Противоядие | Антидот | 解药

Что именно в этом поцелуе должно было стать «другим», Чэн Кэ и сам не знал. Он знал лишь одно: ему до смерти хочется поцеловать Цзян Юйдо — и не просто мимолетным касанием, не легким чмоком и не ленивым переплетением губ. Ему хотелось захватнического, обжигающего, сметающего всё на своем пути поцелуя. Такого, чтобы как в драке — яростно, до нехватки воздуха, так, как он еще никогда не чувствовал. Губы Цзян Юйдо были прохладными, но дыхание — обжигающим. Едва это тепло коснулось лица Чэн Кэ, он окончательно потерял рассудок. Последняя капля благоразумия испарилась, и он внезапно почувствовал себя каким-то обезумевшим одноруким маньяком. Он затащил Юйдо в дом, впечатал в стену, затем проволок в гостиную, опрокинув стул и задев стол. В этом вихре движений мир словно померк: зрение расфокусировалось, в ушах стоял лишь собственный хриплый вдох, и в этом хаосе Кэ даже не мог понять, отвечает ли ему Юйдо. Это было невероятно остро. Если не считать того, что правая рука в гипсе никак не могла участвовать в процессе (да еще и Юйдо её постоянно придерживал), левая рука трудилась за двоих, честно и самоотверженно. Она блуждала по телу, тискала, сжимала и в итоге мертвой хваткой вцепилась Цзян Юйдо в задницу. Юйдо на мгновение замер, а затем резким движением локтя просто опрокинул его на диван. Только когда Мяу, спрыгнув со спинки дивана, прошагал по его лицу и скрылся в темноте, Чэн Кэ начал понемногу приходить в себя. Схватил Сань-гэ за задницу. Схватил за задницу Сань-гэ, который сам еще толком не понимает, что чувствует и чего хочет. «Сейчас прилетит ответка на рефлексах», — мелькнуло в голове. Но Юйдо не стал его бить. Постояв секунду у дивана, он навалился сверху. Кэ прикинул, что Юйдо явно применил боевой опыт: загипсованную правую руку Кэ он прижал к изголовью, а сам перемахнул через него, придавив левое запястье коленом. — Ты что, укусил меня?! — Юйдо тяжело дышал, сидя на нем верхом и сверля его взглядом сверху вниз. — Не знаю, — выдохнул Кэ. — Мне казалось, я тебя вообще на куски разорвал. Юйдо еще немного подышал, а потом резко наклонился и поцеловал его. На долю секунды Кэ показалось, что Сань-гэ сейчас просто протаранит ему нос своим лбом. А затем в мозгу пульсировали только два слова: Стихийное бедствие. Сколько это длилось и как именно они целовались? О чем он думал в тот момент? Один бог знает. Когда Юйдо наконец отстранился и выпрямился, Чэн Кэ услышал, что его телефон разрывается от звонка. Оба замерли, не двигаясь и не говоря ни слова. У Кэ только в ушах стоял навязчивый гул. Наконец телефон затих. — Чего он перестал? — спросил Кэ. Голос из-за сбитого дыхания звучал как-то неестественно высоко и плыл. — Что? — переспросил Юйдо. — Телефон? Ты же не взял трубку, вот он и перестал. — Да ты вылитый Чэнь Цин, честное слово! — Кэ был в шоке от такой логики. — Я спрашиваю: какого черта ты остановился?! Юйдо опешил и промолчал. — Ну что такое? — Кэ с трудом высвободил левую руку из-под его колена и легонько похлопал его по щеке. — М? — Ничего, — глухо отозвался Юйдо. Спустя мгновение он подался вперед и плашмя рухнул на Чэн Кэ, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. — …Ох. — Кэ на секунду задохнулся. Юйдо приземлился так внезапно, что едва не вышиб из него дух. Тот не шевелился и молчал, продолжая прятать лицо. Кэ чувствовал его горячее дыхание на своей шее. Он поднял руку и снова погладил его по спине: — Всё нормально. Это просто… импульс. — Нет, — буркнул Юйдо в плечо. — У тебя… встал, да? — Кэ почувствовал определенные