Всё о Нём

Глубокая ночь всегда была временем обостренных чувств, глухого перекатывания лопаток под кожей кошек, лазающих по крышам террас таверн в надежде подцепить рыбную закуску со стола отдыхающих в покое и во хмелю мондштадтцев. Лоэн ценил тишину не за покой, а за то, что в ней любой шорох становился броской уликой, особенно, когда у горожан завершались прогулки по тавернам и на улицах оставались лишь самые темные и скользкие личности. И те, кто не заслужил поддержки товарищей, которые могли бы донести их пьяные тела до дома. Настоящая охота интересна тогда, когда цель старается быть бесшумной, скрытной, тихой - именно в эти моменты Лоэн чувствовал настоящий азарт, выслеживая малейшее нарушение идеального сумеречного порядка, пусть это и не сулило положительного сдвига в его темной репутации. Сегодня никакого азарта и развлечения не предвиделось. Обычное ночное дежурство в штабе Ордо Фавониус - тоскливая рутина, заставляющая мерить шагами гулкие коридоры, неизбежная для него, как для заместителя капитана... Условность, но выбить из Варки повышение с каждой попыткой становилось все более невозможным, Лоэн мог бы уважать несгибаемость Варки, - каждый раз, когда ему пытались навязать мысль, тот поступал совсем наоборот из одного лишь упрямства и стремления показать идейному советчику его место. Столкнуться с этим пришлось и Лоэну, вопреки их общему с магистром легкому отношению к работе и жажде настоящих приключений. Рыцари звали его, Лоэна, капитаном, но жалованье, регламент службы и строка должности в деле все еще принадлежали заместителю. Условность, с которой можно было бы смириться, если бы та не мозолила глаз. И не подчеркивалась вот такими ночными дежурствами. В этот раз спутником капитана Лоэна был молодой рядовой, который, несмотря на более долгие ноги, едва поспевал за размашистым шагом капитана, не способного, как обычный рыцарь на дежурстве, занять себя романом, усевшись в библиотечном кресле госпожи Лизы. Неохотное передвижение своего напарника по дежурству Лоэн замечал, оттого переставлял ноги еще более бодро, - нагрузка для рыцарей лишней не бывает, пусть молодой рыцарь побегает за ним. Ловить себя на таком.. мелочном развлечении капитану было тоскливо. Проходя мимо архива и раздраженно слушая скрип сапог припрыгивающего сзади рыцаря, Лоэн заметил тонкую полоску света под дверью архивного помещения. Дверь была плотно притворена, но на сумрачный пол второго этажа из-под двери полз рассеянный теплый свет. - В такое время. - Лоэн остановился, и в его голосе проскользнула холодная придирчивость. - Кто решил, что устав о соблюдении режима его не касается? Рыцарь, чуть не врезавшийся в резко затормозившего капитана, сконфуженно повел плечом, бросив короткий взгляд на дверь: - А, это маленький Шмидт, капитан. Картограф... Он часто здесь засиживается по ночам. Говорит, что ему нужно полное уединение, чтобы не допустить ошибок в расчетах. Любит тишину. - Что же ему дома не сидится? Лоэн медленно повернул голову к подчиненному, заставляя его согнуть шею, чтобы встретиться с капитаном глазами. - Хоффман. Ну. Знаете, - еще более сконфуженно прошептал рыцарь. - Никакого уединения, если у него выходной... - Значит, по-твоему Шмидт засиживается в ордене в поисках уединения? - Лоэн усмехнулся. - Учитесь, пока я жив, рыцарь Дункан, вот такие ночные заседания - это удобная ширма для тех, кому есть что скрывать. Откуда тебе знать, что по ночам герр Шмидт не пишет донесения вражеским отрядам? - придирчиво прищурился Лоэн. - Дома этого не делает, поскольку Хоффман, как порядочный рыцарь, непременно пресечет такую деятельность? - Мика? - растерянно, неверяще усмехнулся рыцарь. Но не заметив ни на лице Лоэна, ни в его голосе шутки, он сглотнул. - Я имею в виду... Шмидт не похож на шпиона. - Считаешь, я просто решил мутить воду вокруг несчастного паренька? - пытливо спросил Лоэн, опасно сверкнув глазами. - Я так ведь обычно и поступаю, да? Не выдержав тяжелого, снисходительного взгляда капитана, рыцарь примирительно изрек: - Впрочем, капитану виднее... По хорошему шпиону не заметить, что он шпион.. - Замечательная рефлексия. Был невероятно горд ее созерцать, - скучающе бросил Лоэн, смерив собеседника взглядом, который наверняка заставит рыцаря поддержать нехороший разговор в таверне о стервозном мелком заместителе капитана. - Свободен. Иди проверь посты у главных ворот, а я посмотрю, какие геодезические изыскания заставляют нашего картографа забыть о сне... Рыцарь Дункан не стал испытывать его терпения, быстро отдал честь и растворился в темноте коридора. Лоэн остался в одиночестве в темном коридоре с влекущей из-под двери полоской света. Тихо подобравшись к двери поближе, он не стал стучать - это было не в его правилах, - подтолкнул тяжелую дубовую дверь плавно и бесшумно, пробираясь в архив с любопытством хищника, обнаружившего нору с ароматным заячьим семейством. Внутри пахло старым пергаментом, пылью и чернилами. И немного Микой. Картограф сидел к нему спиной, сгорбившись над столом. Его перо быстро-быстро бегало по бумаге, но это не было похоже на вычерчивание ровных линий маршрута - росчерки пера были резвые, короткие, будто Мика в исступлении пишет что-то, требующее немедленной отправки. Лоэн видел, как напряжены плечи парня и как он то и дело нервно поглядывает на стопку пустых бланков, которыми, видимо, прикрывал что-то другое. Лоэн не спешил. Он сделал несколько шагов вглубь комнаты, позволяя своей тени медленно наползти на рабочий стол Мики, пока та не накрыла его полностью. Но Мика не заметил и этого, отчего-то вдруг прикрыв лицо, бросив перо на стол.. в страдании. Лоэн понял это по тяжелому влажному вздоху, сорвавшемуся с губ Мики, и мог ощутить, как собственные глаза с интересом загорелись. - Для картографа у тебя слишком неровный почерк, Шмидт, - негромко произнес Лоэн, нарушая тишину и наклоняясь над плечом юноши. Мика со смешным "ох!" подпрыгнул на месте, едва не опрокинув чернильницу. Его рука инстинктивно дернулась, накрывая тетрадь, которую он судорожно пытался спрятать под стопку официальных отчетов. Лицо Мики в миг стало белее пергамента. - К-капитан Лоэн! - выдохнул он, бессмысленно пытаясь выровнять дыхание. - Я... я не слышал, как вы вошли. Я просто сверял данные по экспедиции... И вот вы.. напугали м-меня... - Мне очень жаль, герр Шмидт, что я вас пугаю, - прозвучало это без капли раскаяния. И все же Мика с кроткой извинительной улыбкой чутко ответил: - Нет-нет, что вы, просто неожиданно так... - Я