Цена её сияния

Время их короткого уединения подошло к концу. С площадки автодрома уже доносились детские голоса — шумные, возбужденные, слишком довольные собой. Драко и Гермиона почти одновременно разомкнули объятия. Не хватало ещё лишних вопросов. Гермиона тут же развернулась к приближающимся близнецам с таким выражением лица, что даже воздух вокруг стал ощутимо холоднее. Руки упёрты в бока. Взгляд — убийственный. Драко благоразумно решил не вмешиваться. Сегодня это была уже далеко не первая их выходка, и даже он был вынужден признать: оправдать происходящее будет непросто. Дети сразу замерли, словно внезапно вспомнили, что инстинкт самосохранения всё-таки существует. — Вы всё слышали, да? — тихо спросила Кесси. Они мялись на месте, стыдливо отводя взгляды. — Дома поговорим, — просто сказала Гермиона. Ответом было молчание. Драко старательно давил рвущийся наружу смех и с не вполне убедительным успехом сохранял серьёзное лицо. — Coney Island, колесо обозрения и домой, — ровно продолжила Гермиона. — Но сначала перекусим. Она кивнула в сторону ярмарочных киосков на Midway. Дети заметно приуныли и поплелись следом. — Нам конец? — тихо спросил Лео, поравнявшись с Драко. Тот усмехнулся и потрепал сына по макушке. — Хотел бы соврать, но не стану, — лукаво ответил он. — Но я впечатлён. Ты вёл себя с таким видом, будто тебе доверили управление Хогвартс-экспрессом. Лео невольно улыбнулся, и они двинулись дальше. Гермиона медленно подняла взгляд к небу, как человек, ведущий очень личные переговоры с высшими силами о запасах терпения. И, кажется, они её услышали, потому что Coney Island окончательно добил остатки порядка. Дети носились между кривыми зеркалами, движущимися дорожками и странными маггловскими конструкциями с таким энтузиазмом, будто целью визита было не развлечение, а коллективное самоуничтожение. На этот раз родители решили присоединиться. Драко шёл рядом с Гермионой, с явным подозрением осматривая помещение. — Удивительное место, — произнёс он, оглядывая очередную странную конструкцию. — Магглы построили комнату, где дети добровольно получают лёгкие травмы, и назвали это развлечением. Гермиона фыркнула, переступая препятствие. — Прошу, ни в чём себе не отказывай. Это было опрометчиво. Она не заметила очередную ступеньку, споткнулась, и Драко мгновенно поймал её за талию. — Всегда так и поступаю, — тихо сказал он, крепче сжимая ладонь на её талии. — Но приму к сведению твоё одобрение. Гермиона резко втянула воздух. Там, где ткань топа слегка приподнялась, его пальцы касались голой кожи. И это ощущалось слишком остро. Она попыталась выпрямиться, но в этот момент его пальцы едва заметно скользнули по её животу. Чёрт. Судя по всему, у обоих. Гермиона машинально упёрлась ладонями ему в грудь, сама ещё не понимая, собирается оттолкнуть его или, наоборот, притянуть ближе. Но Драко шумно выдохнул, собрал остатки самоконтроля и отступил. Контакт исчез. И почему-то от этого стало почти пусто. Гермиона раздражённо мотнула головой, прогоняя ненужные мысли. Драко молча прошёл мимо, не глядя на неё. Очередная победа далась ему мучительно дорого. 2:1. После этого они почти не разговаривали. Только если речь заходила о детях. Остальное повисло где-то между неловкостью, недосказанностью и слишком свежими воспоминаниями о том, что едва не произошло. Они прошли через весь хаос Coney Island. Сначала дети бросились к кривым зеркалам и по очереди хохотали над искаженными отражениями друг друга. Потом Кесси потащила Скорпиуса на движущуюся дорожку, где тот изо всех сил старался сохранить хотя бы остатки малфоевского достоинства. Лео требовал повторить ещё раз, потому что почти упал, а значит, по его логике — аттракцион наконец стал достойным. Гермиона всё это время пыталась удерживать всех троих в поле зрения и по возможности предотвращать потенциальные травмы. Драко молча следовал рядом. Лишь изредка позволял себе сухие комментарии, но