Прадед в голове или как Сигнус Блэк II Гарри Поттера контролировал

К неудовольствию Гарри, действия Люциуса Малфоя и статья Риты Скитер в «Ежедневном пророке» несильно подорвали положение Дамблдора - насколько он понял из заявлений прадеда и заодно из полученного в один момент письма от Люциуса Малфоя, на буквальном заглушении этой темы настоял британский министр магии Корнелиус Фадж - зачем, мол, без конца поднимать в «Ежедневном пророке» всю эту тему? Фадж, по-видимому, вообще не любил сколь-нибудь нехорошие, как он считал, события, о которых сообщалось в «Ежедневном пророке». К тому же он опирался в рамках своей политики на Дамблдора и не был заинтересован в нападках на союзника. Как следствие, в один момент, ещё до смены сентября на октябрь, начатое лордом Малфоем при поддержке Скитер было просто спущено на тормозах, а от Дамблдора Фадж только попросил (не потребовал, а именно попросил, явно будучи человеком весьма мягким, пожалуй, даже чересчур мягким) устных гарантий скорейшей замены негодных школьных тренировочных мётел на хоть какие-то сносные. Лорд Малфой тем временем не особо преуспел в деле настраивания Совета попечителей против Дамблдора - они считали важным только заменить поскорее негодные мётлы на качественные, модели Нимбус-1000, и даже согласились совместно на это скинуться. Дальше этого, как и замены в Хогвартсе тренировочных мётел, дело не пошло, и Гарри был этим недоволен. Недовольство имелось и со стороны лорда Малфоя. Желая хоть как-то компенсировать это, он 30 сентября отправил Гарри письмо следующего содержания: «Уважаемый лорд Поттер, кажется, я знаю, как бы Вы могли полностью покрыть Ваш долг - Вам нужно будет при первой же возможности сообщить мне, если в Хогвартсе произойдёт что-то такое, что поистине шокирует Совет попечителей и заодно министра магии, который пока что на стороне Дамблдора. Нужно нечто, что заставило бы всех их усомниться в годности, адекватности Дамблдора, и, если в Хогвартсе произойдёт какой-то действительно жуткий инцидент или, может быть, несчастный случай, причём худший, чем то, что произошло с Невиллом Лонгботтомом, сразу же известите. Всего наилучшего. Искренне, лорд Люциус Малфой II, глава благородного и древнего рода Малфоев, председатель Совета попечителей школы чародейства и волшебства Хогвартс» Гарри, разумеется, ждал возможности исполнить этот уговор, раз уж это покончит с его долгом, да к концу октября в Хогвартсе не произошло никакого действительного жуткого инцидента или несчастного случая. Узнав от прадеда, что у того 9 октября день рождения, если, конечно, у призрака давно мёртвого физически человека может быть день рождения, Гарри к этому дню подготовился - по крайней мере, сочинил определённые почтительные слова, которые сказал прадеду 9 октября за завтраком, до того приподняв кубок с молоком, чтобы как бы сказать тост в честь дня рождения прадеда. - Я поднимаю этот кубок за единственного, похоже, человека, которому я действительно дорог, и который действительно защищает меня и бережёт, - сказал мысленно Гарри. - Также вы, похоже, единственный мой друг, единственный, кому я могу полностью доверять, и я хотел бы искренне поздравить вас со 109-м вашим днём рождения. - Отрадно это слышать, - ответил прадед сухо, но довольно. - Спасибо, Гарри, мне… Мне действительно приятно. Что же до такого друга, которому ты мог бы полностью доверять, то, я так думаю, ты можешь считать таковым не только меня, но и Дэвис. Пожалуй, так - в октябре Гарри с Трейси стал ещё ближе. Часто они делали уроки вместе, достаточно часто и активно общались, гуляли, бывало, в школьном дворе, иногда даже вместе практиковались применению определённых заклинаний самообороны - с подачи прадеда Гарри предложил