Одна сцена на двоих

За кулисами пахло лаком для волос, пылью от тяжелых занавесов и тем самым специфическим напряжением, которое бывает только перед большим выходом. Гул толпы в зале просачивался сквозь стены, напоминая ровное биение сердца огромного зверя. В гримерках шла последняя подготовка. Дилан стоял перед зеркалом, тяжело дыша. На нем была черно-красная толстовка с капюшоном, под которой виднелся короткий белый топ, больше напоминающий бинты, туго стягивающие грудь. На левой руке и животе тоже белели повязки. Черные брюки с яркой красной звездой и тяжелые ботинки завершали образ. На голове красовались красные защитные очки, а на щеке красовался пластырь — финальный штрих к имиджу лидера группы Hollow. Он поправил гарнитуру на лице, глядя в свои синие глаза в отражении. — Ну и что ты пялишься? — бросил Дилан, не оборачиваясь, зная, что Ло стоит в дверном проеме. Ло выглядел полной противоположностью Дилану. Его образ был выполнен в холодных синих и черных тонах. Синий жилет поверх черной кофты с полосатыми рукавами, кепка со стрелками и неизменные синие очки, за которыми было не разглядеть его мыслей. На руке — стильные черные браслеты. — Смотрю, не слишком ли туго тебе затянули бинты, — ровно ответил Ло, поправляя свою кепку. — А то ещё задохнёшься прямо на первой ноте. Дилан резко обернулся, его красные очки на лбу сверкнули в свете ламп. — Не дождешься. Я спою идеально. Ло промолчал, лишь поправил дужку своих очков. — Пора, — коротко бросил Ло, кивнув на выход к сцене. Дилан сжал кулаки, чувствуя, как под бинтами бешено колотится сердце. — Хорошо. «Обрывки мечты». Идем и делаем это шоу. Он первым вышел из гримерки, чеканя шаг. Ло последовал за ним, и в полумраке закулисья его синие очки на мгновение блеснули холодным, решительным светом. Шоу должно было начаться, но никто из них еще не знал, чем оно закончится. Зал погрузился в абсолютную, вязкую темноту. Гул голосов тысяч фанатов, собравшихся на фан-митинг, превратился в сплошной вибрирующий фон. Все ждали начала, но никто — абсолютно никто в этом зале — не знал, кто именно выйдет на сцену в качестве ведущих и главных звезд вечера. В программках значились лишь загадочные пропуски. Когда на сцене появились два силуэта, зал буквально взорвался. Звук был настолько громким, что, казалось, стены арены задрожали. Фанатки зашлись в ультразвуковом крике, сотни лайтстиков задвигались в безумном ритме. В синем луче света стоял Ло. Его холодный, технологичный образ — синий жилет, кепка с символами и блестящие синие очки — придавал ему вид отстраненного, почти неземного существа. Он стоял неподвижно, сложив руки на груди, и его спокойная, уверенная поза контрастировала с хаосом в зале. В красном луче стоял Дилан. Красные очки на лбу, бинты, выглядывающие из-под черно-красной толстовки, и дерзкий пластырь на щеке. Он выглядел так, будто только что покинул эпицентр драки. — Добрый вечер, город... — голос Дилана, усиленный гарнитурой, прозвучал низко и с пугающей хрипотцой. Он сделал шаг вперед, и красный свет последовал за ним. — Вы ждали шоу? — Ло слегка наклонил голову, и свет ламп отразился в его синих линзах. Его голос был чистым и острым, как скальпель. — Вы его получили. Зал снова захлебнулся в крике. Соцсети уже разрывались от сообщений: «ЛО И ДИЛАН?!», ««Echo» и «Hollow» на одной сцене?!», «Это невозможно!». Соперничество этих двух групп было легендарным, и увидеть их лидеров вместе, ведущими один фан-митинг, было сродни ядерному взрыву. Дилан покосился на Ло, и на его губах заиграла та самая дерзкая улыбка, предусмотренная образом Hollow. — Посмотрим, кто из нас сегодня заберет всё внимание, не так ли? Ло поправил кепку, даже не повернув головы к партнеру. — Просто старайся не запутаться в своих бинты, Дилан. Мы здесь ради фанатов, а не ради твоей клоунады. Они двинулись к краю сцены, к самой толпе. * Свет на сцене сменился на два контрастных прожектора: ледяной синий