без прежней насмешливой лёгкости. И почему-то именно это беспокоило Гермиону сильнее, чем его обычные колкости. Из Coney Island они вышли не столько семьёй, сколько последствиями небольшого стихийного бедствия. Лео был растрёпан, раскрасневшийся и абсолютно довольный жизнью. Кесси всё ещё доказывала Скорпиусу, что он почти упал на движущейся дорожке, а тот с ледяным достоинством отрицал саму возможность подобного позора. Гермиона пыталась привести в порядок волосы и одновременно убедиться, что все дети на месте. Драко выглядел так, будто только что пережил маггловский обряд посвящения и не собирался это обсуждать. — Это было потрясающе! — объявил Лео. — Кажется, я побил свой старый рекорд. Он попытался изобразить особенно эффектный манёвр с движущейся дорожки, но Кесси, проходя мимо, нарочно задела его плечом. — Эй! Я вообще-то лавировал! Кесси скрестила руки на груди. Она прекрасно помнила, как брат совершенно случайно столкнул её с дорожки. Но благоразумно решила не продолжать. Гермиона уже собиралась одёрнуть их обоих, когда заметила взгляд Скорпиуса. Он неотрывно смотрел на Wild Mouse. С тем самым сосредоточенным выражением, с каким дети обычно оценивают либо величайшую опасность в своей жизни, либо лучшее решение на свете. Она невольно улыбнулась. После всего сегодняшнего хаоса этот ребёнок определённо заслуживал немного счастья. Гермиона подошла ближе и присела перед ним на корточки. — Как думаешь, ты достаточно храбрый для американских горок? Скорпиус задумался. По-настоящему. — Не знаю, — честно признался он. — Я никогда не пробовал. — А какой поступок ты бы назвал храбрым? — лукаво спросила она. — Не считая спасения одинокой черепахи. Он почесал подбородок. — А дружба с Лео и Кесси считается? Гермиона моргнула. А потом едва не рассмеялась. На секунду ей даже пришло в голову, что решение стать матерью близнецов тоже вполне можно считать актом исключительной храбрости. Рядом тихо усмехнулся Драко, и она мгновенно вернулась в реальность. — Мистер Малфой, — с притворной официальностью произнесла она, поднимаясь на ноги. Драко вопросительно приподнял бровь. — Не откажете ли вы в чести сопроводить своего сына на американские горки? О. Такого обращения он от неё точно не ожидал. И, что особенно раздражало, оно прозвучало неожиданно приятно. — Только если вы к нам присоединитесь. Он сделал шаг ближе. Гермиона улыбнулась. — Всенепременно. Лео демонстративно закатил глаза. Кесси отвела взгляд с видом человека, который совершенно точно ничего не замечает. И только Скорпиус, уже забыв обо всём, радостно сорвался к очереди. — Ура! Кесси тут же побежала за ним. Лео лениво поплёлся следом. — Когда-нибудь они всё-таки нас поймают, — тихо сказала Гермиона, удерживая Драко на расстоянии вытянутой руки. Он накрыл её ладонь своей. — Всё прилично. Его голос звучал слишком тихо. Слишком близко. Гермиона тут же почувствовала, как предательски плавится от одного этого прикосновения. — Драко... — почти шёпотом. — Что? Он сделал ещё полшага ближе. Идиот. — Там дети ждут. Она отступила. Драко резко выдохнул сквозь зубы. Держаться становилось всё сложнее. — Пошли. Он быстро взял её за руку и повёл к аттракциону. Пока окончательно не случилось то, о чём потом придётся сожалеть. Едва они подошли к аттракциону, как где-то рядом с грохотом пронёсся маленький вагончик. Резко свернул на повороте, будто собирался слететь с рельсов, и нырнул вниз под чей-то восторженный визг. Wild Mouse выглядела не столько как американские горки, сколько как белая деревянная конструкция, которую кто-то собрал над водой в приступе опасного оптимизма. Маленькие красные вагончики медленно ползли вверх, потом резко сворачивали на углах, будто каждый раз передумывали оставаться на рельсах. Кесси замерла первой. Скорпиус стоял рядом, приоткрыв рот. Лео поднял голову. Гермиона всё поняла ещё до того, как дети успели что-то сказать. Драко медленно осмотрел деревянную