Трейси такие тренировки, «поскольку у Квиррелла мы явно никакой реальной защите не научимся», и Трейси согласилась. За счёт таких тренировок Трейси не сразу, но пришла к тому, что стала уверенно применять обезоруживающее заклинание. Наверно, именно из-за постоянной занятости, уроков, домашних заданий, а плюс ко всему частым тренировкам, Гарри не заметил, как пролетели почти 2 месяца с тех пор, как он приехал в Хогвартс. За 2 месяца замок Хогвартса стал его настоящим домом, тогда как дому №4 на Тисовой улице не удалось так расположить к себе Гарри за все 10 лет проживания в нём мальчика. В Хогвартсе Гарри чувствовал себя уютно, здесь у него появились друзья, ну или, на худой конец, приятели, да и факультет, к которому Гарри когда-то был предвзят, стал для него вторым домом после Хогвартса. К тому же в Хогвартсе было ужасно интересно, в том числе и на уроках, которые стали куда увлекательнее с тех пор, как первокурсники освоили азы и приступили к изучению вещей посложнее. В четверг 31 октября учащиеся Хогвартса и завтракали, и обедали, и ужинали при сильном, настойчивом прям, приятном для любителей запахе запечённой тыквы - непременном атрибуте Хэллоуина, который как раз был 31 октября. В тот день у первокурсников всех четырёх факультетов был урок заклинаний с профессором Флитвиком. В ходе урока профессор объявил, что первокурсники, на его взгляд, готовы к изучению заклинания Вингардиум Левиоса или левитационных чар, за счёт которых можно заставить предметы летать. Затем профессор Флитвик разбил первокурсников на пары, напарником Гарри стала привычная уже ему Трейси. Гарри заметил, что Уизли в напарники досталась Грейнджер, и рыжий гриффиндорец явно был не в восторге от этого. Хотя Грейнджер, кажется, тоже не была в восторге. Было даже сложно сказать, кто из них выглядел более раздосадованным. - Не забудьте те движения кистью, которые мы с вами отрабатывали, - говорил профессор Флитвик, - кисть вращается легко, резко и со свистом. Запомните: легко, резко и со свистом, и очень важно правильно произносить магические слова - не забывайте о волшебнике Баруффио, он произнёс «эс» вместо «эф» и в результате обнаружил, что лежит на полу, а в районе груди на него наваливается своей тушей буйвол. Достичь результата оказалось непросто, с трудностями столкнулись, в частности, Гарри с Трейси. Впрочем, положение определённых гриффиндорцев было куда хуже. При этом за этим смешно было наблюдать со стороны. Неуклюжий Лонгботтом был в паре с несильно лучшим по сравнению с ним Финниганом. Нетерпеливый, вспыльчивый Финниган быстро вышел из себя и начал тыкать перо своей волшебной палочкой, из которой вылетали искры, в итоге он умудрился поджечь перо, а Лонгботтому пришлось тушить перо своей остроконечной шляпой. Уизли, стоявшему за соседним столом, тоже не везло. - Вингардиум Левиоса! - кричал он, размахивая своими длинными руками, как ветряная мельница, но лежавшее перед ним перо оставалось неподвижным. - Ты неправильно произносишь заклинание! - донёсся до Гарри недовольный голос Грейнджер. - Надо произносить так: Винг-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть длинная «а». - Если ты такая умная, сама и пробуй! - прорычал в ответ Уизли, аж покрасневший от злости. Грейнджер закатала рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание, после чего перо оторвалось от парты и зависло над Грейнджер на высоте примерно полутора метров. - О, великолепно! - зааплодировал профессор Флитвик. - Все видели? Мисс Грейнджер удалось! За успех Грейнджер профессор Флитвик удостоил Гриффиндор 10 очков. Столько же очков получил Гарри за успешное применение левитационных чар. Правду сказать, он был раздражён тем, что Грейнджер оказалась так же успешна в