Мой типаж

Кацуки всё еще орет на тебя при всех, но теперь в его криках слышится... наставничество. Он заставляет тебя тренироваться до седьмого пота, утверждая, что твоя вода «слишком мягкая». И однажды после тренировки, когда ты без сил валишься на пол спортзала, он бросает тебе полотенце и садится рядом. Без лишних слов он начинает массировать твои забитые мышцы плеч своими горячими ладонями. Это чертовски больно, но его жар расслабляет твои ледяные мышцы. Вы молчите, но это молчание стоит тысячи признаний. В общежитии все начинают замечать, что Бакуго стал «тише» рядом с тобой. Он больше не взрывает твой стол, а если кто-то другой пытается над тобой подшутить, Кацуки просто бросает один взгляд, от которого у шутника поджилки трясутся.

<«»> 

Экзамен на лицензию превратился в настоящий хаос. Огромный стадион, сотни участников и общая тактика «вали класс 1-A». Ты оказалась в ловушке в низине скалистой зоны. Трое парней из другой школы — судя по форме, старшекурсники — методично засыпали твои водяные потоки сухим песком и гравием. Твоя причуда вязла в этой массе, превращаясь в бесполезную грязь. — Ну что, героиня, — один из них, с причудой «Песчаного вихря», оскалился. — Без своей водички ты просто кукла в мокрой форме. Ты уже собиралась выплеснуть накопленную влагу из воздуха, чтобы создать ледяной взрыв, как вдруг небо над вами буквально раскололось от оглушительного грохота. — КАКОГО ХУЯ ВЫ ТОЛЬКО НА СЛАБЫХ НАПАДАЕТЕ, УШЛЕПКИ?! — яростный вопль Кацуки послышался раньше, чем он успел приземлиться. Бакуго рухнул прямо между тобой и нападавшими, подняв облако пыли. От него исходила такая волна жара, что песок под его ногами начал плавиться. Он выглядел как демон из преисподней, готовый рвать зубами. Ты, вместо того чтобы изобразить спасенную принцессу, закатила глаза и, сделав шаг вперед, со всей силы отвесила ему подзатыльник. Звонкий хлопок эхом отразился от скал. — Кого ты сейчас «слабой» назвал, придурок взрывной?! — прикрикнула ты, пока Бакуго потирал затылок. — Ай! Слышь, Женщина, ты че берега попутала?! — Кацуки обернулся к тебе, оскалив зубы. — Я тут твою задницу спасаю, а ты че?! — Мою задницу спасать не надо, она и так в порядке! Ты баллы идешь набирать или так и будешь здесь орать? — ты усмехнулась, и в твоих руках заплясали водяные плети. Нападавшие из другой школы застыли в полном недоумении. Они ожидали слаженной командной работы или хотя бы взаимного уважения, а увидели... это. — Эй, вы вообще нас видите? — крикнул парень с песком. — Мы сейчас вас обоих здесь похороним! Бакуго и ты одновременно повернули головы в их сторону. На ваших лицах играла одна и та же хищная, издевательская усмешка. — Ой, Кацуки, смотри, — протянула ты, — песочный мальчик подал голос. Может, намочим его, чтобы он смог куличики лепить? — Ха! Слишком много чести для этого мусора, — Бакуго рванул вперед, выпуская серию мелких, но ослепляющих взрывов. — Я его прожарю так, что он в стекло превратится. Начался бой, который больше напоминал опасную игру. Вы двигались как единый механизм, хотя со стороны казалось, что вы постоянно соревнуетесь. — Влево, дебилоидка! — крикнул Бакуго, уходя от летящего в него булыжника. — Сам ты дебилоид, я его специально пропустила, чтобы ты не расслаблялся! — парировала ты, создавая водяную линзу, которая сфокусировала солнечный свет и ослепила противника. Бакуго воспользовался моментом и в упор подорвал парня с песком. — Ха! Видала? — Твои взрывы сегодня какие-то вялые. На завтрак мало нитроглицерина пил? — ты подсекла второго врага водяным хлыстом за лодыжку и с силой впечатала его в скалу. — ЧЁ ТЫ ВЯКНУЛА?! Да я тебя сейчас саму в пар превращу! — Бакуго пролетел над тобой, едва не подпалив твои волосы, и обрушил «Гаубицу» на последнего противника. Злодеи-ученики были повержены за считанные минуты. Они лежали в куче мокрого песка и гари, глядя на вас с ужасом. — Кто они такие... — прохрипел один из них. — Они же... они же как безумные. Они пара? — ПАРА?! — одновременно рявкнули вы, оборачиваясь к нему. — Я с этой занозой?! — Кацуки сплюнул. Ты на него недовольно посмотрела, но не смотря на его ворчливые вопли, ты подошла к нему и совершенно спокойно вытерла рукавом кровь с его щеки. Кацуки не дернулся, только рыкнул что-то невнятное, подставляясь под твое прикосновение. — Эй, Слюнявая! — Бакуго уже бежал в сторону следующей зоны. — Не отставай! Если я наберу больше очков, ты будешь месяц чистить мои перчатки! — В твоих снах, Кацуки! — ты рванула следом, на бегу создавая водяную дорожку для скольжения.