конструкцию и с глубоким сомнением покачал головой. — Не для того мы сражались за Хогвартс, чтобы так глупо умереть сегодня. На этот раз она была с ним полностью согласна. Деревянная мышь, которая скрипела громче самого Визенгамота, не внушала никакого доверия. Но времени на раздумья уже не осталось: их очередь подошла, и парень в фирменной футболке Luna Park уже жестом приглашал занимать места. Рассаживались они с тем уровнем хаоса, который Гермиона уже начинала считать семейной традицией. Кесси хотела вперёд. Лео тоже хотел вперёд. Скорпиус хотел выглядеть так, будто ему совершенно не страшно. Драко, судя по выражению лица, хотел пересмотреть все свои жизненные решения. А Гермиона хотела только одного — чтобы все сошли с этого аттракциона в том же количестве, в каком сели. Когда поручень опустился, Скорпиус выпрямился слишком резко, и Драко это сразу заметил. Ничего не говоря, просто положил руку поверх его маленьких пальцев, стиснувших поручень. Гермиона заметила этот жест краем глаза. И почему-то именно он — а не скрип рельсов и не сомнительная маггловская инженерия — заставил её на секунду замереть. Потом вагончик дёрнулся вперёд. Кесси радостно вскрикнула. Лео рассмеялся. Скорпиус вцепился в поручень. Драко произнёс что-то очень тихое, и по выражению лица Гермионы было ясно: это явно не предназначалось для детских ушей. Вагончик медленно пополз вверх. — Оно точно должно так звучать? — с подозрением спросил Драко. Гермиона даже не посмотрела на него, сама слишком крепко держась за поручень. — Малфой, если ты сейчас ждёшь от меня утешения, то выбрал крайне неудачный момент. Он недовольно фыркнул. На верхнем повороте вагончик на секунду будто завис, а потом резко свернул. Кесси завизжала от восторга. Лео — тоже. Скорпиус издал короткий вопль, который явно не собирался издавать. Гермиона вцепилась в поручень ещё крепче. А Драко, судя по лицу, мысленно составлял завещание. Когда вагончик наконец вернулся к платформе, Кесси первой выпалила: — Ещё раз! — Нет, — одновременно ответили Гермиона и Драко. Лео возмущённо уставился на них. — Почему?! Скорпиус молча поправил воротник, отчаянно пытаясь вернуть себе вид человека, который минуту назад точно не визжал. Драко медленно посмотрел на всех троих детей. — Потому что я предпочёл бы, чтобы род Малфоев не закончился на маггловской деревянной мыши. Гермиона хотела закатить глаза, но вместо этого почему-то улыбнулась. Близнецы тяжело вздохнули и неохотно поплелись к выходу. — Думаю, на сегодня с экстримом пора заканчивать, — уверенно заявила Гермиона. — Предлагаю полюбоваться видом на город с колеса обозрения. Лео и Кесси синхронно приуныли. — Но это скучно, — протянул Лео. Гермиона возмущённо фыркнула. Вообще-то это был её любимый аттракцион. — А если мы возьмём с собой мороженое? — лукаво предложила она. Настроение детей мгновенно изменилось. — Другое дело, — с облегчением выдохнула Гермиона. Дети сорвались с места и помчались к киоску. Драко и Гермиона устало опустились на скамейку под большим зонтом, скрываясь от солнца. Оба молча смотрели в сторону детей. Лео тыкал пальцем в витрину. Кесси явно пыталась убедить Скорпиуса взять что-то “нормальное”. А Скорпиус изучал вкусы с такой сосредоточенностью, будто от этого зависела репутация всего рода Малфой. И почему-то от вида этой картины на лицах Драко и Гермионы появились одинаковые улыбки. Будто всё шло так, как должно было быть. Будто это нормально и так могло быть всегда. Между ними снова повисло молчание. Но на этот раз не неловкое, а похожее на короткую передышку. Шум парка никуда не исчез. Вокруг по-прежнему пахло сахарной ватой, жареным тестом и морским воздухом. Но впервые за весь день никто ничего от них не требовал. — Твоё любимое. Голос Кесси вырвал Гермиону из мыслей. Она удивлённо моргнула, когда дочь протянула ей бумажный стаканчик с фисташковым пломбиром. — О... спасибо, — неловко произнесла Гермиона. — Но не