сфокусировался на Ло, а яростный красный — на Дилане. В центр вынесли два барных стула и небольшой столик, на котором стояли два футуристичных «детектора лжи» со светящимися панелями. Зал замер. Это был самый ожидаемый момент фан-митинга — дуэль лидеров. — Правила просты, — прозвучал голос ведущего за кадром. — Один задает вопрос, другой держит руку на датчике. Если детектор бьет током — значит, лидер врет. Начинает Ло. Ло грациозно сел на стул, поправил свои синие очки и положил ладонь на прибор. Его движения были расчетливыми, как у машины. Дилан же буквально рухнул на соседний стул, дерзко закинув ногу на ногу и поправив красные очки на лбу. — Итак, Дилан, — Ло посмотрел на оппонента сквозь синие линзы, его голос был лишен эмоций. — Правда ли, что ты считаешь имидж «Hollow» — все эти бинты и пластыри — просто попыткой скрыть, что ты боишься сцены больше, чем новичок на первом прослушивании? Зал охнул. Дилан усмехнулся, его пластырь на щеке чуть сморщился от гримасы. Он уверенно положил руку на детектор. — Бинты нужны для другого, Ло. А сцена — это мой дом. В отличие от тебя, я здесь живу, а не выполняю программу. Детектор Дилана остался зеленым. Фанаты «Hollow» взревели от восторга. — Твоя очередь, Ло, — Дилан подался вперед, впиваясь взглядом в Ло. — Правда ли, что за этим твоим «идеальным спокойствием» скрывается дикое желание прямо сейчас сорвать эту кепку, бросить микрофон и послать Джона и всю эту индустрию куда подальше? В зале повисла звенящая тишина. Вопрос бил в самое больное место, о котором они говорили ночью. Ло не шелохнулся. Его лицо оставалось каменным. — Моя работа — быть лидером «Echo». Эмоции не входят в обязанности. БЗЗЗЗТ! Детектор под рукой Ло вспыхнул красным и издал резкий звук разряда. Ло слегка дернул пальцами, но даже не поморщился. Зал взорвался криками и аплодисментами. — Оборудование явно неисправно, — холодно прокомментировал Ло, поправляя перчатку. — Система дает сбой. — Ага, конечно, списывай на технику, — Дилан рассмеялся, обнажая зубы. — Признай, твои «схемы» горят, когда я рядом. Ло проигнорировал выпад и задал следующий вопрос, его голос стал еще тише и опаснее: — Дилан, правда ли, что ты специально задержался на репетиции сегодня утром, потому что хотел уйти от меня? Дилан замер. Его рука на датчике чуть дрогнула. — Я дорабатывал звук. «Hollow» не терпит полумер. Детектор под его рукой подозрительно замигал желтым, но в последний момент выдал зеленый свет. Ло скептически приподнял бровь. — Последний вопрос, — Дилан внезапно стал серьезным. Он снял красные очки со лба и посмотрел Ло прямо в глаза. — Правда ли, что сегодняшний дуэт в «Обрывках мечты» — это единственный момент за последние два года, когда ты чувствовал себя... живым? Ло застыл. Фанаты затаили дыхание. На огромных экранах было видно, как отражение красных огней Дилана пляшет в синих линзах Ло. — Это была всего лишь эффективная коллаборация для повышения рейтингов, — отчеканил Ло. БЗЗЗЗТ!!! Детектор под рукой Ло выдал такой мощный разряд, что звук разнесся по всему залу. Ло резко отдернул руку, его грудь под жилетом Echo тяжело вздымалась. — Два-ноль в пользу правды, Агрессор, — Дилан победно ухмыльнулся и встал со стула, поправляя капюшон. — Твой процессор перегрелся. Пошли, пока ты не закоротил нам всю сцену. Ло медленно поднялся, поправляя кепку. Его взгляд был направлен в пол, но когда он поднял голову к фанатам, на его лице снова была маска лидера Echo. — Технические неполадки будут устранены к следующему блоку. Дилан просто... слишком шумный источник помех. * Прошло около пятнадцати минут. Официальная часть с интервью и запланированными вопросами от спонсоров начала утомлять. Ло и Дилан сидели на краю сцены, свесив ноги в зал. Фанаты в первых рядах были в восторге от такой близости, но сами айдолы чувствовали, как их накрывает волна скуки от заученных реплик. Дилан, поправив свои красные очки, которые теперь висели