Противоядие | Антидот | 解药

Чэн Кэ никогда раньше не пробовал таких рисовых колобков. Если быть точным, он вообще никогда не ел ничего, что продавалось бы в палатках с завтраками. Он и не подозревал, что обычный комок клейкого риса на подложке из кусочка лотосового листа может быть настолько вкусным. Это стало для него неожиданностью. Жаль только, порция оказалась маловата: к тому времени, как они дошли до Восточных ворот, колобок уже закончился. — Сколько он стоил? — спросил он у Цзян Юйдо. — Реально вкусно. — Ты решил расплатиться? — отозвался тот. — Десять юаней. — …Я не собирался платить. — А, — Цзян Юйдо мазнул по нему взглядом. — Пять юаней. Плюс один за добавку мяса. Итого шесть. — Почему это у тебя цена за секунду так выросла? — Чэн Кэ уставился на него. Юйдо молчал, глядя строго перед собой, и до Кэ дошло. — Что, если бы я полез за кошельком, ты бы решил наварить на мне четыре юаня? — Не нравится — выплевывай, — буркнул Юйдо. Чэн Кэ поднял большой палец: — Я более чем доволен. Навстречу ехало такси, и Цзян Юйдо вскинул руку. Машина начала притормаживать, но когда до них оставалось всего пара метров, сзади раздались крики: — Такси! О, зашибись, твою мать! Чэн Кэ не успел и глазом моргнуть, как несколько парней, на вид типичных мелких сошек, подбежали к машине, рванули дверцы и запрыгнули внутрь. — Чего? — опешил Чэн Кэ, поворачиваясь к Юйдо. Тот не произнес ни слова, просто молча наблюдал. Такси тронулось, проехало метров десять и внезапно резко затормозило. Двери распахнулись, и те же парни один за другим вывалились наружу. Один из них, стриженный «под коленку», бросился обратно к ним, на бегу оборачиваясь и тыча пальцем в сторону таксиста: «Жди там!» — Сань-гэ, — парень затормозил перед ними и неловко, виновато улыбнулся. — Не признал, что это ты. Цзян Юйдо цыкнул: — Совсем берега попутали, привыкли чужое перехватывать? — Да нет, что ты… Просто не поняли сразу, что вы тоже ловите. — Парень почесал макушку. — Не свисти мне тут, — отрезал Юйдо. — Если бы мы не ловили, с чего бы ему здесь тормозить? Ты что, силой мысли его вызвал? — Сань-гэ, прошу, садитесь, — парень согнулся в полупоклоне, указывая на машину. Юйдо направился к такси, но на полпути обернулся и снова окинул его взглядом: — Ночевать домой не ходил? — Э… А как ты понял? — удивился лысый. — Глаза разуй! Мороз на улице, а ты в чем мать родила выперся. — Юйдо указал пальцем на его голову. — У тебя уже череп от холода посинел! — Да ладно, — парень снова пригладил ежик и глупо хихикнул. Юйдо сорвал с себя шапку и швырнул ему: — Проваливай! — Спасибо, Сань-гэ! — крикнул тот вслед. Даже когда они уже сели в машину, Чэн Кэ слышал, как парень бежит за такси и вопит: — Сань-гэ! Спасибо! — «Спасибо» твоему деду, замолкни уже, — вполголоса проворчал Юйдо. Чэн Кэ посмотрел на него и тоже тихо спросил: — Я думал, у вас на улицах не принято говорить «спасибо»? — Он мне по статусу не ровня, — ответил Юйдо. — В смысле? Он же вроде твоего возраста? — не понял Кэ. — Он — шестерка моего подручного, — пояснил Юйдо. — Считай, внук по иерархии. Дошло? — …Дошло. — Чэн Кэ кивнул. Юйдо замолчал и достал телефон. Видимо, снова взялся за свой роман. Чэн Кэ прислонился головой к стеклу. Снаружи мороз был просто дикий, завывал ветер, но здесь, внутри, было тепло и ярко светило солнце. Приятно было ехать, когда тебя не пробирает холодом. Он прищурился, разглядывая профиль Цзян Юйдо. Тот читал сосредоточенно, но довольно медленно — подолгу задерживался на одной странице. — Всё те же «белоснежные бедра»? — спросил Чэн Кэ. Юйдо покосился на него: — Они самые. Чэн Кэ усмехнулся. — Сейчас уже не так интересно, — Юйдо нахмурился. — Моего любимого второстепенного персонажа убили. Знай я, что в этой главе он сдохнет, ни за что бы не платил за нее. — В книгах люди умирают, это нормально, — заметил Чэн Кэ. — Главный герой же жив. Стоит