заклинаниях, как и он, да и на других уроках тоже, не жаловал её только профессор Снейп. Впрочем, Уизли, похоже, был куда злее на Грейнджер - когда урок заклинаний закончился, и первокурсники вышли все из кабинета профессора Флитвика в коридор, он, подойдя к своему приятелю Финнигану и разве что не брызгая слюной, пробурчал: - Неудивительно, что её никто не выносит! Если честно, она - настоящий кошмар! Уизли говорил это Финнигану, но то, что он сказал, услышал, в частности, Гарри и, похоже Грейнджер, ведь когда они все миновали заполонившую коридор огромную толпу, Грейнджер врезалась в Финнигану сбоку, по-видимому, не заметив его. Она тут же метнулась обратно в толпу, но Финниган и Гарри успели разглядеть её заплаканное лицо. - По-моему, она услышала, что ты сказал, - сказал Финниган озабоченным тоном, повернувшись к Уизли. - Ну и что? - отмахнулся Уизли. - Она уже должна была заметить, что никто не хочет с ней дружить. - Какой примитивный хам, - холодно сказал прадед в голове Гарри. Не то, чтобы Гарри хорошо относился к Грейнджер, но со стороны Уизли это и вправду было хамство. Впрочем, в дальнейшем Гарри не искал Грейнджер и не пытался никак её утешить. Грейнджер, в свою очередь, не появилась на следующем уроке. До самого вечера никто вообще не знал, где она. Только при начале торжественного вечернего банкета в честь Хэллоуина Гарри услышал, как Паркинсон рассказывала, усмехаясь, Дафне, Миллисенте и сидевшей рядом с ними Трейси о том, что Грейнджер плачет в женском туалете и никак не успокаивается. - Какая же эта Грейнджер истеричная! - сказала Паркинсон презрительным тоном, не любя Грейнджер, во-первых, за «грязнокровность», во-вторых, за жуткие волосы, в-третьих, за кроличьи зубы, в-четвёртых, за принадлежность к Гриффиндору, ну и наконец за то, что Грейнджер - зубрила. На стенах и потолке Большого зала сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а ещё несколько тысяч летали над столами подобно низко опустившимся чёрным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали. Как и на банкете по случаю начала учебного года, на столах стояли пустые золотые тарелки, на которых в один момент появились самые разные блюда. Гарри накладывал себе в тарелку запечённые в мундире картофелины, когда в зал вбежал Квиррелл. Тюрбан профессора сбился набок, сам он бежал, как угорелый, и истерично прокричал: - Трооолль в подземелье!! Т-Трооолль… Все, конечно, обратили внимание на Квиррелла, Дамблдор нахмурился и встал с места. - Я думал, вы знаете… - тихо проговорил Квиррелл, после чего потерял сознание и рухнул лицом на пол. В зале поднялась суматоха, даже за слизеринским столом многие резко встали с мест и начали кричать. Выпученные глаза Малфоя, казалось, того и гляди, вылезут из орбит, сам он явно потерял над собой контроль и панически кричал. Остальные первокурсники Слизерина тоже панически кричали, все, кроме Гарри, который не только сохранял спокойствие, но и смотрел на паниковавших товарищей по первому курсу Слизерина, как на истеричных маленьких детей, совершенно не владеющих собой. Чтобы в Большом зале все успокоились, понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки Дамблдора. - Старосты! - прогрохотал Дамблдор. - Немедленно уводите свои факультеты в спальни! Гринграсс и Фарли тотчас же встали со своих мест. - Первокурсники, сохраняйте спокойствие, держитесь вместе, следуйте за нами с Джеммой! - скомандовал Гринграсс. - Не отставайте! Всем пропустить первокурсников и сохранять спокойствие, не толпиться! Команды отдавали и другие факультетские старосты Слизерина, старосты школы Харфинус и Ирма Булстроуды тоже не молчали и обеспечивали спокойную и организованную эвакуацию своего курса Слизерина, то есть, седьмого. - Всем