ведь явно была отговорка. Блэр почувствовала, как вспотели её ладони. В тот вечер она толком не задумывалась о близости с Рафаэлем. То, как она обнимала его шею, как его рука лежала на её бёдрах… Что он чувствовал в тот момент? Если бы они были обычными мужчиной и женщиной, то наверняка именно тогда зародилось бы их влечение друг к другу. А если это женщина и… черепаха, что тогда? Блэр вспомнила компъютерную игру про космос, которую она проходила ещё в старших классах школы. Там можно было заводить романы с сопартийцами. Её немногие подруги, кто тоже играл, восторгались симпатичным темноволосым спутником главной героини, в то время как Блэр крутила шашни с напарником другой расы, больше похожим на какого-то динозавра. Девчонки подкалывали её на этот счёт, но Блэр это не слишком волновало. Она с упоением читала фанфики о любви коммандера и её верного турианца. Он был лучшим, это точно. Ни один роман не мог сравниться с этим по химии и страстям, бурлившим между парочкой. А тот танец, где она в коротком платье закидывает ногу ему на бедро, ух!.. И вот теперь она чувствовала себя той самой героиней игры. И, кажется, она тоже положила глаз на существо неизвестной расы. Такое загадочное, такое манящее… Только Блэр никак не могла взять в толк, почему именно Рафаэль? Может, потому, что именно он её спас? Или потому, что, в отличие от остальных братьев, он был самым непонятным, непредсказуемым? Настоящий клубок эмоций, рулетка, на которой никогда не знаешь, что выпадет. В те редкие минуты, когда он не ворчал и не возмущался, с ним было приятно проводить время. Блэр даже казалось, что он тоже к ней неравнодушен. А может, всё дело в том, что у него никогда не было девушки? Может, это просто подростковые гормоны? И, будь на месте Блэр любая другая девушка, он испытывал бы то же самое? Как бы то ни было, Блэр не стала выяснять это напрямую, решив понаблюдать. — Спасибо за компанию, ребята, мне уже пора, — Блэр засобиралась. — Рафаэль, проводишь до выхода? Она нарочно попросила его. Интересно, согласится ли? — Э-э… я? — Ну да. А что? — Н-ничего. Идём. Блэр попрощалась со всеми, и они с Рафаэлем вступили во мрак канализационных ходов. Рафаэль молча шёл впереди, показывая дорогу. Блэр отчего-то не пыталась с ним заговорить. Оба чувствовали неловкость друг перед другом. Один из-за того, что пару часов назад слышал такие звуки, которых лучше было не слышать, а другая — из-за мыслей, которым не положено было появляться в здоровой женской голове. — Как твоя шея? — наконец спросила Блэр. — Что? А, я уже и забыл об этом, — Раф потёр шею, которая ещё помнила руки Блэр. И тут Рафаэль вспомнил о пуговице. Но было уже поздно, они покинули логово. Что ж, отдаст в следующий раз. Или пусть так и лежит в ящике тумбочки, рядом с её фото из газеты. Раф улыбнулся, думая о своей маленькой коллекции имени Блэр. Его секретной коллекции. Наконец они подошли к довольно широкому протоку, через который пришлось бы перепрыгивать. В прошлый раз Блэр тут пролетала на скейте Майки, а ещё раньше Кейси вообще повёл их другой дорогой. Блэр в нерешительности остановилась и глянула на Рафа. Он, кажется, не понял, чего она ждёт. — Перенесёшь меня? Вряд ли у меня получится перепрыгнуть, а намочить ноги очень не хочется. Рафаэль как-то странно посмотрел на Блэр, но потом просто молча поднял её и понёс через воду. Руки Блэр снова оказались на его шее. Она ощутила запах можжевельника, хотя он и стал уже еле уловивым. Блэр прикрыла глаза. Мерное шлёпанье черепашьих ног по воде, мерное покачивание его тела в такт. Голова Блэр опустилась Рафу на плечо. Звук воды уже отдалился, а Рафаэль всё не опускал её, а просто шёл вперёд. — Я могу идти сама, — тихо сказала Блэр. Раф резко остановился, словно осознав свою оплошность. Оказавшись на своих ногах, Блэр осторожно спросила: — Что, нравится носить меня на руках? — Просто задумался, — Рафаэль отвёл взгляд. — О чём? — О нашей песне. Думал, что ещё можно исправить. — Ясно, — с лёгким разочарованием протянула Блэр и направилась дальше. У выхода из люка в город они сухо попрощались. Блэр вернулась в квартиру и не стала включать свет. Она ещё долго лежала в кровати, безуспешно пытаясь заснуть.