ли бросать из-за какого-то побочного персонажа? — Будь это главный герой, мне было бы плевать. На него и так все смотрят: радуются, грустят, следят, выживет он или нет, — Юйдо вышел из приложения и тихо добавил: — А вот те, что на вторых ролях… на них всем наплевать. Особенно если роль совсем крошечная. Чэн Кэ молчал, глядя на него. — Вроде меня, — шепотом закончил Юйдо. — Эх, — подал голос таксист. — Ну и мысли у тебя, парень. Я так скажу: ты сам — главный герой своей собственной жизни. — Нет, — отрезал Юйдо. Чэн Кэ вздрогнул. Водитель, видимо, знал только эту дежурную цитату из пабликов, и после такого ответа у него не нашлось слов. Он лишь вздохнул и замолчал. Мероприятие, которое организовал Сюй Дин, проходило в довольно пафосной художественной галерее. Небольшой выставочный зал, тема — «Затерянность». В экспозиции были представлены живопись и фотографии. Чэн Кэ подумал, что название «Затерянность» подобрано идеально: начинаешь чувствовать себя потерянным уже с порога. Впрочем, он никогда не углублялся в концептуальные смыслы. Его заботила только техническая часть. Сегодня ему предстояла полная импровизация — никаких рамок, твори что хочешь. — Что бы ты ни изобразил, это всё равно впишется в «Затерянность», — напутствовал Сюй Дин. Логично. Если тема достаточно расплывчата, зрители сами притянут за уши любой смысл, а если не получится — им будет неловко в этом признаться. — Тебе туда нельзя, — Чэн Кэ огляделся по сторонам. — И ждать тут негде. Иди домой, не стоять же здесь всё время. — Не беспокойся обо мне, — ответил Цзян Юйдо. — Неужели я не найду, где приткнуться? Я же не ты. — …Ну ладно, — кивнул Кэ. — Тогда я пошел, мне еще надо подготовить реквизит. — Угу, — отозвался Юйдо. Чэн Кэ еще раз бросил на него взгляд и скрылся за боковой дверью выставочного зала. Цзян Юйдо никогда раньше не бывал в таких роскошных местах. Единственное «искусство», с которым он сталкивался, — это аукционы масляных картин на временных помостах в торговых центрах. Стартовая цена — один юань, и если кто-то давал больше трехсот, его считали безумцем. Он осмотрелся. Залов было много, в каждом — свое «искусство». Несмотря на мороз, людей было прилично. Все вели себя неестественно тихо: молча созерцали, а если и переговаривались, то почти шепотом. Юйдо немного побродил вокруг. Он хотел найти место, чтобы присесть, но скамеек не было. Да и сама атмосфера давила: все вокруг казались ценителями, и только он выглядел как человек, перепутавший дверь. В итоге он выбрался к выходу из галереи. У стены стояла урна. Честно говоря, он бы и не понял, что это урна, если бы не девушка, которая стояла рядом с сигаретой и стряхивала внутрь пепел. Он подошел и тоже закурил. Девушка мазнула по нему взглядом и чуть отодвинулась, освобождая пространство. А потом вдруг спросила: — Почему не заходишь? — М-м? — Юйдо посмотрел на нее. — Ты же с Чэн Кэ пришел, нет? — сказала она. — Откуда ты его знаешь? — спросил Юйдо. — Обедали вместе пару раз, — девушка улыбнулась. — Да и в тусовке мастеров песочной анимации его почти все знают. — Ясно. — Юйдо кивнул. Он как-то не задумывался о том, что Чэн Кэ может быть известной фигурой в своей области. Девушка затянулась и окинула его взглядом с ног до головы: — Раньше я тебя рядом с ним не видела. — А ты видела всех, кто рядом с ним бывает? — спросил Юйдо. — Почти, — она затушила сигарету и протянула руку. — Я Мили. Юйдо посмотрел на нее. Имя звучало как-то несерьезно, словно никнейм. Он легонько хлопнул своей ладонью по ее ладони: — А я Лао Сань. — Звучит неплохо, — Мили усмехнулась, а затем помахала кому-то за его спиной, в сторону входа. — О, и Сяо И здесь. Юйдо обернулся. Это был младший брат Чэн Кэ, «Чэн Радость». — Это брат Чэн Кэ, вы знакомы? — спросила Мили. — Виделись, — ответил Юйдо. Чэн И кивнул Мили. Заметив Юйдо, он явно на секунду опешил. Юйдо уже собирался