на шее, покосился на Ло. Тот лениво крутил в руках микрофон, поправляя козырек своей кепки. — Слушай, Ло, — негромко произнес Дилан, так что микрофон поймал только часть фразы. — Этот сценарий тухлый. Давай сыграем в кое-что нормальное? Ло приподнял бровь, глядя на него сквозь синие линзы. — Опять твои идеи? Надеюсь, это не закончится дракой в прямом эфире. — «Правда или действие», — Дилан ухмыльнулся, игнорируя колкость. — Ну что, город, хотите увидеть, на что мы способны? Арена ответила оглушительным ревом. — Ладно, скотина, давай, — Ло выпрямился, принимая вызов. — Я выбираю первый. Действие. Посмотрим, насколько хватит твоей фантазии. Дилан хищно улыбнулся. Его образ бунтаря сейчас работал на полную. Он обвел зал взглядом, а потом указал пальцем в центр сцены. — Действие? Окей. Ло, покажи нам свою «программную точность». Сделай сальто назад прямо здесь, без страховки. И попробуй при этом не уронить свою драгоценную кепку. Фанаты взревели. Ло на мгновение замер, оценивая расстояние. Он ненавидел лишнюю акробатику на публике, но вызов Дилана бил прямо по его гордости. Ло встал, небрежно поправил синие очки и отошел на пару шагов назад. В полной тишине зала он резко оттолкнулся. Его тело в сине-черном жилете описало идеальную дугу в воздухе. Он приземлился точно в ту же точку, едва слышно хлопнув подошвами о сцену. Кепка даже не сдвинулась. Ло выпрямился и медленно поправил козырек, глядя на Дилана сверху вниз. — Система работает без сбоев. Теперь моя очередь. Дилан... правда или действие? — Давай правду, — Дилан расслабленно откинулся назад, опираясь на руки. — У «Hollow» нет секретов. Ло сощурился, подходя ближе. — Правда? Окей. Скажи честно... весь этот твой прикид — бинты на животе, повязки на руках, пластырь на щеке... Это реально последствия твоих «опасных» репетиций, или ты просто косплеишь побитую шавку, чтобы разжалобить фанатов? Дилан рассмеялся — громко и дерзко, поправив край своей красно-черной толстовки. Он посмотрел на свои забинтованные руки, а потом прямо в глаза Ло. — Ты ничего не понимаешь в стиле, Агрессор. Бинты и пластыри — это изюминка группы «Hollow». Это символ того, что мы не боимся боли и идем до конца. Мы — не «вылизанные», нам не нужно быть идеальными. Нам нужно быть настоящими. Даже если для этого нужно обмотаться марлей. Зал взорвался аплодисментами. Ло фыркнул, возвращаясь на свое место. — Настоящие... Ну-ну. Изюминка из аптеки. — Твоя очередь, Ло. Правда или действие? — Дилан перехватил инициативу, его глаза азартно блеснули. — Действие, — Ло уже вошел в кураж. — Спой одну строчку из той песни, которую ты вчера выбросил в мусорку. Только одну. Без музыки. В зале стало тихо. Ло почувствовал, как по спине пробежал холодок. Дилан бил без промаха. Это не было в сценарии, это было личное. Ло посмотрел на Дилана — синее на красном, лед на огне. Ло поднес микрофон к губам. Его голос прозвучал без всякой обработки, абсолютно голый и честный: — «Я — пустой кадр в вашем идеальном кино...» Он замолчал, и тишина в зале стала почти осязаемой. Ло резко встал, поправляя кепку. — Всё, игра окончена. Нам пора переходить к следующему блоку. Дилан тоже поднялся, его взгляд был серьезным, несмотря на ухмылку. — Идем, лидер. Пора допеть это шоу. Они ушли вглубь сцены, оставив фанатов в полном восторге от этой не запланированной, живой перепалки. Третий блок фан-митинга, так называемый «Talk Stage», должен был быть самым спокойным: айдолы отвечали на вопросы из зала, сидя на высоких барных стульях. Но именно здесь сценарий окончательно начал трещать по швам. Ло сидел на своём стуле, чуть ссутулившись и поправив синюю кепку. Его взгляд через синие очки был направлен на фанатов, он старался отвечать чётко и по делу, поддерживая имидж лидера. Однако Дилан, вместо того чтобы сидеть на положенном ему «красном» месте в паре метров от Ло, раз за разом нарушал дистанцию. Сначала он просто пододвинул свой стул так