108 ударов в минуту

Сакура спускалась на парковку и чувствовала, как с каждой ступенькой уходит напряжение рабочей недели. Не до конца, конечно. Кое-какие занозы оставались — вчерашний отчёт, сегодняшняя сдача этого злосчастного норматива, его профиль в белой рубашке, сплетни в столовой, которые она услышала краем уха. Но это уже не имело значения. Впереди были два дня. Два дня без него и без работы. Парковка встретила её запахом бетона, выхлопных газов и сырости. Лампы дневного света гудели где-то под потолком, выхватывая из темноты ряды машин. Тускло. Уныло. В самый раз для этой пятницы. Машина капитана стояла недалеко от её, метрах в пятнадцати, чуть сбоку, в полутени. Номер она знала наизусть. Потому что её мозг запоминает всё — и то, что важно, и то, что лучше забыть. Запомнила с той самой первой встречи, когда она впервые почувствовала, что хочет его убить. Переключатель, Сакура. Она прошла к своему серебристому хэтчбеку, который ненавидела за отсутствие обогрева, и каждый день обещала себе отвезти его в автосервис. Села, механически вставила ключ, завела двигатель. Сиденье привычно продавлено под спину. Руль нагрелся от рук. Она смотрела на мокрый асфальт перед капотом и думала, что ей нужен холодный воздух. Просто постоять минуту и подышать. Подождать, пока машина прогреется. Ветер ударил в лицо — мокрый, злой, с мелкими каплями, которые забивались под воротник плаща, но она не застегнулась. Сделала несколько шагов в сторону. Не к его машине. Просто вдоль ряда. И всё равно оказалась достаточно близко, чтобы заглянуть в окно. Не надо, Сакура. Просто иди обратно. Стекло было тёмным, но не настолько, чтобы ничего не разглядеть. Внутри горел слабый свет — приборная панель, тускло-синяя, как экран старого телефона. Капитан сидел в водительском кресле. Двигатель заглушен. Голова чуть опущена. Он крутил в пальцах кольцо. То самое, что висело у него на груди на цепочке вместе с жетоном. Она видела его сотни раз — как оно бьётся о грудину, как выпирает под форменной рубашкой. Но никогда — как он его крутит. Длинные, сухие пальцы с мозолями от оружия перебирали металл. Кольцо перекатывалось между ними, ловило блики от приборной панели. Он делал это медленно, почти неосознанно. Он это делает часто. Обычное гладкое кольцо без камней. Обручальные кольца просто так на груди не носят. Даже с его работой. Даже с его привычкой не носить ничего лишнего. Он был женат. Или есть. Или уже нет. Она не знала. Никогда не проверяла. Потому что это было бы лишним. Потому что это не её дело. Потому что если она начнёт копаться в его личном деле, то никогда не остановится. Переключатель, Сакура. Она хотела развернуться, уйти, сесть в свою холодную машину и уехать к себе, снять туфли, поехать к Ино — они договаривались встретиться сегодня. И больше никогда не смотреть в его сторону. Она развернулась. Дошла до машины. Открыла дверь. Наполовину залезла в салон. В подстаканнике лежала жвачка с ментолом. На упаковке крупными буквами: «Антистресс. С витаминами». Она купила её три дня назад в супермаркете у дома, потому что та выглядела смешно. Сакура представляла, как будет жевать её после того, как Хатаке в очередной раз доведёт её до искр из глаз. Он выглядит так, как будто у него что-то случилось. Он всегда уходит из управления поздно, а когда я прихожу, он уже здесь. Зачем я об этом думаю? Она взяла упаковку, зажала ее в кулаке. Подошла к его окну. Ты зря это делаешь. Сакура постучала костяшками по стеклу. Фигура внутри замерла. Кольцо перестало крутиться. Он убрал его в кулак так резко, как будто его поймали за чем-то постыдным. Щелчок и дверь открылась. Он не сказал ни слова, просто смотрел на неё с видом человека, который устал жить. В темноте салона его лицо было серым, уставшим, без привычной маски безразличия. И она поймала себя на мысли, что в таком состоянии он её даже не бесит. Она молча протянула руку. Положила жвачку на приборную панель к ключам, кажется от квартиры, и забытой визитке. Сакура молча развернулась и пошла к своей машине. Узкие туфли с каблуком цокали по асфальту ровно, уверенно, не сбиваясь с ритма. И зачем тебе это нужно было? Она села в машину. Двигатель уже прогрелся. Сакура нажала педаль газа и выехала с парковки. В зеркале заднего вида чёрный седан остался стоять, его дверь была всё ещё открыта. Переключатель, Сакура. Ты просто дала ему жвачку. Ничего больше. Она нажала на газ сильнее, выкручивая руль на повороте. На светофоре достала телефон. Ино: «Ну что, все в силе? Или у тебя опять проблемы с Хатаке?» Сакура усмехнулась. Сакура: «Вино. Много. И не спрашивай ни о чём». Ино: «О боже, что ты опять ему сказала?» Сакура: «Ничего. Впервые в жизни — ничего». Она убрала телефон. Зелёный.

