Баннереты

      Проверив очередной угол и дав короткую отмашку, Дуглас ловил одно чувство дежавю за другим – слишком уж навевало воспоминания о центре подготовки спецсил, разве что вместо инструктора или сослуживцев рядом была его девушка. Мэдди, в свою очередь, не покидала мысль, что не хватало какой-нибудь тревожной музыки на фоне и лунной ночи за окном для пущего эффекта.       Прихрамывала она гораздо меньше, но двигались они всё равно очень неспешно. Как ни крути, а внезапное столкновение с группой неизвестных типов, которые ещё и снарядились почти как спецназ, кого угодно напугает. Когда Мэдди уговорила Брэндона научить её профессионально обращаться с оружием на случай, если в очередной экспедиции ситуация запахнем жаренным, она явно не ожидала, что всё может принять настолько странный оборот. Тут явно не чёрные копатели нагрянули или бандиты, промышляющие разорением могил для продажи трофеев на чёрном рынке.              - Так, вроде всё чисто, – осторожно глянув в прореху в непроницаемом от грязи окне, выдохнул Брэндон и, опустив оружие, достал из подсумка флягу. – Хоть немного отдышимся.       Медея устала не сильно, но всё же решила присесть на обнаруженный рядом комод. Вся древесина, из которой он был сделан, уже изрядно почернела и рассохлась, но под весом полукровки мебель, к счастью, не развалилась.       - Это может прозвучать стереотипно, – просунув ладонь под крепления бронежилета, чтобы почесать бок, спросила Мэдди. – Но у тебя, как сведущего в таких делах, не появилось идей, кто и откуда взялись те парни?       Карибу лишь понуро усмехнулся:       - Не-а, это не тот случай, когда работает правило «Рыбак рыбака видит издалека», милая, – ответил он, вынув магазин своего автомата для проверки количества оставшихся в них патронов, и вставил обратно. – Любые военные или полицейские должны иметь какие-то знаки различия, обозначения на жилетах или касках, шевроны или нашивки.       - Даже спецушники, каким ты был когда-то?       - Ага. Когда нас отправляли караулить канадское посольство в Порт-о-Пренсе, или когда в Виннипеге накрывали точку нелегальной продажи оружия, у нас у всех на плечах было два шеврона-липучки – канадский флаг и символ нашего подразделения. Либо на каске что-то было налеплено, суть ты поняла.              Понять-то Мэдди поняла, но лучше себя отнюдь не почувствовала. Она в целом недолюбливала неясности, не только сейчас. Да и случай был не тот, чтобы играть в «Угадайку»: одно дело – анализировать клеймо изготовителя на очередном комплекте миланских доспехов в Метрополитен-музее, и совсем другое – гадать, кому ты могла так насолить или перейти дорогу, что этот кто-то выставил собственный спецназ.       - Ладушки-оладушки, – похлопав себя по коленям, Медея встала, подняла и, залихватски подбросив и поймав свой автомат, двинулась дальше. Нога побаливала, но и волчица с рожками была не до того сахарной, чтобы ойкать и причитать.       - Как знал, что отговаривать тебя можно и не пытаться, – закатив глаза, выдохнул Брэндон и прислонив приклад своего автомата к плечу, последовал за Мэдди, идя вперёд спиной. – И ещё, Мэдди…       - М?       - С пушкой можно было и не красоваться.              Двигаться решили в часть шато, примыкающую к старому донжону. Как объяснила Мэдди, ещё до ренессансной перестройки под донжоном имелись слуховые камеры для обнаружения подкопов. Эти камеры могли и замуровать за ненадобностью, а какими-то мог воспользоваться барон де Мулин. Точно известно, что какое-то время владельцы замка хоронили предков в подземном склепе, но что мешало использовать подземелья и как тайник для баннера?              Возможность проверить это представилась довольно быстро. Недружелюбно настроенных личностей в следующих комнатах и коридорах не обнаружилось, но на всякий случай Брэндон с Мэдди дважды сворачивали и забирались на верхний этаж, чтобы их путь выглядел более запутанным, пока не вошли через пролом в стене в большую гостевую залу.       Путь в сам донжон преграждала большая груда обломков в дверном проёме напротив и рухнувшая с потолка металлическая конструкция, в которой из-за сильнейшей коррозии Мэдди не сразу определила люстру. В другом углу лежали части рыцарского доспеха – там, где должно было стоять всё остальное, лежала часть кровли, а в образовавшуюся дыру виднелась внушительная громада старого донжона.              - Хех, улитка прям стальная, – бормотал себе под нос Брэндон, из любопытства решив присесть на одно колено и рассмотреть валявшийся рядом с камином шлем саллет, мысленно посмеявшись над его длинным назатыльником. «Немецкий, вероятнее всего, – подумал олень. – Хах, вот что бывает, когда встречаешься и живёшь с музейщицей». Правда, при попытке поднять забрало шлема Дуглас случайно его отломал – крепления осыпались на пол парой ржавых хлопьев, – после чего, виновато ойкнув, поспешил положить шлем на пол.       Зато эта неловкая случайность помогла ему сделать неожиданное открытие. Пока Брэндон клал шлем на место находки, он на момент замер в ожидании, пока замеченный тут же паук не убежит куда подальше. Следя взглядом за малоприятным созданием, олень присмотрелся затем к паутине на краю старого камина – ему показалось, что паук точно пробежал мимо, а паутина шевельнулась. Потом ещё раз.       - Хм… – насупился Дуглас. – Милая? Подойди-ка сюда…              Медея тем временем ходила хмурая, как туча. Сперва едва не сработала ловушка: полагая, что рычагом может быть рука рыцарского доспеха или его постамент, девушка несколько раз согнула-разогнула эту самую руку, услышав в ответ несколько шорохов в районе потолка, откуда затем из рук бронзового ангела упал распавшийся на части лук и заржавевший наконечник.       - Чёртов купидон… – буркнула полукровка. – Повезло, что лук был вполне обычный, а не киношный…       - Согласен, – по-французски проговорил Брэндон, затем показав на свою находку. – А про это что скажешь?              При виде подозрительно колышущейся паутины Мэдди смолкла, но её лиловые глазки сверкнули, как два гранённых аметиста на свету. Опустившись на колено, полукровка чуть наклонила голову на бок, провела пальцами по полу рядом с паутинкой, а затем запустила другую руку в карман, из которого достала зажигалку.       - Как знала, что когда-нибудь эта штучка пригодится, – щёлкая огнивом, проговорила полукровка.       - Знала? Я не раз напоминал тебе брать спички или зажигалку в довесок к твоим светяшкам, – не удержался от небольшого подначивания Брэндон.       