близко, что их колени почти соприкасались. Затем, пока Ло отвечал на вопрос о любимом блюде, Дилан вдруг протянул руку в своих забинтованных перчатках и совершенно естественно поправил сбившуюся гарнитуру на лице Ло. Зал моментально отозвался коротким, но громким вздохом. На огромных экранах было видно, как Ло на секунду запнулся и бросил на Дилана быстрый, растерянный взгляд. — Дилан! — выкрикнула фанатка из первого ряда, когда ей передали микрофон. — У меня вопрос! Почему ты сегодня постоянно смотришь на Ло, когда он говорит? Ты боишься, что он что-то забудет, или тебе просто нравится на него смотреть? Зал взорвался хохотом и одобрительными выкриками. Дилан, не меняя своего дерзкого выражения лица «плохого парня», лениво облокотился на спинку стула и повернулся всем корпусом к Ло. — Я просто слежу за тем, чтобы этот синий «робот» не перегрелся от ваших вопросов, — хрипло усмехнулся Дилан в микрофон. — А то у него, знаете ли, тонкие настройки. Чуть что — и система даёт сбой. Он сказал это как шутку, но Ло почувствовал, как в этих словах прозвучала отсылка к его панической атаке. Он резко поправил очки и фыркнул, стараясь вернуть себе образ Агрессора. — Следи за своим языком, Дилан. Моя система работает идеально, пока ты не лезешь в неё. Но фанатов было уже не остановить. — Смотрите! — закричал кто-то с другого конца зала. — Дилан снова пододвинулся! И действительно, пока Ло спорил, Дилан незаметно сократил последние сантиметры между ними. Когда одна из фанаток начала задавать длинный и грустный вопрос о трудностях стажировки, Ло заметно напрягся — эта тема была для него болезненной. Дилан, заметив, как пальцы Ло судорожно вцепились в край стула, просто положил свою руку на спинку стула Ло, почти обнимая его за плечи, хотя и делал вид, что просто расслабленно сидит. — Они такие милые... — пронеслось шепотом по залу, который усилили микрофоны. — Мы не милые! — одновременно выкрикнули оба, сорвавшись на свой привычный стиль. — Он меня бесит! — Ло указал пальцем на Дилана. — А он просто невыносимый зануда! — Дилан закатил глаза, но руку со спинки стула так и не убрал. Фанаты смеялись и снимали каждый жест. На экранах красный и синий цвета их костюмов практически слились в один фиолетовый шум. Всем было очевидно: несмотря на агрессивные слова и разные группы, Дилан сегодня был для Ло не соперником, а настоящим якорем, не дающим ему утонуть в собственных страхах прямо посреди сцены. Обстановка на сцене накалилась до предела. Ло, окончательно выведенный из себя постоянными подначками и сокращением дистанции, сорвался. Он резко развернулся на своём стуле к залу, прижимая микрофон почти к самым губам. Его синие очки опасно сверкнули в свете софитов. — Вы не понимаете! — выкрикнул Ло, и его голос разнёсся по всей арене, перекрывая гул. — Вы видите его пять минут на экране и думаете: «О, какой крутой парень из »Hollow!»». А я с ним в одной комнате живу! Он лезет в мой звук, он ворует мою еду, он появляется из ниоткуда! Ло задыхался от возмущения, активно жестикулируя свободной рукой. — Честно? Он меня просто заебал! Сил моих больше нет терпеть эту синеглазую скотину! Зал на секунду онемел от такой нефильтрованной искренности, а затем взорвался смесью шока и восторга. Это было слишком «не по сценарию», слишком живо. Дилан, сидевший рядом, даже не повёл бровью. Он лениво откинулся на спинку стула, закинув руку за голову. Пока Ло продолжал свой гневный тираду, Дилан медленно повернул голову к ближайшей фан-камере и, поймав взгляд объектива, дерзко и многозначительно подмигнул. В ту же секунду, прежде чем Ло успел выдать следующую порцию ругательств, Дилан резко подался вперёд. Одним быстрым движением он обхватил Ло за плечи, буквально вжимаясь в него и прерывая его речь на полуслове. Это было крепкое, почти собственническое объятие. Ло замер. Его микрофон так и остался у открытого рта, но ни одного звука не вылетело. Он превратился в