стоило. Это же ваш выигрыш. — Было бы несправедливо, учитывая, сколько всего мы сегодня натворили, — смущённо призналась Кесси. Гермиона подозрительно сощурилась. — Подлизываешься? Кесси принялась ковырять ложечкой в клубничном мороженом. — Немного. Гермиона невольно усмехнулась. Скорпиус подошёл следом со стаканчиком шоколадного пломбира. — А где Лео? — спросил Драко, оглядываясь. Скорпиус пожал плечами и кивнул себе за спину. — Угощает какую-то девочку мороженым, — просто сообщил он. — Кажется, они сидели вместе на горках. Все дружно посмотрели в указанную сторону. Лео стоял у киоска и оживлённо разговаривал с белокурой девочкой своего возраста. Он активно жестикулировал, а она звонко смеялась. Мороженщик протянул ему рожок с ванильным шариком, и Лео тут же передал его ей. Девочка в благодарность положила руку ему на плечо. Даже с такого расстояния было видно, как вспыхнули его щёки. Он тут же неловко отмахнулся, будто это пустяк. Повисла странная коллективная неловкость, словно они все случайно стали свидетелями чего-то слишком личного. Кесси закатила глаза. Скорпиус засмущался и отвернулся. Гермиона и Драко едва сдерживали улыбки. — Кровь не вода, — задумчиво заметила Гермиона. Драко приподнял бровь. — Сам вижу. Незнакомка легко чмокнула Лео в щёку на прощание и ушла, откинув волосы назад. Он ещё секунду стоял, почесывая затылок. А потом, прихватив ещё один стаканчик мороженого, уверенно направился к ним. — Он идёт сюда, — быстро предупредила Кесси. — Сделайте вид, что ничего не видели. Повисла пауза. Все старательно избегали смотреть друг на друга. Лео подошёл к ним довольный, раскрасневшийся, и протянул Драко стаканчик с вишнёвым сорбетом. И этого оказалось достаточно. Все дружно расхохотались. Не громко, но достаточно красноречиво. — Что? — возмутился Лео. — Это просто... Он осёкся, увидев выражения их лиц. Смех только усилился. — Ай, да забейте, — махнул он рукой. Драко забрал у него мороженое и, не говоря ни слова, потрепал сына по макушке. Лео тут же неловко поёжился. — Ладно, пойдёмте, — спокойно сказала Гермиона, смахивая слёзы смеха. Ей не хотелось смущать его ещё сильнее. Она поднялась первой, и до неё донёсся едва уловимый запах сладкой вишни. Гермиона обернулась — и только тогда поняла, что её внимание привлёк стаканчик с вишнёвым сорбетом в руках Драко. Он всегда заказывал его раньше. Лео. Гермиона озадаченно посмотрела сначала на сына, потом на Драко. Ещё одно странное совпадение, с которым ей предстояло разобраться. Слишком подозрительное, чтобы оказаться случайным. Она ничего не сказала и пошла вперёд. Кесси и Скорпиус двинулись следом, а Лео, как ни в чём не бывало, облизнул ложечку и с самым невинным видом посмотрел куда-то в сторону. Драко задержался на секунду и поравнялся с Лео. — У тебя вся щека в розовых блёстках, — негромко заметил он с ухмылкой. Глаза мальчика расширились. Он уже потянулся стереть улику, но в последний момент передумал и небрежно пожал плечами. — Это мой трофей. Драко одобрительно кивнул и, слегка приобняв его за плечи, повёл следом за остальными. Лишние слова были не нужны. Они и так прекрасно друг друга поняли. Подойдя к колесу обозрения, все дружно замерли. Оно оказалось даже больше, чем казалось издалека. Яркое, почти игрушечное на первый взгляд: белая металлическая паутина, красные опоры и разноцветные кабинки, медленно поднимающиеся на фоне Harbour Bridge. После скрипучей Wild Mouse колесо выглядело почти мирно. Если, конечно, не смотреть вниз. Если изумление детей было вполне ожидаемым, то выражение лица Малфоя особенно позабавило Гермиону. — Неплохо для магглов? — с усмешкой спросила она. Драко тут же закрыл рот и поспешно напустил на себя привычно невозмутимый вид. — Уже лучше, — сухо ответил он. — По крайней мере, не выглядит так, будто пережило три войны и до сих пор держится исключительно на энтузиазме. Гермиона невольно улыбнулась. Хоть что-то в этом месте не вызывало