Один придел конца

Глава 9. Голос в темноте Комната погрузилась в тишину, такую плотную, что можно было резать ножом. Дождь за окном барабанил по стеклам, где-то в камине треснуло полено, но эти звуки казались далекими, почти нереальными. Реальным было только лицо старика — морщинистое, с глубокими шрамами, которые могли быть и временем, и чем-то более жестоким. И его глаза — желтые, с вертикальными зрачками, как у настоящего хищника, хотя он был всего лишь старым лисом. Ник смотрел на него и не узнавал. Не мог узнать. В этом лице не было ничего общего с теми редкими фотографиями, которые сохранила его мать. Прадед — он никогда не видел его, даже не знал, жив ли он. Семейные легенды обрывались на деде, который исчез при загадочных обстоятельствах. А теперь этот призрак прошлого стоял перед ним и называл себя создателем Могильщика. — Ты лжешь, — голос Ника прозвучал хрипло, почти сломленно. — Мой прадед умер пятьдесят лет назад. В пожаре. Так сказала моя мать. Авель — если это действительно было его имя — усмехнулся. Улыбка была кривой, с обнажением желтых клыков, и в ней читалось что-то древнее, почти волчье, хотя лисы и волки — разные породы. — Твоя мать сказала то, что я велел ей сказать. Она хорошая женщина, твоя мать. Послушная. Она сделала выбор — в отличие от твоего отца. Ник шагнул вперед, сжимая кулаки. Джуди схватила его за лапу, удерживая. — Не подходи, — прошептала она. — Он может быть вооружен. — Он старик с тростью, — прорычал Ник. — Я справлюсь. — Ты не справишься, — спокойно сказал Авель. — Не потому, что я сильнее. А потому, что я единственный, кто знает всю правду. Убьешь меня — она умрет вместе со мной. Ник остановился. Дыхание вырывалось из груди с присвистом. Джуди чувствовала, как дрожит его лапа — от ярости, от боли, от чего-то еще, чему она не могла подобрать название. — Садитесь, — Авель указал тростью на два кресла у камина. — Разговор будет долгим. А я уже не так молод, чтобы стоять. Они сели. Ник — на край кресла, готовый в любой момент вскочить. Джуди — рядом, положив лапу ему на колено. Авель опустился в свое кресло за столом, положил трость на колени и уставился на огонь. — Ты знаешь, кто был первым мэром Зверополиса? — спросил он, не глядя на них. — Лев Артур Великий, — ответила Джуди. — Основатель города. Подписал мирный договор между хищниками и травоядными. — Правильно, — кивнул Авель. — А знаешь, что случилось с ним через десять лет после основания? — Он умер от старости, — сказал Ник. — Это все знают. — Он умер от пули, — поправил Авель. — Пули, выпущенной из арбалета его собственным советником. Травоядным бараном, который считал, что хищники получили слишком много прав. Арбалет был смазан ядом, чтобы скрыть убийство. И этот баран стал новым мэром. В комнате повисла тишина. — Ты хочешь сказать, что первый мэр был убит? — спросила Джуди. — Я не хочу сказать, я говорю. — Авель повернулся к ним. — Это убийство положило начало Могильщику. Тот баран создал тайную организацию, которая должна была следить за хищниками и убирать тех, кто становился слишком влиятельным. Со временем организация росла, обрастала связями, коррумпировала полицию, суды, мэрию. К тому моменту, когда мэром стал я, Могильщик был уже всесилен. — Ты был мэром? — переспросил Ник. — Два срока. Сорок лет назад. Но я быстро понял, что власть мэра — это декорация. Настоящая власть — у Могильщика. И я не стал с ним бороться. Я возглавил его. — Авель усмехнулся. — Ты думаешь, я монстр? Возможно. Но я сделал город стабильным. При мне не было массовых бунтов, не было войн между хищниками и травоядными. Я поддерживал баланс. — Убивая невинных? — вырвалось у Джуди. — Невинных не бывает, — отрезал Авель. — Каждый, кого мы убирали, был виновен. В разжигании ненависти, в подготовке переворота, в коррупции. Мы не убивали просто так. Мы убивали ради порядка. — А