Become a woman

ГЛАВА VI

На грани доверия

«Самое болезненное — это не правда, а сомнение в ней.» — Фёдор Достоевский

— Зайди ко мне в кабинет, — бросил босс, проходя мимо Изабель следующим утром. Изабель немного опоздала, так как вчера вернулась домой очень поздно. Они долго говорили с Чонгуком в машине. В итоге он сел за руль, чтобы дать ей возможность спокойно поговорить с родителями по дороге. Они долго обсуждали возможность отъезда, необходимую сумму. Девушка дала родителям контакты юриста, который помогал Чонгуку. — Не беспокойся ни о чём, — сказал он, проводив её до подъезда. — По крайней мере, о деньгах. Вернёшь, как сможешь. А если не сможешь — не возвращай. Поверь, я за этот город заработаю в сто тысяч раз больше. — Спасибо, я постараюсь вернуть. Ты доберёшься до дома или, может, тебя всё-таки подвезти? — Я пойду к Намджуну, он снял квартиру недалеко отсюда. Чонгук приблизился к девушке, ожидая её реакции. Изабель обняла его, поблагодарив ещё раз. Спала она всего несколько часов, отправившись в студию с самого утра. — Я отстраняю тебя от работы с BTS, — заявил Мейсон, как только она зашла в кабинет и села перед его столом. — Что? По какому праву? — Мне говорят, ты не справляешься, — Мейсон наклонился к ней, оперевшись руками на стол. — Я хочу помочь. Чтобы ты не опозорилась окончательно. Изабель сильно обидели его слова, но она задумалась, кто мог сказать такое Мейсону. — Да, я не сделала пару демок, один раз накосячила с микрофоном, но это не повод меня отстранять, — холодным голосом ответила девушка, не поднимая головы. Мейсон тоже похолодел. Он не мог представить, что та самая хрупкая девушка, которая четыре года назад принесла своё резюме в их студию, теперь говорит с ним так. — Я подписала контракт. Я рассчитываю на ту сумму, которую получу. Она нужна мне — ты сам прекрасно знаешь, что с моей семьёй, — она подняла глаза и прожгла ими Мейсона. — Послушай, — парень обошёл стол и сел рядом с девушкой на корточки, попытавшись взять её за руку. — Я вижу, как тебе сложно. Как ты тонешь в эмоциях. И работать с такими звёздами… это тяжело для психики. Я хочу тебе помочь. Защитить. Эту сумму я могу выплатить тебе и без контракта. Изабель резко встала со стула и сделала несколько шагов назад. — А ты не думал о том, что меня не нужно защищать и спасать? Может быть, я сама могу справиться со своей жизнью? Откуда этот контроль, Мейсон? Парень поднялся и сделал несколько шагов вперёд. — Изабель, ты для меня как семья, — он пытался смягчить её тон. — Ты всегда спрашивала моего мнения о разных вещах, просила помощи… Что изменилось сейчас? Нашла кого-то лучше? — вырвалось у него. — Спасибо, Мейсон, за всё, что ты сделал для меня, но мы не семья. Я благодарна за все твои советы и возможности, которые ты мне дал, но нас с тобой ничего, кроме работы, не связывает. Поэтому верни мне шанс, который дал, — девушка тоже сделала шаг навстречу. — Ты ведь поверил в меня, когда предложил работу с такими звёздами. Почему ты перестал верить сейчас? — Я просто не хотел тебя терять, — прошептал Мейсон и вдруг сделал рывок к девушке, впиваясь в её губы. Изабель вскрикнула и оттолкнула его. Несколько секунд она простояла в оцепенении, а потом выбежала из кабинета. Мейсон лишь успел крикнуть ей что-то вслед. Бежать за ней он не стал, ощущая лёгкую вину, хотя всё ещё был уверен, что действует правильно. Девушка выбежала из студии и ещё немного пробежалась по тротуару. Немного успокоившись, она зашла в первое попавшееся кафе на углу. Там оказался Майк, который заметил девушку и предложил сесть рядом за барной стойкой. — Ты в порядке? — спросил он. Он недавно начал работать в студии, занимаясь в основном оборудованием и электрикой. Они быстро сблизились, даже двигались к тому, чтобы начать встречаться, но Майк казался Изабель слишком юным и легкомысленным. Он ещё не прошёл настоящий этап взросления. Несмотря на почти одинаковый возраст, девушка ощущала себя гораздо старше. Возможно, потому что он просто родился в спокойной стране. — Мейсон странно себя ведёт в последнее время, — заметила девушка, пытаясь отдышаться и пригладить волосы. — Да