***

Глаза Рафаэля широко распахнулись, когда в плеере после очередной песни зазвучало это. «O-oh, M-B-R... Yeah, B-R-M...» И потом опять то же самое по кругу. На Рафа снова накатило это чувство, обуявшее его в студии. «O-oh... Yeah...» — Твою мать, Майки! — сквозь зубы выругался он. Блэр из плеера не слышала его и продолжала издавать манящие звуки. Раф понял, что больше не выдержит это слушать. Зло тыкнув в кнопку паузы, он содрал с головы наушники и размашистым шагом, не предвещающим ничего хорошего, ринулся на поиски Майки. Донни направил Рафа в студию. Когда Раф туда вошёл, ему в уши снова ударило «O-oh, M-B-R... Yeah, B-R-M...» — Что ты делаешь?! — завопил он и остановил это звуковое непотребство. — Раф, в чём дело? — возмутился Майки. — Мало того, что ты засунул это в плеер, так ещё и в студии слушаешь?! — Но ты же забрал плеер, что мне оставалось? — Хватит уже это слушать, вот что! — С какой стати?! — С такой! Это уже невыносимо! Майки подозрительно посмотрел на Рафа. — Скажи прямо: тебя… будоражат эти звуки? Раф заскрежетал зубами от досады. Майки раскусил его. — Они так сексуально звучат, да? Надеюсь, однажды у меня будет девушка, которая будет издавать такие же звуки. Только для меня, — Майки мечтательно закатил глаза. — Вот именно! — рявкнул Раф. — А Блэр — не твоя девушка, так что прекращай! — И помечтать не даёшь! А тебе разве не хотелось бы этого? — Чего — этого? — на этот раз голос Рафа прозвучал как-то испуганно. — Ну-у, чтобы девушка издавала такие звуки… с тобой… Как в тех фильмах. Воображение моментально подкинуло Рафу самые разные ситуации, в которых Блэр могла бы издавать подобные звуки рядом с ним. Кровь прилила к его щекам, и если бы кожа не была зелёной, то наверняка стала бы цвета его банданы. Конечно, он хотел, чёрт возьми! И это должна быть именно она. Блэр. Блэр, которая подарила ему черепашку за спасение; Блэр, которая щекотала его и называла плюшевым мишкой; Блэр, которой его имя казалось чем-то настолько мягким и мелодичным, что она кричала его во всеуслышание с крыши дома; Блэр, которая не считала его монстром. По крайней мере, так ему казалось. Да, он бы многое отдал, чтобы она издавала такие звуки для него. Раф судорожно сглотнул и смог выдать только: — Ну, знаешь… Он сунул плеер Майки. — Удали это. Сейчас же. Майки обиженно забрал плеер и кинул на стол рядом с микшером. Раф резко развернулся и выскочил прочь из студии. Боксёрская груша уже звала его из тренировочного зала.