статую, глядя в пространство расширенными от шока глазами. Зал буквально рухнул от ультразвукового крика фанатов. Лайтстики задвигались в безумном темпе. Спустя ровно три секунды Дилан так же внезапно отстранился. Он спокойно вернулся в свою расслабленную позу, поправил пластырь на щеке и как ни в чём не бывало посмотрел на ведущего. — Так на чём мы остановились? — невозмутимо спросил Дилан в микрофон, голос его был идеально ровным. — Кажется, вопрос был про планы на следующий тур? Ло всё ещё сидел неподвижно, его лицо под синей кепкой медленно заливалось густой краской, которую не мог скрыть даже грим. Он несколько раз открыл и закрыл рот, как рыба, выброшенная на берег. — Ты... ты... — пробормотал Ло, наконец обретая дар речи. — Урод... — Я тоже тебя люблю, Агрессор, — бросил Дилан, даже не глядя на него, и снова едва заметно улыбнулся камере. Слова Дилана, брошенные как бы невзначай, но с такой интонацией, которая не оставляла сомнений в их истинности, ударили по залу, как раскаты грома. «Я тебя тоже люблю, Агрессор!» — это была фраза, которая должна была остаться в полумраке гримёрки, а не прозвучать на всю арену. Зал взорвался. Не просто криком — это был коллективный, оглушительный вопль, который, казалось, мог снести крышу стадиона. Фанаты, привыкшие к вражде, увидели нечто совершенно иное. На экранах, где крупным планом транслировалось лицо Ло, было видно, как его глаза расширились от шока. Ло дёрнулся, словно от удара. Он смотрел на Дилана, на эту его невозмутимую, чуть издевательскую усмешку, и внутри него бушевала буря. Ярость, смешанная с каким-то животным, неконтролируемым стыдом. — Любишь?! — Ло выплюнул это слово, его голос дрожал от бешенства. Он резко развернулся к залу, прижимая микрофон к губам так, что его лицо исказилось. — Ты, блять, вообще в себе?! Ты мне тут на публику такое говоришь?! Он оттолкнул Дилана, который уже начал возвращаться к своему обычному спокойному образу, и сделал шаг вперёд, почти на самый край сцены. — Да он меня достал! Он меня просто заебал! — Ло говорил так громко, что микрофон трещал. — Он всё время лезет! Всё время в мою жизнь, в мои вещи, в мой звук! И после всего этого он мне заявляет... Ло замялся, его взгляд метался между Диланом и залом. Ему хотелось вывалить всё, рассказать, как этот Дилан подкрадывается, как угрожает, как... — Он мне сказал, — Ло сжал микрофон так, что костяшки пальцев побелели. — Он мне сказал, что если я ещё хоть раз... если я ещё хоть раз попытаюсь что-то сделать, что ему не нравится... он меня поцелует! Ло задохнулся от возмущения. Он не хотел говорить об этом. Это было слишком личное, слишком абсурдное. Но слова вырвались сами. — Он мне угрожал поцелуем! — крикнул Ло, глядя в зал с выражением полного недоумения и ярости. — Представляете?! Этот ублюдок угрожал мне поцелуем! Вот насколько он меня достал! В зале снова воцарилась тишина, на этот раз наполненная недоумением и каким-то странным предвкушением. Ло, видя, что он сказал слишком много, резко отвернулся, прикрывая лицо рукой. Дилан же, услышав слова Ло, лишь усмехнулся. Его глаза зажглись знакомым озорным огнём. Он подошёл к Ло со спины, положил ему руку на плечо, как делал это раньше, но на этот раз, вместо того чтобы отстраниться, он притянул Ло к себе. — Значит, угрожал, да? — Дилан прошептал Ло прямо в ухо, его голос звучал соблазнительно низко. — Ну так выполняю угрозу, Агрессор. И прежде чем Ло успел что-либо предпринять, Дилан, к полному шоку всего зала и самого Ло, повернул его лицо к себе и поцеловал. Это был короткий, но решительный поцелуй, который на мгновение заставил Ло замереть. Ло почувствовал, как губы Дилана коснулись его. Это был шок. Внезапный, острый, обжигающий. Ненависть, которую он так старательно культивировал, испарилась в одно мгновение, уступая место чему-то совершенно новому, чему-то, что вызвало в нём бурю эмоций. Он слышал рёв зала, чувствовал, как толпа сходит с