надеюсь, эта неожиданность станет приятной для нас обоих, - деловито покачал головой Лоэн. И медленно обошел стол, не сводя глаз с беспокойного Мики, провернувшегося на табурете, чтобы встречать его лицом. Лоэн с нескрываемым удовольствием наблюдал, каким.. обреченным стало лицо картографа, стоило только ему остановиться у стоявшего аккурат у стола Мики кресла и вальяжно рухнуть в него, стягивая перчатки с белых рук. Намекая, что задержится на разговор. Лоэн медленно закинул ногу на ногу и откинулся на спинку, наблюдая за тем, как Мика пытается слиться с мебелью. И теперь уже герр Шмидт лишился своей бледности, напротив, зацвел маковым цветом в мгновение становясь еще трогательней, чем был всегда. - Продолжай свою.. сверку, - почти ласково сказал Лоэн, деловито цепляя выглядывающий из-под бумаг край записной книжки Мики. - Не обращай на меня внимания. Мне просто любопытно, что за данные требуют ночного бдения в ордене. Мика же резко вскочил на ноги, схватился за тетрадь мертвой хваткой, сам себя испугавшись. И с виноватым видом продолжил удерживать ее, опуская на нее ладони и прижимая к столу всем весом. - Простите, это л-личное... - трогательно сдвинув брови домиком, прошептал Мика, стыдливо опуская взгляд. Лоэн даже не моргнул. Он не стал тянуть тетрадь на себя, вступая в нелепую борьбу, - вместо этого он просто замер, сохраняя давление пальцев на кожаном переплете. В тишине архива стало слышно, как трещит пламя свечи тусклой лампадки. - Личное? - повторил Лоэн, и в его голосе прорезалась едва уловимая, вибрирующая насмешка. - В штабе Ордена, герр Шмидт, личное заканчивается там, где начинается нарушение дисциплины. Мика посмотрел на него с новой, совершенно искренней мольбой. Лоэн с упоением подумал о том, сколькие бы сдались перед этим нежным румяным личиком, изобразившим такую трагедию, но он не из числа этих милосердных людей. - Отпусти, - приказал Лоэн. Четко и строго. - С каждой секундой сопротивления во мне все меньше доверия к тебе. Недоверчивость располагает к конфликтам, знаешь ли. Отпусти, - вкрадчиво, шепотом попросил Лоэн, прищуривая глаза, скрывая синеву градиента своих глаз, обнажая темный кровавый цвет, который, несмотря на всю его заячесть, все равно внушал дискомфорт. Пальцы впечатлительного Мики против его воли начали слабеть, протестно стиснулись в кулаки, но с записной книжки не поднялись. Светлые бровки сдвинулись к носу в упрямстве. - Если там стихи о любви к закатам над Сидровым озером, я посмеюсь и верну её тебе, - одна из ног Лоэна скатилась с колена, крепко опуская сапог на пол и намекая, что теперь капитану принять боевую стойку будет легко. - Но если ты заставишь меня применить силу, чтобы изъять подозрительный объект... последствия тебе не понравятся. - Заместитель капитана Лоэн, я клянусь... - начал было Мика, но заметив, как с лица напротив исчезает вся насмешка, как ее подменяет что-то глубоко презрительное и полнящееся решимостью, замолк. Нос у Лоэна в презрении дернулся, точно как это бывает у кроликов. - Моя жизнь.. кончится. Прошу вас... - Конечно, кончится, - спокойно кивнул Лоэн, пожимая плечами. - Я сам закончу твою жизнь, если решу, что ты представляешь опасность благополучию города. - Я.. Я-я.. Кривая усмешка растянулась аккурат под этим кроличьим носом. - Я не мелочен, герр Шмидт, - медленно проговорил Лоэн. - Я просто делаю свою работу заместителя капитана. Будь я капитаном, может быть, я проявил бы милосердие, - каждое слово Лоэн говорил тише и ниже, но менее внушительными они для впечатлительного картографа не становились, даже напротив. Подбородок Мики в обиде вздрогнул, он шумно сглотнул. - Или вовсе сейчас не застал тебя в этом архиве. Капитаны не дежурят. А я, как ты верно подметил, заместитель капитана. И я здесь, - Лоэн четко резал слова, чеканил каждое и не уводил взгляда, даже не моргал. И Мике мерещилось, будто кровь в его взгляде густеет и темнеет. - И ты, герр Шмидт, тоже. И ты настораживаешь меня. Своим упрямством. Своей книжкой, - уточнил Лоэн, чувствуя на собственном лице самое стервозное выражение. - Которую немедленно мне отдашь. Понятно? Лоэн потянулся к кинжалу за поясом, скорее, предупредительно, но Мике было этого достаточно, он, всхлипнув от беспомощности, медленно отнял руки от тетради, побежденно усаживаясь на табуретку с самым щенячьим и жалким выражением лица. Лоэн тут же с легким торжеством оглядел розовощекого картографа, подмигнул ему и притянул книжку к себе, сразу же крепко сжимая ее в руке. Он вновь вальяжно откинулся в кресле, удобнее устраивая ногу на ноге, и начал неторопливо перелистывать страницы, демонстративно игнорируя застывшего, поникшего Мику, переживающего конец своей жизни на расстоянии вытянутой руки. Первые страницы пролетели быстро - сухие сводки, замеры, списки провианта, наброски местностей. Но буквально спустя десяток страниц содержание начало меняться. Пальцы капитана замерли, переставая спешить, теперь следовало вчитываться более усердно, не мельком, со всем вниманием. Почерк на развороте изменился - стал более размашистым, лихорадочным, местами буквы почти прорывали бумагу. Лоэн прищурился, вчитываясь. Его губы медленно растянулись в той самой ухмылке, от которой у рядовых обычно холодело внутри. Мика не был рядовым, но ощутил тяжелый ком в горле. - Его холодная сила, она обжигает сильнее любого пламени. Я чувствую себя добычей под его ледяным взором, и эта власть, эта мощь воина лишает меня воли... - прочитал Лоэн и изумленно поднял глаза на Мику, зажмурившегося и взволнованно комкающего в руках ткань своих штанов. - О, Мика!... - воскликнул Лоэн, пытаясь сдержать торжество и удовольствие от находки и постукивая пальцем по исписанной странице. - Его ледяной взор прошивает насквозь... я чувствую, как немею под этим давлением, и это пугает меня так же сильно, как и заводит... О, Мика! Разве эти строки могут принадлежать такому, как ты, - теперь уже Лоэн не смог сдержать смеха, осознавая, какую обиду и стыд наносит этим смехом уже переживающему и густо краснеющему Мике. Картограф спрятал лицо в руках, комкая пушистую челочку цыплячьего цвета пальцами так, будто вот-вот вырвет ее из скальпа. Лоэн перевел взгляд на него с записной книги и, неверяще хихикая, произнес на выдохе: - Что это такое? - поняв, что ответа от парня с поникшими плечами и пылающими пуще лампадки ушами он не получит, Лоэн добродушно усмехнулся, - впрочем, ладно. Я разберусь сам... - снова Лоэн опустил взгляд в эллегические фантазии герра Шмидта. - Капитан... его