Катализатор: Цветок пепла

Однако время шло, а я все больше осознавала, что меня не тянет к тому образу семьи, которым все так восхищаются. И дело было не в иных взглядах на жизнь, я поняла, что сама по себе отличаюсь от других. Не считая того, что я выросла без родительской заботы и поддержки, и что мне приходилось самой содержать себя и брата, в моей жизни не было такого же качества, что заведомо было у других – стремления быть ближе к людям. Мои сверстники находили новых знакомых и друзей из желания общаться и быть с ними. Я тоже имела много знакомых, но заводила их только для извлечения выгоды… Я поздно это осознала, но меня правда никто не интересовал, от слова совсем, ни как друг, ни как возлюбленный. Каждый из всех тех людей был либо проходимцем, либо данностью, что я не могла изменить. Все ощущались куклами, и единственным исключением был братец, моя единственная семья, чьи чувства, мысли и действия были мне в действительности небезразличны. Я так и не поняла почему я так забочусь о брате, по какой причине ищу семейного уюта, но не вижу и намека на него в окружающих людях. Может дело во мне, а может в других, однако ответ для меня так и оставался ненайденным… Жизнь после тех событий протекала медленно, словно тягучая расплавленная сталь, она обжигала меня изнутри, и я чувствовала, как медленно сгораю от этого жара. Чтобы поскорее забыться я вновь погрузилась в рутинную работу. Загоняла себя до изнеможения, чтобы даже ночью, лежа в кровати, я не могла уделить и минуты на раздумья. Вместо этого, как только голова моя касалась подушки, я сразу же засыпала сном без сновидений. И так изо дня в день… Брат, уже будучи достаточно взрослым, чтобы понимать, что к чему, не мог не заметить такого моего состояния. Сначала он просто поглядывал на меня с озадаченным выражением лица, затем стал увязываться за мной, когда я шла по делам. В конце концов он, не услышав от меня ответов, отправился вызнавать что случилось у других. У брата, в отличие от меня, были близкие знакомые, с которыми он поддерживал связь, как то и полагается в его возрасте, потому он без труда выяснил, что случилось в тот день. Придя к вечеру домой, я обнаружила его, сразу же вскочившего с места и уже идущего в мою сторону. Лицо у него было серьезным, брови сдвинулись к середине даже больше, чем обычно, а губы поджались, слово сдерживая слова, которые вот-вот должны быть произнесены в слух. Мое тело так и застыло у захлопнувшейся двери. Я чувствовала себя уставшей, будто увядающий цветок. Потерявшись в собственных убеждениях, планах и заботах, я не могла мыслить здраво, мне было непосильно тяжело не столько физически, сколько душевно. Я смотрела на брата, который, казалось, был готов вспыхнуть как лесной пожар, а он смотрел на меня, совсем осунувшуюся, на которой не было лица. Мы встретились взглядами. Я заглянула в его фиалковые глаза и увидела, как маленькие росинки стали проступать на этих нежных лепестках. Брат ринулся ко мне и заключил в своих маленькие, но самые крепкие объятия, которые я когда либо могла знать. В горле встал ком, сравнимый с острым камнем, впивающимся в плоть. Прошли мгновения, а я совсем не заметила, как у самой безудержно начали литься слезы. Почему я рыдала? Было уже не важно… Поистине важно было то, что брат плакал за меня. Он волновался обо мне все это время, но не сказал ни слова, дав возможность самой высказаться о наболевшем. А я молчала. «Разве не глупая у тебя старшая сестрица?» - произнесла я вслух и крепко-накрепко обняла брата в ответ. «Конечно глупая!» - последовал незамедлительный ответ, который глухо раздался щекочущим чувством на уровне моего живота, ведь именно туда упиралось лицо моего заботливого младшего братца. Тут он вскинул голову и посмотрел на меня своим пронзительным взглядом: «Но я все равно тебя люблю!» Сколько облегчения и счастья я ощутила в один момент… Не ответить на это было бы самым настоящим злодеянием. «А я тебя…» - призналась я шёпотом и поцеловала его в лоб, открывшийся из под взъерошенной челки. «Спасибо за то, что ты у меня есть…» С того события прошло два дня. Внутри меня теплилось незнакомое ранее чувство, ощущение, что я важна для кого-то и понимание, что обо мне заботятся. Мысли об этом делали меня невероятно счастливой, но кажется слишком много занимали места у меня в голове…