у него откровенного презрения. Они прошли за ограждение и начали рассаживаться. И именно в этот момент Кесси решительно объявила: — Мы с Лео поедем отдельно. Гермиона мгновенно насторожилась. — Почему это? — Потому что мы уже большие, — пожала плечами Кесси, будто это было очевидно. — И там слишком тесно для такой толпы. Гермиона перевела взгляд на кабинки. Честно говоря, в этом был смысл. Она уже живо представила, как близнецы начнут бороться за место у окна, толкаться локтями и устраивать миниатюрную войну за лучший обзор. Колесо двигалось медленно, кабинки были закрытыми, а близнецы должны были ехать прямо перед ними. Формально причин для паники не было, поэтому она нехотя кивнула. Кесси торжествующе скрыла довольную улыбку и первой шагнула внутрь. Лео зашёл следом и плюхнулся напротив, развалившись на сиденье. Как только дверца закрылась, он сощурился. — Ты ведь нарочно это придумала. Кесси невинно захлопала глазами. — Что именно? Лео скрестил руки на груди. — Поехать отдельно. Весь этот спектакль. Она ещё пару секунд выдерживала образ, но потом обречённо выдохнула. — Ладно. Устроившись напротив, Кесси постучала пальцами по откидному столику. — У меня к тебе есть пара вопросов. Лео заметно напрягся. — И я очень надеюсь, что ты ответишь честно. Он медленно выпрямился. — Я не слепая, — спокойно продолжила она. — И прекрасно всё вижу. Так что даже не думай отпираться. Несколько секунд они молча сверлили друг друга взглядами. Но первым всё же сдался Лео и отвёл взгляд к окну. Луна-парк уже медленно уползал вниз. Сначала шумной аллеей с огнями. Потом пёстрым хаосом аттракционов. А потом почти игрушечным пятном у самой воды. За стеклом раскрывалась гавань. Тёмно-синяя, с золотыми полосами закатного света на поверхности. В соседней кабинке Гермиона, Драко и Скорпиус расположились заметно тише. Скорпиус почти сразу прилип к окну. Выпрямился так сосредоточенно, будто изучал не город, а карту военной операции. — Там мост! — восторженно воскликнул он, указывая на огромную арку, темневшую на фоне закатного неба. Он тут же вскочил и подошёл ближе к стеклу. — Это Sydney Harbour Bridge, — мягко пояснила Гермиона. Её голос звучал удивительно спокойно и тепло. — Огромный арочный мост через гавань. А в это время суток он особенно красив. Она слегка улыбнулась и указала в другую сторону. — А вон там уже начинают зажигаться огни города. Скорпиус смотрел заворожённо, будто видел всё это впервые. Что, собственно, так и было. — Уау, — еле слышно вырвалось у него. Он присел на край сиденья, но не отрывался от стекла. Драко же вид почти не интересовал. Он смотрел на Гермиону. На мягкость её лица, спокойный голос, на то, как легко она объясняла что-то ребёнку, не замечая ничего вокруг. И это странным образом обезоруживало. На мгновение он слишком отчётливо вспомнил Хогвартс. Как она точно так же спокойно и уверенно отвечала на уроках. С этим своим невыносимым тоном человека, который всегда знает правильный ответ. Тогда это раздражало его до зубного скрежета. Или он очень старательно делал вид, что раздражало. Потому что, если быть честным, он слушал каждое её слово. Она продолжала что-то тихо рассказывать про Opera House, гавань и огни вечернего Сиднея, пока внезапно не заметила, что Скорпиус заснул прямо у окна. Его рука медленно соскользнула со стекла, а сам он мирно сопел, уткнувшись виском в прозрачную поверхность. Гермиона невольно улыбнулась. Это зрелище было слишком трогательным. Она перевела взгляд на Драко и только сейчас осознала, что всё это время он смотрел вовсе не на город, а на неё. Она едва заметно кивнула в сторону мальчика и тихо улыбнулась. — Похоже, мои рассказы всё так же утомительны. Драко наконец отвёл взгляд и посмотрел на Скорпиуса. Тот, судя по всему, чувствовал себя вполне комфортно. Уголок губ Драко чуть дрогнул. Он медленно поднялся, достал из кармана носовой платок и лёгким движением трансфигурировал его в тонкое