успокоиться, Квиррелл имел в виду не слизеринские подземелья, а подземелья в западной стороне замка, нам ничего не грозит! – крикнула Фарли первокурсникам Слизерина, когда вместе с Гринграссом вывела их из Большого зала. Едва услышав о том, что в одно из подземелий Хогвартса пробрался тролль, Гарри сразу же задумался о том, как это могло произойти. Эвакуация из Большого зала тем временем шла полным ходом. Только учащиеся Хаффлпаффа оправдывали репутацию своего факультета: они потерянно столпились в одном из коридоров и мешали пройти остальным. - Как это могло произойти? - спросил вслух Гарри у шедшего правее Блейза в то время, как многие десятки слизеринцев спускались по одной из лестниц. - Может, это Пивз тролля запустил? - выдвинула на ходу свою версию Трейси, шедшая правее Гарри. - Нет, Дэвис, - ответил на ходу шедший впереди первокурсников Гринграсс, - Пивз хоть и идиот, но не безрассудный кретин, чтобы впускать в Хогвартс столь опасного монстра. - А магия против него… - начал было озвучивать вопрос Гарри, но его перебила Фарли, сказав: - Если какая-нибудь простенькая, то нет. Тролли практически без мозгов, но огромны, сильны и злостны, так что попавшийся ему на глаза неумелый волшебник, можно сказать, подписал бы самому себе смертный приговор. Гарри резко вспомнил о Грейнджер, как и о том, что она сейчас в женском туалете, не знает о появлении в замке Хогвартса тролля… - Да, и, похоже, Грейнджер пришла туда умереть, - заявил прадед. Гарри по-прежнему шёл вслед за другими слизеринцами, но как-то поневоле задумался о необходимости… - Спасти Грейнджер? - спросил прадед. - Интересно, как? Ты уже в слизеринских подземельях, бежать до этого туалета крайне далеко, и потом… Это крайнее безрассудство. - Но она ничего не знает! - ответил мысленно Гарри, у которого прям застучало сердце, возник холодный пот, и ещё застучали поневоле зубы. - Её надо спасти! - Опомнись, дуралей! Прадед явно был рассержен - тон его стал прям резким. - Думаешь, эта Грейнджер сделала бы что-нибудь подобное для тебя? - продолжил прадед. - Все эти вшивые гриффиндорцы… Хоть кто-нибудь из них сделал бы что-нибудь подобное для тебя? Стали бы они тебя спасать, окажись ты в подобной ситуации? И потом, ты, видно, уже забыл, какие словечки позволяла себе в твой адрес та же Грейнджер… Буквально через несколько секунд Гарри услышал в голове голос, точно такой же, как голос Грейнджер. Этот голос, от которого следовало какое-то неприятное эхо, проговорил: - Гордишься тем, что нарушил указания мадам Хуч и при этом получил за это поощрение от Снейпа? Это ведь он настоял, чтобы тебя взяли в команду слизеринцев, да? Похоже, ты не просто нарушитель указаний учителей и школьных правил, но и выскочка, причём с мозгами набекрень, учитывая, что Слизерин - факультет нетерпимости к таким, как я, и самого злого фанатизма. Если у тебя и не сейчас мозги набекрень, то вскоре точно будут, ведь в Слизерине тебе их промоют. Гарри вмиг вспомнил день, когда Грейнджер сказала ему это сама, непосредственно, это было 16 сентября, уже как будто целую вечность назад… - Советую и не забывать о твоих родителях, они погибли, защищая тебя, отнюдь не для того, чтобы ты потом был убит в 11-летнем возрасте в безрассудной попытке совладать с тупым, зато гораздо большим по размеру, гораздо более агрессивным и совершенно безжалостным зверьём, - продолжил прадед уже не раздражённым, а холодным тоном. - С твоей стороны это была бы не лучшая благодарность родителям. Ну что я, неправ? По-прежнему сбитый с толку всем произошедшим, неподдельно потрясённый, Гарри не сразу ответил: - Нет, я… я должен жить. - Вот именно, - холодно согласился с Гарри прадед. - Следуй за своими товарищами и даже не вздумай никуда в самоволку