Гарм? — голос Ника был ледяным. — Он был виновен? Авель помолчал. — Гарм Скалолаз был хорошим парнем. Но он знал слишком много. И он отказался сотрудничать. Мы дали ему выбор — и он сделал его. — Ты убил моего друга, — Ник встал. — Твой приспешник — Вулфорд — перерезал ему горло в канализации. А ты сидел в своем кресле и отдавал приказы. — Я не отдавал приказ убивать Гарма. Это была инициатива Вулфорда. Но да — я несу ответственность. Как и за смерть твоего отца. Ник сжал подлокотник кресла так, что дерево треснуло. — Рассказывай, — выдавил он. Авель вздохнул, откинулся на спинку кресла. — Твой отец, Ник, был моим внуком. Сыном моего сына — того, кто умер в пожаре. Я хотел, чтобы он продолжил мое дело. Чтобы он стал следующим главой Могильщика. Но он отказался. Он был слишком мягким, слишком идеалистичным. Он думал, что правду можно победить ложью, что справедливость восторжествует сама собой. — Старик покачал головой. — Я дал ему время. Годы. Он создал Лисью нору — подпольный архив, где собирал компромат на меня и на организацию. Он думал, что однажды обнародует его и разрушит Могильщика. Но он не понимал, что Могильщик — это не структура. Это идея. Идея контроля, порядка, стабильности. Даже если ты убьешь меня, найдутся другие. Всегда найдутся. — Ты убил его, потому что он отказался, — сказал Ник. — Ты убил собственного внука. — Я убил его, потому что он стал угрозой. — Авель посмотрел Нику прямо в глаза. — Я любил его. Больше, чем кого-либо. Но я люблю город больше. А он своими действиями мог разрушить все, что мы строили десятилетиями. Тысячи зверей погибли бы в войне, если бы Могильщик пал. — Войне? — переспросила Джуди. — Да. Ты думаешь, если бы твой отец опубликовал свои материалы, мэр бы тихо ушел в отставку? Нет. Началась бы гражданская война. Сторонники Могильщика против сторонников справедливости. И в этой войне не было бы победителей. Ник медленно сел обратно. Джуди чувствовала, как его тело обмякло — не от слабости, от осознания. — И что теперь? — спросил он. — Ты хочешь, чтобы я занял место отца? Стал следующим Могильщиком? — Нет, — ответил Авель. — Я хочу, чтобы ты закончил то, что начал твой отец. Ник поднял голову. — Что? — Убил меня. — Старик развел лапами. — Я стар. Я устал. Мои идеи устарели. Молодое поколение не хочет жить под колпаком. Они хотят свободы — даже если эта свобода приведет их к хаосу. Я не могу остановить это. Но я могу дать им шанс. — Ты предлагаешь мне стать убийцей? — усмехнулся Ник. — Занятный способ искупить вину. — Я предлагаю тебе правосудие, — сказал Авель. — Ты — сын своего отца. Ты — полицейский. Ты знаешь, что такое закон. Так вот — я нарушил закон. Я убивал, похищал, пытал. Я заслуживаю смерти. Но я хочу, чтобы меня судили. Открыто. Публично. Чтобы все увидели, кто я есть на самом деле. — Чтобы все увидели, как палач кается перед смертью? — спросила Джуди. — Чтобы все увидели, что даже самые могущественные звери смертны, — ответил Авель. — Чтобы следующий, кто займет мое место, знал: его тоже найдут. И тоже приведут к ответу. Ник молчал. Долго. Джуди смотрела на него, на его лицо, на котором боролись десятки эмоций — гнев, боль, недоверие, и что-то еще, похожее на жалость. — Ты действительно хочешь, чтобы тебя судили? — спросил Ник наконец. — Да. — И ты сдашь всех? Назовешь имена? Докажешь, что мэр — твоя марионетка, а Вулфорд — твой пес? — Я расскажу все, что знаю. И у меня есть доказательства. Больше, чем у твоего отца. Больше, чем ты нашел. Я хранил их на случай, если понадобится рычаг давления. Но теперь они мне не нужны. — Почему? — спросила Джуди. — Почему сейчас, а не раньше? Авель посмотрел на огонь. — Потому что я проиграл. Мой преемник — тот, кого я готовил — предал меня. Он хотел занять мое место раньше времени. Он подговорил Вулфорда и мэра убрать меня. Они устроили тот пожар пятьдесят