изменения в физиологии партнера. В такой безумной и волнующей обстановке он сам не понимал, почему его вдруг потянуло на смех. — Будто у тебя нет, — огрызнулся Юйдо, не поднимая головы. — Ну да, — Кэ запустил руку ему под футболку, поглаживая спину. Под пальцами на гладкой коже ощущались несколько рельефных шрамов. — Но я-то не останавливался. — Я не из-за этого, — сказал Юйдо. — А из-за чего тогда? — удивился Кэ. — Телефонного звонка испугался? — Сам ты пугаешься звонков, — цыкнул Юйдо, помолчал и вздохнул. — Я просто… ну, не знал, что делать дальше. — Что?! — Кэ замер на пару секунд, а потом не выдержал. Желание расхохотаться стало невыносимым. Он, давясь смехом, легонько толкнул Юйдо в плечо. Юйдо повернул голову, нахмурившись: — Да не то чтобы я совсем не знал… Я знаю, что надо делать… Но в то же время и не знаю. Короче… это непривычно. — Понял, понял, — Кэ продолжал поглаживать его по спине. — И что же ты понял? — Юйдо приподнялся на локтях, глядя на него. — …Да так, к слову пришлось, — уклонился Кэ. Мозги соображали туго, и он действительно не совсем догонял, что Юйдо имеет в виду. Юйдо встал, отодвинул ноги Кэ к краю и сел на диван, прикурив сигарету. Чэн Кэ, потянув его за рукав, тоже сел, прислонившись к подлокотнику. — Ты сейчас сел ровно на то место, где Мяу нагадил? — Дело не в том, что мне непривычно… — Юйдо курил, долго подбирая слова. Наконец, он словно решился, стиснул зубы и повернулся к Кэ: — Я, наверное, подумал о том, что будет после, и вдруг переклинило — а как быть-то? Кэ промолчал. До него только спустя полминуты дошло, о чем речь. Юйдо щурился от дыма, и из-за этого его лицо казалось вызывающе дерзким. Кэ никак не мог сопоставить это выражение лица с тем, что парень пытался выразить словами. — То есть ты не «не знаешь, что делать», — уточнил Кэ. — Ты не знаешь, как это делать. — …Вали на хрен. — Юйдо зыркнул на него и отвернулся. Чэн Кэ понимал, что когда страсть обрывается на полуслове, но послевкусие еще требует продолжения, начинать дико ржать — это верх бестактности. Это убивает всю атмосферу. Но он не справился. Отвернувшись к спинке дивана, он зашелся в неудержимом смехе. Юйдо обернулся и смотрел на него несколько секунд, а потом выругался: — Твою мать! Когда Кэ отсмеялся, он почувствовал странную пустоту в голове. Вся прежняя страсть и возбуждение испарились, оставив после себя кристальную ясность мыслей. Юйдо ушел в ванную умыться, а когда вышел, лицо у него всё еще было недовольным. — Я проголодался, — сказал Кэ. — Ужин нам сегодня светит? Юйдо мазнул по нему взглядом: — Иди ешь… воздух. Дух смеха, едва утихший в Кэ, вспыхнул с новой силой. Он сгреб Мяу в охапку и снова затрясся от хохота, сам не понимая, что на него нашло. — Я терплю только потому, что ты сегодня именинник, — Юйдо указал на него пальцем. — И калека. — А то что? — весело спросил Кэ. — Получил бы. — Юйдо взял куртку. — Пошли. Поищем ужин. — В такой час еще что-то работает? — Кэ глянул на телефон. Было три часа ночи. — Работает, — ответил Юйдо. — Но без меня ты такое место ни в жизни не найдешь. — Тогда веди. — Кэ отпустил кота и встал. Жизнь «инвалида» вернула ему некоторые привычки «большого господина»: стоило протянуть руку, как куртка уже была подана. Эта мимолетная мысль ему самому не понравилась. — Завтра Чэнь Цин придет к тебе? — спросил Кэ, когда они вышли на улицу. — Придет, — вздохнул Юйдо. — Ты… не бери в голову, что он там думает. Что бы он ни вообразил, он тебе ничего плохого не сделает. — Ему, наверное, трудно это принять, — заметил Кэ. — Что