величие подавляет меня, я готов на всё, лишь бы он заметил меня, понял, что я нечто большее, чем подручный его недруга, - томно подвел итог Лоэн, с упоением отмечая, что скуки как не бывало. - Это что же получается?.. Про меня? Как это мило. Ты так старательно скрывал, что влюблен в своего капитана... Правда, я бы не назвал нас с Варкой недругами, но в некоторых вопросах мы действительно радикально не сходимся... - Я н-не... Это недоразумение, клянусь это не про вас... - взмолилился Мика, открывая лицо и складывая руки теперь уже действительно в молитвенном жесте. - Я бы не посмел! Увидев на чужом лице и страх, и трепет, и стыд Лоэн забыл обо всем, сосредотачивая внимание на этой любопытной ситуации, на этом полном секретов и непростительных тайных желаний картографе. - Но ты посмел! Вот же, - возражающе заметил Лоэн, - в своем.. опусе ты пишешь о ледяном взгляде, могуществе, давлении, трепете... О капитане, владеющем крио-энергией. Кто еще это может быть, Мика? - смерив собеседника испытывающим взглядом спросил Лоэн, как несмышленного ребенка. И, не давая попытки ответить, сразу же предположил за него сам, - смуглый конеёб? Едва ли он может вызывать такой трепет. И едва ли есть необходимость скрывать от него такие.. глубокие чувства, все мы знаем, что в ласке он, - Лоэн криво усмехнулся, сконфуженно, едко облизываясь и подбирая формулировку, - мужчинам не привык отказывать... Мика, будь же откровенней. - Капитан Лоэн, вы… вы не так поняли, клянусь, - Мика вскинул руки, словно пытаясь физически отгородиться от слов заместителя капитана и той пугающей тишины, что повисла в архиве. - Это… это просто художественные наброски! Я вдохновлялся историей… легендами о великих воинах севера. Это не о ком-то конкретном, это просто… образ, просто... Лоэн издал короткий, сухой смешок. Мика сконфуженно поджал губы, сконфуженный собственной ложью и тем, что в момент, когда мужественней было бы признать свои пристрастия, ставшие для вице-капитана такими явными, он проявил такой малодушный стыд. И так нелепо лгал. Лоэна виноватый, поникший вид Мики не смутил, напротив, в такие моменты вице-капитан ощущал, что правильно взял след. И было бы глупо не идти по нему до конца. - Образ? Какой интересный образ, - задумчиво смакуя неумелую ложь произнес Лоэн. Слова в его рту вязли, густели. Мика молчал, но горечь собственных слов, повторенных заместителем капитана, распускалась и на его языке. - Он не идет из твоей головы, судя по всему, - Лоэн медленно перелистнул страницу, пробежался по ней глазами, перелистнул снова, вопреки опасливо вскинувшейся руке Мики, явно помнящего, в каком месте его записок фантазии обретают особый эротизм. Но никакие движения Мики не способны были остановить заместителя капитана, изучающего причудливые записи. Он довольно наморщившись усмехнулся и продекламировал, - его стать ледяного воина подгибает мои колени, а его голос звучит как треск ломающегося льда, одно лишь присутствие заставляет подчиняться без лишних слов, я готов на все ради одобрения своего холодного капитана. Лоэн эффектно захлопнул книжку с негромким, но веским, свалившимся на Мику почти до физического ощущения, хлопком и перевел полный удивления взгляд на мучающегося картографа. Его глаза сузились, разглядывая его, обреченного молодого парня, покрывшегося уже стыдливой испариной. Лоэн почти присвистнул - так быстро в стыд на его памяти не вгонялся никто. Впрочем, и таких поводов провоцировать стыдливость никто не предоставлял ему. Кто бы мог подумать, что с Микой Шмидтом есть, о чем поиграть... Кто бы мог подумать, что он не заплачет, как только Лоэн начнет с ним игру..? - В этом штабе есть только один человек, подпадающий под описание ледяного воина, перед которым ты так услужливо склоняешь голову при каждой встрече, герр Шмидт, - настаивал Лоэн. Разглядывая каждое изменение в лице несчастного Мики, уже заблестевшего глазами. Обидой, виной, стыдом мокрели глубокие, умные синие глазки. Его мягкие раскрасневшиеся щечки, слишком трогательные для парня его возраста, зубы закусили изнутри, взволнованно пожевывали. - И он сейчас сидит перед тобой. Не нужно приплетать посторонние источники. Лоэн подался вперед, сокращая и без того ничтожное расстояние между ними. Мика невольно отстранился, заставляя табурет жалобно скрипнуть и поддаться движению, встать на две ножки из четырех, от падения Мику спасло только цепкое хватание за стол, он медленно, с взглядом битого множество раз животного, вернул стулу и себе равновесие. Синие глазки в оплете беленьких ресниц все более полнились влажным блеском и давили вице-капитану Лоэну в самое чуткое место в отсутствующем сердце. - Или ты хочешь сказать, что в твоих фантазиях есть кто-то более достойный этого описания? - голос Лоэна стал тише, переходя в вкрадчивый шепот. - Кто-то, кто владеет холодом лучше меня? Кто-то, чья мощь пугает тебя сильнее? Говори, Мика. Я очень не люблю, когда мне лгут в лицо, особенно когда доказательства твоей… одержимости лежат у меня в руках. И поменьше эмоций, - снисходительно качнул головой он, быстро оглядев Мику своим воспаленным взглядом с головы до пят. - Мы же просто разговариваем. Мика открыл рот, от волнения наполнившийся густой слюной, жалобные пухлые губки успели порвать блестящую ниточку влаги, но вместо оправданий из них вырвался лишь рваный, судорожный вздох. Он хотел сказать, признаться - Капитано, но это имя сейчас казалось смертным приговором. Сказать правду означало признаться в симпатии к врагу Мондштадта, дать Лоэну поводы усилить слежку. Отрицать - значило еще сильнее разозлить Лоэна, который, по впечатлению Мики, уже явно примерил на себя роль хозяина этих строк. Мика ощущал такую потерянность, какой не испытывал даже во время самого громкого боя, когда его оглушил взрыв пороховой бочки. Тогда была единственная верная опция - спасаться. Лоэн не спешил. Он лишь приподнял бровь, позволяя тишине архива давить на Мику тяжелым грузом. Вице-капитан умел ждать. Он знал, что для такого робкого парня, как Мика, эта пауза - самая изощренная пытка. Лоэн просто наблюдал, как на виске геодезиста выступает капля пота и как он судорожно пытается подобрать слова, которые не сделают ситуацию еще хуже. Это было так.. весело. Оставалось только убедить в этом и самого картографа, который был до того смущен и задумчив, что Лоэн почти испытывал вину. Будь Мика страшненьким - едва ли приятно было этим лобоваться, но Мика Шмидт всегда выглядел как свежий пряник и также пах. Словно вспомнив