<«»>

Это был один из тех дней, когда тренировки в Юэй перешли грань обычного изнурения и превратились в настоящую пытку. Айзава устроил классный час на полигоне, и Кацуки, как всегда, выкладывался на 200%. Он использовал свои самые мощные приемы — «Бронебойный выстрел» и «Гаубицу», из-за чего его плечевые суставы и мышцы предплечий буквально горели.  Весь вечер в общежитии ты видела, как он морщится, когда берет чашку чая, и как вздрагивают его пальцы. Ты знала Кацуки лучше всех: он никогда не признает боль, не пойдет к Исцеляющей Девочке из-за «пустяка» и будет терпеть, пока мышцы не начнут рваться.  Твоя причуда воды была не только разрушительной. Ты давно научилась чувствовать температуру человеческого тела. И сейчас, проходя мимо его комнаты, ты буквально кожей ощущала исходящий оттуда жар. Его тело воспалилось от перенапряжения.  Ты постучала — коротко и властно, не дожидаясь ответа. Войдя, ты увидела его спину. Кацуки сидел за столом, ссутулившись. На нем не было футболки, и в тусклом свете настольной лампы его кожа казалась багровой. Весь его затылок и плечи были покрыты мелкими шрамами от собственных взрывов — цена его силы. Он не обернулся, только напрягся еще сильнее. — Проваливай, Слюнявая. Я не в настроении для твоих нотаций. Ты молча подошла ближе. В твоих руках были конспекты, которые он пропустил, но они были лишь предлогом. Ты видела, как мелко дрожит его дельтовидная мышца. — Замолчи, Кацуки, — тихо сказала ты.  Ты положила конспекты на край стола и, прежде чем он успел вскочить и начать орать, мягко положила обе ладони ему на плечи. Он дернулся, из его ладоней вырвался слабый, болезненный хлопок.  — Убрала руки! — рыкнул он, но в голосе не было силы. Ты не отстранилась. Напротив, ты активировала причуду. Твои ладони мгновенно стали ледяными, но не обжигающе холодными, а приятно-прохладными, как ключевая вода. Ты пустила тончайший слой влаги под свою кожу, создавая эффект идеального компресса. — Просто замолчи и дыши, — прошептала ты, слегка надавливая на триггерные точки у основания его шеи. — Я не собираюсь тебя жалеть. Я просто не хочу, чтобы мой главный соперник завтра свалился с судорогами. Кацуки замер. Его тяжелое, прерывистое дыхание начало выравниваться. Он почувствовал, как невыносимый гул в плечах, этот тянущий «огонь», начинает отступать под твоими руками. Холод проникал глубоко внутрь, снимая отек и воспаление.  Он закрыл глаза и впервые за вечер расслабился, его голова тяжело опустилась вперед. — Чертова женщина... — пробормотал он, но на этот раз в его голосе было что-то похожее на признание.  Ты стояла за его спиной, чувствуя, как его кожа постепенно остывает под твоими пальцами. И ты была единственной, кто мог дать ему этот момент покоя, не задевая его гордости. Он вдруг накрыл твою правую ладонь своей — его рука всё еще была горячей и шершавой от ожогов. Он не убрал твою руку, а наоборот, прижал её плотнее к своему плечу, безмолвно прося не уходить. В тишине комнаты было слышно только ваше дыхание.

<«»>

Класс 1-А решил устроить рок-концерт. Кацуки, как лучший барабанщик, был нарасхват, а ты помогала с декорациями и спецэффектами. Однажды вечером, после очередной репетиции, ты застала его в спортзале — он вымещал злость на боксерской груше. — Опять бесишься, что Деку лучше танцует? — подколола ты, проходя мимо. Бакуго остановился, тяжело дыша. Пот градом катился по его торсу. — Заткнись. Этот чертов задрот бесит меня самим фактом своего существования. И ты тоже бесишь! — он резко развернулся к тебе. — Почему ты постоянно ошиваешься там, где я? Ты подошла вплотную, не боясь его гнева. — Потому что кто-то же должен следить, чтобы ты не взорвал школу до начала фестиваля. Он схватил тебя за воротник, притянул к себе, и ты почувствовала жар, исходящий от его тела. — Знаешь, что... — прорычал он, глядя тебе в глаза. — После выступления не смей исчезать. У меня к тебе дело.