ума, но в тот момент для него существовал только Дилан. Когда Дилан отстранился, оставив Ло в лёгком шоке, Ло не стал ничего говорить. Ему не нужно было ничего говорить. Его глаза, широко раскрытые под синими очками, говорили обо всем. В них читались и возмущение, и страх, и что-то ещё, чего он сам ещё не мог понять. — Всё, — выдохнул Ло, его голос был хриплым и едва слышным. Он сделал шаг назад, отстраняясь от Дилана. — Фан-митинг окончен. Он не стал ждать подтверждения, не стал говорить ни слова прощания. Он просто развернулся и, не глядя на ошеломлённого Дилана, на ведущих, на тысячи фанатов, которые буквально захлебывались от эмоций, бросился прочь со сцены. Он бежал. Бежал так быстро, как никогда в жизни. Пересекая закулисные коридоры, игнорируя крики персонала, он мчался к своей гримёрке. Его синий жилет развевался позади, кепка съехала набок. Он чувствовал, как горит лицо, как стучит сердце, как гудит голова. Ло ворвался в свою гримёрку, захлопнув за собой дверь так, что та едва не слетела с петель. Он запер её изнутри, прислонившись к холодному дереву, тяжело дыша. Его руки дрожали. — Никого! — крикнул он в пустоту гримёрки, но голос звучал надломленно. — Никого сюда не пускать! Поняли?! Никого! Особенно... этого... Он не смог договорить. Ло сполз по двери на пол, обхватив голову руками. Он чувствовал себя раздавленным, униженным, и в то же время... взбудораженным. Этот поцелуй. Эта ярость. Эта толпа. Это всё было слишком. В дверь забарабанили. — Ло! Открой! — послышался голос Дилана. — Убирайся! — прорычал Ло, но голос его был слишком слабым. — Я тебя ненавижу! Отвали! Удары по двери прекратились. Ло поднял голову, его глаза были полны слез, которые он отчаянно пытался сдержать. Он сидел в своей гримёрке, окруженный запахом лака для волос и собственной паники, один. Фан-митинг, который должен был стать триумфом, превратился в личный ад. И выхода из него, казалось, не было. * Ло шёл по коридору общежития, как по минному полю. Каждый шаг отдавался в ушах тяжелым эхом. Образы с той сцены, слова Дилана, взрыв зала — всё это крутилось в голове, не давая покоя. Он не знал, что его ждет, но чувствовал — что-то должно было случиться. И это «что-то» явно не предвещало ничего хорошего. Едва он успел открыть дверь своей комнаты, как раздался резкий звонок. Не мобильного телефона, а стационарного, который обычно использовался для экстренных вызовов. Ло поднял трубку, сердце бешено колотилось. — Ло? — голос Джона был ледяным, лишенным всяких эмоций. — В моём кабинете. Немедленно. Ло почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он бросил телефон на стол и, не теряя ни секунды, направился к кабинету продюсера. Путь показался ему бесконечно долгим. Кабинет Джона был таким же, как и всегда: строгим, минималистичным, в чёрно-белых тонах. Джон сидел за массивным столом, его лицо было непроницаемо. На столе лежала стопка бумаг, на которых, Ло догадался, были их контракты. — Садись, Ло, — Джон указал на стул перед собой. Ло послушно сел, стараясь не показывать, как сильно он нервничает. — Что произошло на сцене, Ло? — Джон начал говорить, не поднимая глаз. — Ты сорвал выступление. Ты перешел все границы. Ты показал публике то, чего не должен был. И не только ты. Джон поднял взгляд. В его глазах не было ни злости, ни удивления. Только холодная констатация факта. — Ты думал, я не знаю о твоих... отношениях с Диланом? Я знаю всё, Ло. Я видел всё. И ты поставил меня в крайне неудобное положение. Ло сглотнул. Он знал, к чему всё идёт. — Я... — Не нужно оправданий, — Джон перебил его, подняв руку. — Прошлое осталось в прошлом. Но сегодняшнее... Фан-митинг — это уже другая история. История, которая не вписывается в мою концепцию. История, которая ставит под угрозу всё, что мы строили. Джон взял в руки одну из бумаг. Это был контракт Ло. — Я всё продумал, Ло. Мне жаль, но с этого момента... — он сделал паузу, и каждый звук, казалось, эхом отдавался в пустом кабинете, — ...