убегать! - Но кто… Кто запустил в Хогвартс тролля? Это… Это были Квиррелл и Во… - Ну а кому ещё это могло понадобиться? - Они хотят воспользоваться хаосом, чтобы… - Дотянуться лапищами до Философского камня, да. К счастью, чтобы добраться до него, им нужно будет преодолеть множество самых разных препятствий, хоть в этом деле Дамблдор оказался мало-мальски сообразителен… - Препятствий? - Да, чего стоит одна огромная трёхголовая псина, которая, скажем так, на первом рубеже обороны… - Трёхголовая псина? - Это мир волшебников, Гарри, и здесь ещё и не такое бывает. Как бы то ни было, нам остаётся только надеяться, что Квиррелла кто-то остановит, или псина, или Снейп, который уже бросился за ним… - Снейп? - Да, его задача - пресечь сейчас попытку Квиррелла миновать пса и спуститься ниже. К тому моменту, когда слизеринские первокурсники вошли в факультетскую гостиную, Трейси вся побелела от страха, Дафна же тряслась. - Так, перекличка! - объявила вскоре Ирма Булстроуд на правах одного из двух наиболее авторитетных и влиятельных учеников Слизерина. - Всем выстроиться в 7 групп рядом с вашими однокурсниками, и сделайте милость, не смешивайтесь с теми, кто с вами не на одном курсе! Побыстрее, пожалуйста - нам необходимо как можно скорее убедиться в том, что все ученики нашего факультета в сборе! После переклички, по итогам которой Булстроуд заключила, что все слизеринцы в сборе, она велела 3-м старостам-парням и своему брату Харфинусу выйти из слизеринской гостиной и встать у входа в гостиную. - Всех остальных убедительно прошу не уходить из гостиной в ваши спальни, пока не придёт профессор Снейп с какими-то свежими известиями о происходящем, - сказала затем староста школы. И хотя из её уст прозвучала именно убедительная просьба, что не является приказом, и по сути своей мягче приказа, не так жёстко, никто во всём факультете гостиную не покинул, за исключением, понятное дело, тех, кого Ирма Булстроуд отправила сторожами у входа в гостиную. Те слизеринцы, что сообразили раньше остальных рассесться, расселись, остальные же вынуждены были стоять. В один момент среди учеников Слизерина, большей частью старшекурсников, началось явно недовольное обсуждение тем, что в Хогвартс смог проникнуть тролль, «хотя тролли это безмозглое зверьё». - Дамблдор, видно, совсем слаб стал на головушку! - заявил в один момент Флинт. - Да, он окончательно потерял хватку и должен быть отстранён! - поддержал Флинта Бёрк. После этого последовали другие выкрики, тоже, впрочем, недовольные и весьма эмоциональные: - Положение дел в Хогвартсе - одно сплошное светопреставление! - При Дамблдоре всё к чертям и покатилось! - Дамблдор это худшее, что случалось с Хогвартсом! - С этим надо что-то делать! Уж проникновение в Хогвартс тролля это совсем крайность! - Совет попечителей! Надо выйти на Совет попечителей, сообщить им о проникновении тролля! У прадеда Гарри тем временем уже возник кое-какой план действий. С Гарри он этим планом делился поэтапно. В соответствии с этим планом Гарри, пользуясь тем, что началось обсуждение Дамблдора и необходимости найти наконец на него управу через Совет попечителей, встал с занятого им кресла и сказал: - Я могу написать письмо Люциусу Малфою, он председатель Совета и уж точно сделает всё возможное, чтобы Дамблдора наконец отстранили. Буквально 1 скромный миг, и всего прежнего шума-гама в гостиной, словно не бывало - все замолчали и посмотрели на Гарри кто с непониманием, а кто и с недоумением. - Ты? - спросила Фарли. - Ты, должно быть, шутишь? - Какие уж тут шутки? - задал встречный вопрос Гарри. - У меня есть выход на лорда Малфоя - это он в сентябре прислал мне Нимбус-2000, после чего я вступил с ним в переписку, прежде всего для того, чтобы поблагодарить