небольшое покрывало. Аккуратно накрыл сына, затем осторожно убрал с его лица упавшую чёлку. Скорпиус смешно сморщил нос во сне, но не проснулся. Драко задержался рядом ещё на несколько секунд, убеждаясь, что тот действительно крепко спит. Сегодняшний день вымотал его сильнее, чем он сам, вероятно, был готов признать. Помедлив, Драко всё же вернулся и вместо того, чтобы сесть напротив, опустился рядом с Гермионой. Она шумно втянула воздух. Опять. Он снова это делал. Снаружи солнце почти полностью скрылось за горизонтом. Кабинка медленно опускалась вниз, и с каждой минутой света внутри становилось всё меньше. Гермиона сидела, положив ногу на ногу, и делала вид, что внимательно смотрит на мост за стеклом. Хотя на самом деле не видела ничего. Она не была уверена, стоит ли вообще что-то говорить. Драко откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Но даже так она слишком остро ощущала его присутствие рядом. — Ты ни разу не посмотрел на вид, — почти шёпотом заметила она, стараясь не разбудить Скорпиуса. Он едва заметно повёл плечом. — Я увидел всё, что хотел. Её пальцы тут же вцепились в край хлопковых шорт. Она нервно провела по идеально ровному шву, будто это могло помочь вернуть самообладание. И медленно выдохнула. Их плечи находились слишком близко и почти касались друг друга. До неё снова донёсся знакомый запах сладкой вишни. И от этого стало совсем невыносимо. Гермиона невольно заёрзала, опуская ладони на сиденье по обе стороны от себя. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Драко почувствовал это движение. Не говоря ни слова, он накрыл её ладонь своей и переплёл их пальцы. Сердце Гермионы пропустило удар, а всё её тело едва заметно дрогнуло. Но руку она не убрала. Он чуть наклонился ближе. — Ты снова это делаешь, — прошептала она срывающимся голосом. Драко тяжело сглотнул и отстранился буквально на сантиметр, но только чтобы взглянуть на их сцепленные руки. — Ты сводишь меня с ума. Его голос прозвучал тихо и слишком честно. Большой палец медленно провёл по её ладони. По телу Гермионы прокатилась горячая волна, а дыхание сбилось. Она слишком остро ощущала его руку, запах, близость и темноту вокруг. Это было уже почти невыносимо. Драко понимал, что сейчас не время и не место. Что рядом спит его сын. Всё это казалось безумием, но сдерживаться становилось всё сложнее. Слишком долго они балансировали на этой грани. Он медленно наклонился ещё ближе. Гермиона почувствовала его дыхание на своём лице и непроизвольно подалась навстречу. Ещё чуть-чуть. Буквально одно движение. Их губы почти соприкоснулись. Как вдруг дверца кабинки резко распахнулась, и внутрь ворвался прохладный вечерний воздух. — Ой! Работник парка замер на месте. — Извините. Он неловко почесал затылок, старательно глядя куда угодно, только не на них. — Поездка закончена. Повисла неловкая пауза. Потом он всё же не удержался: — Продлевать будете? Глаза Гермионы расширились от ужаса, и она буквально отскочила от Драко, будто обожглась. Он лишь прикрыл глаза и медленно выдохнул сквозь зубы, мысленно проклиная и этого человека, и колесо обозрения, и, вероятно, весь маггловский мир разом. — Д-да, нет... то есть... мы уже идём, — хрипло выдала Гермиона, тут же прокашлявшись. Не глядя на Драко, она быстро кивнула в сторону Скорпиуса и почти сбежала из кабинки. Драко проводил её взглядом. Затем лениво поднялся, осторожно взял спящего сына на руки и вышел следом. Похоже, на сегодня ничья, Грейнджер. Выйдя на главную площадь парка, они всё ещё чувствовали повисшее между ними напряжение. Но Кесси и Лео, кажется, были слишком заняты собственными мыслями, чтобы это заметить. Видимо, не только у взрослых выдалась эмоционально насыщенная поездка. — Мне нужно в туалет, — невозмутимо заявил Лео. — И мне, — тут же подхватила Кесси. Гермиона быстро огляделась, вспоминая расположение помещений. — Хорошо. Я подожду вас на скамейке у выхода. Близнецы кивнули и