***

Блэр ещё несколько раз приходила в логово черепашек, чтобы доработать песню. Они с Рафом почему-то старательно избегали друг друга и почти не разговаривали. Встречали и провожали Блэр другие черепашки. Блэр ждала, что Раф сам заведёт разговор, а Рафаэль был настолько озадачен новыми чувствами, что всеми силами пытался их скрыть. Блэр не должна догадаться! Однажды Эйприл пришла вместе с Блэр, посмотреть, как продвигается работа над песней. От её взгляда не утаилось то, что эти двое держались как-то отстранённо друг от друга. Она пыталась аккуратно выяснить причину, но у неё ничего не получилось. Только Майки вскользь упомянул, как Блэр закинула его во френдзону, но на этом всё. В тот же вечер было решено, что дальше тянуть бессмысленно, и пора записывать финальный вариант песни. — Только давайте заранее договоримся, в какой день. Я сейчас хожу в фитнес-клуб три раза в неделю, так что свободна не каждый вечер. — Решила подкачаться? — подмигнула ей Эйприл. — Это никогда не помешает, — пожала плечами Блэр. — Зачем тебе этот фитнес клуб? Ты за него ещё и платишь? — подал вдруг голос Рафаэль. — Конечно плачу, — подтвердила Блэр, удивлённая, что Раф с ней заговорил вне работы над песней. — Пф-ф, а вот в нашем логове финтес бесплатный. Разгорячённое воображение Блэр лихорадочно соображало, о каком именно фитнесе он говорит, и почему именно в их логове. Он же не имеет в виду… — Заходи, я тебе покажу пару приёмов. Блэр совсем поплыла. Она даже боялась представлять, какие такие «приёмы» он ей покажет. Затем до неё запоздало дошло, что он говорит про тренировочный зал и имеющееся там спортивное оборудование. Блэр выдохнула. Раф, казалось, не заметил её замешательства. — Буду иметь в виду, — ответила она. Остальные черепашки подозрительно покосились на Рафа, но комментировать его слова не стали. Вскоре все попрощались, и Эйприл с Блэр самостоятельно направились к нужному люку. В ожидании такси девушки перекидывались ничего не значащими фразами, но вдруг Эйприл спросила: — А что у вас с Рафом? Блэр напряглась. А что у них с Рафом? Что она имеет в виду? — Э-э… ничего? — неуверенно сказала она. — Вы что, не ладите? Оба какие-то напряжённые, почти не разговариваете. — А-а, ты об этом, — Блэр испытала облегчение, и сказала первое, что пришло в голову. — Ему просто не понравилось, что я называла его плюшевым мишкой, вот он и дуется. Не понимаю, почему он просто не признает, что это правда. — Раф никогда не покажет свою слабость, это точно, — подтвердила Эйприл, не заметив подвоха. — Но я точно знаю, но он — очень чувствительная натура. Может, даже самая чувствительная из всех братьев. Так что аккуратней с ним. Блэр с сомнением посмотрела на Эйприл. Что-то она не очень заметила какой-либо чувствительности Рафаэля. Одновременно с этим Блэр ощутила лёгкий укол зависти. Эйприл так хорошо знала черепашек и разбиралась в их характерах. Ей ещё далеко до этого. — О, а вот и наше такси! Блэр внутренне порадовалась, что не нужно продолжать этот разговор. Девушки попрощались и расселись по разным машинам. Блэр смотрела из окна на ночной город и думала о том, что вид сверху был намного прекрасней. Интересно, позовёт ли Рафаэль ещё на одну прогулку, или это была разовая акция? И можно ли было считать это свиданием? Врял ли, ведь обычно после свидания люди сближаются, а они наоборот отдалились. Работа внезапно стала для Блэр скучной. Все эти формулы и пробирки навевали смертную тоску. А настоящая жизнь ждала там, под городом, где её окружали необычные зелёные друзья, где рождалась музыка и поедалась пицца в невероятных количествах. А еще, там был он. Единственный из братьев, которого она никак не могла понять, но к которому её так неизбежно тянуло. Она с предвкушением ждала дня, когда песня наконец будет записана. После этого останется сделать финальную обработку, и можно выкладывать её в сеть. Интересно, понравится ли она слушателям? В один из дней Блэр даже записала короткую гитарную партию для последнего куплета, хотя они пока ещё не решили, включать ли её в финальный вариант. Блэр отчаянным усилием заставила себя сосредоточиться на данных с монитора. Вздохнув, она принялась вносить правки в расчёты. Музыка будет после, а сейчас — работа. __________________________________________________________________ Ребятки, следующие главы уже написаны. Они будут очень важными, запороть их никак нельзя, поэтому им нужно немного отлежаться. Посему будут выходить с небольшим перерывом. Всем кавабанга!