за оказанную мне услугу и заодно оказать свою, услугу за услугу, так сказать… - Услугу за услугу? - переспросила Булстроуд. - Ты это о чём? - У меня возник долг перед лордом Малфоем, и я его не мог не покрыть. Частично я покрыл его, сообщив лорду Малфою о том происшествии с Лонгботтомом на уроке полётов на мётлах, и ещё намекнув, что это происшествие можно использовать против Дамблдора, если соответствующей статьёй для «Ежедневного пророка» возьмётся небезызвестная Рита Скитер… - Что? - спросил, встав с места, явно очень удивлённый Тео. - Так это ты тот анонимный осведомлённый ученик? - Да, - ответил, слегка улыбнувшись, Гарри, - я же и запросил тогда анонимности. Впрочем, тогда я лишь частично покрыл свой долг, да и положение Дамблдора лорд Малфой не подорвал, ведь за Дамблдора вступился Фадж, министр магии… Тогда Дамблдору удалось выкрутиться, но после такой поистине из ряда вон выходящей вещи, как беспрепятственное проникновение в Хогвартс тролля… Вероятно, не удастся, и, быть может, Фадж сочтёт за лучшее не отмазывать Дамблдора от неприятностей, а присоединиться к его критике или же держаться нейтралитета во всей этой ситуации. Как бы то ни было, я смогу полностью покрыть долг - 30 сентября лорд Малфой велел мне сообщить о любом вопиющем происшествии, которое открыло бы всем глаза на негодность Дамблдора, и я этот наш уговор исполню, как раз сообщив о проникновении тролля… - Всё это чудесно, Поттер, но, поскольку я являюсь представителем, наследником рода Малфоев, мне и сообщать отцу о подобных событиях, - заявил, встав со своего места и подойдя к Гарри, Малфой. Гарри ему ответил сухо: - Это сколько угодно, Малфой, но только после моего письма - мне необходимо покончить с долгом, тем более, я в долгу у очень влиятельной личности, и исполнить взятое на себя обязательство, так что… - Минуточку, - перебила Гарри Булстроуд, - ты работаешь против Дамблдора и помогаешь лорду Малфою в его действиях? - Да, - ответил Гарри, - и не только в рамках покрытия моего долга, но и, скажем так, из сочувствия, сочувствия позиции о необходимости низложения Дамблдора. - Хммм… - В чём дело? У меня за почти 2 месяца моего пребывания в Хогвартсе сложилось впечатление, что в Слизерине директорство Дамблдора не в радость, разве это не так? - Это так, но с твоей стороны это как-то необычно. - Ну-с, мир волшебников полон необычного - чего стоит 1 тот факт, что такое слабоумное существо, как тролль, беспрепятственно проникло сейчас в Хогвартсе. Я, правду сказать, думал, что тролли для этого слишком тупые, но, видно, ошибался. Но не будем отходить от сути - леди и джентльмены, как вы думаете, должен лорд Малфой узнать об этом проникновении тролля? Тут же много кто буквально проскандировал «Должен!». Гарри, пользуясь этим, спросил: - Так вы позволите мне написать письмо лорду Малфою? - Да, да, пиши! - поддержала его первой Фарли. - Прекрасно, нужно только сесть за стол. И Гарри поспешил сесть за ближайший, круглой формы стол, а рядом с ним столпились, наверно, все, кто был на тот момент в гостиной Слизерина. - Нужны перо и бумага, - сказал Гарри. - Наколдуйте ему кто-нибудь перо и бумагу! - велела толпе слизеринцев Фарли. Буквально через несколько секунд перо и бумага были буквально из воздуха наколдованы Булстроуд, и Гарри, естественно, поблагодарил девушку, а затем поспешил написать письмо, чтобы зачитать его текст слизеринцам. Закончив с написанием, Гарри сообщил: - Готово, позвольте прочесть. - Тише! - скомандовала Булстроуд, чтобы в толпе не было шумно. - Кхм, кхм, - наигранно прокашлялся Гарри с наступлением в толпе тишины. Содержание написанного Гарри письма было таково: «Уважаемый лорд Малфой, помня о Вашей просьбе в Вашем письме за 30 сентября и