лет назад, в котором, как все думали, я погиб. Но я выжил. С тех пор я скрываюсь. А они правят от моего имени. — Он усмехнулся. — Ирония судьбы. Монстр создал монстров, которые его же и сожрали. — Твой преемник — кто он? — спросил Ник. — Ты его знаешь. Вы работали вместе много лет. — Авель посмотрел на него. — Это Бого. Начальник полиции. Ник замер. Джуди почувствовала, как ее сердце пропустило удар. — Бого? — переспросила она. — Носорог? Он… он не может… — Может, — сказал Авель. — Он был моим протеже. Я взял его в организацию, когда он был молодым полицейским. Он быстро поднялся по карьерной лестнице — благодаря моей помощи. Он умный, жестокий и амбициозный. Именно таким должен быть Могильщик. Но он оказался еще и предателем. Ник закрыл глаза. Бого. Человек, которому он доверял. Который прикрывал его спину. Который дал ему шанс, когда никто другой не верил в лиса-полицейского. — Зачем ты говоришь нам это? — спросила Джуди. — Если Бого — твой враг, почему ты не сдал его сам? — Потому что я не могу выйти из тени. За мной охотятся. И если я покажусь, меня убьют раньше, чем я открою рот. А вы — вы уже в игре. Вы — те, кому поверят. — Или нас убьют, — сказал Ник. — Или вас убьют, — согласился Авель. — Но выбор есть всегда. Вы можете уйти. Спрятаться. Начать новую жизнь где-нибудь далеко отсюда. И забыть о Зверополисе. Или вы можете бороться. Ваш выбор. Джуди посмотрела на Ника. Его лицо было каменным. Она знала, что он выберет. Знала с самого начала. — Мы будем бороться, — сказала она за них обоих. Авель кивнул. — Тогда слушайте. У меня есть план. --- План был простым до безумия. Авель передаст им флешку с доказательствами — полным архивом Могильщика, включая приказы Бого, финансовые потоки, списки убитых. Они должны будут опубликовать это в прямом эфире — в день, когда Бого будет выступать с пресс-конференцией о «победе над коррупцией». — Ирония судьбы, — сказал Авель. — Он будет говорить о том, как очистил полицию от продажных, а вы покажете, что он сам — глава самой большой преступной организации в истории Зверополиса. — А ты? — спросил Ник. — Что будет с тобой? — Я уйду. Навсегда. В место, где меня никто не найдет. И буду доживать свои дни в тишине. — Ты заслуживаешь тюрьмы, — сказала Джуди. — Знаю. Но я выбрал свободу. Это мое последнее право. Ник хотел возразить, но Джуди остановила его. — Пусть идет, — сказала она. — Его правосудие — не наша забота. Наша забота — Бого и Могильщик. Авель протянул им флешку — маленькую, черную, ничем не примечательную. — Здесь все. Удачи вам. И берегите друг друга. Вы — единственные, кто может это сделать. Они взяли флешку. Ник спрятал ее во внутренний карман куртки. — Мы сделаем это, — сказал он. — Не ради тебя. Ради отца. Ради Гарма. Ради всех, кто погиб. — Знаю, — ответил Авель. — Ты — настоящий Уайлд. Они вышли из особняка. Дождь кончился, небо прояснилось, и звезды отражались в лужах на асфальте. Джуди взяла Ника за лапу. — Ты как? — спросила она. — Хреново, — ответил он честно. — Мой прадед — основатель террористической организации. Мой начальник — ее глава. Моя жизнь — фарс. — Наша жизнь, — поправила она. — И мы это изменим. Он посмотрел на нее. В темноте ее глаза светились фиолетовым — отражением звезд. — Ты веришь в это? — спросил он. — Верю. Потому что верю в тебя. Он поцеловал ее. Коротко, но сильно. — Поехали, — сказал он. — Нужно подготовиться. Они сели в машину и уехали в ночь. За окнами проплывал город — их город, который они собирались спасти. Во второй раз. --- Они вернулись в Лисью нору. Подземелье под торговым центром было единственным безопасным местом, которое у них осталось. Ник включил старый ноутбук — тот самый, который оставил дед — и начал изучать файлы с флешки. Джуди сидела рядом, смотрела через его плечо. Список убитых был длинным — сотни имен. Полицейские, журналисты, политики, простые