уйти, но Чэн И сам направился к ним. — Что ты здесь делаешь? — Мили улыбнулась подошедшему И. — Ты же вроде никогда не интересовался подобным. — И сейчас не особо интересуюсь. Просто проезжал мимо, решил заглянуть, — ответил Чэн И. — Твой кумир вот-вот начнет выступление, почему ты еще не внутри? — Уже бегу. — Мили махнула им рукой и скрылась в дверях. У урны остались только Цзян Юйдо и Чэн И. Резкий порыв северного ветра заставил Чэн И посильнее закутаться в шарф, закрыв половину лица. Юйдо заметил, что так они с братом становятся пугающе похожими. Но вот взгляды у них были совершенно разными. Юйдо всегда судил о людях по глазам: жесты, мимику, даже улыбку можно подделать, а взгляд — почти никогда. Были взгляды, которые он не мог забыть всю свою жизнь. Чэн Кэ, даже когда выходил из себя, не смотрел так, как его брат — остро, пронзительно, с той самой агрессивной хваткой, которая пытается проткнуть тебя насквозь. Юйдо не боялся таких взглядов, но они вызывали у него физическое отторжение. Он не знал этого человека, они не были знакомы и ни разу не перемолвились и словом. Он развернулся, чтобы уйти. — Ждешь моего брата? — спросил Чэн И ему в спину. Юйдо обернулся и молча уставился на него. — Почему он не взял тебя с собой? — продолжал И. — Ему не нужны пригласительные, чтобы провести своих людей. — И зачем мне туда идти? — спросил Юйдо. — Там тепло, — Чэн И улыбнулся. — Я похож на человека, который боится холода? — спросил Юйдо. — То, что ты его не боишься, не значит, что тебе не холодно, — Чэн И не убирал улыбки. — Давай я тебя проведу. Брат ничего не скажет. Юйдо нахмурился. Слова этого парня вызвали у него глухое раздражение. Скрытое за мягким тоном и вежливой улыбкой, послание было предельно ясным: Чэн Кэ не захотел брать его с собой. Это било по самолюбию. — Ты вообще человеческую речь понимаешь? — довольно грубо спросил Юйдо. Чэн И, на удивление, даже не обиделся. Он продолжал смотреть на него всё с той же безмятежной улыбкой. Юйдо не знал, как общаться с такими «господами». Единственный экземпляр, с которым он имел дело — Чэн Кэ, был бесхарактерным тюфяком. Он не понимал, чего добивается Чэн И, и не хотел понимать, но и играть по его правилам не собирался. Он достал телефон и набрал номер Сюй Дина. — Алло? Сань-гэ? — ответил тот. «Вот это я понимаю — правильный тон», — подумал Юйдо. — Я тут снаружи, — сказал Юйдо. — Выйди-ка на минуту. — Сейчас? — Сюй Дин, кажется, удивился. — К входу в галерею? — Да. — Юйдо в упор посмотрел на Чэн И. — Хорошо, — ответил Сюй Дин. — Дай мне две минуты. — Угу, — буркнул Юйдо. Когда он уже собирался повесить трубку, Сюй Дин спохватился: — Ты один? — Нет, — сказал Юйдо. — Тут с братом Чэн Кэ болтаем. — Сейчас буду. Юйдо отключился, закурил еще одну сигарету и уставился на урну. С Чэн И ему говорить было не о чем. Чем меньше его видишь, тем спокойнее. Однако чем больше он думал, тем больше крепло чувство опасности. Тот случай, когда Чэн И кружил на машине по его району, так и остался без объяснений, но сейчас фрагменты пазла начали складываться. Если «те люди» следят за Чэн Кэ, то Чэн И — самая большая угроза. Юйдо внезапно почувствовал, как холодеют ладони. — Вы с братом давно знакомы? — спросил Чэн И. Голос у него по-прежнему был вкрадчивым и мягким — если не видеть лица, слушать его было даже приятно. — Недавно. — Юйдо мельком взглянул на него. — Я был весьма удивлен, когда увидел тебя с ним во время того обеда, — сказал Чэн И. — Мне всегда казалось, что ему нравятся такие… миловидные, нежные мальчики. Юйдо промолчал. Прошло несколько секунд, прежде чем до него дошел смысл сказанного. Признаться, слова Чэн И мгновенно вызвали у него яркую картинку. Чэн Кэ в окружении толпы напомаженных «миловидных мальчиков». К горлу подступила тошнота. — Ты что, считаешь, что раз рядом с ним стоит мужик, то между ними обязательно что-то