Мэдди лишь слегка фыркнула в ответ.              Поднеся горящую зажигалку к паутине, и она, и Дуглас удостоверились, что ухватили конец путеводной ниточки – пламя несколько раз дёрнулось и наклонилось. Верный признак того, что сквозит не из трубы камина, а откуда-то с другой стороны – стороны тайного хода.       - Подсадишь меня? – сперва повертев головой по сторонам, а затем подняв взгляд, Мэдди слегка дёрнула Брэндона за рукав майки. Взгляд её был обращён к пространству над камином, к покосившейся картинной раме с почти истлевшим полотном, за которым явно что-то угадывалось.       Брэндон предложил сперва сдвинуть в сторону остатки картины, и, когда взобравшаяся на его плечи Медея столкнула раму на пол, на стене обнаружилась побитая временем лепнина, рельеф в виде рыцарского герба: норманнский щит, разделённый на четыре равные части, с ключом в нижней левой четверти и стилизованным изображением солнца в верхней правой. Брэндон же, пока подсаживал и опускал подругу, обнаружил на верхнем краю камина ещё и семь символов со вставками из базальта. По словам Мэдди, символы эти были алхимическими.       - А разве в Ренессанс ещё баловались алхимией? – несколько удивился карибу.       - Тогда начинался её упадок, но кое-кто ещё оставался фанатом. Видимо, и барон де Мулин тоже, – пояснила его подруга.       Оба они сошлись во мнении, что одна из двух находок – солнце с лицом, изображённое на гербе, или один из алхимических символов – была рычагом для открытия тайного хода. Поначалу оптимальным вариантом казалось солнце на гербе, однако фиолетовоглазая полукровка вдруг засомневалась. Слишком просто, сказала она, решив затем достать свой блокнот.              - Не, тут кое-какой фокус есть, – уверяла Медея, перелистывая блокнот, пока не нашла нужный разворот и не ткнула пальцем в иллюстрацию на нём. – Вот, глянь сюда, – и подозвала Брэндона, который подошёл сбоку и чуть наклонил голову. – В Средние века и раннее Новое время в военной среде ходил обычай, по которому победивший полководец, аристократ, как это было заведено, мог забрать себе герб командующего с проигравшей стороны.       - И наш барон тоже отличился? – спросил Дуглас.       - Либо кто-то из его предков. Фишка в том, что кто-то из де Мулинов, как отмечено в хрониках, сделал трофейному, так сказать, гербу инверсию. Там был месяц, а стала луна, – на этих словах Мэдди показала на рельеф над камином. Только сейчас она заметила, что на изображении солнца проглядывается идеальная полукруглая щель, словно вокруг изначального изображения месяца начертили всё остальное, превратив в солнце.              Выбор из того, на что нажать, был не самым богатым, и Брэндон уступил право выбирать Мэдди, хотя сам и развернулся в пол-оборота на случай, если сработает какая-то ловушка. Глубоко вдохнув, полуволчица, в свою очередь, размяла ладонь и попыталась надавить пальцами на алхимический символ солнца, но тот не поддавался. Тогда последовала попытка повернуть его сначала по часовой, а потом против. Не без труда, но со второй попытки символ поддался, противно проскрежетав на четверть оборота.       Одёрнув на всякий случай руку, Мэдди на всякий случай отошла назад, готовая в любую минуту выхватить второй рукой пистолет из кобуры. Поначалу казалось, что ничего не произошло, но затем послышалось несколько глухих ударов, то ли из-за стены, то ли откуда-то сверху, и внутренняя стенка камина сдвинулась.       - Ну и ну, – деланно протянул Дуглас, повернувшись в пол-оборота. – Тайный ход.       - Классика, и меня это вполне устраивает, – усмехнувшись добавила Мэдди.              Хорошая новость – вход в потенциальный тайник был найден. Плохая же состояла в том, что дверь частично заклинило, проход был слишком узким для того, чтобы туда могла протиснуться Мэдди, не говоря уже о Брэндоне с его рогами. Поэтому пришлось поднапрячься: карибу тянул один край поворотной стенки на себя, пока его подруга-полукровка толкала вперёд противоположный. Но и тут сыграло то, что за несколько столетий бездействия механизм работал скверно из-за ржавчины, грязи или того и другого. К тому моменту, как проход стал достаточно широким для прохода, Мэдди с Брэндоном прилично выдохлись.       - Вряд ли мой физиотерапевт будет рад, если от этого даст о себе знать моё ранение, – посетовал Дуглас, доставав с пояса фонарик и похлопав себя в районе бока.       - Расслабься. Твой эскулап быстро перестанет компостировать тебе мозги, когда ты покажешь ему свою часть от гонорара за находку нашего баннера.              Мэдди хотела ещё сострить, мол, руководство музея не скупится, и на их гонорар Брэндону вторую жизнь обеспечат, но тут снова возникла проблема. Полукровка ощутила, как одна из плиток пола осела вниз, что могло означать одно…       - Я ебу Али-Бабу… – ругнулась Мэдди и напрягла ноги, чтобы как можно резче отскочить назад. К счастью, механизм внутри рыцарских доспехов, обнаруженных в нише по правую руку, тоже сбоил, так что изваяние произвело взмах двуручным топором с большой задержкой. А когда оружие вновь стало подниматься в исходное положение, проржавевшие наплечники и вовсе треснули, так что оружие вместе со всеми деталями доспеха, от предплечий до кистей, с грохотом упало на пол.       - Похоже, кто-то не очень любил делиться, – в голосе выглянувшего из-за плеча Мэдди Брэндона звучали плохо скрываемые скепсис и волнение. – Может, стоило щуп с собой взять?       - Что взять? – недопоняла полуволчица, сдув локон с глаза.       - Щуп. Специальная такая трость раздвижная с узким наконечником. Ей прощупывают грунт на наличие мин. Здесь, конечно, вряд ли есть мины, но вдруг пол провалится или ещё что-то на нас обрушат…              К счастью, его догадки не оправдались: ни проваливающегося пола, ни спрятанных по углам охранных механизмов не было, а короткий коридор привёл в какую-то комнату. Чтобы понять, в какую именно, Брэндону сперва пришлось воспользоваться фонариком, а потом и Мэдди, заметив на стене факел, вполне удачно зажгла его зажигалкой.       - Так-так, что тут у нас?.. – протянула полукровка.              