об этом, Лоэн почти мечтательно втянул воздух носом. И почти почувствовал запах полевой кухни, оставшийся на одежде Мики. В мыслях он благодарил Барбатоса за то, что сделал этого съедобного парня не таким скучным, каким считал его Лоэн прежде. - Я... я... - Мика заикнулся, его голос дрожал так сильно, что едва удавалось разобрать слова. - Это скорее... собирательный образ... Вы правы, ваша сила... она невероятна, и я, конечно, восхищаюсь вашим мастерством над льдом.. но в этих записях... я имел в виду мощь как явление! Представьте себе, вице-капитан, какого-то абстрактного воина, чья р-решимость н-не знает г-границ... Лоэн наклонил голову набок, и его взгляд стал почти изучающим, как у энтомолога, рассматривающего любопытное насекомое под лупой. - Абстрактного, значит? - протянул он, снова открывая дневник, в этот раз на случайной страничке, и пробегая глазами по строкам. - Его плечи, широкие и надежные... голос, который не терпит возражений... Решимость и сталь хваткой руки, не знающей пощады для мерзавцев и покровительствующей своим верным людям, - скептично процитировал Лоэн. - Ты хочешь сказать, Мика, что описывал некое привидение, пока я ежедневно демонстрирую всё то же самое? Мика почувствовал, что заходит в тупик. Он отчаянно пытался не выдать правду, но его оправдания звучали всё бледнее. И.. капитан Лоэн был так уверен. В себе и в своих словах... Что Мика понимал, все уже проиграно и ситуацией полноценно владеет именно Лоэн. И не так важно, что было на самом деле, этой реальностью сейчас управляет именно вице-капитан. - Нет, что вы! - жалобно вздохнул Мика. Покорно озвучивая мысли о Лоэне, стараясь обойти слова, которые выдали бы весь его трепет и сомнения в лоэновских методах обращения с подчиненными. - Вы - живой пример образцовой дисциплины, надежности, п-прекрасно владеете крио-энергией, - Мика затараторил, пытаясь польстить Лоэну, чтобы тот закрыл тетрадь как можно скорее, чтобы насытился уже его стыдом. - Но это просто... литература. Я просто тренировал слог, д-думал.. Я... Я картограф, мне нужно уметь четко описывать объекты... и людей... Лоэн недовольно хмыкнул, прикрыл записную книгу и положил ее себе на колено. Он медленно провел ладонью по кожаной обложке, словно поглаживая зверя, сослужившего славную службу. - Хорошо, - вкрадчиво, с обещанием скорого веселья произнес заместитель капитана, и от этого хорошо Мике стало совсем дурно, что-то ухнуло в животе. - Раз это просто сверка данных и тренировка слога, то ты не будешь против, если мы проверим, насколько твои теоретические описания не соответствуют практике. Встань. Мика глядел на него с очередной мольбой, толком еще не зная, о чем молит теперь. И подниматься на ноги не торопился, чувствуя слабость в коленях и оторопь, но отнюдь не ту, что была в его записях. Или ту, но... разница была колоссальной. Фантазии и реальность еще никогда не сплетались так нежелательно и так не к месту. Мика утер пот со лба, задерживая локоть у глаз. И не желая открывать лица. В глубине души он надеялся, что заместитель капитана просто исчезнет. Каким-нибудь чудом испарится. И все это окажется его страшным сном. Тогда он никогда больше не посмел бы себе ни о чем фантазировать. - Герр Шмидт. Поднимитесь прямо сейчас, - четко, с капитанским холодком приказал Лоэн. И Мика подчинился. Так робко и боязливо, будто находится под прицелом мушкета. - Это... это просто мысли. Я не должен был... - Напротив, Шмидт. Ты должен был, - Лоэн перебил его мягко, но с той интонацией, которая не оставляла места для протеста. Он лениво похлопал ладонью по кожаному переплету дневника, лежащего у него на колене. - Дисциплина строится на честности. А здесь ты предельно честен. Готов на всё - это сильное заявление для такого.. тихого сладкого паренька. Лоэн чуть заметно наклонил голову, и свет лампадки подчеркнул резкие, хищные линии его лица. Хотя Мика заметил, как на последних словах голос Лоэна стал таким хриплым, будто он сдерживал смех, его колено съехало с другого, теперь он широко расставил ноги, как хозяин положения, которым сейчас, к неудовольствию Мики, и являлся. - Подойди. Это приказ, - добавил он, замечая, что Мика боится шелохнуться. Картограф сделал один неуверенный шаг, затем второй, пока не оказался почти вплотную к разведенным коленям капитана. Лоэн расслабленно глядел на него снизу, но Мика всё равно чувствовал себя так, будто его сверлит взглядом исполин, будто это не он смотрит на вальяжно рассевшегося в кресле Лоэна сверху. - Так о какой преданности речь? - Лоэн протянул руку и медленно, кончиками пальцев, коснулся пряжки на ремне Мики, сначала просто оглаживая, а затем едва ощутимо потянув за нее парня на себя. Мика не понял, что желает сделать Лоэн, какое положение предлагает принять этим.. прикосновением. - Ты писал, что жаждешь моего одобрения. Что хочешь почувствовать холодную руку господина на своем затылке. Это ведь были твои слова? Мика застыл, чувствуя, как от этого прикосновения по спине пробежал настоящий мороз, не имеющий отношения к крио-энергии. Он хотел сказать, что всё это ошибка, что в его голове был другой образ, другой капитан... но испытывающий взор Лоэна, в котором сейчас горело неприкрытое, издевательское торжество, парализовал его. Как и ледяные пальцы, самыми кончиками забравшиеся под пояс широких шорт. Короткие ногти Лоэна слегка царапнули нижнюю часть рыхловатого живота. И Мика ощутил новый прилив стыда - Лоэн ничего не говорил, но Мика все равно ощутил немой упрек в запущенности телесной формы, пусть никто и не требовал от него безупречной физической формы, от прикосновений к нежным, выдающимся частям тела все равно вызывали неловкость. Наверняка, заместитель капитана редко сталкивался с подобным, привыкший к поджарым телам рыцарей своего отряда. - Да... - выдохнул Мика, опуская голову, потому что выдерживать этот взгляд больше не было сил. - Мои. - Тогда докажи это, - Лоэн схватил его за ткань рубахи и рывком притянул вниз, так, что Мика едва не уткнулся носом в его плечо, послушно падая на колени и шумно стукаясь ими о пол. Уже чувствуя, какими крупными нальются на коленках синяки. - Не ушибся? - неожиданно спросил Лоэн, заставляя Мику посмотреть на него и покорно повертеть головой, немым образом выражая "не ушибся". - Не нужно вести себя так, будто я собрался линчевать тебя, тебе есть ради чего беречь колени, поверь мне. Мика лишь снова опустил взгляд в пол, пряча лицо, разглядывая сапоги заместителя капитана. Показывая свою макушку, полную пушистых