для тебя всё кончено. Ло почувствовал, как у него подкашиваются ноги. — Я разрываю с тобой контракт, Ло. Ты свободен. — Джон положил контракт на стол. — И ты больше не часть «Echo». Слова Джона прозвучали как приговор. Ло не мог поверить. Его выгнали. Просто так. Из-за поцелуя, который он не планировал. Из-за того, что Дилан разрушил его маску. — Но... — Ло попытался что-то сказать, но голос его сорвался. — Никаких «но», Ло, — Джон был непреклонен. — Ты перешел черту. Ты показал слабость. Это недопустимо. Мне нужны айдолы, которые следуют сценарию, а не те, кто живёт своей жизнью на сцене. Джон встал. Это был сигнал. — Можешь идти. Вещи можешь забрать позже. Я дам распоряжение, чтобы тебе помогли с переездом. Ло сидел, как вкопанный, пытаясь осознать услышанное. Его выгнали. Из группы. Из компании. Из его жизни, которую он так долго строил. Он чувствовал, как мир рушится вокруг него, но в то же время... в глубине души, он чувствовал странное, пугающее облегчение. Он встал, его движения были вялыми. Он не стал смотреть на Джона. Он просто вышел из кабинета, оставляя позади не только карьеру, но и ту личность, которую ему навязывали годами. Ло был выгнан. Но, возможно, именно это откроет ему дорогу к настоящей свободе. * Ло шёл по улицам города, не разбирая дороги. Его шаги были тяжёлыми, каждое движение давалось с трудом, словно он нёс на себе невидимый груз. Слова Джона эхом отдавались в голове, перемешиваясь с безумным рёвом толпы, с образом Дилана, с обжигающим прикосновением его губ. Он был пуст. Абсолютно пуст. Его карьера, его группа, его тщательно выстроенный мир — всё рухнуло. Он шёл, стараясь не смотреть на прохожих, не замечать косых взглядов и шепота, который, казалось, преследовал его. Город был слишком ярким, слишком шумным, слишком живым. А Ло был мёртв внутри. В какой-то момент, его шаги замедлились. Он проходил мимо витрины какого-то модного магазина, и его взгляд зацепился за своё отражение. Синяя кепка, очки, жилет — образ Агрессора, который теперь был для него лишь напоминанием о потерянном. Именно в этот момент Ло почувствовал, как мир вокруг него начинает плыть. Голова закружилась, ноги стали ватными. Он попытался опереться на стену, но руки не слушались. Дилан. Он стоял внутри того самого магазина, выбирая новую гитару. Он тоже был в своей красной толстовке с бинтами, его образ бунтаря никуда не делся. Внезапно его взгляд случайно упал на улицу. Он увидел Ло. Его силуэт был напряжён, движения неловки. И что-то в его позе, в его опущенных плечах, кричало о беде. Дилан мгновенно понял, что что-то не так. Он бросил гитару, не обращая внимания на продавца, и выскочил на улицу. — Ло! — крикнул он, но было поздно. Ло сделал последний, неверный шаг, и его тело дрогнуло. Мир погрузился в черноту. Он падал. Неуклюже, тяжело. Дилан успел подхватить его. Ло безвольно обмяк в его руках, его голова тяжело упала на плечо Дилана. Синие очки Ло соскользнули с носа, открывая бледное, измученное лицо. — Ло? Эй, Ло! — Дилан потряс его, но ответа не последовало. Он был в отключке. Дилан почувствовал, какой Ло лёгкий, несмотря на его обычную агрессивность. Он осторожно, но крепко прижал Ло к себе. Мимо проходили люди, бросали любопытные взгляды, но Дилану было плевать. Он аккуратно поднял Ло на руки — тот был почти невесом — и направился к своей машине, которая была припаркована неподалёку. Открыл заднюю дверь, осторожно усадил Ло, пристегнул ремнем безопасности. — Держись, Агрессор, — прошептал Дилан, поправляя ему кепку. — Не время вырубаться. Он быстро сел за руль. Куда везти Ло? В общежитие Ло? Нет, там будут Шэрон, Глен, Дженна. Ему сейчас точно не до них. Дилан резко развернул машину. У него была только одна мысль. Он повёз Ло в общежитие своей группы — «Hollow». Там сейчас никого не было. Это было единственное место, где Ло мог быть в безопасности. Где он мог быть... рядом.