Свидетель в .avi

Олег не спал до утра. Лежал на спине, смотрел в потолок. Рядом тихо дышала Таня. В голове крутились обрывки: розовые обои, мишка без глаза, шёпот «спи, моя радость». В 6:15 он тихо встал, налил кофе, открыл ноутбук. Зашёл на сайт заправки. У них была система видеонаблюдения с двухнедельным архивом. Доступ — по запросу полиции. Но Олег знал, как обойти. Пятнадцать минут возни с поддельными учётными данными — и он внутри. Выбрал камеру №4 — та, что смотрит на кассы. Время: 3:14 ночи, сегодняшнее число. Нажал «Play». Пустой зал. Яркий свет люминесцентных ламп. Продавец дремлет за стойкой. Тишина. 3:14. Ничего. 3:15. Ничего. 3:16. Открывается дверь. Входит мужчина. Олег вглядывается. Тёмная куртка, джинсы, кепка низко надвинута. Походка — его собственная. Он узнал бы её из тысячи. Лёгкая хромота на правую ногу — старая травма. Мужчина подходит к кассе. Продавец просыпается. Что-то говорит. Мужчина молча кладёт на стойку бутылку воды и пачку печенья. Расплачивается наличными. Камера берёт крупным планом — лицо. Кепка закрывает пол-лица. Но подбородок, губы, линия скул — его. Олега. Мужчина поворачивает голову. На секунду кепка сползает. Олег замер. Под кепкой — его лицо. Точно его. Но глаза — чужие. Бешеные, расширенные зрачки. Губы кривятся в улыбке. Не его улыбке. Он никогда так не улыбался. И на запястье — татуировка. Которой у него никогда не было. На внутренней стороне правой руки, прямо над пульсирующей веной, выколоты цифры: «00». Мужчина берёт сдачу, поворачивается к выходу. На секунду замирает перед камерой. Смотрит прямо в объектив. И шевелит губами. Олег увеличил изображение. Разобрал фразу по губам: «Ты уже близко, брат». Потом дверь закрылась. Пустой зал. Продавец снова дремлет. Олег перемотал на 3:47. В 3:47 в зал вошёл ещё один мужчина. Тоже в кепке, тоже тёмная куртка. Только походка другая — уверенная, спокойная. И лицо. Лицо было открыто. Это был он. Олег. Без татуировки. С нормальными глазами. Он подошёл к кассе, спросил что-то у продавца. Тот пожал плечами. Олег кивнул и вышел. Два Олега. В одной заправке. С разницей в 33 минуты. Олег закрыл ноутбук. Посмотрел на свою правую руку. Кожа чистая. Никакой татуировки. Но под кожей, там, где должна была быть цифра «00», он вдруг почувствовал зуд. Такой сильный, что захотелось содрать кожу ногтями. — Не трогай, — сказала Таня. Олег резко обернулся. Она стояла в дверях кухни, закутанная в халат. Лицо бледное, глаза красные — не спала всю ночь. — Что значит «не трогай»? — Ты не помнишь, — сказала Таня. Это был не вопрос. Утверждение. — Что я должен помнить? Таня села напротив. Взяла его руки в свои. — Три года назад ты пришёл домой другим. Я думала — стресс, работа, дети эти. Но ты начал пропадать по ночам. Я следила. Ты уходил в подвал. — У нас нет подвала. — Есть, — сказала Таня. — Под гаражом. Ты сам его построил. Не помнишь? Олег молчал. Никакого подвала. Никакого гаража. У него даже машины не было три года назад — только служебная. — Покажи, — сказал он. Таня встала. Надела пальто. Олег натянул джинсы. Они вышли во двор. Обогнули дом. За ним — старый гараж, заросший плющом. Олег никогда сюда не заходил. Думал, что гараж соседский. Таня подошла к стене. Нажала на кирпич. Тот ушёл внутрь. Стена бесшумно отъехала в сторону. Лестница. Вниз. Лампочка на проводе тускло светила. — Иди, — сказала Таня. — Я не могу туда больше. Олег спустился.