цеплячьих вьющихся волос. - Ты знаешь, что я хочу с тобой делать, Мика? Или не догадываешься? - снова Лоэн удивил Мику вопросом. Мика догадывался, но вслух озвучивать догадок не стал, только виновато сглотнул, не поднимая глаз. Осматривая тонкие голени сапог Лоэна. Мика помнил, какая прыть была в этих тонких на вид ногах, заячья прыть, которой мог бы позавидовать, пожалуй, магистр, привыкший идти в атаку в лоб с тяжелым оружием и таким же стилем боя. Лоэн тоже предпочитал идти в атаку сразу и решительно, но едва ли ему грозила опасность с этой его заячьей прытью... Мика мог назвать себя ловким, но с заместителем капитана сравнивать себя не решился бы ни за что. - Тебе требуется немного вдохновения, правда? - Лоэн зарылся рукой в предложенные волосы, сжав пальцы, потянул Мику к бедру, укладывая его голову на нем щекой. - Я почитаю тебе еще, Мика. Небольшая сказка на ночь. Однако, я думаю, мы оба уже поняли, что после нее нам обоим сулит не сон. Правда? Лоэн, не дожидась ответа и отпуская нежные, шелковые волосики, снова раскрыл дневник, придерживая его на свободном колене. В тишине архива шорох бумаги прозвучал как раскат грома. - Посмотрим, на чем мы остановились... - прошептал Лоэн почти с материнской нежностью, будто и в самом деле читает своему любимому дитя сказку. - Ах, да. Вот этот абзац, почерк здесь совсем неразборчивый, пальцы дрожали, когда писал? Мика не ответил, но покраснел только гуще, чувствуя под щекой горячее бедро, на голову легла прохладная рука, она медленно пропускала сквозь пальцы волосы, слегка натягивая их, будто гребешок. Он начал читать, медленно и четко выговаривая каждое слово, словно вбивал гвозди. - Я представляю, как он припирает меня к холодному камню стены... Его руки, привыкшие к оружию, не знают нежности, но я и не прошу её. Я хочу, чтобы его холод просочился под мою одежду, чтобы он заставил меня забыть свое имя, подчинив своей воле. Я бы позволил ему делать со мной что угодно, лишь бы он перестал смотреть на меня как на рядового геодезиста и увидел... своего раба. Лоэн сделал паузу, и Мика, испустив пару тяжелых, определенно возбужденных вздохов, услышал, как капитан хмыкнул - низко, гортанно. - Своего раба, Мика? - Лоэн, запуская пальцы в его светлые волосы и сильно сжимая их, заставил Мику задрать голову и посмотреть ему в глаза. Теперь уже уголки милых, глядящих краями вниз, больших глаз, пустили пару стыдливых слезинок. - Это очень... смелое признание. В уставе Пятой роты нет раздела о рабовладении, но раз уж ты так настойчиво просишь... - Пожалуйста, - одними губами беззвучно прошептал Мика, глядя на Лоэна так, будто в его руках находилась его хрупкая жизнь. - Что? - Не говорите... никому, - на грани слышимости попросил Мика, нижняя губа у него предательски задрожала. Шумно сглатывая, так и не исчезнувший в горле ком, Мика поджал губы. Лоэн потянул его за волосы ближе к себе. Дневник с сухим стуком упал на пол, раскрытый на той самой странице. Для впечатлительного картографа это была долгая, тягучая пауза, в которой все пространство занял тяжелый внимательный взгляд, направленный куда-то внутрь его головы. Казалось, Лоэн читает его мысли, проникает в те уголки сознания, в которых хранилось то, что стыдно было отразить на бумаге. - Попроси меня еще, - Лоэн наклонился к самому лицу Мики, его голос вибрировал от опасного удовольствия, обрел такую хрипотцу, от которой у Мики все свело. Лоэн почти коснулся губами его щеки. - Ну же. Я ведь правда могу рассказать. Что тебе нравятся капитаны. Что тебе все равно, кто это будет, главное, чтобы у него был капитанский чин. Мечтаешь, чтобы тебя окучил каждый из капитанов?.. Женщины, мужчины, все сразу. Мика чувствовал его морозное дыхание на щеке. Лоэн прижался к ней носом, от приятного сливочного запаха и мягкости прикрывая глаза, снова по кроличьи дернул им, ощущая, как скользит кончиком носа по персиковому пушку этой пухленькой щеки, Мика прочувствовал все это и не смог удержать очередного глубокого вздоха. - Ну же. Попроси меня. Скажи мне - капитан, умоляю, - Лоэн прозвучал так жалобно, как никогда. Таких интонаций услышать от Лоэна в любых других обстоятельствах не получилось бы, - не выдавайте моего грязного секретика, я не хочу быть маленькой шлюшкой всего рыцарского ордена, - сладко, еще более тонко и жалобно взмолился Лоэн. Голенью сапога он пролез меж преклоненных колен Мики, вжался в самую промежность. - Ну же, Мика. Или я расскажу всем. И когда я говорю - всем, я имею в виду - всех, - пообещал Лоэн, прикусывая Мику за щеку. С упоением разглаживая пушок пухлой горячей румяной щеки языком. - К-капитан, умоляю, - тихо пробормотал Мика, роняя слезу на пол. Лоэн почти нежно чмокнул его в щеку поверх своей слюны, прижался своим виском к его и тихо шепнул: - Дальше. - З-забыл, - сразу же признался взволнованный Мика сдавленным от грядущего плача голосом. Возбуждение подогревало стыд и противоречивые чувства. - Я напомню, цыпленочек, - вжавшись губами в ухо, прикрытое нежными волосами, прошептал Лоэн. Затем терпеливо отвел их носом, усилил хватку на макушке, сгребая волосы на ней снова и несильно натягивая, снова вернул губы к пылающей ушной раковине, удивляясь тому, какие милые у Мики ушки - совсем маленькие. - Я не хочу быть шлюшкой всего ордена. - Пожалуйста, - глухо вслипнул Мика. Видимо, умоляя не заставлять его произносить такие грязные вещи. - Значит, ты, все-таки, хочешь ею быть? - спросил Лоэн, отпуская волосы Мики на макушке, прокатываясь ладонью до затылка, придерживая его за заднюю сторону шеи. Медленно охлаждая ее. - Как порочно... Или, все-таки, рабом? Разница есть, Мика. Хочешь ее прочувствовать на себе? - Нет, капитан... Ни за что... - отчего-то Мике казалось, будто Лоэн и в самом деле способен превратить его в то, о чем говорит. Неразборчивая опасливость взыграла в нем с новой силой. - Но ты ведь хотел быть рабом, - вздохнул Лоэн. От его морозного дыхания, от того, как на задней стороне шеи покалывали снежинки, Мика несдержанно возбужденно всхлипнул. - Ты писал, что готов на все. Но не способен даже на одну честную фразу. Кому нужен такой слуга, Мика? Мика снова пустил крупные слезы со светлых ресниц, тихо подавляя всхлип. Лоэн успел поймать одну из них губами, слизать ее соль. Хватка на задней стороне шеи стала крепче. - Ты писал, что не просишь нежности. И это хорошо. Потому что я не собираюсь быть нежным с тем, кто втайне от меня пускает слюни на мой авторитет. Но мне нужно, чтобы ты прямо сказал мне о том, что ты