А посмотреть оказалось, на что. Ещё Брэндон успел в свете фонарика разглядеть большой книжный шкаф, изрядно обросший паутиной и покрытый пылью, потом и Мэдди узрела пару таких же. На полках всё ещё стояли раритетные тома с потрескавшимися от времени обложками и пожелтевшими страницами. Далее за небольшой полукруглой аркой обнаружился стол, заставленный склянками, парой чашек с оставшимися в них пестиками для измельчения, в углу даже стояла на подставочке реторта с длинным носиком. Напротив поблёскивал не до конца окислившимися боками огромный пузатый куб для перегонки. Слева от него стояла выдающаяся из стены печка или горн, из которого торчали концы железных щипцов. Наконец, Мэдди, пройдя под ещё одной аркой, остановилась у широкого каменного стола, на котором почти на всю площадь медной или латунной проволокой был выложен оккультный знак: два одинаковых треугольника, наложенные друг на друга, но обращённые вершинами вниз и вверх, а в их середине изображался не то глаз, не то масляная лампа с горящим огнём. При этом, подле двух углов от стола высились две алебастровые подставки, напоминающие миниатюрные греческие колонны, увенчанные железными цилиндрами с прорезями. Довершали алхимико-оккультный антураж изображения лунных фаз в обрамляющем всё это круге и большой багряный уроборос на стенке напротив.              - У, лаборатория алхимика, которой три-четыре века, – склонившись над столом, протянула Медея.       - Что тут ещё сказать, у богатых свои причуды, – заметил Дуглас, подозрительно поглядывая на уробороса. – Да и надо ж было этим ребятам как-то развлекаться в эпоху до изобретения телека. Охоты да балы рано или поздно наскучат… Милая, – он оглянулся через плечо в сторону входа в лабораторию. – Всё это очень круто, но лучше бы тебе поскорее выдать идею, здесь ли этот твой баннер. Мне не дают покоя те парни с пушками.              Ответом послужил кивок и короткое «Угу» из уст Мэдди. Ей и самой хотелось поскорее оказаться подальше, например, в её с Брэндоном любимом ресторане в Бронксе. Но чтобы всё это осуществить со спокойной совестью, сперва требовалось понять, где барон де Мулин мог спрятать баннер.       Поглаживая свой рог, как она это часто делала в моменты задумчивости или напряжения, полукровка пробежалась взглядом. Не заметив ничего, что могло бы стать зацепкой, она провела ладонью по краям, и это уже возымело эффект – углы стола не были сбиты или обломаны, как показалось изначально, а были украшены прямоугольными металлическими медальонами. Попросив Брэндона подсветить ей, Медея внимательно осмотрела украшение стола и задумалась: изображённое при помощи чеканки солнце явно напоминало светило с герба над камином, но за странное «Иск…м…й». Середину слова попортила коррозия.       - Mon dieu, можно хоть раз без ебли мозгов посредством средневековых ребусов? – тут уже не сдержался Брэндон.       - Как показывает практика, Брэнди, – не отрывая взгляда от угла стола, сказала Мэдди, дважды проведя коготками по своему рогу. – В нашем деле или ребусы, или что похуже, в духе ваншотного мешка с дерьмом в Bloodborne, – договорив это, Мэдди на секунду оскалилась, ибо упомянутая игра ей очень не нравилась.              Медальон на другом углу был уже с выбитой на нём короной и другим словом, что уже начало наводить Медею на кое-какие мысли. Момент «Эврики» настал на третьем медальоне с чеканным контуром в виде уже знакомого норманнского щита и вполне сохранного слова «Путь».       - Чертила в дерматине, – изрекла полуволчица-полуовца, моментально скинув с плеч и раскрыв рюкзак. Брэндон даже слегка дёрнулся. Подруга в подобные моменты выглядела или тронутой, или пугающей. Сама же Мэдди, представляя себя скорее безумным учёным, вооружилась листами кальки и кусочком прессованного угля для рисования. Приложив один листок к медальону, она принялась тщательно водить по бумаге углём, срисовывая изображение, как дети обводят карандашом монетки.       Повторив эту незамысловатую процедуру со всеми углами стола, Мэдди попросила Брэндона взять факел и встала перед ним, держа листы кальки на свету и несколько раз поменяв их местами.       - Умно, монсеньёр Хитрозадый, очень умно, – во всю приговаривала себе под нос взбудораженная исследовательница, так что Брэндон не смог сдержать улыбки. Вон он, азарт охотника за артефактами в его чистом виде, аж глазки у Мэдди поблёскивают в свете факела.       - Поделишься своей радостью?       - Конечно. Вот, смотри.       При накладывании листов кальки друг на друга, показывала Медея, срисованные на них фигуры выстраивались в рыцарский герб, а слова – в местами оборванную фразу «Искомый тобой путь срединный». Пусть несколько букв не удавалось разобрать, чтобы додумать недостающее большого ума не требовалось.              Так что из находки вытекали следующие два логичных вопроса: «Что за такой срединный путь?» и «Что в этой комнате на него указывает?». Если на первое с ходу ответить не удалось, то со вторым определённые мысли возникли у Брэндона при беглом осмотре одного из двух железных цилиндров, что стояли в паре шагов от стола. Присмотревшись, карибу подумал, что прорезь в нём имеет какую-то форму. Ощупав внутреннюю сторону, он же обнаружил, что она вся была покрыта чем-то чёрным – золой, судя по запаху.       - Хм, а что, если… – протянула Мэдди, парой быстрых шагов подойдя к другой такой же конструкции, достав с пояса «светящуюся палочку» и засунув внутрь цилиндра. Из прорезей заструился мягкий зеленоватый свет, образовавший на противоположной стене контур слегка неровного треугольника.       - Вероятно, эти силуэты должны с чем-то совпасть, – предположил Брэндон, тут же повертев головой по сторонам в поисках второго элемента паззла. Справа от уробороса он высмотрел в выдающейся из стены полуколонны выбитый в ней треугольник, но обращённый вершиной вниз, а не вверх.       У своей, как выяснилось, жаровни Мэдди тоже прильнула к её краю, словно наводчик к прицелу орудия, и стала медленно двигаться вокруг подставки, пока не уцепилась взглядом за арку у входа. Там в самом углу, в довольно неприметной точке, был высечен силуэт солнца. Прорези во второй жаровне образовывали очертания месяца, так что теперь оставалось только как-то совместить проекции от света с символами на стене.              Тривиальная, на первый взгляд, мысль, обернулась рядом сложностей при переводе её в практическую плоскость. У жаровен не было ручек – вероятно, они отвалились от коррозии или рассохлись, будучи деревянными. Пришлось вооружиться щипцами, оставшимися в горне, и втыкать их ручку в прорезь жаровни. Как только Брэндон попытался толкнуть посильнее, треснула скрепляющая клёпка, и инструмент распался на две половины. Потом стало тем ещё челленджем сдвинуть сам цилиндр жаровни – уже который раз за день всё портила коррозия, из-за которой механизм упорно отказывался двигаться, так что Мэдди начала злиться и ругаться себе под нос, до чего её доводили разве что максимально неудачные и долгие схватки с боссами в Bloodborne и Elden Ring.       