умчались в сторону небольшого здания. Драко осторожно поправил спящего Скорпиуса на руках. — Мне нужно перенести его к Нарциссе, — спокойно сказал он. — Где это можно сделать? Гермиона задумалась и заметила закрытый шатёр, где ещё недавно продавали попкорн. — Думаю, оттуда, — кивнула она. — Киоск уже закрыт. Драко быстро оценил место взглядом. Он почти уже развернулся, но вдруг остановился. — Я скоро вернусь. Пауза. — Дождётесь? Гермиона подняла на него взгляд и коротко кивнула. — Ты знаешь, где нас искать. Он ничего не ответил и просто ушёл в сторону шатра. Тканевые стенки полностью скрывали происходящее внутри. Идеальное место. Через пару секунд Гермиона едва уловила характерный звук трансгрессии. Она невольно задумалась. Когда-то это давалось ей гораздо легче. Но за последние годы она настолько привыкла к маггловским способам передвижения, что почти перестала пользоваться этой магией. Не потому что не могла. Просто их миры давно стали слишком разными. Скамейка у выхода оказалась почти пустой. Гермиона устало опустилась на неё, закинула ногу на ногу и тяжело выдохнула. Ночное небо уже темнело и первые звёзды осторожно проступали на чёрном полотне. Она тихо усмехнулась. Почему-то ей отчаянно захотелось закурить. Хотя этой привычки у неё никогда не было. Мысли снова вернулись к сегодняшнему безумному дню. Изматывающему и слишком насыщенному. И впервые за долгое время в голову прокралась опасная мысль - так могло быть всегда. Если бы однажды всё не пошло совсем иначе. Неловкое покашливание сбоку выдернуло Гермиону из мыслей. — Прошу прощения. Рядом стояла молодая сотрудница Luna Park в фирменной футболке. На её груди поблёскивал бейджик, а на шее висел фотоаппарат. В руках Гермиона заметила стопку бумажных конвертов. — Тот мужчина, который был с вами... — начала девушка, неловко оглядываясь. — Он давал согласие на съёмку. Гермиона непонимающе моргнула. Сотрудница быстро перебрала конверты. — Вот. Это вам. Гермиона недоверчиво взяла конверт. — Съёмку? — переспросила она. — Вы уверены, что мы говорим об одном человеке? Девушка мягко улыбнулась. — Светленький такой. Она жестом указала на собственные волосы. — Очень высокий. Недовольное лицо. Надменный взгляд... Дальше можно было не продолжать. — Когда это было? — быстро спросила Гермиона. — В самом начале. Когда вы только пришли. Гермиона смутно вспомнила очередь за браслетами и почему-то решила не уточнять. — Надеюсь, вам понравится, — вежливо улыбнулась девушка и ушла. Гермиона ещё несколько секунд смотрела на конверт, но открыть его сейчас не решилась. Просто убрала в сумку. Через несколько минут дети уже неслись к ней, а за ними неспешно шёл Драко. Она искренне не понимала, откуда у них столько энергии. По всем законам природы близнецы уже должны были спать на ходу. Но нет. Лео подпрыгивал, изображая какого-то монстра. Кесси пыталась одновременно спорить с ним и удерживать от окончательного безумия. А Драко что-то терпеливо отвечал, будто это была самая нормальная вещь в мире. Со стороны они выглядели... семьёй. И от этой мысли что-то неприятно кольнуло в груди. — Поредели наши и без того редкие ряды, — насмешливо объявил Лео, тормозя перед скамейкой. Кесси тут же ткнула его локтем. — Тебя одного слишком много. Она смерила брата взглядом. — В шесть лет ты бы уже спал в машине. Лео гордо выпрямился. — Ничего не обещаю. Но могу постараться повторить. Все невольно рассмеялись. — Клоун, — фыркнула Кесси. Гермиона перевела взгляд на Драко. — Как всё прошло? Он едва заметно моргнул. Всё нормально. — Можем ехать. По дороге домой дети всё ещё умудрялись устраивать хаос. Если не считать небольшой войны за последнюю банку колы на заднем сиденье, поездка проходила довольно мирно. Лео буквально вырвал банку из рук Кесси. На что та тут же пихнула его плечом. Гермиона закрыла глаза и медленно вдохнула. Сосчитала до десяти и выдохнула. Кажется, маггловская терапия действительно начала