в самом деле хочешь своего капитана. Скажи мне это, цыпленочек. Скажи хоть что-то, увалень. Или я начиню тебя хуем каждого капитана, которого знаю. Он положил вторую руку Мике на горло, не сжимая, но давая почувствовать тяжесть и холод своей ладони. - Твой капитан сейчас смотрит на тебя так пристально, как ты и мечтал. Не время для скромности... Ну же, - Лоэн от предвкушения закусил губу, кокетливо уводя своя тяжелый взгляд, обвел им архив. Горячая щека под его скулой снова взволнованно жевалась - Давай. Я не буду долго уговаривать тебя. Мика задрожал, чувствуя, как ледяная кожа капитана прижимает его кадык, заставляя судорожно сглатывать. Взгляд Мики, влажный и затравленный, цеплялся за холодный блеск наплечника заместителя капитана. - Ну же, - подтолкнул Лоэн, чуть сильнее сжав пальцы на его затылке, вырывая тихий всхлип. Щеки Мики порозовели только сильней. - Я жду. Твой дневник исписан признаниями в жажде, так почему сейчас ты молчишь? Где твоя решимость, картограф? Или ты смелый только тогда, когда тебя никто не видит? - Я… я… - Мика зажмурился, чувствуя, как очередная горячая слеза скатилась по щеке, исчезая под холодными пальцами Лоэна. - Я хочу вас, капитан. - Мило. Но мало. - отрезал Лоэн, отстраняясь от лица Мики, чтобы снова можно было любоваться проделанной работой. На лице Мике было только глупое выражение возбуждения. И страдания. Совокупность этих черт уже давно сделала форменные брюки заместителя капитана тесными, но теперь и его взгляд возбужденно потяжелел. - Я хочу услышать всё. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы твой капитан сделал с тобой. Скажи, что ты хочешь принадлежать своему капитану здесь. Мика судорожно выдохнул, и это был уже не просто вдох испуга, а глубокий, рваный выдох полной и даже как будто решительной капитуляции. Образ Капитано в его голове окончательно рассыпался, вытесненный этим реальным, тяжелым, пахнущим морозом и металлом мужчиной, который теперь держал его репутацию в своих руках. - Я хочу… - Мика запнулся, но, встретившись с требовательным взглядом Лоэна, закончил на одном дыхании. - Я хочу, чтобы вы взяли меня, мой капитан. По-настоящему. Чтобы вы заставили меня… почувствовать вашу силу. Чтобы я стал вашим… рабом, как я и писал... - Наконец-то ты перестал лгать, - Лоэн встал, возвышаясь над ним, и начал медленно расстегивать пряжку своего ремня. Металл звякнул в тишине архива, как погребальный звон по скромности Мики. - Ты хотел увидеть воина без доспехов? Смотри. Он на удивление оперативно скинул мундир прямо на стол, поверх разложенных карт, Мика наблюдал за обнажением с самым виноватым видом, и невольно уставился на его обнаженный торс - узенький, с узкими костями, объятыми точеными сухими, жилистыми как у освежеванного зайца мышцами, покрытыми белой, почти как снег, кожей, испещренной бледными и рваными рельефными шрамами от тренировок и сражений. О наличии которых Мика не мог бы подозревать не только потому что никогда прежде не задумывался о том, каким был Лоэн без одежды, но и потому что вообразить себе, что такой ловкий, прыткий воин, как Лоэн, мог носить шрамы, было трудно. Лоэн продолжал избавляться от одежды с ленивой грацией аристократа. Все составляющие части мундира мягко скользывали с тела, открывая все больше бледной кожи, на которой время от времени Мика мог с любопытством обнаружить темные крошечные родинки - на груди, шее, руках. Крио-глаз бога, оставленный на столе, слабо пульсировал, окрашивая бледную кожу Лоэна с правой стороны в едва заметный голубой оттенок. Казалось, если пустить с этой стороны кровь, она будет сочиться голубым, возвышенным холодным цветом. Заместитель капитана не сводил с Мики глаз, видя, как тот любопытно оглядывает его тело. - Я позволю тебе гораздо больше, чем ты заслуживаешь, - объявил он тихо, мазнув глазами по незапертой, даже прикрытой двери в архив. - С твоими-то скромными повадками. Он ловко влез на кресло коленями, широко упираясь руками в спинку так, что мышцы на его спине переплелись тугими жгутами. Мика утер слезу, с умилением замечая россыпь родинок на лопатках, у копчика. Он медленно прогнулся в пояснице, упираясь тонкими локтями в кожаное сиденье, и выставил назад свою аккуратную, обтянутую белыми брюками задницу. - Ты так много рассуждал о решимости, Мика, - бросил он через плечо, и в его взгляде вспыхнуло более добродушное веселье, чем прежде. - Я дам тебе шанс. Сегодня ты послужишь мне. Ты ведь хотел внимания крио-воина, войти в его мечты... Мика, толком не понимая, что хочет от него Лоэн, утер лицо. - Слушай меня внимательно и делай все, как я скажу, - приказал Лоэн. Неловко сползая с кресла коленями на пол, ведь Мика едва ли дотягивался до него, все еще сидя на полу. - Сними с меня брюки. Зад Лоэна приземлился аккурат Мике на бедра. Мика нерешительно потянулся к брюкам, аккуратно касаясь точеных боков Лоэна. - Это.. будет с-секс? - осторожно уточнил Мика. Лоэн сначала просто фыркнул, опуская голову низко и упираясь локтями в сиденье кресла. А затем тихо хрипло рассмеялся, вжимаясь в него лбом. - Нет, это будет крещение меня в дьячки церкви Барбатоса, - вздохнул Лоэн. Чувствуя, как на тонкую, чувствительную кожу спины упала горячая слезинка, он снова вздохнул, дерганно подвернув таз, тихонько выругавшись, - сука... Лоэн замер, припав к кожаному сиденью кресла. Его спина, тонкая и гибкая, напоминала натянутую струну лука, а бледная кожа в полумраке архива казалась почти прозрачной. Он чувствовал за своей спиной тяжелое, жаркое дыхание Мики и буквально кожей ощущал те волны нерешительности, которые исходили от парня. Он смотрел на изящный изгиб поясницы заместителя капитана, на то, как бесстыдно и в то же время грациозно тот подставил ему свою наготу. Дрожащая, пухлая ладонь геодезиста медленно поднялась и коснулась бедра Лоэна. Кожа капитана была прохладной, как шелк, оставленный на морозе. Мика вздрогнул от этого контраста со своими пылающими пальцами. Его ладонь, мягкая и широкая, осторожно скользнула выше, сминая кожу на бедре Лоэна, пробуя на ощупь плотность его мышц. - Ну и чего мы ждем. - голос Лоэна прозвучал приглушенно, он уткнулся лицом в скрещенные на сиденье руки. - Хочешь, чтобы я сам засунул твой член в себя, потому что ты слишком занят своим смущением? Мика всхлипнул, но это был уже не всхлип страха. Его пальцы впились в бедра Лоэна гораздо сильнее. Обида на едкие слова и вспыхнувшее желание обладать этим субтильным, язвительным существом наконец перевесили остатки здравого смысла. Он