последовательно желая полностью покрыть мой долг, извещаю, что сегодня, не далее, как во время ужина стало известно, что в замок Хогвартса смог проникнуть тролль. Об этом всем сообщил профессор Квиррелл, Дамблдор же приказал факультетским старостам эвакуировать учеников в гостиные. Могу только догадываться, как в замок пробралось безмозглое вроде бы существо, зато полностью уверен, что подобное событие настроит против Дамблдора и Совет попечителей, и министра магии, если, конечно, поднять достаточно сильный шум в «Ежедневном пророке», и если Рита Скитер прокомментирует произошедшее более, скажем так, остро, чем то, что она комментировала в сентябре. Надеюсь, столь жуткое событие поможет Вам в деле низложения Дамблдора. Всего наилучшего. Искренне, лорд Гарри Поттер, глава благородного и древнего рода Поттеров, ловец сборной Слизерина по квиддичу» - Ну как, хорошее содержание? - поинтересовался Гарри у всё той же толпы слизеринцев. - Хорошее, лучше не было! - заявил в ответ Бёрк. - Теперь бы это послать так, чтобы поспеть хоть к завтрашнему выпуску «Вечернего пророка», к утреннему выпуску «Ежедневного пророка» мы уж не успеем… - У меня будет 1 просьба. - Ну? - спросила Булстроуд. - Если появится профессор Снейп, а он наверняка появится рано или поздно, не рассказывайте ему, пожалуйста, о моём взаимодействии с лордом Малфоем, и что я работаю против Дамблдора, а то он, вероятно, не позволит послать это письмо, ещё и Дамблдору сообщит… - Знаешь, никто, кроме самого профессора Снейпа, не знает, действительно ли он лоялен Дамблдору, или же это просто многолетняя, хитрая и очень искусная игра с его стороны, но я… Я согласна. - Спасибо за понимание. Твой отец, Харфинус Булстроуд III, нынешний наследник Булстроуд… если не ошибаюсь, он тоже входит в Совет попечителей? - Да, входит, и он в Совете единственный единомышленник лорда Малфоя. - Отлично, в случае если профессор Снейп вернётся и прикажет никому не покидать гостиную, наши подземелья… Могу я попросить об одном одолжении? - Какого рода одолжении? - Инсценировка, если понадобится, того, что ты написала письмо своему отцу, и тебе крайне необходимо послать это письмо по совиной почте. Вряд ли профессор Снейп будет прям просматривать письмо - тебе он, скорее всего, поверит на слово, ведь он тебе весьма доверяет, тогда как мы… мы сможем провернуть то, что нам нужно - чем скорее лорд Малфой узнает о сегодняшнем происшествии, тем лучше, уж поверь… - В самоволку делать что-то за спиной нашего декана, ещё и обхитрять его… - Не такое уж дурное это дело. Я тебе больше скажу, это, ни больше, ни меньше, как забота о Хогвартсе, который так запустил Дамблдор за вот эти 26 лет директорства… - Да я не против этой идеи, Поттер, просто это может оказаться не больно-то легко. - Но попытаться всё же стоит, верно? - Да… Ты прав. Гарри встал было, чтобы передать Булстроуд письмо, да тут начала медленно открываться дверь в гостиную. - Наверняка профессор Снейп! - крикнула Фарли. - Отойдите все от стола! Все отошли от стола, тогда как единая ранее толпа разделилась как бы на несколько толп, которые несколько отдалились друг от друга. Гарри, однако, на всякий случай встал неподалёку от Булстроуд и поспешил передать ей письмо, после чего Булстроуд убрала его в один из карманов своей школьной мантии. В итоге в гостиную вошёл в сопровождении 3-х факультетских старост и 1 старосты школы Снейп. Всмотревшись в Снейпа, Гарри быстро понял, что профессор сильно хромает и явно испытывает сильную боль в правой ноге, хотя и пытается не стонать, да что там, даже виду не подавать, что правая нога вообще-то очень болит, так болит, что каждый шаг вызывает сильную внутреннюю боль. - Сэр, что с вами случилось? - вырвалось как-то само из уст