ты собираешься ему сказать? — Сами разберемся, — отрезал Юйдо. — Между мной и Цином нет нерешаемых проблем. В крайнем случае — наваляю ему, и он успокоится. — Вообще-то тебе не обязательно подтверждать, что ты мой… — замялся Кэ. — Я понял, о чем ты, — прервал его Юйдо. — Я сам во всём разберусь. Просто… мне нужно понять, если я тебя люблю, то как именно. — Угу. — Кэ улыбнулся. Юйдо провел его через лабиринт переулков и вывел на крошечную улочку, где Кэ раньше никогда не бывал. По стилю она напоминала ту, где жил сам Юйдо, но здесь даже в такой час светились витрины нескольких лавок. — Шашлычники уже, небось, свернулись? — спросил Кэ. — Что это за заведение? — Шашлычная, — ответил Юйдо. Кэ замер и снова расхохотался. Юйдо хмуро посмотрел на него: — Тебе сегодня Чэн И точно по кумполу не настучал? — Он не успел, — сквозь смех ответил Кэ. — Тебе тридцать лет, «барчук», — заметил Юйдо. — А ржешь как слабоумный. — Тебя не касается. — Заходи давай. — Юйдо подтолкнул его к дверям маленького заведения. Внутри было тесно: всего четыре столика, и зал полон. За дальним сидела парочка, они ели и тихо переговаривались. Они устроились у двери. Хозяин, бородатый молодой парень, принес чайник и кивнул Юйдо: — Сань-гэ. — Сделай нам чего-нибудь на свой вкус, — попросил Юйдо. — И две бутылки пива. — Будет сделано. Когда хозяин отошел, Юйдо тихо спросил: — Кто тебе звонил тогда? Кэ только сейчас вспомнил про звонок. — Не знаю, в такую-то рань. — Он выудил телефон. Два пропущенных: один от Чэн И, второй от Лю Тяньчэна. Кэ убрал мобильник обратно. — Плевать. — Чэн И? — уточнил Юйдо. — Ага. Наверняка собрал компанию, потащил всех пить, — рассуждал Кэ. — Жалуется теперь, строит из себя жертву, а потом наберет мне «мириться». А мои бывшие друзья будут поддакивать, какой я плохой. — Тоска зеленая, — хмыкнул Юйдо. — Привычка, — пожал плечами Кэ, а потом внимательно посмотрел на Юйдо: — Насчет того ресторана, про который я говорил… Не хочешь зайти посмотреть? — На кой он мне? — Юйдо взял принесенное пиво, откупорил бутылку, отхлебнул и протянул Кэ. — Я позже, на пустой желудок не пью, — Кэ поставил бутылку на стол. — Тот ресторан — приличное место, судя по замашкам Чэн И. Тебе… не интересно было бы… — Нет. — Юйдо ответил очень быстро. — Боишься, что не хватит опыта? — спросил Кэ. — Всему можно научиться. Если хочешь чем-то заняться, этот вариант всяко лучше твоего плотницкого дела, а? — А что, я плохой плотник? — усмехнулся Юйдо. — Потрясающий. — Не надо оставлять этот ресторан себе, — сказал Юйдо. — Чэн И это сильно ударило по самолюбию. Пока ты владеешь этим местом, он тебя в покое не оставит. Кэ промолчал. Юйдо иногда мыслил на удивление здраво. — Не имей с ним больше никаких дел, — добавил Юйдо. Кэ помедлил и кивнул: — Ладно. Когда они доели, допили и вышли на улицу, небо уже начало сереть. — Спать хочешь? — спросил Юйдо. — Стоит мне закрыть глаза, — Кэ приобнял его за плечи, — и я упаду замертво прямо здесь. Юйдо огляделся и осторожно приобнял его за талию. Но делал это как-то неуверенно: рука то поднималась выше, то опускалась, словно он не мог найти правильное место. — Перестань меня щупать, выбери уже одну точку, — проворчал Кэ. Юйдо вздохнул и крепче сжал пальцы, перестав елозить. Дома Кэ заглянул на задний двор. Лампа, сделанная Юйдо, всё еще горела, заливая двор теплым янтарным светом. Там казалось на несколько градусов теплее, чем на улице. — Эту лампу надо в спальню повесить, — сказал Кэ. — В мою комнату. Мне как раз бра не нравятся, заменим на твою. — Не надо из жалости её