граждане. Некоторые из них числились пропавшими без вести, некоторые — погибшими в результате несчастных случаев, некоторые — умершими от болезней. Но все они были убиты. По приказу Бого. — Это чудовищно, — прошептала Джуди. — Как он мог? — Легко, — ответил Ник. — Власть развращает. А абсолютная власть — абсолютно. Он открыл видеофайлы. Записи допросов с пытками. Пыточные камеры, электрические стулья, кнуты, раскаленное железо. Джуди отвернулась, зажав рот лапой. — Зачем это смотреть? — спросила она. — Чтобы знать врага в лицо. Чтобы понять, на что он способен. — Я и так знаю. Я была в его подземелье. Ник закрыл ноутбук. — Прости. Ты права. Не нужно этого видеть. Он встал, прошелся по комнате. Кассовый аппарат, стулья, стол. Все, что осталось от его отца. — Знаешь, — сказал он, — я думал, что после всего этого станет легче. Что правда освободит. Но она только давит сильнее. — Потому что правда — это не магия, — ответила Джуди. — Это инструмент. Им нужно уметь пользоваться. Она подошла к нему, обняла. — Мы справимся. Вместе. Он прижал ее к себе. — Ты — моя сила, Картошка. Ты знаешь? — Знаю, — улыбнулась она. — И ты — моя. Они стояли в тишине подземелья, и свет от лампочки рисовал их тени на стенах — две тени, слившиеся в одну. --- На следующий день они начали подготовку. Первым делом нужно было связаться с теми, кому можно доверять. Ник позвонил Серому — наконец-то дозвонился. — Ты жив? — спросил Ник. — Еле, — ответил волк. — После того как Вулфорда арестовали, на нас напали. Многие погибли. Я прячусь. — У меня есть план. Нужна помощь. — Какая? — Нужно проникнуть в участок. В кабинет Бого. Установить там жучки. — Бого? — Серый замолчал. — Ты уверен? — Уверен. Он — глава Могильщика. — Я так и знал, — выдохнул Серый. — Всегда подозревал. Слишком правильный был. Слишком спокойный. — Поможешь? — Да. Когда? — Сегодня ночью. — Буду. Ник повесил трубку. Джуди смотрела на него. — Ты уверен, что ему можно доверять? — спросила она. — Он — единственный, кто остался из тех, кто не продался. Если он предатель — мы уже мертвы. — Оптимист, — усмехнулась она. — Реалист. Они дождались ночи. В Заповедном квартале было тихо — даже обычные шумы казались приглушенными. Ник и Джуди вышли из Лисьей норы и сели в машину. Серый ждал их в двух кварталах от участка. — План такой, — сказал Ник, когда они встретились. — Мы отключаем сигнализацию снаружи. Ты, Серый, заходишь через черный ход и ставишь жучки в кабинете Бого. Мы с Джуди прикрываем. — А если кто-то придет? — Отстреливаетесь, — сказал Ник. — Но стрелять только в крайнем случае. Серый кивнул. Они двинулись к участку. Здание полиции ночью выглядело мрачно — темные окна, тусклые фонари, пустая парковка. Ник обошел здание, нашел щиток с сигнализацией. Вскрыл его за несколько секунд — навыки лиса-мошенника пригодились. — Сигналка отключена, — сказал он в рацию. — У вас десять минут. — Понял, — ответил Серый. Джуди и Ник встали у черного входа, прикрывая тылы. Тишина. Только где-то вдалеке лаяла собака. Через пять минут Серый вышел. — Готово, — сказал он. — Три жучка. Один под столом, один в телефоне, один в лампе. — Отлично, — Ник включил приемник на телефоне — жучки работали, передавали чистый звук. — Теперь нужно ждать, — сказала Джуди. — Завтра у Бого пресс-конференция. Он будет говорить в этом кабинете. — А мы будем слушать, — сказал Ник. — И записывать. Они вернулись в Лисью нору. Ник настроил оборудование — старый, но надежный рекордер, подключенный к телефону. — Если Бого скажет что-то компрометирующее, у нас будет доказательство, — сказал он. — Прямо из его уст. — А если он не скажет? — спросила Джуди. — Скажет. Он слишком самоуверен. Он думает, что победил. Он будет хвастаться. Джуди надеялась, что Ник прав. --- Утром они смотрели пресс-конференцию по телевизору — в маленьком баре на окраине, где