работать. Ровно через пять минут: — Я в туалет хочу. Гермиона крепче сжала руль. Мерлин, дай мне сил. — Потерпишь, жадина, — съязвила Кесси. — Надо было в парке сходить, а не с девчонками болтать. Лео показал ей язык. Она ответила тем же. По выражению лица Драко было ясно: он уже мысленно отсчитывал секунды до материнского взрыва. Но вместо раздражения его неожиданно накрыло совсем другое. Он смотрел на Гермиону. На то, как спокойно, насколько это вообще возможно, она справляется с этим хаосом. И думал о том, как тяжело ей было все эти годы. Растить одной двоих таких сорванцов. Он не отрицал своей вины, но боль от этого не становилась меньше. Потому что этой жизни его лишили не по его выбору. День подходил к концу, но почему-то казалось, что он длился целую вечность. Машина остановилась у дома. Все неторопливо выбрались наружу, и первым в сторону крыльца тут же сорвался Лео. — Я больше не могу терпеть! — бросил он на бегу, стремительно удаляясь. Гермиона захлопнула дверцу машины и вопросительно посмотрела на Кесси. — Даже не побежишь за ним? Кесси ехидно прищурилась и протянула руку. — У него всё равно нет ключей. Пусть помучается. Может, в следующий раз научится делиться. Гермиона устало усмехнулась, достала ключи из сумки и вложила их в её ладонь. — Сжалься над братом. Они обе посмотрели, как Лео нетерпеливо мнётся на крыльце. — Думаю, он уже всё осознал, — с лёгкой усмешкой заметила Гермиона. — Вот и прекрасно. Кесси направилась к дому, нарочно позвякивая ключами перед носом брата. Гермиона глубоко вздохнула. И только теперь осознала, что они с Драко остались одни. Он стоял у машины, небрежно облокотившись спиной о дверцу. Их взгляды пересеклись, хотя между ними оставалось не меньше пяти метров. На улице было довольно темно, но они хорошо друг друга видели благодаря небольшому уличному фонарю у соседнего дома. Драко достал из кармана брюк старенький портсигар и закурил, пуская в воздух клубы белого дыма. Напряженное молчание повисло между ними. И было громче любых слов. Гермиона замялась в нерешительности. Стоит ли позвать его в дом или уже довольно поздно? Захочет ли он? Дети едва держались на ногах. День вымотал всех. Да и она сама не была уверена, что готова к ещё одному разговору сегодня. Но не успела Гермиона произнести и звука, как за ее спиной щелкнул замок входной двери и раздался знакомый мужской голос. Дети тут же юркнули внутрь, освобождая проход. Взгляд Драко упал ей за спину. Она распахнула глаза и медленно повернулась, надеясь, что ошибается. Марк. Он тоже всё понял сразу, когда увидел их вдвоём. И, судя по тому, как стремительно начал спускаться с крыльца, выводы сделал мгновенно. В его взгляде горел огонь с примесью отчаяния. Он был настроен решительно. Гермиона бросила взгляд на Драко и заметила, как с каждым шагом Марка его лицо становилось всё мрачнее. Она замерла в оцепенении, испугавшись, что они натворят какую-нибудь глупость. Она чувствовала себя между двух огней. Как вдруг мужская рука рывком развернула её к себе через плечо. Не прошло и секунды, как Марк врезался в её рот жадным поцелуем, крепко удерживая на месте. Она застыла от неожиданности. Но уже через мгновение пришла в себя и попыталась вырваться, сжимая губы. Марк лишь усилил хватку, не позволяя ей пошевелиться, и силой углубил поцелуй. И тогда Гермиона поняла. Он смотрел не на неё. Он смотрел на Драко. Глаза в глаза. Это всё было для него. Глупая демонстрация, примитивное желание самоутвердиться и пометить территорию. Марк даже собрал её волосы на затылке, чтобы тому было лучше видно. Грубо, жёстко, низко. У Гермионы внутри всё похолодело. Драко зло вышвырнул сигарету в сторону. Его лицо исказила боль. Потому что он поверил. Хотя бы ненадолго действительно поверил, что сегодняшний день что-то значил. Что между ними что-то изменилось. Он не желал больше смотреть. И прежде, чем выброшенная им сигарета успела коснуться земли, исчез. 2:2.