***

Она приехала к Ино через сорок минут. Квартира подруги всегда пахла сушёными цветами, эфирными маслами и чем-то сладким — то ли выпечкой, то ли Ино снова экспериментировала с ароматизаторами. Сакура скинула туфли у порога, даже не пытаясь поставить их ровно. В прихожей уже стояли два чужих комплекта обуви — мужские ботинки, которые она не узнала, и видавшие виды кроссовки Наруто, вечно с развязанными шнурками. — Она пришла! — голос Наруто разнёсся по коридору раньше, чем Сакура успела повесить пальто. Она прошла в гостиную. Наруто развалился на диване, занимая минимум две трети. В руке — бокал с чем-то тёмным и явно крепким. Рядом с ним сидел незнакомый мужчина. Тёмные волосы, бледная кожа, спокойное лицо человека, который привык наблюдать больше, чем говорить. Сай — так, кажется, Ино его представляла, вроде они в одном управлении работают. Сакура видела его пару раз мельком, но никогда не рассматривала. Сейчас он сидел ровно, почти неестественно прямо, и держал бокал с красным вином так, будто позировал для портрета. — Ну и вид у тебя, — сказал Наруто, даже не скрывая улыбки. — Прямо с войны? — С работы, — ответила Сакура. — Разница небольшая. Она окинула взглядом комнату. Ино выходила с кухни с бокалом для неё и второй бутылкой вина. — Предлагаю надраться сегодня как никогда! — Наруто как всегда, к каждому делу подходил с особым рвением, словно это цель всей его жизни. Сакура прошла к дивану, плюхнулась в кресло напротив, поджала под себя ноги, стянула надоевшие серёжки и бросила их на журнальный столик. Потянулась к бутылке, налила себе полный бокал. Потому что впервые в жизни согласилась с Наруто. Сделала большой глоток, не дожидаясь тоста. — Ты, конечно, просила не спрашивать, но… — Ино спрашивай, — Наруто перебил, не дав договорить. — Я только посмеюсь. — Я и не сомневалась, — Ино отставила бокал. — Как дела с Хатаке? Сакура замерла. Бокал застыл в воздухе на полпути ко рту. Переключатель, Сакура. Ты же знала, что это будет. — Ино, я не готова это обсуждать. — О, она не готова! — Наруто отсалютовал бокалом и залпом допил остатки. — А я готов. В среду он приехал к ней домой в одиннадцать ночи. В одиннадцать! Я потом от бати узнал. — Ты от господина Намиказе узнал? — Ино приподняла бровь. — Это вообще законно? — В наших структурах ничего не законно, — философски заметил Сай. Голос ровный, без интонаций, но в глазах мелькнуло что-то живое. — Я это понял, когда увидел, как составляют смету на боеприпасы. Ино фыркнула. Наруто захохотал в голос. Сакура сидела с каменным лицом и делала вид, что ничего не происходит. Может, всё-таки нужно было домой ехать? Купила бы себе красного полусладкого, набрала полную ванну с пеной и магниевой солью, пара аромасвечей — и вечер пятницы удался бы до самого понедельника. А сейчас весь вечер все будут спрашивать о Хатаке. Да как же задрал этот чёртов капитан! — Он привез ей какие-то документы, — продолжил Наруто, потянувшись за бутылкой, чтобы налить себе ещё. — У неё был халат. И тапки с зайцами. И она вышла к нему на улицу в этом. А потом их вызвали на штурм, и она анализировала операцию в этом же халате. Перед