<«»>

Концерт прошел феерично. Кацуки выплеснул всю свою ярость в барабаны, а твои водяные фейерверки заставили всех ахнуть. Когда шум утих и ученики начали расходиться, Бакуго нашел тебя за сценой. Он не сказал ни слова. Просто схватил за руку и потащил на крышу общежития. Там, под звездным небом, он наконец отпустил твою руку. — Слышь, Ведьма, — начал он, глядя на город. — Я долго думал о том, что ты сказала в бане лагеря. Про «типаж». Ты замерла. Ты надеялась, что он забыл или проигнорировал те слова. — И? — твой голос немного дрогнул. — И то. Ты — заноза в заднице. Ты бесишь меня, и ты блять почему-то единственная, кто дает мне по башке на глазах у всех. И... — он резко повернулся, его лицо было пунцовым, но взгляд — стальным. — И я хочу узнать что ты думаешь обо мне, точнее что чувствуешь. Ты заулыбнулась и сделала шаг к нему. — Ты мне нравишься, и это значит, что великий Кацуки Бакуго предложит теперь мне встречаться? Кацуки замер. Его лицо, которое и так было красным от смущения, вспыхнуло с новой силой, становясь почти пунцовым в свете луны. Искры в его ладонях на мгновение погасли, сменившись коротким, растерянным шипением. Он явно не ожидал, что ты скажешь это так прямо, без тени страха, глядя ему в глаза. Твоя улыбка бесила его и манила одновременно. — ЧЁ-Ё-Ё?! — взревел он, делая шаг назад и размахивая руками, словно пытаясь разогнать воздух между вами. — Ты че, совсем страх потеряла, Женщина!? Какие еще встречаться?! Я тебе чё, герой из твоих тупых девчачьих комиксов?! Он набрал в грудь побольше воздуха, собираясь выдать очередную херню о том, какой он великий и как ему никто не нужен, но, встретившись с твоим спокойным и выжидающим взглядом, вдруг сдулся. Его плечи дернулись, он отвел глаза в сторону. — Ты... ты реально тупая, — уже тише буркнул он, шмыгнув носом. — Раз ты моя, то... — он замялся, подбирая слова, которые давались ему с трудом. — То это и так понятно, чё мы... ну... типа того. Он снова резко повернул к тебе голову, и его глаза сверкнули привычным вызовом, хотя уши всё еще горели. — Слышь! Я не буду дарить тебе цветы и всякую розовую херь, поняла?! — он подошел вплотную, нависая над тобой и обдавая жаром. — Но если я увижу, что ты пошла в кино или еще куда-то с каким-нибудь другим придурком... я разнесу всё это здание к чертовой матери. Он грубо схватил тебя за подбородок, заставляя смотреть на себя. Его лицо было в паре сантиметров от твоего. — Это не предложение, Женщина. Это факт. Ты теперь со мной. И попробуй только вякнуть, что тебе что-то не нравится. Он выдержал паузу, ожидая твоей реакции, а затем, не выдержав собственного напора, быстро приник к твоим губам в коротком, резком и колючем поцелуе, тут же отстранившись и разворачиваясь, чтобы уйти. — Всё, пошли в общагу! Холодно тут, еще простудишься, будешь потом своими соплями мне всю комнату заливать... — бросил он через плечо, но ты видела, как он сунул руки в карманы, чтобы скрыть, как сильно они дрожат.

<«»>

С того дня в классе всё изменилось. Вы не держались за руки и не обменивались сердечками. Ваши отношения проявлялись в деталях: На обеде он молча перекладывал тебе в тарелку лучшие куски мяса со словами: «Ешь, а то опять в обморок упадешь от истощения». Когда ты тренировалась, он сидел неподалеку и делал вид, что читает, но на самом деле следил за каждым твоим движением, готовый вмешаться, если ты перенапряжешься. Если кто-то из парней (особенно Каминари) пытался с тобой флиртовать, за его спиной мгновенно вырастала тень Кацуки с искрящимися ладонями и оскалом: «Ты че блять смерти ищешь?»

<«»>

На втором курсе задания стали опаснее. Появились новые злодеи, и вы с Бакуго официально зарегистрировали свою «командную работу» для стажировок. Один из самых ярких моментов случился во время патруля в прибрежной зоне. На город напал гигантский монстр, способный манипулировать температурой. Он превращал воду в пар, делая тебя бесполезной, и охлаждал воздух, мешая Бакуго потеть для взрывов. — Кацуки, нам нужно объединиться! — крикнула ты, уворачиваясь от удара. — Я сам справлюсь! — упрямо выкрикнул он, но его ладони лишь жалко дымились. Ты подбежала к нему, схватила его за руки и посмотрела прямо в глаза. — Доверься мне. Ты активировала свою причуду на полную мощность, но не вовне, а внутрь — ты начала контролировать влагу на коже Кацуки, ускоряя его потоотделение и концентрируя нитроглицерин. Ты стала его «ускорителем». Бакуго почувствовал невероятный прилив мощи. Он посмотрел на свои руки, которые теперь светились от накопленной энергии. — Ха... Теперь я его разнесу! С твоей поддержкой он нанес удар такой силы, что небо над городом очистилось от туч. Когда монстр был повержен, Кацуки, тяжело дыша, подошел к тебе и, наплевать на камеры и прохожих, притянул тебя к себе, утыкаясь лбом в твое плечо. — Неплохо сработала, Женщина. Но не вздумай зазнаваться. Ты обняла его в ответ, чувствуя, как его сердце бьется в унисон с твоим. — Куда уж мне, «король взрывов».