прижался своим мягким, горячим животом к аккуратным ягодицам Лоэна, чувствуя, как тот невольно выгнулся навстречу этому жару. Мика схватил Лоэна за бедра, фиксируя его на месте, и придвинулся вплотную, готовясь стянуть последнюю преграду между ними. - Мужские брюки расстегиваются спереди, мальчик, - напомнил ему Лоэн. - Сними с меня их. Это трудно понять? Но Мика лишь уткнулся носом в его плечо, оставляя на бледной коже медленные, влажные поцелуи. Его движения были неторопливыми и осторожными, он медленно, внимательно прижимался губами к каждой из родинок, гладил их пальцем, будто старался сложить из них созвездие, прислонялся ухом к стороне, где билось равнодушное сердце Лоэна, прислушиваясь к каждому его вздоху, стараясь доставить прежде всего удовольствие, а не показать силу и поторопиться. Слезы все еще произвольно капали на чужую спину. - П-простите, я так растерян, - виновато признался Мика. Извиняясь за каждую слезинку. - Простите... Лоэн молча хмыкал, чувствуя, что от каждой капельки горячей соленой влаги на спине член становится все крепче, в штанах становится все тесней. - Да просто раздень меня уже, что за ребячество, - томно вздохнул Лоэн, чувствуя, как обе руки Мики почти подобострастно гладят его лопатки и бока. И как под брюки скатываются тяжелые крупные слезинки впечатлительного картографа. - Тебе есть куда торопиться. Мика нерешительно потянулся к молнии брюк, находящейся спереди. Для большей маневренности ладоней, пришлось прижаться к спине Лоэна всем телом, в том числе холодными пряжками ремешков и металлических элементов одежды, вызывая в чужом теле слабое вздрагивание. Неловкими пальцами Мика умудрился все-таки раскрыть молнию брюк. Лоэн, торопливо оттолкнувшись от кресла, сам стянул брюки пониже вместе с бельем до колен. Ощутимо пнул Мику в грудь каблуком сапога, заставляя отстраниться и выползти из-под него. Мика растерянно посмотрел на него. - Как ты, сидя на коленях и задом на полу, собрался меня трахать, я не понимаю, тебя что, подставили с этими фантазиями в дневнике? - проворчал Лоэн полуоборачиваясь одной головой. - Или я, по-твоему, должен все сделать за тебя сам? Потирая ушибленное место, Мика виновато поглядел на Лоэна из-под бровей. - Я.. Я никогда... - ..не заходил так далеко даже в самых смелых своих мечтах? Мика скосил взгляд на бледную задницу, на левой ягодице которой лежало крошечное родимое пятнышко, похожее чем-то на заячью голову, если повернуть голову набок, что Мика и сделал. Лоэн раздраженно рыкнул, снова лягая Мику, на этот раз тот поймал его за голень, не позволяя попасть по себе, удерживая ее на удивление крепко. Лоэн озадаченно уставился на него потяжелевшим взглядом из-за плеча. Красным огоньком в глазах вице-капитана вспыхнуло новое любопытство. Мика пугливо отпустил щиколотку заместителя капитана, почти призывно поджавшего скромные по размеру ягодицы. Мика понятливо отступил на коленях от Лоэна подальше, позволяя тому прогнуться посильней, поудобней устроить тело на кресле, сдвинуть колени поближе и спустить брюки еще ниже, до самых колен, стреноживая себя. Пока Лоэн тихо ругался, Мика снова с любопытством сквозь мокрую пелену осматривал узкое, но крепкое белое тело. Едва ли размерами превосходящее его. Узкие плечи, узкий таз, узкие кости и суставы, вытянутый, точно.. заяц, - с трогательной улыбкой подумал Мика. Лоэн поймал это выражение лица, снова обернувшись к Мике одной головой и одним лишь сердитым взглядом смыл умиление с лица картографа, раздраженно отворачиваясь от него. - Я такого не делал.. с мужчинами... - признался Мика. - С женщинами, то есть, делал?.. Кто бы тебе дал, цыпленок. Твои влажные сны не считаются, - глухо пробубнил Лоэн, чувствуя, как на теле разливается румянец. - Сделай уже хоть что-то. - А вы? - робко спросил Мика, послушно расстегивая пуговицы своих широких шорт. - Что? - раздраженно рыкнул Лоэн, не понимая, о чем вопрос. И жалея, что сам не повалил и не выеб этого слезливого пряника в его толстую задницу. - Ж-женщины, мужчины, - неловко уточнил Мика, нелепо переставляя колени со спущенными вниз шортами и бельем. Лоэн раздраженно обернулся снова: - Какое тебе дело до моих партнеров, - отрезал он. Его взгляд сам зацепился за небольшой, но удивительно толстый необрезанный член, окруженный цыплячьим вьющимся пушком. Он уже находился на пике эрекции и тяжело переваливался между широких мягких бедер. Теперь Лоэн понял, зачем Мика носит такую свободную нижнюю одежду - чтобы ничего не пережало его карманный братвурст. Теплые мягкие пальцы прижались к его анусу, оглаживая так, будто Мика знал это место и, более того, был в него влюблен. Лоэн хотел было взъесться, приказать вставить и все, но два крепких широких пальца протиснулись внутрь, мгновенно обнаруживая неглубоко посаженную простату. Лоэн мгновенно отвернулся, роняя лоб на локти, уложенные на сиденье кресла. Он еще старательней выгнулся, строптиво переступил коленом и, стреноженный брюками, чуть не завалился набок, но Мика его придержал свободной рукой, погладив по боку и медово предупредил: - Осторожненько... Пальцы провернулись, разошлись ножницами, мгновенно вызывая у Лоэна сбитое дыхание и дрожь в бедрах. - Б-больно? - опасливо спросил Мика, наклоняясь ближе. - Да закрой ты свой цыплячий клюв, - выдавил из себя Лоэн хрипло. - Туго, - ласковым голосом согласился Мика, будто Лоэн пожаловался ему. С пальцев Мики внутри медленно разлилось легкое покалывание. Лоэн ощутил, как внутри стало влажно и прохладно, и опасливо обернулся. И выглядел до того уязвимо, что невольно заставил собой полюбоваться . - Ты что, хочешь мне зад заморозить? - взъелся он. Больше на растроганное выражение лица Мики, чем на приятное покалывание внутри. Ощущалось.. многообещающе. - Только попробуй, мы с Варкой пустим тебя по кругу, а с капитаном Кэйей подложим под жереб.. ца-х-ха... Пальцы со скользким шумом промазывали стенки изнутри, заставляя Лоэна поджать губы и зажмуриться. Это было настолько приятно и безболезненно, будто изнутри щекотал сам Барбатос. И это было самым странным - отстутствие обычно такой приятной боли никак не мешало получить от этих.. поглаживаний удовольствие. Такое теплое, разливающееся по конечностям теплыми волнами, от которого уже начала подтекать головка. - Скажите пожалуйста, - пробормотал Мика, прислоняясь щекой к лопатке Лоэна и продолжая трахать его пальцами, - вы ведь не расскажете... Я... Я ч-честно, - Мика тихонько задохнулся, - честно н-не шлюха... И не хочу н-ничего из того, что