всем управлением. Он сделал глоток. — Я даже пожалел, что уехал после переговоров, а не остался на штурм. Не люблю я штурмы. Не могу сидеть как батя в кузове и ждать. — Боже, — Ино прикрыла рот рукой, но глаза смеялись. — Сакура, это же легендарно. — Это не легендарно, — процедила Сакура. — Это унизительно. — Но ты же спасла операцию? — Не в этом дело. — А в чём? — спросил Сай спокойно. Он медленно отпил вино, смакуя. Сакура смотрела на него в поисках ответа поязвительнее. — В том, что он её бесит, — сказал Наруто за неё. — Бесит так, что она готова его убить. И представляете, это лучшее шоу в управлении. Я готов смотреть вечно. — Забавно, что ты делаешь из моей работы своё персональное шоу, Наруто. — Почему персональное? Ты бы слышала, что его команда о тебе думает. Сакура аж задохнулась от такой наглости. Так этот сплетник ещё и с его командой что-то обсуждает? Какие тут переключатели. Встать и двинуть бутылкой вина. Желательно полной. Желательно в висок. Она ловила губами воздух, пока тёплая мягкая рука Ино не обхватила её ладонь. Сакура, выдохни. — Ладно, — сказала Ино. — Давайте без допросов. Ты не готова — не будем. Наруто вздохнул с притворным разочарованием. — А я уже попкорн мысленно приготовил. Сай подвинул к Сакуре тарелку с нарезанным сыром и виноградом. — Ешь, — сказал он. — Ты выглядишь так, будто забыла, что такое ужин. Сакура посмотрела на тарелку. Потом на Сая. Потом взяла виноградину. — Спасибо, — сказала она. — Ты единственный адекватный человек здесь. — Я знаю, — ответил Сай без улыбки. Наруто возмущённо засопел. Ино рассмеялась. Сакура откинулась в кресле, поджала ноги, сделала ещё глоток вина. Горло приятно обожгло. — Он крутил кольцо, — сказала она вдруг. Все замолчали. — Кто? — спросил Наруто. — Хатаке. На парковке. Я подошла к его машине, а он сидел и крутил кольцо. Обручальное. На цепочке. — У него есть обручальное кольцо? — Ино подалась вперёд. — Он женат? — Не знаю, — Сакура посмотрела в бокал. — Я не проверяла. — Почему? — спросил Сай. Она подняла голову. — Потому что, если я начну копаться в его личном деле, я никогда не остановлюсь. А мне ещё работать с ним. Вы сами-то в личные дела всех своих коллег готовы лезть в поисках их секретов? В комнате повисла тишина. — Ты дала ему что-то, — сказал Наруто наконец. — Что? — На парковке. Ты дала ему что-то. Я стоял с Кибой возле его машины, мы обсуждали новых щенков. Сакура замерла. Мать твою, Инузука это видел? — Я просто… — Она замолчала. — Не знаю. Он выглядел так, будто ему нужна была жвачка. — Ему нужна была не жвачка, — тихо сказал Сай. Сакура посмотрела на него. Ино кашлянула. — Сакура, ты в порядке? — Да, — сказала Сакура. — Нет. Не знаю. Она допила бокал. Налила ещё. — Предлагаю больше не говорить о Хатаке хотя бы до следующей пятницы, — сказала она. — А что будет в следующую пятницу? — спросил Наруто. — Я просто не приеду сюда в следующую пятницу. А сейчас я хочу напиться и забыть, что у меня есть работа. Ино подняла бокал. — За это я пью. — И я, — сказал Наруто. — И я, — добавил Сай. Сакура подняла бокал. — И за то, чтобы понедельник никогда не наступал. Они чокнулись.