уж, — согласился Майк. — Очень нервный стал, на месте не сидится. Казалось бы, лучших клиентов уже заполучил, так нет — всё пытается найти новых, угодить старым… — Он сказал, что BTS недовольны моей работой. И отстранил меня. — Чего? Вы же с Намджуном отлично сработались… Мне казалось, ему всё нравилось. — Мне тоже. Но как будто кто-то пожаловался… Они начали перебирать возможные варианты. — А вот Юнги… — задумалась девушка. — Что Юнги? — Он почти не говорит по-английски. Пару раз пытался что-то объяснить, а я не понимала. Он сказал на корейском, что надо было брать персонал, говорящий на корейском. Или хотя бы догадливый. — А как ты узнала? — У меня был включён переводчик. Я случайно записала. Майк выдохнул. — А ты не пробовала подать заявку напрямую в их компанию? — Что? Есть такая возможность? — Они открывают филиал в Америке. Изабель замерла. — Он мне ничего не говорил… Майк внимательно посмотрел на неё. — Мейсон странно ведёт себя по отношению к тебе. Про заявку не сказал, от работы отстранил. Сама что думаешь? — Запрёт в золотой клетке и будет наслаждаться моей беспомощностью, — процедила девушка сквозь зубы. Из кафе она сразу поехала домой, не возвращаясь на рабочее место. Она считала, что больше ничем не обязана Мейсону. Тем более никаких новых задач он ей не прислал. А видеть его не хотелось. Дома она открыла письмо от Майка, где была ссылка с возможностью оформить заявку в новую компанию в ЛА. Сделав небольшое портфолио и сформулировав описание и свои сильные стороны, девушка отправила кандидатуру на рассмотрение. После этого она легла на кровать и уснула с телефоном в руках. Усталость от сильных эмоций, несправедливости и бессонной ночи накрыла её. Она проснулась уже поздним вечером. Взяла телефон и увидела сообщение от Чонгука: «Привет, с тобой всё в порядке? Не хочешь покататься по ночному ЛА?» Сердце снова ёкнуло. Он хотел её увидеть. Девушка быстро напечатала ответ и пошла в ванную, чтобы хотя бы почистить зубы перед выходом. Накинув свой старый бомбер из секонд-хенда и убрав волосы в косу, она поймала себя на мысли, что слишком долго стоит у зеркала, пытаясь понять, какое впечатление произведёт. «Нет, я не должна об этом переживать, это не имеет значения», — напомнила она себе и вышла из квартиры. Чонгук ждал её в машине. Улыбнувшись, когда он её увидел, парень быстро выехал с парковки и направился в центр города. — Тебя не было сегодня в студии, — заметил он. — Мда, меня отстранили. Временно, — девушка открыла телефон, читая остальные сообщения, пришедшие, пока она спала. Одно из них было от Мейсона: «Прости. Можешь продолжить с ними работать. Только давай поговорим». — Почему отстранили? — удивился Чонгук. — Недопонимание. Давай не будем об этом, — девушка выключила телефон и посмотрела в окно. — Как твой день? — Сегодня составлял карту сфер своей жизни, — сказал Чонгук. — Результат неприятно поразил, если честно. Завтра буду разбирать с психологом. — Хочешь поделиться этим? Парень задумчиво смотрел на дорогу. Они неспешно ехали по засыпающему городу. — Оказалось, самая слабая сфера у меня — личная жизнь и отношения. Значит, ей я недоволен больше всего. — Логично, раз ты не создан для отношений, — заметила Изабель. Она засунула руку в карман и вдруг нащупала ракушку, которую когда-то Чонгук ей принёс. Достала её и начала вертеть в пальцах. — Я действительно так думал. Но сейчас… будто что-то изменилось. Меня уже не устраивает то, чего раньше хватало. Хочется глубины, чувств. Может быть… семьи… Он заметил ракушку в её руках, и его сердце забилось чуть быстрее. Она правда носила её с собой. — Хорошо, что ты поговоришь об этом с психологом. Но, думаю, это нормально. Ты растёшь. То, что нравилось раньше, перестаёт хватать — хочется нового. Чонгук не ответил. Они заехали в небольшое кафе навынос, взяли латте с карамелью и поехали дальше. Молча смотрели на город. Хотя солнце давно село, улицы были залиты светом фонарей и неоновых вывесок. — Включишь музыку? — предложил он. — Давай. Девушка подключилась к машине и включила свой плейлист. Чонгуку понравилась музыка. Разная, живая, душевная. Какие-то песни он знал, многие