потрясённого Гарри. Гринграсс и Харфинус Булстроуд шли слева и справа от Снейпа соответственно и слегка его придерживали, хотя Снейп со злостью отмахивался, не желая, по-видимому, выглядеть ослабшим, потрёпанным на глазах у всего своего факультета. - Сэр, вам… вам плохо? - опять-таки вырвалось само из уст Гарри. - Лучше не было, Поттер! - ответил, и явно раздражённо, Снейп. - Так, ваше внимание, слушайте все, никому, вы слышите, никому не выходить ночью из гостиной, никаких самоволок, будет просто отлично, если вы все будете ночью в спальнях, там, где и полагается быть в часы отбоя! Тролль, эта мерзкая тварь… 1 ученица у-убита… Снейп был весь потный и до жути белый. - Убита? - переспросил Гарри. - Да, Поттер, убита! - вспыхнул Гарри. - Невозможно! Кто… Кто? - Гермиона Грейнджер, ваша, Поттер, однокурсница из Гриффиндора, тролль настиг её в женском туалете со смертельным для неё исходом! - Как… - Всё в подробностях вам знать необязательно! Она убита, вы поняли, убита! В душе Гарри категорически не мог принять, что Грейнджер, Гермионы… что её больше нет, и что она… убита? Как… Как такое может быть? Гермионы… Гермионы больше нет? Это казалось чем-то невозможным. Сердце Гарри тем временем как будто окаменело и заострилось, Снейп же смотрел то на одну группу слизеринцев, то на другую злостно-безумным каким-то взглядом. - Чтоб никто никуда не выходил! - резко приказал Снейп. Булстроуд, однако, заговорила о необходимости отправить своему отцу письмо о произошедшем в школе. - Сэр, мой отец входит в Состав попечителей, и я… - заговорила Булстроуд. - Я просто обязана известить его обо всём том, что сегодня… - Мисс Булстроуд, в Совете попечителей об этом узнают и без вас! - сказал Снейп неуступчивым, казалось, тоном, но староста школы продолжила: - Сэр, отец должен быть полностью уверен в том, что мы с Харфинусом и Миллисентой целы и невредимы… - Живее, только туда и обратно, больше никуда, даже не вздумайте никуда ходить в самоволку! Никому не сметь никуда ходить в самоволку! Прокричав это с трясшимися от ярости руками, Снейп тотчас же ушёл восвояси, повышенным тоном убедив Гринграсса и Булстроуда не идти за ним. Эти двое, как и ещё двое факультетских старост от парней, первыми спустились в подземелье со спальнями, конкретно Гринграсс перед уходом холодно призвал остальных слизеринцев разойтись по спальням, и побыстрее. - Разойдёмся, - сказал Гарри сразу после ухода Гринграсса, - только я немного подкорректирую письмо. - Подкорректируешь? - не поняла Булстроуд. - Надо добавить немного информации о гибели Грейнджер - уж после этого Дамблдора точно отстранят, и никакой министр магии его отмазать не сможет. - А, да, верно... Вот, держи. В скором времени Гарри уже написал в самом низу письма буквально следующий постскриптум: «P.S. Спустя минут 5 после написания мною данного письма в гостиную Слизерина пришёл профессор Снейп и сообщил об убийстве троллем Гермионы Грейнджер, первокурсницы Гриффиндора. Вы в рамках Ваших действий могли бы особенно сыграть именно на убийстве Грейнджер, и крайне жестоком, учитывая, что убил её тролль, как и на том, что Дамблдор всё это проглядел. Попрошу не переживать о получении данного моего письма не моей совой - так получилось, к сожалению» - Чтобы избежать временных затрат на поиск моей совы, отправь, пожалуйста, это письмо своей совой, я в долгу не останусь, уверяю, - обратился Гарри к Булстроуд. - Ладно уж, отправлю своей совой и скажу ей, чтобы летела в уилтширское поместье Малфоев, - сухо ответила Булстроуд, - в конце концов, это в некотором роде наше общее дело. - Вновь спасибо за понимание, я не сомневался, что на тебя можно положи… - Дай уже письмо. Менее, чем через минуту Булстроуд уже спешила в школьную совятню…