есть? — раздраженно бросил Юйдо. — Разве нет? — Чэн И посмотрел на него, в уголках его глаз затаилась усмешка. «Что „нет“? Нет чего?» «Что он, черт возьми, выспрашивает?» Он сомневается, что между ним и Чэн Кэ что-то есть? Или намекает, что любой мужчина рядом с Чэн Кэ — это «тот самый» случай? Юйдо больше не мог выносить этот разговор. Он раздавил окурок: — А тебе-то, блин, какое дело? Он же не с тобой спит. Какого хрена ты тут разводишь свои «разве нет»? Если тебе так любопытно, езжай на своей тачке и катайся в другом месте. Чэн И уставился на него, улыбка на мгновение застыла. — Не пялься на меня, — отрезал Юйдо. — В моем районе, если ты хотя бы пукнешь, через три минуты мне доложат, что ты ел на завтрак. Улыбка наконец исчезла с лица Чэн И, он нахмурился. В этот момент из главных дверей вышел Сюй Дин. — Я здесь! — крикнул Юйдо и зашагал ему навстречу. Он не хотел оставаться с Чэн И ни секундой дольше. Сюй Дин подошел и тихо спросил: — Как это ты столкнулся с Сяо И? — У него и спроси, — буркнул Юйдо не в духе. — Мне что, заняться нечем, кроме как с ним тусоваться? Я даже позавтракать не успел. Сюй Дин улыбнулся: — Заходи внутрь, я предупредил персонал на входе. — Я… — Юйдо замялся. — Ладно, зайду. — Угу. — Сюй Дин кивнул и подошел поздороваться с Чэн И: — Почему не заходишь? — Куда мне, без приглашения-то… — с улыбкой ответил Чэн И. — С каких это пор тебе нужны приглашения? — парировал Сюй Дин. Обмен фразами казался обыденным, но Юйдо почудилось в них что-то натянутое. Похоже, отношения Сюй Дина с Чэн И тоже были далеки от идеальных. Впрочем, вслушиваться не хотелось. Внутри всё кипело от раздражения. Сюй Дин не объяснил, как именно проходить, но сотрудник у входа в малый зал сам шагнул ему навстречу: — Господин Цзян? — Да. — Юйдо поежился. К такому обращению он не привык, его в жизни так никто не называл. — Прошу за мной. Юйдо последовал за ним в зал. Внутри сразу стало ясно, что это мероприятие на сто голов выше любого аукциона в торговом центре. Повсюду были картины и фотографии. Они висели не только на стенах, но и стояли прямо посреди зала: на колоннах, на тумбах. Было много непонятных штук: груда кубиков, названная арт-объектом, безголовая собака, сидящая на собственной голове… Бред какой-то. Единственным понятным и уместным здесь казался Чэн Кэ. Он стоял посреди пустого пространства перед светящимся столом. Под рукой — коробки с песком. За спиной — огромный проекционный экран, на который транслировалось изображение поверхности стола и его рук. — Можете располагаться где угодно, — негромко сказал сотрудник и отошел. — Угу, спасибо. Юйдо не имел ни малейшего понятия о песочной анимации. Весь его опыт ограничивался тем, как Чэн Кэ рисовал солью на кухонном столе Мяу и его самого, да еще той идиотской игрой в «угадайку», где рисунки Кэ были хуже, чем у трехлетнего соседа. Но сейчас, глядя на Чэн Кэ, он чувствовал — это нечто совсем иное. Это не имело ничего общего с тем парнем, который тыкал пальцем в рассыпанную соль. В зале звучала музыка. Очень тихая и ненавязчивая, слов было не разобрать, но мелодия была приятной. Юйдо огляделся. В углах стояло несколько диванов, расставленных полукругом, но они уже были заняты. Большинство зрителей стояли. Он нашел свободную колонну и прислонился к ней. Колонна была надежной, падать не собиралась. Так он и стоял, наблюдая за Чэн Кэ. Мимо прошел официант с подносом. Юйдо тут же приметил маленькие пирожные, взял одно и в два укуса уничтожил. «Чэн Кэ всё-таки настоящий молодой господин. Схомячил мой завтрак, и у него даже мысли не возникло купить мне что-то взамен. Просто не пришло в голову», — подумал он. Цыкнув, Юйдо снова посмотрел на Кэ. Тот, опустив голову, зачерпнул горсть песка и мягко рассыпал его по поверхности стола. Шепотки в зале мгновенно стихли. Все взгляды приковались к экрану. Кто-то достал телефоны и начал