вы сказали... Я не хочу, чтобы... - Помолчи!, - мяукнул Лоэн, чувствуя, как в анус входит третий палец. Возвращая голосу стервозную хрипотцу, он выплюнул, - Просто помолчи! - П-пожалуйста, - попросил Мика шепотом, сухо целуя Лоэна в родинку под правой лопаткой. Подушечки его пальцев беспрестанно начали массировать простату, будто он мог насквозь увидеть, где она была. Лоэн под ним задрожал, толком не успевая удивляться тому, что делал с ним.. цыпленочек. - К-капитан... - продолжал шептать Мика. - Я скажу, что з-захотите, только, - снова нежная щека Мики помокрела. Лоэн протяжно застонал, когда пальцы вжались в расчувствовавшийся комочек нервных окончаний покалывающим морозцем, со свистом он выпустил тонкий, девичий стон. - Только... н-не рассказывайте никому... С каждым движением пальцев внутри, с каждым натяжением разгладившегося от морщинок анального кольца, Лоэн все меньше понимал, о чем блеет Мика. Он вытаскивал из него влажные вздохи, тихие протяжные стоны, а когда к копчику прижался рыхлый валик живота и весь толстый член картографа оказался внутри, Лоэн почувствовавл, как по бокам скатываются капли его пота. От томного горячего удовольствия он успел взмокнуть целиком. Мика обнимал его, целовал и все время о чем-то просил, уговаривал на что-то, бормотал о своем секрете, ронял слезы, вжимаясь пушистым лобком так близко, что его аккуратные небольшие яички встречались с его, липли друг к другу этой странной крио-смазкой, оставляющей такое приятное покалывание, что Лоэн всерьез решил вылизать член Мики, чтобы почувствовать, как ляжет этот морозец на язык... Член Мики лег бы приятной тяжестью, не до конца упирался бы в глотку из-за невыдающейся длины, но толщины хватило бы, чтобы натянуть его рот. Наверняка раздразненные губы покалывал бы ментол этой смазки... - Сильнее, быстрее, - пробубнил Лоэн просто для дисциплины. Все и так было идеально, едва ли Мика был в курсе и обращал внимание, но Лоэн уже успел кончить от одних пальцев. - К-конечно, - согласился Мика. Обычно такой темп приводил к тому, что кость чужого лобка или таза, больно вколачивалась в его собственные кости, но слегка выдающийся живот Мики был отличной подушкой, сберегшей приятные ощущения, и ускорение темпа не принесло никакого дискомфорта. - Быстрее, - рыкнул Лоэн. Стараясь звучать строго, но на деле снова вышел лишь свистящий стон. - Еще быстрее, шевелись! Влажные шлепки, пикантно заполнившие архив, тяжелое ласковое дыхание Мики между сухими поцелуями в спину, горячие слезы удовольствия, ниспадающие с румяных щек Мики на чувствительную кожу спины, - все это заставляло Лоэна подаваться тазом назад. В такт размашистым быстрым толчкам Лоэн позволил себе влажно тихонько постанывать до тех пор, пока с языка не начали срываться маты и совсем гортанные зычные стоны. Тогда уже пришлось закусить своей рукой. - В-вы не против? - спросил тихонько Мика, прилапивая Лоэна за бока. - Бля-я, - с раздражением и возбуждением напополам выругался Лоэн. - Н-не против? - повторил Мика, наваливаясь сильнее, придавливая Лоэна тяжестью к креслу. Мика выглядел таким.. легким, воздушным, но ощущался так, будто на него, Лоэна, обрушили толстого теленка. - К-кончить? Его рука потянулась к члену Лоэна. Сил сопротивляться не было. Мягкая широкопалая рука обхватила его член, сразу же надавливая на головку, растирая уретру, покрывая ее своим морозцем. Видимо, применяя фокус, который безотказно действовал на нем самом... Лоэн все еще не готов был поверить в происходящее и в то, что Мика опытный и хороший, внимательный, самозабвенный любовник. - Т-ты можешь.. быстрее!? - недовольно сверкнув глазами, полуобернулся Лоэн, сталкиваясь вплотную с лицом навалившегося на него Мики. - Слезь! Нет, не слезай! Не смей слезать! Мика, сконфуженно улыбнувшись, кивнул, пытаясь дотянуться губами до щеки Лоэна. Лоэн сам выгнул шею, чтобы тот смог дотянуться. Как ни странно, Мике хватило выносливости и внимательности, чтобы ускориться и продолжать надрачивать ему, хватило и на то, чтобы оставлять эти свои бессмысленные, щемяще-нежные поцелуи. Лоэн уже успел выучить и запомнить, где находятся его родинки, сквозь чарующую, одурманивающую выебанность осознав, что места поцелуев не случайны. - С-сука... - рыкнул Лоэн, щедро кончая, марая пол под креслом. Уткнувшись в его сиденье подбородком, он попытался дотянуться до зада Мики, но вышло только до поясницы. Он старательно вонзил в мягкую толстую шкуру пальцы, - кончи в меня, кончи в меня, кончи в меня! Мика прокряхтел что-то невнятное, утирая испарину со лба и под носом. Но не мог не расслышать изумительное, внезапное жалобное "спасибо... спасибо, капитан" Лоэн не заметил, как кончил в третий раз. Не заметил и того, как его заботливо обтерли платочком с вышивной буковкой "М" в уголке, как натянули на него штаны. - Я не расскажу, - выдыхая сигаретный дым запальчиво ожидавшему в тишине Мике в лицо, произнес Лоэн. Мика робко сидел рядом на табурете, сгорбившись, чутко наклонившись к Лоэну. Лоэн же испытывал такую ленность, что, облокотившись на сиденье кресла, все еще сидел на полу не в силах подняться, колени все еще слабо дрожали. Лоэн глубоко втягивал сигаретный дым, позволяя пеплу падать себе на грудь, испещеренную шрамами. Ощущение выебанности не сходило по-прежнему, задница приятно саднила, легкое покалывание в простате все еще продолжалось. Лоэн оглядел Мику исподлобья, так, будто видел перед собой самую странную, нерешаемую загадку или шпиона. - Я не расскажу, но есть условие, - тяжело произнес Лоэн, замечая, что у Мики снова стоит, шорты снова натянулись тяжелым толстым членом. Сам Мика с любопытством глядел на остывающий на коже бледных сосков пепел. Во рту Лоэна вязал табачный дым, требуя свежести. - Ты приносишь мне свою книжицу на проверку каждые два.. нет, - неловко закусив щекой Лоэн поразмышлял, прикинул под чужим синим взглядом, полным какой-то неясной надежды, - каждые три дня. Лоэн смотрел на собеседника выжидающе, опустил руку на пол, чтобы попытаться оттолкнуться от него и подняться на ноющие ноги, но вляпался в лужицу собственной спермы. - Х-хорошо, а можно мне продолжать бывать в архиве? - застенчиво просил Мика. Не спрашивал. Просил. - Пожалуйста... Мне есть еще о чем писать, - не без хитринки уточнил вдруг Мика. Брезгливо потушив сигаретный бычок о мокрую ладонь, Лоэн фыркнул: - Убирайся здесь. После ночных сверок. Приняв это за согласие, Мика тепло улыбнулся и, потирая усталые глаза, произнес ласковое: - Большое спасибо, капитан Лоэн!