их никто не знал. Бого стоял за трибуной, массивный, уверенный, в идеально отглаженной форме. — Дорогие граждане Зверополиса, — начал он. — Последние дни были тяжелыми для нашего города. Мы раскрыли заговор, который угрожал нашей безопасности. Бывший мэр Уиллис арестован, его сообщники — Вулфорд и другие — понесут заслуженное наказание. Полиция очищена от коррупционеров. Ник скрестил лапы на груди. Джуди сжимала его руку. — Но наше расследование не закончено, — продолжал Бого. — У нас есть информация, что в организации Могильщика были и другие участники. Высокопоставленные. И мы найдем их всех. — Сейчас он начнет говорить о нас, — прошептал Ник. — …например, бывшие офицеры Ник Уайлд и Джуди Хоппс, — сказал Бого. — Они сбежали из-под стражи. Они подозреваются в связях с Могильщиком. Если вы увидите их — не пытайтесь задержать самостоятельно. Звоните в полицию. Ник выключил телевизор. — Вот сукин сын, — сказал он. — Выставил нас врагами. — Но у нас есть жучки, — напомнила Джуди. — Скоро он вернется в кабинет и начнет праздновать. Они ждали. Час. Два. Три. Наконец в наушниках раздался звук открывающейся двери. — Отлично, — прошептал Ник. — Бого, вы великолепны! — голос был незнакомым — кто-то из помощников. — Знаю, — ответил Бого. Голос его был совсем другим — не публичным, не официальным. Холодным, циничным. — Они клюнули. Весь город теперь считает Уайлда и Хоппс предателями. А мы тем временем закончим начатое. — Что с архивом? — спросил помощник. — Архив у них. Но он им не поможет. Авель дал им копию, в которой нет главного. Настоящего архива. Того, где мои связи с мэром и Вулфордом. — И где он? — В моем сейфе. В спальне. Никто не знает. Ник и Джуди переглянулись. Бого сам выдал себя. — Мы должны попасть в его дом, — сказал Ник. — Взять настоящий архив. — Это самоубийство, — ответила Джуди. — Мы уже совершали самоубийства. И выживали. Она вздохнула. — Когда? — Сегодня ночью. Пока он будет спать. — Ты безумен, — сказала она, но в глазах горел огонь согласия. Они снова готовились идти в логово зверя. Но теперь у них было преимущество — они знали, где искать. --- Дом Бого находился в элитном районе — высокий забор, камеры, охрана. Но Ник знал лазейки. Он изучил этот район, когда еще работал в полиции — на всякий случай. Они перелезли через забор в самом темном месте, где камеры не доставали. Джуди бесшумно скользила по траве. Ник — следом. — Охрана обходит территорию каждые пятнадцать минут, — прошептал он. — У нас есть окно. Они подобрались к черному входу. Замок был электронным — Ник вставил флешку-отмычку, которую сделал сам. Замок щелкнул. Внутри дом был тихим. Бого спал на втором этаже — они слышали его храп. Ник показал Джуди на лестницу в подвал — там, по логике, должен был быть сейф. Они спустились. Подвал был большим, с бетонными стенами и стальной дверью в конце. Сейф. Кодовый замок. — Угадай код? — спросила Джуди. — Не нужно. — Ник достал портативный сканер. Приложил к замку. Через десять секунд код высветился на экране. — 1907. Год основания полиции, — усмехнулся Ник. — Пафосно. Он ввел код. Сейф открылся. Внутри лежали папки, флешки, диски. Ник взял все, сунул в рюкзак. — Есть, — сказал он. В этот момент наверху раздался шум. Кто-то проснулся. — Бежим! — крикнул Ник. Они вылетели из подвала, через кухню, через черный ход. Сзади — голоса, лай собак. — Быстрее! — Джуди бежала, не оглядываясь. Они перелезли через забор, прыгнули в машину, заведенную заранее. Ник нажал на газ — и они растворились в ночи. — У нас есть настоящий архив, — выдохнула Джуди, когда опасность миновала. — Да, — Ник сжал руль. — Теперь у нас есть все, чтобы уничтожить Бого. Они ехали в Лисью нору, и впервые за долгое время Джуди чувствовала надежду. Не слепую, не наивную — настоящую, заслуженную. Они победят. Потому что правда — на их стороне. Конец девятой главы.🌸