зацепили. Её вкус оказался очень близким к его. Следующим треком внезапно стал The Truth Untold. Изабель напряглась. Она не знала, как отреагирует парень. Это был их давний трек. Тот факт, что он был у неё в плейлисте означало, что она знакома с их творчеством давно. — Я плакал под эту песню, — вдруг сказал Чонгук. — Когда впервые её услышал. — Я тоже… — тихо ответила девушка. Они молча слушали. Песня была болезненно глубокой, как будто пропитанной чужой болью. По щеке Изабель скатилась слеза. — Чимин написал эти строки, когда они сильно поссорились с Юнги. Они тогда даже разъехались, — сказал Чонгук. — «Я всегда надеваю маску, когда иду к тебе. Не могу показать себя настоящего». Девушка незаметно смахнула слезу. — Я всегда представляла грустную историю… Про пару, где любил только один. Они расстались, а он… всё ещё готов простить всё. Прошли годы, а он всё ещё любит, ждёт… Чонгук посмотрел на неё и на мгновение коснулся её плеча. Они снова оказались у пляжа. Здесь к морю стекала небольшая речка, и пейзаж выглядел особенно живым. Следующая песня показалась девушке незнакомой. Она открыла экран телефона, а потом вдруг вспомнила, что это была та самая демка Чонгука, которую он дал ей в начале их знакомства. Парень усмехнулся, услышав свой голос. — Ты так и не сказала, как тебе песня… — Мне понравилось, — тихо ответила Изабель. — Твои слова… попали в мою боль. Мне нужно было это услышать. — Если хочешь, я напишу для тебя что-нибудь ещё, — сказал он, припарковавшись. — Могу сказать тебе все английские слова, которые знаю, если это поможет, — рассмеялся он. Они вышли из машины. — Я теперь немного боюсь ходить босиком, — заметила девушка. — Я буду смотреть, куда ты наступаешь, — он протянул ей руку. Она доверилась ему. Они прошлись до моря, помочили ноги в воде, немного погуляли вдоль берега, так и не разжав рук. Рядом с этой девушкой Чонгук не ощущал головокружительных эмоций, но с ней было спокойно. Рядом с ней он чувствовал себя целостным и наполненным. Её слова отзывались в его сердце, её прикосновения грели душу. Рядом с этим парнем девушка чувствовала себя нужной. Она не понимала, почему он всегда хотел поговорить именно с ней обо всех своих проблемах, но это было приятно и вызывало желание ответить на доверие. Рядом с ним она совершенно не чувствовала давления: парень всегда спрашивал её обо всём, ни на чём не настаивая. Это цепляло больше всего, особенно после насильственного поцелуя Мейсона — Мы решили назвать альбом ARIRANG, — сказал Чонгук, когда они шли обратно к машине. — Что это значит? — Это можно перевести как… «песня о любви», — задумчиво произнёс он. — Красиво. Вашим фанатам будет приятно. Они дошли до машины и облокотились на её капот. — А ты… не наш фанат? — вдруг спросил Чонгук. — Я была. Подростком, — неохотно сказала девушка. — Кто был твоим биасом? — парень игриво толкнул её в плечо. — Тэхён, — она повернула голову, посмотрев ему в глаза и улыбнувшись. — Всё понятно, — он закатил глаза. — Всегда так: позовёшь девушку на свидание по ночному городу, а она в конце обязательно скажет, что Тэхён ей больше нравится… Изабель рассмеялась, но на всякий случай решила уточнить: — А это… свидание? — А ты хочешь, чтобы это было оно? Они смотрели друг на друга, не понимая, что чувствуют, осознавая лишь, что их тянет друг к другу непонятной силой, которой не страшны старые принципы и установки, разные привычки, страны, национальности. — Я хотел тебе предложить, — не дождавшись ответа, сказал Чонгук и отвёл взгляд, — через три недели мы поедем в Корею. Закончим альбом там. Заглавного сингла мы пока так и не сделали… может быть… ты бы хотела поехать с нами? Изабель перестала дышать на несколько секунд. Это было то, чего она очень хотела: возможность сбежать от Мейсона, отключиться от старой жизни хотя бы на какое-то время. А потом она вернётся со свежей головой и решит, что делать дальше. — Я подумаю, — она тоже перевела взгляд на море. — Тебя официально устроят в нашу компанию. Контракт будет не через студию, а напрямую. И они собираются открыть отдел в Америке. Можешь перевестись туда потом. — Но я совсем не знаю