снимать. Юйдо нащупал свой мобильник в кармане, но доставать не стал. Показалось, что это будет выглядеть глупо. Пальцы Чэн Кэ коснулись тонкого слоя песка. Началось. Небо. Облака. Вдали… горы? Да, горы. «Черт, как живо-то вышло», — подумал Юйдо. Дерево? Нет, это человек… А под ним что? Трава? Нет, снег! Опять взмах руки — что-то стерлось. О, это река? А где человек? Превратился в лодку? Ничего себе, это же настоящий мультфильм… Картинка менялась сцена за сценой. Юйдо не знал, куда смотреть: на Чэн Кэ или на экран. Вообще-то достаточно было смотреть на экран — большинство так и делало. Но в итоге он выбрал Чэн Кэ. То, что Кэ рисовал, было за гранью понимания, но наблюдать за самим процессом оказалось куда интереснее. Руки Чэн Кэ были самыми обычными, худощавыми, но когда песок струился сквозь его пальцы, это выглядело невероятно красиво. А еще это выражение лица — сосредоточенное и в то же время абсолютно спокойное. Казалось, для него не существует ни этого зала, ни этих людей. Сколько бы глаз на него ни смотрело, он видел только свой стол. За всё время он ни разу не поднял взгляда. Юйдо завороженно наблюдал. Со времен «романа про бедра» он так внимательно ни на что не смотрел. Тем более на «искусство». Хотя, конечно, смотрел он не на искусство. Он смотрел на Чэн Кэ: на его лицо, на руки, на рукава рубашки… Один раз он даже поймал себя на мысли — не попала ли инфекция в рану на затылке, раз там нет повязки. Внезапно по залу прокатился тихий смешок. Юйдо перевел взгляд на экран. Чэн Кэ перестал рисовать сюжеты. Теперь на столе был портрет девушки, которая держит перед собой телефон. Юйдо проследил за взглядами зрителей и увидел Мили — она как раз снимала Кэ на видео, улыбаясь. Значит, действительно старые знакомые. Чэн Кэ по-прежнему не смотрел по сторонам, сосредоточившись на работе. Юйдо гадал, как он умудрился нарисовать Мили, ни разу на нее не взглянув. Пока он размышлял, картинка сменилась. Мили исчезла. Появилась… колонна? А у колонны — человек. Юйдо застыл. Зрители начали оборачиваться в его сторону. На мгновение он растерялся: не знал, стоит ли улыбнуться, выпрямиться или просто замереть. Картинка под руками Чэн Кэ снова пришла в движение. Колонна и силуэт исчезли, уступая место лицу — крупному плану. В финале изображение застыло. Это был он, Цзян Юйдо: рот приоткрыт буквой «О», а на лице застыла смесь полной растерянности и немого изумления. Зал взорвался аплодисментами и смехом. Только тогда Юйдо пришел в себя и перестал подпирать колонну. Выступление закончилось. Чэн Кэ коротко кивнул публике и одним движением руки смел песок со стола. К нему подошли сотрудники, помогая собрать вещи. Проектор погас. Зрители начали расходиться, негромко делясь впечатлениями. Чэн Кэ направился к нему. Когда он подошел, Юйдо уставился на него в упор: — Твою мать, я что, правда так выглядел? — Ты весь вечер так простоял, — ответил Кэ. — Не может быть. — Юйдо невольно коснулся губ. — У меня никогда не бывает такой идиотской рожи. — Попроси Сюй Дина показать запись, сам увидишь, — Чэн Кэ помахал приближающемуся Сюй Дину. — Пусть сделает тебе скриншот на память. — …Обойдусь, — буркнул Юйдо. — И когда ты только успел меня заметить? — С того самого момента, как ты вошел, — сказал Кэ. — Как ты, кстати, просочился? — Да навалял охране у входа и зашел, — отшутился Юйдо. — Но я же видел, ты ни разу в мою сторону не глянул. Как ты меня увидел? — Боковым зрением, — ответил Чэн Кэ. — Подожди меня пару минут. Договорюсь с Сюй Дином и пойдем. — Угу. Наблюдая за тем, как Чэн Кэ отходит к Сюй Дину, попутно вежливо кивая проходящим мимо людям, Юйдо внезапно почувствовал, что этот человек ему чужой. Он никогда не задумывался о прошлой жизни Чэн Кэ. Неужели она была такой? Слишком изысканной. Этот образ никак не вязался с тем бытовым инвалидом, который не знал, с какой стороны подойти к газовой плите.