хвалить, — усмехнулся Юйдо. — Она же уродливая. — Вовсе нет. — Как хочешь. Только её надо маслом еще раз покрыть, сегодня не успел, — Юйдо подошел к светильнику и легонько толкнул его. Лампа закрутилась, и причудливые пятна света заплясали по стенам. — Может, внутрь цветную лампочку вкрутить? — Нет! Даже не думай! — поспешно воскликнул Кэ. — Умоляю, придерживайся своего нынешнего вкуса. — Ладно. Кэ зевнул: — Всё, я спать, помираю. — Угу. — Юйдо подошел и остановился перед ним. Поколебавшись, спросил: — А мне где спать? Кэ мельком глянул на него: — В моих объятиях. — Твою мать! — Юйдо уставился на него. — Иди обниму. — Кэ раскрыл руки. — Всего-то пару стаканов выпил, — проворчал Юйдо, — а уже вразнос пошел? — Обними меня! — рявкнул Кэ. — Да ты ополоумел! — Юйдо даже отступил на шаг. — Совсем крыша поехала? Кэ не ответил, продолжая стоять с раскрытыми руками. Он и сам не понимал, что с ним: то ли алкоголь, то ли драка, то ли поцелуй, то ли окончательный разрыв с прошлым… Он дико хотел спать, но при этом чувствовал небывалое возбуждение. Юйдо посверлил его взглядом и подошел. Обнял. — Сплю на ходу… — Кэ прижал его к себе левой рукой, положил подбородок на плечо и закрыл глаза. Ноги тут же стали ватными. — Только не проси, чтобы я нес тебя в кровать на руках, — мгновенно насторожился Юйдо. — Не то чтобы я брезгую, но в тебе столько роста, что я точно тебя уроню. Кэ рассмеялся, отпустил его и побрел в спальню. Умылся и рухнул на кровать: — Всё, труп. Он отключился мгновенно, даже не успев почувствовать, лег ли Юйдо рядом. Когда он пришел в себя, за окном было совсем светло. Точного времени он не знал. В постели он был один. Юйдо либо уже встал, либо, как в прошлый раз, вообще не ложился. Кэ потянулся за телефоном, чтобы посмотреть время, но обнаружил, что правая рука не слушается. Он проследил взглядом и увидел свое загипсованное запястье на подушке. Понадобилось секунд тридцать, чтобы осознать увиденное: гипс был обмотан веревкой, другой конец которой был привязан к изголовью кровати. — Цзян Юйдо! — закричал потрясенный Кэ. — Иду-иду! — Голос Юйдо донесся из гостиной, и он тут же влетел в комнату: — Проснулся? Сейчас развяжу. — Это что еще за ролевые игры? — Кэ уставился на него, а потом его глаза расширились: — Твою мать! Во что мы играли ночью?! — А? — Юйдо, развязывая веревку, недоуменно посмотрел на него. Кэ замер, а потом резко откинул одеяло, осматривая себя под ним. — Ах ты мразь! — Юйдо всё понял. Он подскочил и ткнул в него пальцем: — Твою мать, Чэн Кэ, о чем ты только думаешь?! Кэ стало немного неловко, но реакция Юйдо была такой забавной, что он не выдержал: — А откуда ты знаешь, о чем я подумал? — Еще бы мне не знать! — огрызнулся Юйдо. — Пару порнушек глянуть — и все ваши фокусы как на ладони. — Понятно. — Кэ рассмеялся. — Вставай давай! — скомандовал Юйдо. — Чэн И звонил три раза. Сюй Дин — два. Кэ нахмурился: — Который час? — Почти одиннадцать. Сюй Дин и мне один раз набрал. — Что сказал? — Кэ выбрался из кровати. — Спросил, не знаю ли я, почему ты трубку не берешь. Я сказал — спишь. Он и повесил трубку, ничего конкретного. — Да что там конкретного, — Кэ направился в ванную. — Насчет продажи ресторана, небось… Решил и Сюй Дина в это впутать. — Сюй Дин — единственный из твоих прежних знакомых, кто тебе помогает, — заметил Юйдо. — Конечно, он в него вцепился. Когда Кэ уже заходил в ванную, Юйдо пошел следом: — Слушай, а Сюй Дин… — М? — Кэ обернулся. Юйдо хмурился: — Если он ни при чем, то зачем он тебе так помогает… — Ты что, ревнуешь? — спросил Кэ.