Однако несколько напряжённых попыток со стороны карибу и полуволчицы начинали приносить плоды. Постепенно, сдвигаясь будто на полсантиметра за раз, жаровни поддавались, а проекции медленно, но верно стали ползти по стенам в сторону нужных на них изображений.       - Ну же, ещё немного, чермета ты кусок… – пыхтела Мэдди, цедя слова сквозь зубы, пока образованный светом месяц не попал в контуры солнца, выбитого на стене. Теперь получалось так, что его изображение закрывало почти половину настенного рисунка, а глаз лунного серпа наложился на левый глаз в рисунке солнца.       - И… Во-о-от… Так! – по другую сторону алхимического стола допыхтел и Брэндон, надвинув-таки один треугольник, проекцию, на другой, выбитый на стене. Теперь они пересекались так, что вершина одного соприкасалась с серединой другого.              Оба напарника только успели утереть пот, пропитавший шерсть во лбу, как дёрнулся узкий участок стены, украшенный изображением уробороса. Он медленно сдвинулся внутрь, открыв первую из множества ступенек, ведущих влево и вниз.       - Сим-, мать его, -салавим, – саркастично изрёк Дуглас, отряхнув руки и достав из-за спины оружие, после чего кивнул Мэдди. – Дамы вперёд.              Театрально закатив глаза, она всё же направилась первой по винтовой лестнице, скрытой за обнаруженным проходом. Брэндон же чутка задержался. Ему не давало покоя плохое предчувствие, поэтому он решил устроить небольшую хитрость. Переступив порог винтовой лестницы, он достал из бокового кармана своего рюкзака пустую банку из-под газировки и отрезок лески, а изо рта – пожёванную жвачку. Одним кусочком он прицепил леску к краю банки, а вторым – к щели между камнями в кладке лестницы. Если кто-то всё же пойдёт по их стопам, он и Мэдди хотя бы это услышат и подготовятся…              Мэдди же за время этих нехитрых приготовлений успела спуститься. Даром, что винтовая лестница не была такой уж длинной, а прежние хозяева шато не стали, подобно кротам или суркам, выкапывать под ним целые подземные галереи. И, как бы двусмысленно это ни звучало, была весьма рада попасть в склеп – именно так можно было охарактеризовать залу, в которую привела винтовая лестница.       Три ряда резных колонн, некоторые из которых были увенчаны горгульями разных наружностей, железные кольца для факелов на стенах, вблизи углов высились статуи рыцарей, снявших шлемы или опустивших меч, головы которых немного не доставали до потолка. А ещё фигурами рыцарей было украшено примерно полторы дюжины надгробий – Мэдди смогла посчитать насколько, насколько хватало света от факела и химического источника.              - Септа, – многозначительно произнесла Мэдди, окинув взглядом последнее пристанище англо-французской знати многовековой давности. На секунду приостановившись, она убрала свой автомат за спину и резко повернула подошедшего к ней Дугласа, чтобы достать кое-что из его рюкзака.       - Стало быть, барон не захотел расставаться с семейной реликвией и буквально унёс её с собой в могилу? – с несколько озадаченным видом спросил чуть наклонившийся назад Брэндон.       - Ну вот сейчас и выясним, – на одном выдохе произнесла взбудораженная полукровка, соединив две створки небольшого тонкого кейса, и ускорила шаг.              Она дошла до самого конца септы, где особняком от других могил стоял немалый искусно сделанный саркофаг, слева и справа от которого разместили изваяния преклонивших колени архангелов. Выбрав, с какого угла подойти к гробу, Мэдди положила на его крышку свой кейс и, нащупав снизу края, принялась эту самую крышку сдвигать. Сразу же стало понятно, что так просто это сделать ввиду её немалой массы не получится, так что быстро последовал призыв Брэндону подойти и помочь.       - Не взыщи, Господи, наши души, ибо не грабим мы могилы, – с напускным трепетом Мэдди выдала импровизированную молитву, повернувшись к напарнику. – Ну мы ж для сохранения истории стараемся, так что это не грех.       - Налегай давай, – усмехнулся карибу.              Поначалу казалось, что гроб запечатан или крышка как-то намертво к нему припечаталась. Мэдди даже подбирала ругательство похлеще, но затем крышка с громким шуршанием сдвинулась. Встав ближе к краю, Брэндон указал Мэдди встать с противоположного краю, чтобы в итоге не сбрасывать тяжеленную каменную крышку на пол, а развернуть её почти поперёк.       Выдохнув после такого внепланового сеанса силовых упражнений, Мэдди, словно перезарядив внутренние запасы энергии, подскочила к открытому гробу, из которого, на её счастье, не выскочил оживший скелет или не выстрелил сноп арбалетных болтов.       Скелет был, но более чем обычный, горностаевый, рядом с головой которого лежал стержень пера, которым был украшен при жизни его головной убор. Сам почивший аристократ был одет в весьма добротную бригантину, отороченную тёмно-синим бархатом, и кольчугу из крупных колец.              Но, что было важнее всего, в руках он сжимал треснувшее в паре мест древко, увенчанное аккуратно сложенным полотнищем из чёрно-красного шёлка, поблескивавшего в свете фонаря и факела золотым шитьём по краям.       Началась кропотливая операция по извлечению заветного трофея из гроба. В шутливой манере извинившись перед покойным рыцарем, Мэдди попросила Брэндона чуть приподнять и сдвинуть скелет в сторону, что тот с некоторым неудовольствием провернул, а сама полукровка, надев перчатки, осторожно взялась за края шёлкового полотнища.       - А ух ты ж, а я и забыла, какие эти штуки немалые, – приподняв примерно тридцать сантиметров полотнища баннера над краем гроба, заметила Мэдди. – Милый, встань рядом со мной, будешь придерживать пониже, а я начну перекладывать баннер на крышку.       - Одну минутку, – выдохнул Брэндон, обогнув край гроба и в пару шагов оказавшись на нужном месте.       Как объяснила полукровка, лучше стараться брать полотно снизу, чтобы оно как бы ложилось на ладонь, хватать края пальцами следовало очень и очень осторожно. Да, шёлк и золочёные нитки, которыми были украшены края знамени и вышитый на нём уже знакомый норманнский щит, сохранились неплохо, но, как ни крути, это всё ещё было изделием трёх-, а то и четырёхвековой давности.       Постепенно, шаг за шагом, движение за движением, искомое знамя было разложено на крышке гроба и предстало перед дуэтом искателей во всей красе. Шёлк, казавшийся теперь не то бордовым, не то малиновым, играл роль фона, толстые контуры гербового щита были выведены золотым шитьём, а перегородки – серебряным. По обе стороны щита были также выведены обращённые в его сторону чёрные стилизованные головы горностая с золотыми глазами.       - Полагаю, цель обнаружена, милая? – расплылся в довольной улыбке Брэндон, невольно выделив интонацией последнее слово. Хотя и без этого всё было яснее, чем белый день, стоило только взглянуть на Мэдди или в её сверкающие глаза.       - Да-а! – в довершение всего выдала полукровка, победно вскинув руку.              Следом она подняла и поставила на край приоткрытого гроба тот самый кейс, что она достала ранее из рюкзака Брэндона. Следующим вызовом стало как-то разместить баннер в кейсе, внутренние стенки которого Мэдди для перевозки столь хрупкого груза обила слоями поролона.       Задача стала ещё сложнее, когда со стороны входа послышался ужасный шум, в котором передёрнувшаяся от внезапности полукровка не сразу определила шум, с которым по ступеням падает пустая алюминиевая банка. Ещё неясно было, как хватило выдержки не дёрнуть ладонями, которые ещё удерживали баннер, слишком резко.       - Твою ж налево мать, – не на шутку встревожился карибу, убрав руки от знамени и выхватив из-за спины автомат. – Тот случай, когда я ненавижу, что оказался прав…       - Брэндон? – протянула Мэдди, у которой словно не только уши, но и рожки прижались вплотную к голове.       - Я оставил на лестнице кустарную сигнализацию, – затараторил Дуглас. – Скорей пакуй свою прелесть, к нам явно кто-то спускается, и это явно не приведения. Давай-давай, – он замахал одной рукой, то и дело озираясь в сторону входа.              У Мэдди едва душа не ушла в пятки, пусть она и была совсем уж робкого десятка. Как быстро упаковать старинный флаг в не самый маленький, но всё равно уступающий по габаритам кейс. Пришлось изворачиваться: дрожащими руками полуволчица уложила часть баннера на поролоновую основу, положила сверху ещё пласт мягкого материала и уже на него переложила вторую половину баннера.       Дальше ничего не оставалось, кроме как спешно захлопнуть кейс и отбежать в первое попавшееся укрытие, которым Мэдди выбрала крыло одного из архангелов. Там же она впопыхах прицепила ручку кейса к карабину на своём поясе и сжала рукоять своего автомата, замерев у края укрытия. Брэндон в это же время укрылся за одной из колонн, встав к ней боком, чтобы за ними хоть в какой-то мере спрятать свои рога.              И неясно, каким именно образом, но Фортуна явно повернулась лицом к карибу, поскольку, когда в септу проник свет подствольного фонарика, зелёный луч лазерного целеуказателя, а потом и вбежали вооружённые звери, карибу остался незамеченным. Как и Мэдди, решившая прошмыгнуть за один из составленных в ряд гробов.              - Мэдди, я успел заметить, куда ты ускользнула, – зашептал в наушнике голос Брэндона. – А ещё рядом эти уродцы. Будь готова схватить одного из них и взять на мушку, как я учил.       - Блинский блин… Мне это не нравится.       - А то у нас тьма вариантов. Я попытаюсь провернуть тот же фокус, так что без прикрытия не останешься.       Слабое, но всё-таки утешение, подумала Мэдди, осторожно убрав за спину автомат. Сейчас куда более полезным окажется верный Combat Master. Слегка оттянув затвор назад, полукровка удовлетворённо кивнула при виде патрона в патроннике.              Ситуация и так складывалась, мягко говоря, беспокойная, но, когда один из наёмников позвал кого-то из своих и получил ответ, Медея напряглась ещё больше. Только теперь нервозность сменила… озлобленность.       - То есть как это, в гробу нет баннера! – в ответ на короткое сообщение одного из наёмников, что гроб открыт, а искомого в нём нет, негодовал голос, который Мэдди надеялась больше никогда не услышать. Со стальными нотками в голосе, слегка хриплый и пробирающий.       - Чертила в дерматине… – сквозь зубы процедила Кацуоши как раз в тот момент, когда представился шанс действовать.              Один из вошедших в септу недругов, хорёк, оглянулся через плечо, вызнавая, из-за чего вновь поднялся шум, когда сзади что-то внезапно ударило его в подколенный сгиб. Не ожидавший такого выпада наёмник осел, а когда попытался подняться, то уже ощутил, как в затылок уткнулся холодный металл.       - Поднялся, но медленно, мудень, – пригрозила Мэдди.       Хорёк нехотя, но последовал его приказу, что заметил один из его друзей, динго, спешно вскинул оружие, но прямо за его спиной Брэндон, залихватски перемахнув через надгробие, взял на прицел и его.       - Всем застыть на месте, говнюки, или ваш дружбан сможет надувать жвачку через дырку в затылке! – Брэндон выдал куда более изобретательную угрозу.              Септа моментально наполнилась шумными голосами, угрозами и приказами. Один из наёмников ретировался назад, ближе ко входу. Двое других наоборот, сократили расстояние до неожиданной парочки, вышедшей в середину комнаты.       Наконец, из-за спин этих двоих вышел и тот, чей голос узнала и от того ощутила прилив негодования Мэдди – долговязый сервал с копной жиденьких каштановых волос, в свете фонарей, отливавших медным оттенком, короткой бородкой клинышком и большими бледно-зелёными глазами, которые сразу же выцепили выдававшуюся из-за плеча заложника голову полукровки.       - Так-так-так, – всё с тем же металлом в голосе проговорил сервал, вскинув бровь и опустив свой пистолет FNX-40. – Вот уж с кем я меньше всего ожидал снова встретиться, так это с тобой, Медея.              - К сожалению, Мэлвин, тебе я тоже не очень рада, – прищурилась полукровка, не забывая поглядывать на взятого в плен врага. – И это я, поверь, деликатно выразилась.       - Опа-на, ты его знаешь? – вмешался Брэндон, слабо усмехнувшись.       - К сожалению, да, – отрезала Мэдди, сместив на секунду взгляд на хмыкнувшего хорька. – Мэлвин Фаулер – если вкратце, считает себя не ебаться каким исследователем, хотя даже с картой едва найдёт свой зад.              Кто-то выкрикнул в её адрес угрожающий призыв следить за языком, что первым попытался спарировать Брэндон, нацелив пистолет со своего «пленника» на смельчака, что рискнул пригрозить Мэдди. Сам же Мэлвин только закатил глаза и выдохнул с таким видом, с каким обычно родители реагируют на злорадство трудных детей, не желающих одевать шапку или что-то такое.       - Забавно слышать это чудо природы, которое заигралось в Лару Крофт, ещё и наверняка на побегушках у очередного «храма наук», – свободной рукой сервал нарисовал в воздухе кавычки. – Эх, Мэдди-Мэдди, могла бы уже поменяться, но ведь стопудово страдаешь той же хернёй, вместо того, чтобы как следует монетизировать свои дарования…       - Ха! Предсказуем как всегда, Мэл. Как раньше был готов мать продать за этрусскую вазу, так и сейчас наверняка толкнёшь баннер какому-нибудь «ценителю» и пойдёшь искать следующего такого же…              Не успела она договорить, как сервал внезапно улыбнулся в какой-то своей загадочной манере, щёлкнул пальцами и выступил вперёд на полшага. Речь как раз зашла о том, за чем явились все, интуитивно догадались Мэдди с Брэндоном.       - Раз уж речь о баннере зашла, – сказал Мэлвин. – Тут и к гадалке не ходи, ты со своим протеже успела заполучить его раньше…       - Ну допустим, – презрительно выговорила полукровка.       - У меня простое предложение: отдай баннер мне, и я по старой памяти сделаю вид, что этого маленького недоразумения не было. Даже моих друзей смогу в этом убедить.              Брэндон, плотнее прислонивший дуло пистолета к шее динго, саркастично усмехнулся, добавив, что с таким великодушием Фаулер сто очков форы Иисусу Христу даст. Стоявший по правую руку от сервала наёмник, овчарка малинуа, оскалился в ответ, процедив сквозь зубы «Сэр…», но был тут же прерван отмашкой своего босса.       - Ты так и ничего и не понял, – заявила Медея. – У меня были и остаются убеждения, и с такими предложениями ты со своими задолюбами можешь меня в мою гибридную задницу поцеловать.              - Мэдди… – обеспокоенно протянул Брэндон. Карибу не знал всех деталей, какие тёрки были между его боевой подругой и этим малоприятным кошаком, но был уверен, что вряд ли выбранный тон поможет поскорее убраться подальше.       В том, что так просто от Мэлвина отделаться не получится, начинала быть уверенной и сама полукровка, не сводившая с сервала глаз. И это, вероятно, помогло не проморгать момент…       - Видимо, не зря есть поговорка про исправление горбатого могилой, – изрёк Фаулер после выдоха и повернулся боком к Мэдди. – Может, рогатый тоже впишется в неё.              Затем он внезапно вскинул руку, в которой держал оружие, и нажал на спуск. Громыхнул выстрел, а удерживаемый Медеей хорёк-наёмник сначала сдавленно замычал, а потом вскрикнул и упал на пол. Лишь от того, что полукровка не обхватила его за шею, удерживая на прицеле, она не брякнулась следом и не потеряла равновесие.       Грянул второй выстрел, сделанный Фаулером, рассчитывавшим, что не ожидавшая такого выпада Медея останется без живого щита и откроется, но той лишь оцарапало висок.       - Ах ты пидор! – рявкнула метис, перехватив пистолет двумя руками, тут же открыв ответный огонь.              Моментально в септе начался полный хаос. Улучив момент, динго ударил Брэндона локтём в живот, вырвался из захвата и попытался его обезоружить, но реакция карибу не подвела его, так что два противника вошли в клинч. Пока они пытались выбить друг друга из равновесия, по лестнице в септу забежал ещё один наёмник, отрывший шквальный огонь из UMP.       - Ёбушки… – успел брякнуть карибу. Поскольку на обдумывание лучшей стратегии уже не оставалось секунд, Брэндон прибег к первой пришедшей в голову идее, при том весьма безрассудной. Вместо того, чтобы пытаться оттолкнуть динго от себя, Дуглас наоборот, резко подался назад, увлёк за собой не успевшего понять такой финт псового, а когда уткнулся спиной в край надгробной плиты, откинулся назад и буквально перебросил взвизгнувшего динго назад. Вскочив на ноги, Брэндон вскинул автомат и дал ответную очередь, заставив вбежавшего врага юркнуть в укрытие.       Затем пришлось дать вторую, и пара метких попаданий вывела из игры того супостата, что стоял рядом с Фаулером и собирался обстреливать Мэдди. Та, согнувшись в три погибели, переползла за другой край надгробия, за которым пряталась, подняла над укрытием один лишь автомат и огрызнулась огнём. Калибр семь-шестьдесят два на тридцать девять вновь выделялся из общей лавины звуков своей громкостью, а когда полукровка высунулась, чтобы дать прицельной очередью, даже немного опешила от яркости дульной вспышки.       - На заметку самой себе, не забыть купить пламегаситель, если унесём ноги, – перезарядившись, сказала самой себе Мэдди, пытаясь выровнять сбившееся от волнения и адреналина дыхания.              Следом бой принял ещё более неожиданный поворот из-за почти одновременно случившихся двух факторов. Сперва Мэдди с Мэлвином почти одновременно высунулись из укрытия, разменявшись прямыми попаданиями. Сервал схлопотал пулю, едва не просквозившую ему сердце, но продырявившую лёгкое, и с хриплым воплем юркнул за ближайшую колонну. Медею же резко отбросило назад – пуля сорокового калибра сперва проломила один из магазинов в её разгрузке, после чего удар приняла бронепластина. Сквозного пробития не произошло, но защита была рассчитана на менее мощное воздействие, так что полукровка ощутила себя так, будто из лёгких разом вышибло весь воздух.       Брэндон же продолжал сновать, пригибаясь и вновь высовываясь из-за надгробий, словно птичка в играх из старых автоматов, попутно сетуя на выдающие его рога. Ему урона избежать удавалось, но положение проще не становилось. Кому будет проще, когда палят чуть ли не со всех сторон, а помещение, в котором ты заперт, не самое большое. Но как выпутываться, когда ты случайно «срезал» одного из врагов в момент броска гранаты?       Потому что у Брэндона произошло именно такое: высунув из-за бока статуи только свой автомат, карибу дал короткую очередь по вбежавшему по лестнице типу, швейцарской овчарке, который споткнулся на ступеньке, а когда поднялся, облокотившись на колонну, помещение вздрогнуло от короткого и мощного хлопка.              - Обосраться через рот, – выдал Брэндон, донельзя радуясь тому, что успел пригнуться. Если что и попало под осколки и полетевшие кусочки барельефов, так это рога. Следом вся комната пошатнулась, как при землетрясении – как оказалось, взрыв произошёл слишком близко к одной из статуй по краям комнаты, и той разрушило ногу, от чего статуя рухнула, повредив часть стены септы.       Судя по тому, что стрельба тотчас стихла, их враги тоже оказались фрустрированы произошедшим. Как бы то ни было, уцелевшие пытались высветить ручными фонарями и фонариками на оружии уцелевших, а раненные, в число которых угодил и Фаулер – подняться на ноги. Медее понемногу возвращалась ясность восприятия.              - Что это? – внезапно послышался голос одного из наёмников, оглянувшегося по сторонам. Поначалу никто не понял, к чему подобный вопрос посреди перестрелки, но, прислушавшись, Мэдди начала понимать, к чему он был. Шум со стороны стен, при том весьма знакомый…       - Ой-ёй… – вздрогнула лиловоглазая, судорожно похлопав себя в поисках «светящейся палочки». Факел она бросила куда-то в угол, а химический источник спешно заткнула за пояс в области поясницы, и его теперь пришлось доставать быстро – знакомый шум, похожий на массовое движение чего-то мелкого и многочисленного, цоканье по полу становилось слышнее.       - Что за чёрт?! – послышалось уже со стороны Дугласа, у которого душа ушла в пятки от вида огромного числа пауков, ползущих из разломов и дыр в стенах. Там, где до того были резные фигуры и вставки в виде рыцарских щитов, местами зияли дыры, из которых в комнату теперь заползало огромное число пауков.       Как и Мэдди, Брэндон выхватил «светящуюся палочку» и повёл ей туда, откуда послышалось угрожающее шипение, и подползающие арахниды поползли в сторону, словно огибали тот пятачок пространства, освещаемый источником. То же самое заметила и Медея, шустро вскочившая на ближайшую к ней надгробную плиту, умостившись на кирасе вытесанного на ней рыцаря.              - Чёрт, чёрт! Уберите их! Уберите! – панически заорал кто-то из врагов. Мэдди с Брэндоном почти одновременно обернулись на этот и без того пробирающий вопль, но следом и у карибу, и у рогатой волчицы под шерстью пошёл холод. Пока уцелевший наёмник оттаскивал на плече держащегося за бок Фаулера, их раненный товарищ, динго, пытался смахнуть с себя пауков, но на месте отброшенного в сторону появлялись новые, уже покрывшие ноги и спину псового, как жуткий саван. Когда же один из шипящих пауков добрался до шеи, динго сам сдавленно зашипел, схватился за шею и почти сразу осел на пол, как подкошенный. Попытки отмахиваться становились всё более вялыми, и пауки облепляли его.       «Как в старых фильмах» – отметила ужаснувшаяся Мэдди, судорожно сглотнувшая и пытавшаяся как-то выдворить из головы только что увиденное. Невесело было и Брэндону, у которого внутри всё сжималось, а сердце от страха колотилось с каким-то запредельным темпом. К такому не подготовят ни в одних спецвойсках.              - А этот ваш трофей? – между тем, покряхтывал наёмник, почти доковылявший вместе с Фаулером до выхода из септы. Вытаскивать раненного босса, подставив тому плечо, и следить за внезапно объявившейся проблемой в виде пауков было, мягко говоря, не просто.       - Позже вернёмся, – откровенно раздражённо выдал сервал. – Понадобится, инсектицидов прихватим… Кхе… И эти в виде жмуров уже мешаться не будут, – затем Мэлвин приказал остановиться, оглянулся через плечо и выдал напоследок: – Хорошей тебе смерти, Мэдди, – после чего вместе с подчинённым скрылся в дверном проёме.              Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что идти следом не имело резона – дверь вот-вот запрут, да и вряд ли успевшие свинтить наёмники дадут спокойно пройти. Так что теперь Мэдди с Брэндоном оказались в крайне незавидном и пугающем положении – с догорающим факелом, с парой источников света, которых в какой-то момент не хватит, ещё и в окружении огромного числа пауков.              - Надо поскорее выбираться, – сказал Дуглас, перебравшись на другой край надгробия, на котором прятался. – И сейчас я принимаю любые варианты, милая, – добавил он уже с куда менее скрываемым беспокойством в голосе.       Медея же и не пыталась скрыть, что ей сейчас было боязно. Если до сих пор она не считала, что является арахнофобом, то теперь шансы стать таковой возрастали.       - Эм… Я думаю над этим, думаю, – ответила полукровка, повернув голову и начав высматривать любую потенциально полезную мелочь в комнате.              Где-то сверху послышался глухой стук, словно опустилась или задвинулась каменная плита – ни дать, ни взять, Фаулер с сотоварищами закрыли дверь в алхимической лаборатории. Так что теперь Мэдди стала оглядываться с двойной частотой. Лишь бы ещё не сверзнуться со своего укрытия, постоянно носилось в голове.       Затем пришлось всё же рискнуть и переместиться – перепрыгнуть на надгробие в соседнем ряду. Свет от химического источника всё ещё создавал нужный ореол вокруг, которого сторонились пауки, но Мэдди уже внушила себе, что спокойствие к ней вернётся только по возвращению на поверхность и свет, так что сейчас нужно смотреть получше.              - Стоп! Вон там, Брэндон! – воскликнула полукровка, выглянув из-за близстоящей колонны. Она показала туда, где лежала часть статуи, рухнувшая при взрыве. Повернувшись в сторону, куда показывала подруга, Брэндон обнаружил, что её находка может стать путём к вызволению.       В повреждённом статуей участке стены теперь зияла двухметровая брешь, в которой угадывался широкий лаз, похожий на неровно выкопанный тоннель. Выяснять, откуда могло взяться это образование, не было ни времени, ни желания, но Дуглас явно приободрился.       - Отличная находка, Мэдди! – довольно заметил карибу, замахав рукой в призывном жесте. – Быстрее туда!              Только сейчас духу хватило на то, чтобы добраться до пролома перебежкой, а не сайгача по надгробным плитам. Однако всю перебежку Мэдди старалась-таки держать источник света поближе к полу и подносила его в сторону, с которой, как ей казалось, пауки подступают опасно близко.       Бросив свой источник света на пол и быстро убрав автомат за спину, Брэндон отчеканил лаконичное «Давай!» и сложил вместе ладони, изготовившись подсадить Мэдди – спасительный проход расположился довольно высоко, почти на уровне кончиков рогов. Оставив уже почти погасший факел, Мэдди, уцепившись свободной рукой за трещину в стене, подтянулась повыше, когда Брэндон подтолкнул её вверх, и первым делом забросила в проход кейс с баннером.       - Есть! – процедила она сквозь зубы. Напарник, приложив немалые усилия, подтолкнул её вверх ещё раз. Уцепившись пяткой за неровность в стене, Мэдди запрыгнула на край пролома, подтянулась и забралась в него. Перед тем, как втаскивать Брэндона, она решила выломать из края пролома несколько кусков облицовки и камней кладки – побоялась, что ветвистые рога Брэндона не протиснуться. Но куда сложнее оказалось втащить его наверх: «Забываю порой, какой ты увесистый» – пронеслось в голове полукровки, втащившей закадычного друга в обнаруженный тоннель.              - Фух, опасно было, – чуть не спотыкаясь, выговорила Мэдди, хватая кейс с баннером.       Брэндон опёрся на стену, чтобы встать на ноги, но почти сразу заметил, как сзади к его руке уже подползают шипящие пауки, и ускорился, словно не боясь как-то зацепиться рогами за низкий потолок.       - А-а-а-а! Они повсюду! – воскликнул Дуглас, на пару с Мэдди припустив со всех ног.       И карибу не особо лукавил. Он с Мэдди лишь на момент бросил взгляд через плечо, и позади на стенах, полу и на потолке виднелись движущиеся тёмно-бурые пятна. Не сплошняком, как ковёр, но всё равно достаточно много, чтобы пуститься в бег с такой быстротой, какую выдают разве что бегуны на олимпиадах              Мэдди бежала вслед за ним, едва успев сначала пригнуть голову, когда впереди возникла рухнувшая часть потолка, и пришлось слегка нагнуться в сторону. Чуть погодя грунт и камушки под ногами сменились остатками деревянных досок. Правда, в одном из мест они сгнили, и полукровка спрыгнула в глубокую рытвину, немного потеряв разгон. А тут ещё и Брэндон, миновав это препятствие, оступился на следующем, когда одна из досок треснула у него под ногами.       - Проклятье! – буркнул Дуглас.       - Брэнди, шевелись! – подбадривала его подскочившая сбоку Кацуоши, нервно оглядываясь и помогая встать. Правда, ещё раз оценив, сколько пауков и с какой быстротой к ним приближалось, лиловоглазая решила, что лучше не оглядываться лишний раз – точно схватишь или арахнофобию или приступ паники.              Бег перешёл из напоминающего большой подкоп тоннеля в коридор с выложенными каменными блоками и плиткой стенами, изредка дополняемый арками. Только задача от этого никак не поменялось – бежать от полчищ пауков в поисках выхода. Проход повернул направо, и пыхтевшей Мэдди пришлось на бегу ухватиться за край одной из таких арок, едва не выронив драгоценный кейс при резком развороте.       Пронёсшись по нескольким каменным ступеням вверх, Брэндон крикнул, что впереди видит какую-то дверь, и призвал Мэдди не отставать. У той и без этого сердце выдавало какую-то неописуемую частоту ударов, а во рту от частого дыхания начало пересыхать. За порог найденной Брэндоном двери полуволчица практически запрыгнула, вскочила на ноги и помогла напарнику затворить тяжёлую дверь.              Выигрыш во времени, однако, оказался весьма кратковременным. Стоило карибу и полуволчице-полуовце сделать по паре-тройке вдохов, они вновь услышали холодящее кровь шипение и постукивание сотен лапок по камню, на этот раз – откуда-то сверху.       - Боже мой, с потолка лезут! – воскликнул Брэндон, показав пальцем куда-то в потолок. Как оказалось, в кладке над аркой хватало брешей, образованных выпавшими из неё каменными блоками. Через них-то в комнату и продолжили лезть пауки.       - О нет! – брякнула Мэдди, устремившись вслед за напарником.              Коридор вновь пошёл под ощутимым наклоном вверх, а твёрдая поверхность под ногами опять сменилась на дроблёный камень и грунт, несколько раз осыпавшийся под ногами. В какой-то момент спасающиеся напарники пробежали ещё одной двери, лежавшей в полуразрушенной арке и впрыгнули, наконец, в одну из пристроек шато – на то указывал размер залы, в которую они попали, и обломки мебели вокруг.       Однако это ещё не означало спасения, ведь спасительного света тут было мало. Пришлось устремиться по винтовой лестнице, на ходу бросая обрывистое «До чего ж шустрые твари!». Касаясь стен, чтобы не впечататься в них по инерции, Мэдди принялась перескакивать через одну-две ступеньки за раз.       Наконец, откуда-то сверху стали пробиваться отчётливые лучи света, вокруг рассеивался полумрак, а воздух становился свежее. Последним испытанием в этой гонке с арханидами стал прыжок с обрыва, которым закончилась лестница. Брэндон уже забрался на край по другую сторону обрыва, и теперь готовился поймать подругу.       - Хи-йя! – в момент прыжка у Мэдди с уст сорвалось что-то нечленораздельное. Бросить вперёд кейс она в этот раз не успела, поэтому ухватилась за край одной рукой, заболтав ногами в попытках оттолкнуться от неровности. К счастью, её быстро втащил Брэндон.              Судя по ширине и ровным краям прохода, в который они прыгнули, лестница должна была окончиться балконом или верандой верхнего этажа, которой сейчас уже не было, и напарники кубарем скатились на черепичную крышу.       - Глянь мою спину! Никого? – затараторила полукровка, пошатываясь при подъёме на ноги. От немереного притока адреналина, который теперь медленно ослаблял хватку, тряслись ладони и лодыжки. Брэндон повернул подругу спиной к себе, попутно помог выпрямиться, но ничего не нашёл.       - Моя очередь, – на протяжном выдохе сказал карибу, повернувшись спиной к Мэдди. Та пробежалась взглядом от поясницы до воротника, даже похлопала друга по спине и бокам для верности, но тоже никого не нашла. А сзади уже никто не подползал.              - Всё путём. Ты как, в порядке? – спросила Мэдди, наклонившись и прислонив ладони к коленям.       - О да, всё путём, – облегчённо выдал ей Брэндон.       - Туда мы больше не пойдём.       - Сейчас я пойду куда угодно, милая, если там НЕ будет пауков.              Ответом вместо слов стали оживлённые кивки. Мэдди даже показалось на момент, что она подрагивает в такт колотящемуся сердцу. Присев прямо на крышу, она мелко дрожащими руками приоткрыла кейс, и это оказало на неё столь нужный успокаивающий эффект – баннер пережил их безумный забег. А уж до того состояния, в котором знамя можно будет экспонировать в выставочном зале, его доведут мастера-реконструкторы Метрополитен-музея.       - Так что самое сложное мы, считай, выполнили, – выпрямившись и пристегнув кейс к петлям на боку своего рюкзака, подытожила Мэдди.       - И теперь осталось только свалить отсюда ко всем чёртовым бабушкам, – подхватил Брэндон, подхватив свою винтовку и оттянув затвор для проверки, есть ли патрон в патроннике.              Путями к отступлению Медея, предварительно доставшая карту и понявшая, в какую часть шато они поднялись, предложила выбрать два варианта – крытые оранжереи или винный погреб. Поразмыслив, Брэндон обеспокоился, не будет ли путь к первому варианту слишком открытым – вдруг их заметят оставшиеся в шато «клоуны Мэлвина».       - А как же твоё «Куда угодно, если там не будет пауков»? – заметила полуволчица, уже когда напарник помогал ей спуститься на обнаруженный в другой части крыши балкончик.       - Ну-у, – протянул карибу, спрыгнув следом. – Как мне показалось, от этих тварей будет чуть проще сбежать, чем от пуль. И если нам повезёт второй раз не нарваться на первых, по пути домой заглянем в Атлантик-Сити, если ты понимаешь, о чём я.       - Вау. Необычно, но причин отказываться не вижу.       - Тогда погнали уже к этому погребу.