корейский. — Я был бы очень рад, если бы ты помогла нам закончить альбом. Я думаю, этот проект стал важным и для тебя… А в американском отделе тебе не нужен будет корейский. Я думаю, они хотят сделать несколько местных групп. Девушка глубоко задумалась. Предложение было очень хорошим и освобождало её от Мейсона. Но она очень не хотела привязывать себя к Чонгуку. Эту тему нужно было обдумать. Чонгук отвёз её домой. Девушка была очень задумчива всю обратную дорогу и почти не разговаривала с ним. Его предложение сильно зацепило её, но она хотела выбрать правильный вариант для себя. Парень проводил её до подъезда. — Ты… всегда носишь с собой ракушку? — он протянул ей то, что выпало из кармана бомбера и осталось в машине. — Это ведь… та самая? — Да, она приятна на ощупь. Люблю вертеть что-то в руках, — задумчиво сказала она. — А ещё напоминает о тебе, — она улыбнулась и скрылась за железной дверью. Чонгук ещё несколько секунд стоял, глядя на закрывшуюся дверь. Его сердце билось слишком сильно для простой встречи. Когда девушка добралась до своего этажа, она увидела Мейсона, стоявшего у её квартиры. — Что ты здесь… — Где ты была? Ночь на дворе! На сообщения не отвечаешь, дома тебя нет! — А с чего вдруг такая опека? — спокойно спросила девушка. — Я беспокоюсь о тебе, Изабель. А ты этого не ценишь, — он придвинулся к ней. — Если бы ты беспокоился, ты бы не стал отбирать у меня золотой шанс в карьере, а потом насильно целовать! — вскипела девушка. — Да я просто пытался помочь, послушай! — он схватил её за руки. — Ну хочешь продолжать работать с ними — пожалуйста, но я не могу смотреть, как ты увядаешь! — Да с ними я наконец-то почувствовала себя живой! — воскликнула девушка. — С ними я научилась творить, совершать ошибки, быть свободной! А ты пытаешься сейчас лишить меня всего этого, почему? Юнги сказал, что я недогадливая? Так я не обязана знать корейский! Или в другом дело? Скажи, в чём? — Я просто… — глаза Мейсона бегали по её лицу, он крепко держал её за руки, не давая вырваться. — Не могу смотреть, как этот поганец разобьёт твоё сердце… — Ты о Чонгуке? Откуда ты знаешь, что он… — Ты знаешь, со сколькими он спал, пока вы «дружите»? Девушка отступила назад, но Мейсон не отпустил её. — Откуда ты… — Даже тогда, в Малибу. Он ехал от одной фанатки, которая, видимо, оказалась довольно скучной, раз её одной на день было недостаточно. — Кто тебе всё это рассказал? — девушка всё ещё не верила в слова Мейсона. — Тэхён. Он пришёл ко мне в кабинет. Сказал, что беспокоится о тебе. Что Чонгук никогда не был хорошим парнем. А ты… ты ещё маленькая девочка, Изабель. Я не хочу, чтобы тебе разбил сердце какой-то придурок. Изабель нервно облизала губы. — По крайней мере этот придурок никогда меня насильно не целовал, — заявила она, вырвала руки и открыла дверь в свою квартиру. Мейсон крикнул что-то ей вслед, но больше не решался к ней прикасаться и не пытался удержать. Девушка долго не могла уснуть. Может, из-за того, что спала днём, может, из-за навязчивых мыслей… «С одной стороны, мы не встречаемся. Он может быть с кем угодно, у него нет никаких обязательств передо мной. С другой… он ведь хотел, чтобы сегодняшняя поездка была свиданием? И он говорил, что ему уже надоели все эти романы и связи… Или такое нельзя изменить, если это есть в человеке? А может, это вообще всё неправда… Почему Тэхён вообще в это лезет?» Она уже начала засыпать, но телефон засветился новым сообщением. Изабель открыла его — и на душе стало тепло. «Пишу новую песню, чтобы заставить тебя улыбаться». Чонгук скинул фото из звукозаписывающей будки, рядом с микрофоном. А потом вдруг пришло уведомление из твиттера: «Чон Чонгук был замечен с популярной актрисой Голливуда: они вместе зашли в дом и оставались там на протяжении 6 часов». К посту были приложены фотографии плохого качества, но Чонгук был узнаваем. Автор явно фотографировал на телефон, откуда-то из-за кустов. Изабель приблизила фотографии. В комментариях скинули ещё несколько — видимо, сталкерша была не одна. У неё внутри всё похолодело. На парне была точно такая же одежда, как в тот вечер, когда они встретились в Малибу.